Глава 2 — Тест-драйв живого щита

Том 1 Глава 2

Глава 2: Тест-драйв живого щита

«Говорят, доверие — основа любых отношений. В моём случае доверие — это когда девушка с адским пламенем вместо рук говорит тебе «не дёргайся», а ты веришь, что она не превратит тебя в уголёк. Пока что вера работает. Надеюсь, мой внутренний оптимизм не сгорит раньше меня»

— Записки неудачника. Том 1.

2.1 Утро начинается не с кофе

Меня разбудил запах гари.

Первая мысль: «Пожар!».

Вторая: «Я горю!».

Третья: «Почему мне не страшно?».

Я открыл глаза и увидел прямо перед своим носом идеальный загорелый женский животик. Чуть выше — топик, который этот животик должен был прикрывать, но по утру справлялся с этим так себе. Ещё выше — лицо Химари, склонившееся надо мной с выражением абсолютного довольства.

— Дрыхнешь, лузер? — поинтересовалась она. — А я тебе завтрак грею.

Она продемонстрировала правую руку, на которой танцевало маленькое пламя. На кончиках пальцев жарились крошечные кусочки хлеба, нанизанные на что-то похожее на шпажки.

— Ты... ты готовишь рукой?

— Ага, — она дунула на пламя, и оно погасло. — Удобно. Всегда нужная температура, посуду мыть не надо. Держи.

Она сунула мне в руку горячую шпажку с подгоревшими гренками.

— Спасибо, — сказал я, понимая, что моя жизнь окончательно и бесповоротно превратилась в аниме.

— Жри быстро. У нас сегодня тяжелый день. Надо проверить, на что ты годен как приманка.

Я замер с куском хлеба в зубах.

— В смысле «проверить»? Есть какие-то нормативы? Экзамены? Мне нужно будет кого-то разозлить?

— Типа того, — Химари уже шла к выходу из комнаты, на ходу поправляя юбку. — Одевайся, я жду внизу.

Она остановилась в дверях и обернулась. Утренний свет из окна падал на неё так, что волосы сияли, как расплавленное золото.

— И да, Акуми. Сегодня ты можешь умереть. Но если сделаешь всё правильно — не умрёшь. Я в тебя верю. Где-то глубоко внутри. Очень глубоко. Наверное.

Дверь закрылась, оставив меня с этой ободряющей речью и гренками, которые уже начали остывать.

Я вздохнул и полез за новой курткой. Ту, что была на мне вчера, Химари прожгла насквозь, когда говорила про «мои вещи». Пришлось брать старую, из запасов, которые она купила. Чёрную, кожаную, с кучей ремешков. В ней я выглядел как рядовой злодей из третьесортного боевика, но выбирать не приходилось.

2.2 Рынок рабов и немного морали

Город Тысячи Клинков днём оказался ещё безумнее, чем ночью.

Солнце — точнее, местное светило, которое было слегка фиолетовым — заливало улицы светом, и теперь я видел все детали, которые раньше скрывала темнота. Летающие повозки, запряжённые птицами размером с автобус. Торговцев, продающих зелья в стеклянных колбах, где плавали непонятные, но определённо живые штуки. Драку между двумя авантюристами прямо посреди улицы, на которую никто не обращал внимания.

Химари вела меня куда-то в нижние уровни. Мы спускались по лестницам и пандусам, и с каждым этажом вниз становилось грязнее, шумнее и опаснее.

— Куда мы идём? — спросил я, уворачиваясь от летящей в мою сторону блевотины какого-то пьяницы.

— На рынок, — бросила Химари. — Нужно купить тебе нормальную защиту. А заодно проверим твою реакцию.

— Защиту? Мне же просто стоять и быть приманкой, зачем мне защита?

Она резко остановилась, и я врезался в неё. От неё пахло дымом и чем-то сладким. Странное сочетание, но удивительно приятное.

— Слушай сюда, школяр, — она ткнула меня пальцем (прохладным, спасибо боги) в грудь. — Ты — моя приманка. Мой щит. Если ты сдохнешь при первом же контакте, мне придётся искать нового лузера, а это хлопотно. Ты, конечно, расходный материал, но качественный расходный материал. Поэтому я в тебя вложусь. Понял?

— Понял, — кивнул я. — Я качественный расходный материал.

— Умница. Пошли.

Рынок назывался «Гнилая Подкова» и находился на самом нижнем уровне города, куда почти не проникал свет. Здесь торговали всем, что нельзя было продавать наверху. Оружие без лицензий, артефакты с сомнительным прошлым, информация, наркотики, рабы.

У входа в один из павильонов стояла клетка с детьми. Человеческими детьми. Грязными, худыми, с глазами, в которых уже не было надежды.

Я замер.

— Химари...

— Не смотри, — сказала она жёстко. — Это Нижний город. Здесь это норма. Хочешь жить — привыкай.

— Но они же дети...

— И что? Ты хочешь их спасти? На что? У тебя нет денег, нет силы, нет влияния. Ты сам — никто. Единственный твой шанс что-то изменить — помочь мне завалить трёх героев. А пока просто иди.

Она схватила меня за руку и потащила дальше. Её ладонь была горячей — слишком горячей для простого человека. Но в тот момент это тепло казалось единственным островком нормальности в этом аду.

2.3 Первый урок: уклонение

Лавка называлась «Старый Лис». Внутри пахло кожей, металлом и старой кровью.

Хозяин — сухой старик с механическим глазом, который вращался сам по себе, осматривая посетителей — узнал Химари сразу.

— Пламя Преисподней, — осклабился он щербатым ртом. — Давно не видел. Слухи ходили, что ты сдохла после того дела в Хрустальных пещерах.

— Слухи врут, Лис. Мне нужен жилет для него.

Она кивнула на меня. Старик окинул меня взглядом, от которого захотелось провалиться сквозь пол.

— Это кто? Твой новый парень? Хилый какой-то. Ты всегда любила покрепче.

— Язык придержи, — в голосе Химари звякнул металл. — Это мой напарник. Жилет нужен лёгкий, но прочный. С усилением на груди и спине.

— Напарник? — старик хмыкнул. — С такой аурой? Да он слабее моей бабки, а ей двести лет.

— Поэтому ему и нужен жилет, старый ты пень. Работай давай.

Лис кряхтя полез куда-то в недра лавки и через минуту вытащил серый жилет из материала, похожего на кожу, но с металлическим отливом.

— Чешуя молодого дракона, — прокомментировал он. — Слабая, конечно, не выдержит прямого удара от FF+, но от случайной царапины или магического отблеска спасёт. Пятьдесят золотых.

— Дорого.

— Это дракон, девочка. Хочешь дешевле — иди на толкучку, купи там кожу кобольда. Он в ней неделю протянет, если повезёт.

Химари вытащила из-за пояса кошель и бросила на прилавок. Золото звякнуло.

— Надевай, — приказала она мне.

Жилет сидел как влитой. И правда почти не чувствовался, хотя на вид был тяжёлым.

— Теперь второе, — продолжила Химари. — Лис, дай ему в руки что-нибудь. Меч там или кинжал. Посмотрим, сможет ли он вообще оружие держать.

Старик протянул мне короткий меч. Я взял его. Металл был холодным и тяжёлым. Я попробовал сделать выпад, как в кино, и едва не врезался в стену, потеряв равновесие.

Химари закрыла лицо ладонью.

— О боги... Лис, дай ему тупой. Он порежется.

— Уже дал тупой, — философски заметил старик.

Я покраснел. Химари вздохнула.

— Ладно. Забудь про оружие. Твоя задача — уклоняться. Бегать. Прыгать. Падать и вставать. Ты это умеешь?

— Ну... я на физкультуре...

— Забудь про физкультуру. Сейчас будет практика.

Она повернулась к Лису.

— Есть тут место, где можно устроить тренировку? Чтобы никто не видел?

— Задавай цену.

— Ещё десять золотых.

— Пошли.

2.4 Адская тренировка

Подвал оказался большим. Метров тридцать в диаметре, с земляным полом и стенами, укреплёнными камнем. В центре стояли манекены и лежало несколько мешков с песком.

Химари встала напротив меня на расстоянии метров десять.

— Правило первое, — начала она. — Герои FF+ уровня не просто сильные. Они быстрые. Настолько быстрые, что обычный глаз не успевает за их движением. Ты не увидишь, как они атакуют. Ты должен чувствовать. Телом. Инстинктами.

— Как я буду чувствовать, если я обычный человек? — спросил я.

— А ты не обычный. Ты мой. И сейчас я тебя научу.

Она подняла правую руку. Та вспыхнула алым.

— Игра называется «Уклонение от адского пламени». Я буду кидать в тебя огненные шары. Маленькие. Не смертельные. Просто горячие. Твоя задача — уворачиваться. Если попала — больно. Если не попала — молодец. Готов?

— Подожди! — заорал я. — Это же опасно! Я сгорю!

— Не сгоришь. Жилет выдержит. А если выдержит, значит, и герои не убьют с одного удара. Начали!

Первый огненный шарик вылетел так быстро, что я даже не понял, что он летит. Просто вдруг в плечо врезалось что-то горячее, и я заорал от боли, хватаясь за обожжённое место.

— Больно? — крикнула Химари. — А герои бьют больнее! Вставай и беги!

Второй шарик. Я прыгнул в сторону, и он пролетел мимо, врезавшись в стену и оставив там чёрное пятно.

— Уже лучше! Третий!

Час. Мы тренировались час.

За это время Химари кинула в меня, наверное, сотню огненных шаров. Я уворачивался, падал, вставал, снова уворачивался. Моя новая куртка превратилась в решето. Жилет выдержал, но руки и ноги горели огнём.

К концу тренировки я валялся на земляном полу, тяжело дыша, и смотрел в потолок.

— Вставай, — сказала Химари, подходя ко мне. — Это была разминка.

— Ты... ты издеваешься? — прохрипел я.

— Нисколько. Ты должен быть быстрее. Гораздо быстрее. Лайт Вечный двигается так, что ты даже не заметишь его приближения. Если я кидаю шары с такой скоростью, а ты едва уворачиваешься — ты труп.

Она протянула мне руку. Горячую. Я схватился и она рывком подняла меня на ноги.

— Но у тебя есть талант, — вдруг сказала она.

— Что? Какой? Я еле стоял на ногах.

— Ты не паникуешь. После первого десятка шаров ты перестал орать и начал просто двигаться. Тело само искало правильные траектории. Это редкий дар. Обычно люди застывают от страха. А ты просто бежишь.

Я уставился на неё. Она что, только что похвалила меня?

— Но этого мало, — добавила она, разрушая момент. — Завтра продолжим. А послезавтра — Храм Света.

2.5 Вечер откровений

Вечером мы сидели на балконе её квартиры. Город внизу сверкал огнями, где-то играла музыка, пахло жареным мясом и магией.

Химари пила какое-то розовое вино из высокого бокала. Я просто сидел и смотрел на город. Мои мышцы ныли, ожоги саднили, но внутри было странное спокойствие.

— Вкусно? — спросила она, заметив мой взгляд на бокал.

— Не знаю. Я вообще алкоголь плохо переношу.

— Ну и правильно. Пьяный щит — плохой щит.

Она помолчала, потом вдруг сказала:

— Знаешь, почему я тебя не убила сразу, когда ты вывалился из разрыва?

— Потому что я веселый?

Она фыркнула.

— Нет. Потому что у тебя аура... странная. Пустая, но не мёртвая. Такое бывает у людей, которые уже умирали. Пересекали грань и возвращались. Им легче учиться. Легче выживать. Потому что смерть для них — не абстракция, а то, что они уже пробовали.

Я вспомнил трактор. Искры из глаз. Темноту.

— На вкус так себе, — сказал я.

— Вот именно, — она усмехнулась. — Ты не боишься смерти. Ты боишься боли, боишься неудачи, но не смерти. Это ценно.

Она допила вино и поставила бокал на перила.

— Ладно, лузер. Завтра тяжёлый день. Иди спать.

Я встал, но задержался.

— Химари... можно спросить?

— Валяй.

— Что сделали те герои? Лайт, Стелла и третий? Почему ты их так ненавидишь?

Она замерла. Её правая рука сжалась в кулак, и на миг мне показалось, что балкон сейчас вспыхнет.

— Это не твоё дело, — сказала она тихо. — Твоя задача — быть приманкой. Всё остальное моё.

Я кивнул и пошёл к двери.

— Акуми.

Я обернулся.

— Если мы выживем послезавтра... может быть, расскажу. Может быть.

Она отвернулась к городу, и я увидел, как её плечи чуть заметно дрожат.

Я закрыл дверь и пошёл на свой диван, чувствуя, что этот мир становится сложнее, чем просто история про попаданца и безумную девушку с огненными руками.

2.6 Ночной гость

Я проснулся от того, что кто-то тряс меня за плечо.

— Тихо, — прошептал голос. Не Химари. Мужской. — Не ори.

Я открыл глаза и увидел перед собой лицо в капюшоне. Незнакомец прижимал палец к губам.

— Кто вы? — прошептал я.

— Друг. Пока что. Слушай внимательно, парень. Та девчонка, с которой ты связался — ходячая проблема. Она собирается убить Лайта Вечного. Это плохая идея. Лайт — один из сильнейших героев континента. За ним стоит церковь, гильдия и ещё куча организаций. Если она его тронет — её сотрут в пыль. И тебя заодно.

— Откуда вы...

— Знаю? Потому что я слежу за ней давно. И предупреждаю тебя: уходи. Сейчас же. Пока не поздно. Я дам денег, выведу из города. Начнёшь новую жизнь. А она пусть сама разбирается со своими демонами.

Я смотрел на незнакомца. Потом медленно сел на диване.

— Спасибо за предложение, — сказал я. — Но я пас.

— Что?

— Она дала мне жильё, еду, защиту. Она учит меня выживать. И да, она безумна, и да, она хочет убить каких-то там героев. Но она первая за... ну, за две мои жизни, кто отнёсся ко мне как к человеку. Не как к расходному материалу, не как к пустому месту. Как к человеку, который может быть полезен. Может быть, это просто манипуляция. Но это лучше, чем ничего.

Незнакомец смотрел на меня странным взглядом. В полутьме я не мог разобрать его лицо, но чувствовал — он удивлён.

— Ты идиот, — сказал он наконец.

— Знаю.

— Она тебя убьёт. Или герои убьют. Или всё вместе.

— Возможно.

— Тогда хотя бы прими это.

Он сунул мне в руку что-то холодное и металлическое. Я посмотрел — маленький кинжал в ножнах, чёрный, матовый.

— Если придётся туго — режь. Магия на нём не работает, но герои всё-таки люди. Кровь у них красная, как у всех.

Он растворился в темноте быстрее, чем я успел сказать спасибо.

Я сидел на диване, вертел в руках кинжал и думал о том, что моя жизнь становится слишком насыщенной для человека, которого убил трактор.

Из соседней комнаты донеслось сонное бормотание Химари. Что-то про «сожгу» и «не трогайте».

Я улыбнулся, спрятал кинжал под подушку и лёг обратно.

Завтра будет тяжёлый день. А послезавтра — Храм Света. Впервые в жизни мне было не всё равно, что случится дальше.