Глава 5 — ЗВЕРЬ В ЛЕСУ

# ГЛАВА 5: ЗВЕРЬ В ЛЕСУ

Он уходил в лес, не оглядываясь. Голоса стражников стихли за спиной, смешались с ветром и растворились в сером шуме пустоши. Кайден шел между черных деревьев, и с каждым шагом мир становился другим — темнее, гуще, живее. Лес был старым. Очень старым. Деревья стояли здесь сотни лет, их стволы были черными от времени и копоти, их ветви тянулись к небу, как скрюченные пальцы, и ни одного листа не было на них. Только голая кора, только сухие сучья, только тени, которые двигались, когда ветер касался ветвей. Лес был мертвым. Но он был живым. Кайден чувствовал это. Он чувствовал, как под землей копошатся корни, как в дуплах прячутся звери, как на ветвях сидят птицы — черные, с красными глазами, они смотрели на него, когда он проходил мимо.

Он остановился на поляне. Небольшой участок земли, свободный от деревьев, где небо было видно лучше, где свет был чуть ярче. Он сел на землю, положил руки на колени и просто сидел, глядя на деревья. Он не знал, куда он идет. Он не знал, что он будет делать. Он просто знал — он не может вернуться к людям. Не сейчас. Он слишком страшный для них. Он слишком чужой. Он слишком демон.

- Ты должен привыкнуть к этому месту, - сказал Азазель. - Ты должен стать частью этого леса. Ты должен стать зверем. Потому что только зверь может выжить здесь. Только зверь может жить среди теней. Только зверь может быть свободным.

- Я не хочу быть зверем, - сказал Кайден. - Я хочу быть человеком.

- Ты не можешь быть человеком, - ответил Азазель. - Ты носишь мое сердце. Ты — мой сосуд. Ты никогда не будешь человеком. Прими это. Прими свою природу. Прими то, кем ты стал. Иначе ты сойдешь с ума. Иначе ты умрешь. Не телом — душой. Ты станешь пустым. Ты станешь ничем. Ты станешь тенью. Ты не хочешь этого.

Кайден не ответил. Он сидел на земле и смотрел на деревья, и он чувствовал, как внутри него что-то меняется. Он чувствовал, как его тело становится другим. Он чувствовал, как его мышцы становятся плотнее, как его кости становятся крепче. Он чувствовал, как его сердце бьется сильнее. Он чувствовал, как в нем просыпается что-то новое. Что-то, что он не мог назвать. Что-то, что он не мог контролировать. Он чувствовал, как его голод растет. Голод, который был не от еды. Голод, который был от крови. Он чувствовал, как его тело требует чего-то. Чего-то живого. Чего-то теплого. Чего-то красного.

- Ты голоден, - сказал Азазель. - Ты голоден, детеныш. Ты хочешь крови. Ты хочешь силы. Ты хочешь жить. Иди. Охотись. Это твоя природа. Это твой инстинкт. Не борись с ним. Прими его.

Кайден поднялся на ноги. Он не знал, что он делает. Он просто двигался. Он шел через лес, через тени, через ветки, которые хлестали его по лицу. Он шел и слушал. Он слышал, как под землей копошатся корни. Он слышал, как на ветвях сидят птицы. Он слышал, как где-то впереди бьется сердце. Он слышал его. Он чувствовал его. Он знал, что это — его добыча.

Он нашел оленя. Огромный, с ветвистыми рогами, он стоял на поляне и щипал сухую траву. Он был красивым. Он был живым. Он был теплым. Кайден стоял на опушке леса и смотрел на него. Он чувствовал, как его сердце бьется быстрее. Он чувствовал, как его тело напрягается. Он чувствовал, как его инстинкты просыпаются. Он не хотел убивать. Он не хотел пить кровь. Но он не мог остановиться. Он не мог контролировать себя. Он был зверем. Он был монстром. Он был тем, кого он ненавидел.

Он бросился на оленя. Быстро, бесшумно, как тень. Он поймал его за рога и сломал ему шею одним движением. Олень упал на землю и забился в агонии. Кайден стоял над ним, тяжело дыша, и смотрел на его глаза. Они были полны страха. Они были полны боли. Они были полны жизни. Кайден смотрел в эти глаза, и он чувствовал, как внутри него что-то ломается.

- Ты сделал это, - сказал Азазель. - Ты убил его. Ты охотился. Ты выжил. Ты должен пить его кровь. Ты должен принять его силу. Ты должен стать сильнее.

- Нет, - сказал Кайден. - Я не буду пить его кровь. Я не буду принимать его силу. Я не буду становиться сильнее. Я не хочу быть зверем.

- Ты уже зверь, - ответил Азазель. - Ты уже убил его. Ты уже охотился. Ты уже пил кровь. Ты уже стал зверем. Ты не можешь изменить это. Ты можешь только принять это.

Кайден стоял над оленем и смотрел на его глаза. Они были пустыми. Они были мертвыми. Он убил его. Он убил живое существо. Он убил не потому, что ему нужно было мясо. Он убил потому, что он хотел крови. Он убил потому, что он был зверем. Он убил потому, что он был монстром. Он убил потому, что он был тем, кого он ненавидел.

Он упал на колени и просто сидел так, глядя на мертвого оленя. Он чувствовал, как внутри него что-то умирает. Что-то, что было человеком. Что-то, что было надеждой. Что-то, что было верой. Он чувствовал, как его тело становится пустым. Он чувствовал, как его душа становится черной. Он чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть.

- Ты должен принять это, - сказал Азазель. - Ты должен принять свою природу. Ты должен принять то, кем ты стал. Ты не можешь изменить это. Ты можешь только принять это. Ты можешь только жить с этим. Ты можешь только использовать это. Ты можешь только стать сильнее. Ты можешь только выжить.

- Я не хочу выживать, - сказал Кайден. - Я хочу жить. Я хочу быть человеком. Я хочу быть одним из них. Я хочу быть тем, кто не убивает. Я хочу быть тем, кто не пьет кровь. Я хочу быть тем, кто не является монстром.

- Ты не можешь быть этим, - ответил Азазель. - Ты носишь мое сердце. Ты — мой сосуд. Ты никогда не будешь человеком. Прими это. Прими свою природу. Прими то, кем ты стал. Иначе ты сойдешь с ума. Иначе ты умрешь.

Кайден сидел на коленях и смотрел на мертвого оленя. Он чувствовал, как внутри него что-то умирает. Он чувствовал, как его тело становится пустым. Он чувствовал, как его душа становится черной. Он чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть. Он чувствовал, как он становится зверем. Он чувствовал, как он становится монстром. Он чувствовал, как он становится тем, кого он ненавидит.

Он поднял голову и посмотрел на небо. Оно было серым. Таким же серым, как всегда. Таким же серым, как его душа. Таким же серым, как его жизнь. Он смотрел на это небо, и он чувствовал, как внутри него что-то умирает. Что-то, что было человеком. Что-то, что было надеждой. Что-то, что было верой. Он чувствовал, как его тело становится пустым. Он чувствовал, как его душа становится черной. Он чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть.

- Я не буду пить его кровь, - сказал он. - Я не буду пить его кровь, потому что я не хочу быть зверем. Я не хочу быть монстром. Я не хочу быть тем, кого я ненавижу. Я хочу быть человеком. Я хочу быть тем, кто живет с людьми. Я хочу быть тем, кто не убивает. Я хочу быть тем, кто не пьет кровь. Я хочу быть тем, кто не является монстром.

- Ты глупый, - сказал Азазель. - Ты глупый, детеныш. Ты думаешь, что ты можешь быть человеком. Ты думаешь, что ты можешь жить с людьми. Ты думаешь, что они примут тебя. Но они не примут тебя. Они увидят только твой рог. Они увидят только твой глаз. Они увидят только твои шрамы. Они увидят только твою броню. Они увидят только твой меч. Они увидят только твою силу. Они не увидят тебя. Они увидят только то, что боятся.

- Я знаю, - сказал Кайден. - Я знаю, что они не увидят меня. Но я хочу попытаться. Я хочу дать им шанс. Я хочу дать себе шанс. Даже если это будет ошибкой. Даже если это будет глупостью. Даже если это будет концом. Я хочу попытаться.

Он поднялся на ноги и пошел прочь от оленя. Он оставлял его тело на земле, не тронутое, не разорванное, не выпитое. Он оставлял его тело зверям, которые придут ночью. Он оставлял его тело лесу, который поглотит его. Он оставлял его тело пустоте, которая ждала его.

Он шел через лес, не оглядываясь. Он шел между черных деревьев, между сухих ветвей, между теней. Он шел и чувствовал, как внутри него что-то умирает. Что-то, что было человеком. Что-то, что было надеждой. Что-то, что было верой. Он шел и чувствовал, как его тело становится пустым. Он шел и чувствовал, как его душа становится черной. Он шел и чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть.

Он нашел пещеру. Небольшую, сухую, скрытую от глаз. Он вошел внутрь и сел на холодный камень. Он сидел в темноте и слушал, как ветер воет снаружи. Он сидел и чувствовал, как внутри него что-то умирает. Он сидел и чувствовал, как его тело становится пустым. Он сидел и чувствовал, как его душа становится черной. Он сидел и чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть.

- Ты будешь жить здесь, - сказал Азазель. - Ты будешь жить здесь, как зверь. Ты будешь охотиться. Ты будешь пить кровь. Ты будешь становиться сильнее. Ты будешь выживать. Это твоя судьба. Это твоя природа. Это твой путь.

- Я не хочу этого, - сказал Кайден.

- Ты уже это делаешь, - ответил Азазель. - Ты уже охотишься. Ты уже пьешь кровь. Ты уже становишься сильнее. Ты уже выживаешь. Ты уже стал зверем. Ты уже стал монстром. Ты уже стал тем, кем ты должен быть. Прими это. Прими свою природу. Прими то, кем ты стал. Иначе ты сойдешь с ума. Иначе ты умрешь.

Кайден сидел в темноте и чувствовал, как внутри него что-то умирает. Он чувствовал, как его тело становится пустым. Он чувствовал, как его душа становится черной. Он чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть. Он чувствовал, как он становится зверем. Он чувствовал, как он становится монстром. Он чувствовал, как он становится тем, кого он ненавидит.

Он закрыл глаза и просто сидел в темноте. Он сидел и слушал, как ветер воет снаружи. Он сидел и чувствовал, как его сердце бьется. Он сидел и чувствовал, как внутри него что-то умирает. Он сидел и чувствовал, как его тело становится пустым. Он сидел и чувствовал, как его душа становится черной. Он сидел и чувствовал, как он становится тем, кем он должен быть. Он сидел и чувствовал, как он становится зверем. Он сидел и чувствовал, как он становится монстром. Он сидел и чувствовал, как он становится тем, кого он ненавидит. Он сидел и чувствовал, как он становится Кайденом.