Глава 462 — Неизбежная рутина
Служанка повела Скарлетт, Эвелин и леди Винтерсворт во дворец.
Сегодняшнее расписание было плотным. Для начала – менее формальный приём, где гости смогут пообщаться между собой. В полдень начнётся настоящее мероприятие: всех отведут в Райскую Палату, где после соответствующих церемоний и провозглашений император займёт своё место. Затем – обед и, собственно, активация Эмпирейского барьера. Как только с официальной частью будет покончено, состоится ещё один приём, и после него уже можно будет уйти. Также желающие смогут посетить встречу имперского Сейма и чиновников, которая состоится вечером.
Для Скарлетт всё вышеперечисленное мало отличалось от пытки.
Ничуть не помогало и то, что её личное расписание оказалось значительно сложнее официального. Но она уже несколько недель мысленно готовилась к этому.
Всего один день. Она в присутствии всей группы поклялась Розе, что, когда это закончится, позволит себе полноценный ночной отдых.
Скарлетт почти предвкушала его.
Их вели вглубь здания по блестящим коридорам с рядами флагов, которые охранялись дворцовыми гвардейцами в красных плащах. Наконец, группа очутилась во внутреннем саду – настолько огромном, что он больше напоминал не замкнутое помещение, а городской квартал, перенесённый во дворец. Террасы из гладкого красного гранита, огороженные низкими мраморными балюстрадами, располагались на головокружительной высоте под бронзово-красным куполом. Широкие лестницы выгибались дугой. Повсюду виднелись деревья в горшках, фонтаны и цветущие клумбы. Аристократы и чиновники уже заполонили это место, а между ними сновала череда слуг с подносами. Звук разговоров смешался с мягким журчанием воды. Вдалеке, за стеклянной стеной, раскинулось озеро Реллария. На его поверхности по-прежнему располагалась Белд Тилелион.
Сад Розалинды.
Взгляд баронессы скользил по террасам и множеству дворян, которые приехали в столицу, хотя у многих из них владения либо ещё оправлялись от нападений монстров, либо боролись с последствиями. Она не могла не вспомнить тот раз, когда посетила это место после Райской проповеди.
Как много изменилось с тех пор.
Тогда она одной фразой смогла превратить себя в парию. Пожалуй, все окружающие в тот момент сочли, что эта мелкая баронесса больше никогда не оставит заметного следа в дворянском обществе. Но вот она здесь. Снова. И, если верить леди Винтерсворт, за последнюю неделю имя Скарлетт хотя бы раз срывалось с губ всех присутствующих, без исключения.
Для одних она сделала себе имя, отправив пострадавшим от атак Племени непропорциональные объёмы ресурсов. Другие решили, что за ней стоит приглядывать, ещё после инцидента с цитаделью Тоски. Но большинство, пожалуй, просто почувствовало, куда дует ветер в определённых дворянских кругах.
Леди Винтерсворт не делала никаких официальных заявлений от имени Скарлетт, однако за последние несколько дней старушка посетила почти каждого высокорангового аристократа, присутствовавшего в городе, и напомнила о нескольких одолжениях.
Её связи по-настоящему впечатляли, особенно с учётом того, что формально она тоже оставалась «просто» баронессой. Скарлетт не смогла бы подступиться и к половине всех тех людей, попытайся она сама назначить встречу. Не в первый раз она испытала прилив благодарности к леди Винтерсворт, решившей приложить столько усилий, чтобы помочь баронству Хартфорд.
Кстати говоря.
- Что ж, дорогие, - улыбнулась пожилая леди, - нам нужно многое сделать и многих очаровать, и я не вижу причин откладывать неизбежное. Думаю, мне стоит найти моего супруга и детей, прежде чем здесь станет слишком шумно. Эвелин, хочешь присоединиться?
- Если вы не возражаете.
- Конечно, нет, - она легонько положила руку на плечо Эвелин, подтянула её поближе и взглянула на Скарлетт. – Я так поняла, ты хочешь пойти и заняться собственными делами?
- Да, - кивнула Скарлетт.
- Тогда мы сможем увидеться позже.
- Сможем.
- Удачи, Скарлетт, - сказала Эвелин.
- И тебе.
Молодая женщина кинула на неё изучающий взгляд и слегка улыбнулась:
- И попытайся не устраивать крупных катастроф и прочих инцидентов.
Скарлетт промолчала.
Эвелин моргнула и немедленно состроила серьёзное лицо.
- Скарлетт, нет.
Скарлетт поморщилась и вскинула руку:
- Не волнуйся. Я не намерена давать кому-либо повод поднять тревогу. Уверяю тебя, никому не хочется, чтобы этот день прошёл без серьёзных осложнений, сильнее, чем мне.
Она не очень-то надеялась, что всё действительно окажется так просто, но ведь может же женщина помечтать!
Эвелин взглянула на неё с подозрением, но, в конце концов, выдала ещё одну крохотную улыбку и кивнула.
- Значит, поговорим позже.
С этими словами они с леди Винтерсворт, тихо переговариваясь, направились к короткому выгнутому мосту, который вёл к следующей террасе – на нижние уровни сада.
Скарлетт повернулась к служанке, которая привела её сюда.
Та сделала реверанс с лёгкостью, выдающей долгие тренировки.
- Вам требуется ещё что-нибудь, миледи?
- Вы знаете, когда прибудет делегация последователей Иттара?
- Боюсь, что нет, миледи. Если желаете, - служанка опустила голову, - могу узнать это от вашего имени.
- Нет, в этом нет необходимости, - Скарлетт сделала небольшой жест ладонью. – Можете идти. Дальше ваша помощь мне не не потребуется.
Женщина присела в реверансе ещё раз и удалилась тем же путём, каким пришла.
Скарлетт подошла к краю террасы, положила руки на резную балюстраду и ещё раз оббежала взглядом Сад Розалинды, его ступенчатые ярусы, а также лица собравшихся. Многих она узнала – как тех, к кому ездила последние несколько дней, так и тех, с кем работала в прошлом.
Она еле удержалась от вздоха.
Раньше в подобных случаях она старалась взаимодействовать с минимальным количеством людей, или же позволяла кому-то наподобие леди Винтерсворт брать большую часть беседы на себя. Но сегодня так делать нельзя. Раз уж они полагаются на некоторых влиятельных личностей, которые посетили собрание, то и от Скарлетт ожидают хотя бы базовой вежливости. Так что у неё не осталось особого выбора, кроме как подыграть и поздороваться со всеми важными гостями, с какими получится. Леди Винтерсворт и Эвелин, кстати, сейчас заняты тем же самым.
Впрочем, по-настоящему раздражает другое: сделать это нужно так быстро, как только возможно, иначе придётся вычитать время из прочих дел, что в дальнейшем увеличит риск осложнений.
Увы, таковы условия, и сегодня с ними придётся смириться. Так бывает, когда возникает нужда реализовывать несколько планов одновременно.
Собравшись с силами, Скарлетт отошла от балюстрады, пересекла террасу и приблизилась к первой группе знакомых дворян. Те собрались возле фонтана, окружённого бледно-голубыми цветами и низким кустарником с серебряными листьями.
Какое-то время она переходила от одной группы к другой, поддерживая самое близкое к вежливой расслабленности состояние, на какое была способна. Скарлетт обсуждала с аристократами, чиновниками и менее почётными гостями широкий спектр тем – как в пределах той области, к которой леди Винтерсворт её готовила, так и вне её. А ещё она изо всех сил старалась поддерживать баланс: не слишком зазнаваться, но и ясно доносить до окружающих, что ей неинтересно гнуть спину или чувствовать себя обязанной за чьё-то одобрение.
Большая часть собеседников была, как минимум, частично знакома с её недавними усилиями и достижениями. Прозвучало несколько колючих комментариев со стороны тех, кто не любил Скарлетт, но ничего такого, что можно было бы счесть открытой грубостью.
Для такого пока ещё рано.
Почти настоящим сюрпризом для Скарлетт стало то, сколь многие, кажется, склонились в противоположную сторону. Это было особенно верно для определённой категории молодых холостяков, которые, как она считала, проявляли к ней слишком много внимания. Вероятно, они наслушались сплетен про её отношения с семьёй маркиза Делмона и пришли к верному умозаключению: на текущий момент помолвка с сэром Леоном остаётся простой формальностью.
Конечно, вслух они этого не произносили. Максимум – осторожно упоминали хорошую репутацию или недавние заслуги сэра Леона, а затем наблюдали и вслушивались в реакцию Скарлетт.
Скарлетт и не пыталась потакать этим поползновениям. Романтические перспективы и политические браки в данный момент оставались настолько далёкими от области её интересов, насколько вообще возможно. Она даже не знала, здесь ли сегодня Леон. Она заметила нескольких солнечных рыцарей, дежурящих в саду, но Леона среди них не было.
Когда за её спиной раздался грубый голос, она как раз обсуждала с пожилым бароном из-под Фармира, какую поддержку благодаря её поставкам ресурсов и сотрудничеству имперских сил смогла организовать Гильдия щитовиков.
- Баронесса Хартфорд.
Скарлетт обернулась и обнаружила, что к ней напряжённой, неровной походкой приближается тяжеловесный мужчина в чёрном вельветовом костюме с золотой каймой. Его тёмные волосы длиной по шею уже начали белеть на висках, на морщинистом лице выделялись тонкие усы, а рука опиралась на полированную трость.
Герцог Ингомар Валентино из Бриджспелла.
- Ваша светлость.
Только после этого Скарлетт обратила внимание на молодого человека, шагающего рядом с герцогом.
- Восходящее Солнце империи почтило нас своим присутствием. Приветствую, Ваше Высочество.
Кронпринц, одетый в красно-синюю униформу с золотыми эполетами, кинул на неё изучающий взгляд из-под светлой чёлки, аккуратной зачёсанной набок. За его спиной стояла дама Ийана «Холодная» Уебб, Второй Клинок империи, облачённая в шикарную бело-золотую броню королевской гвардии. Она сохраняла пассивное выражение лица, пока холодные глаза фиксировали Скарлетт и барона рядом с ней.
Скарлетт уже видела, как кронпринц перемещается по террасам, поэтому не слишком-то удивилась тому, что эти двое, в конце концов, подошли и к ней. По сути, принц – лицо династии на утреннем приёме, поскольку Его Императорское Величество не посетит эту часть мероприятия лично. Принц был известен как любезный молодой человек, который на подобных событиях часто останавливался, чтобы перекинуться словом-другим даже с мелкой знатью.
С герцогом Валентино Скарлетт уже неоднократно работала, и он входил в число дворян, которых недавно навещала леди Винтерсворт. Пожалуй, он даже был самым влиятельным из всех. Леди отдельно заметила, что, несмотря на всё ворчание Ингомара по поводу личности Скарлетт, он, очевидно, всё-таки испытывает к ней значительное уважение.
Правда, Скарлетт слышала, что изначально герцог вообще не собирался посещать праздник. Он входил число людей, считающих, что устраивать любое «торжество» в текущей ситуации – признак дурновкусия. Интересно, что же заставило его передумать?
Поскольку он – признанный лоялист, это, наверное, имеет какое-то отношение к императору.
- Баронесса Хартфорд, - сказал кронпринц. – Давно мы не общались.
- Совершенно верно, Ваше Высочество. Как всегда, ваше присутствие – честь для меня.
- Мм, - мужчина вежливо кивнул и повернулся к старику, с которым разговаривала Скарлетт. – Барон Ремингтон. По-моему, мы сталкивались во время Райской проповеди.
- Так и было, Ваше Высочество, - тот поклонился. – Я польщён, что вы помните меня.
Обменявшись любезностями с бароном, кронпринц нашёл несколько слов и для Скарлетт. Точнее, поблагодарил от имени отца за все те усилия и ресурсы, которые она пустила на благо империи, чтобы помочь справиться с кризисом.
Из того факта, что он подошёл вместе с герцогом, Скарлетт сделала и ещё один вывод: принцу в некоторой степени известно, что означает её сегодняшнее здесь присутствие. В какой степени – отдельный вопрос. Его интерес к Скарлетт не казался особенно направленным. Не то чтобы принц вёл себя отчуждённо – с его стороны было весьма щедро вот так вот приветствовать баронов – но у Скарлетт сложилось впечатление, что он просто отмечался возле неё, поскольку кто-то намекнул, что ему следует так поступить.
Пожалуй, ему следует ещё немного вырасти над собой, чтобы соответствовать своей роли.
Скарлетт было известно, что кронпринц достаточно способен, и что его, в основном, любят. Но ещё она слышала – как от леди Винтерсворт, так и от других – что многие люди, поддерживающие императора и его наследника, хотели бы, чтобы принц уделял больше времени знакомству с обязанностями, которые однажды станут его собственными.
По сравнению с отцом ему, предположительно, не хватало терпения. Этим он, наверное, обязан Регине, своей младшей сестре. Все эти годы она так усердно его поддерживала, что ненароком лишила великого множества возможностей, которые помогли бы его развитию.
Не то чтобы Скарлетт верила, что Регина намного лучше подходит для императорской короны. Первая принцесса немножко напомнила ей Эвелин: явно очень умела в административных делах и всём таком, но не лишена определённой незрелости и наивности, из которых только начала вырастать.
Кронпринц не стал долго задерживаться, прежде чем попрощаться и перейти к группе дворян, собравшихся возле статуи неподалёку. Барон Ремингтон тоже быстро откланялся.
Таким образом, Скарлетт осталась почти наедине с герцогом Валентино, не считая дамы Ийаны. Та так и осталась неподалёку, не сводя глаз с кронпринца.
- Хмф, - герцог двумя пальцами потянул кончик уса и стукнул тростью по гладкому каменному полу. – Баронесса, вы в курсе, что выводите меня из себя?
- И почему же? – Скарлетт кинула на него беглый взгляд.
- Мне просто не нравятся ваши манеры. Вас было бы намного проще терпеть, не будь вы такой выскочкой.
- Боюсь, с этим я очень мало что могу поделать. Это часть того, кем я являюсь.
- Я знаю, - пропыхтел мужчина, и морщинки в уголках его глаз стали глубже. – У Лилы, кажется, накопился неиссякаемый запас аргументов в вашу пользу. Я сегодня вас поддержу, но лишь в качестве признания вашей достижений, а не из-за приязни. Не ожидайте, что я продолжу делать вам одолжения просто так. Я уже выплатил свой долг, когда помог вам выпутаться из неприятностей на конклаве.
Скарлетт ещё какое-то время смотрела на него, прежде чем отвернуться.
- Учту.
- Хорошо.
Мужчина коротко кивнул, поправил ремень и, стуча тростью по камню, пересёк террасу, чтобы продолжить сопровождать принца.
Дама Ийана с места не сдвинулась.
- Вы не будете возражать, если я задам вопрос? – спросила она после нескольких секунд молчания, продолжая смотреть на кронпринца.
Её голос при этом остался абсолютно ровным, будто она о погоде спрашивала.
- Нисколько, - ответила Скарлетт.
- Вы не устаёте от этого?
- От чего? – Скарлетт переключила внимание на женщину.
- От вращения. От всей бесполезной вежливости и небольших любезностей, требуемых этими людьми.
- Ах, понимаю. Тогда, - Скарлетт обвела глазами сад, - да, устаю.
- Я так и думала.
- А вы?
- И я устаю. Но мне редко приходится заниматься этим лично.
- Могу лишь позавидовать такой привилегии. Наверное, моя жизнь была бы проще, если бы я записалась в Клинки империи, а не следовала пути, по которому двигаюсь сейчас.
- Не думаю, что эта позиция вам бы подошла.
- Наверное, нет.
И они продолжили наблюдать, как кронпринц ведёт свою беседу.
До этого Скарлетт дважды пересекалась с дамой Ийаной и обнаружила, что эта женщина ей нравится. Её прямолинейность освежала.
Спустя некоторое время Ийана нарушила молчание ещё раз.
- Вы верите в судьбу?
Скарлетт замерла.
- А почему вы спрашиваете?
- В прошлый раз, когда мы посетили такое мероприятие, всё закончилось битвой с приспешниками племени Греха. Интересно, каков шанс, что это повторится?
Скарлетт негромко хихикнула:
- Неужели вы предполагаете, что встреча со мной – дурное предзнаменование, или что-то в этом роде?
Рыцарь на миг замолчала и пожала плечами.
- Наверное.
- Признаюсь, я и сама иногда размышляю, не так ли это. Отвечая на ваш вопрос, - Скарлетт помотала головой, - нет, я не верю в судьбу. Но если бы судьба существовала, то я, пожалуй, сочла бы своей обязанностью сражаться с ней изо всех сил.
- Понимаю. Давайте надеяться, что в этом не возникнет необходимости.
- Давайте.
Ийана ушла, как только кронпринц закончил разговор и отправился на следующую террасу. После этого Скарлетт вернулась к утомительному ритму социализации. Во дворец медленно прибывали всё новые волны людей, поэтому баронесса, вопреки собственным желаниям, не испытывала недостатка в руках, которые нужно пожать, и в беседах, которые нужно вытерпеть.
Так её день и продолжался, пока небольшое оживление возле одного из боковых входов не привлекло её внимание: прибыла группа последователей Иттара. Сразу несколько носили маски, выделяющие их как дьяконов. На первый взгляд, их было не узнать, но Скарлетт показалось, что она разглядела среди них фигуру дьякона Солнейт, а также ещё одну отдалённо знакомую личность.
У Скарлетт было к ним дело, но подходить она не стала. Ещё рано.
Вместо этого она продолжила двигаться прежним маршрутом, пока, наконец, не очутилась в одиночестве на одной из высоких террас, откуда открывался вид на большую часть сада. Дерево с широкими листьями укрыло своей тенью мраморный бортик, возле которого стояла Скарлетт. Баронесса держала в руке бокал цитрусового вина и созерцала толпу внизу.
Рядом с ней раздался мягкий звук шагов.
Скарлетт покосилась на фигуру в сутане и золотой маске, остановившуюся рядом с балюстрадой.
- Редко можно наблюдать, как вы по-настоящему придерживаетесь протокола и носите маску, - выгнула она бровь.
- Я рассматривал вариант отказаться от неё, - раздался голос Раймонда. – Увы, так я привлёк бы слишком много внимания.
- Сейчас вы, конечно, этого не делаете.
- Что я делаю сейчас – так это делюсь с нашей уважаемой баронессой аурой добавочной загадочности. Все спросят себя: кто же этот жрец в маске, с которым она разговаривает? Какими секретами они обмениваются? Это скандал? Пророчество? Глубокая дискуссия о фруктовом вине?
- Как скажете.
Мужчина облокотился на балюстраду.
- Позволено ли скромному слуге Иттара спросить: вы наносили кое-кому визит после нашего прошлого разговора?
- Нет, - Скарлетт устремила взгляд вперёд
-…Нет?
Удивление было чётко слышно даже из-под маски.
- Нет. Но вы не переживайте. Я намерена сделать это сейчас.
Вот почему она хотела как можно раньше выполнить сегодняшнюю квоту по социализации.
Раз уж Раймонд сам подошёл – наверное, настало время ненадолго заглянуть к авгуру.