Глава 461 — В дорогу!
Не успело утро перетечь в полдень, а в фойе резиденции Хартфордов уже закипела активность.
Скарлетт стояла рядом с лестницами, наблюдая, как Эвелин командует слугами и обсуждает последние приготовления с Вайтли – их дворецким в Элистеде. Одна из горничных собирала её каштановые волосы, доходившие до шеи, в аккуратный узел с заколкой. Со стороны жонглирование причёской казалось обманчиво лёгким.
Настал день празднования запуска Эмпирейского барьера. Даже если не брать в расчёт дворян, готовящихся к собранию в Рассветном дворце, весь город пришёл в движение.
В последнее время Элистед никогда не был по-настоящему спокоен. Слишком много беженцев собралось как в городских стенах, так и под ними. Но этот день имел отдельное значение для людей, наиболее пострадавших от атак монстров, которые крушили имперские поселения вот уже несколько месяцев. Скарлетт слышала, что нападения стали реже, когда имперские силы лучше научились собирать население в областных центрах, которые легко защищать. Однако ущерб таким городам, как Амберкрест и Отумвелл, по-прежнему тяжким грузом давил на общественное сознание. Корона приложила немало усилий, чтобы продемонстрировать, что барьер служит ответом на эти страхи.
Скарлетт же не знала, чего ждать от самой церемонии.
Поэтому приготовилась ко всему.
Почти три четверти вчерашнего дня ушли на подготовку контрмер и запасных планов, которые окажутся полезными, если дело дойдёт до противостояния с Хозяйкой. А остальная четверть – на то, чтобы припасти несколько тузов в рукаве на случай, если сам праздник пойдёт не по плану. С такими богатствами и информацией из игры, как у Скарлетт, в столице можно найти немало небольших преимуществ – если знать, где искать. Вместе они что-то да значат.
Конечно, большая часть всего этого пришлась на зелья, которые Алисса или не могла, или не успела сварить. Но ещё Скарлетт набрала несколько зачарованных предметов и артефактов, которые хорошо подходили лично ей – членов группы-то с собой взять не получится.
Пока Скарлетт следила за тем, как Эвелин заканчивает разговор с Вайтли и благодарит горничную, рядом с ней встала леди Винтерсворт.
Старушка облачилась в тёмно-зелёное платье с бледной серебряной вышивкой на рукавах и воротнике – настолько изящное, что ему нет нужды соперничать за внимание. Её волосы были уложены в такой же узел, как у Эвелин.
Леди Винтерсворт оглядела Скарлетт с довольной улыбкой и кивнула сама себе.
На Скарлетт был тёмно-багровый наряд, идеально сидящий в плечах и пояснице. Тонкое золотое шитьё блестело, когда она двигалась. Немножко более заметная одежда, чем обычно носят на такие события бароны, но не настолько, чтобы люди подумали, что Скарлетт целенаправленно конкурирует с высшей знатью. Это платье она выбрала по рекомендации леди Винтерсворт.
- Шикарный вид, дорогая. Теперь осталось только сделать что-нибудь с выражением лица. Выглядишь так, словно собираешься маршировать прямо на поле боя.
Скарлетт покосилась на неё, а затем опять переключилась на Эвелин. Та надела бледную блузку, угольный жилет и такого же цвета штаны.
- До сих пор не уверена, что есть разница.
Да, все взаимодействия с аристократией за последние несколько дней оказались относительно доброжелательными. Но баронесса по-прежнему не могла избавиться от ощущения, что она не слишком-то вписывается в высший свет. С её точки зрения, за год в роли Скарлетт Хартфорд она привыкла к большинству аспектов своей жизни, но данная часть осталась неизменной.
Максимум, чего ей удалось добиться – лучше познакомиться с привычками дворян и научиться принимать ту честолюбивую часть себя, которая наслаждалась, когда на ней сходились все взгляды. Но эта часть стала слабее с тех пор, как системные черты перестали жёстко давить на разум.
- Кое-кто разделяет твои взгляды, но я всегда думала, что это довольно скучно, - леди Винтерсворт мягко хихикнула. – Я предпочитала учить своих детей относиться к таким собраниям, как к танцевальной площадке.
- Почему же?
- Потому что на танцевальной площадке, если ты сделаешь несколько неправильных шагов, улыбка и несколько сладких слов в нужное ухо обычно могут сгладить последствия. На поле боя каждый неправильный шаг чреват клинком меж рёбер.
- Полагаю, вы не ошибаетесь.
- Кроме того, если ты знаешь, как двигаться на танцевальной площадке, то обычно можешь завести людей туда, куда сама хочешь. Прилежание далеко тебя заведёт, и я бы сказала, что в преддверии сегодняшнего дня ты потрудилась достаточно прилежно, дорогая.
- Вы уверены?
- По большей части. А если я неправа – я буду там, чтобы тебе помочь.
- Благодарю вас за это.
- Ох, не начинай. Старой леди лишь в радость размяться вновь. До этого года я и не осознавала, какой ужасно однообразной стала жизнь на пенсии с моим дражайшим увальнем-супругом. И, раз уж он настоял на том, чтобы вмешаться в игру вокруг Сейма и их споры с короной, я тоже должна показать ему, как правильно встряхнуть империю.
Скарлетт блёкло улыбнулась:
- У меня сложилось впечатление, что он предложил свою помощь в грядущих делах.
- Его заслуги в этом нет, - леди Винтерсворт фыркнула и отмахнулась. – Я не оставила ему выбора.
- Уверена, ему будет приятно это слышать.
- По-моему – абсолютно нет. Но такова уж доля мужа – нести на себе тяжесть неприятных истин. Возьми на заметку, если когда-нибудь выйдешь замуж за этого своего рыцаря.
Улыбка Скарлетт стала тоньше.
- Ни я, ни сэр Леон не намерены заключать брак.
Технически, они так и остались женихом и невестой. Но это потому, что баронесса планировала использовать помолвку как рычаг влияния на семью мужчины, если они решат к ней лезть. В конце концов, у неё на руках есть доказательства их правонарушений, а им тяжелее сделать ход против неё, пока между домами существует формальная связь.
Но они с Эвелин давно приготовили всё, что нужно, чтобы аннулировать это соглашение. Да и Делмоны уже прислали документы, надеясь, что Скарлетт согласится. Теперь именно от Скарлетт зависело, когда она решит покончить с этим.
Ей было немного жаль Леона, который застрял между двумя благородными домами, не имея права голоса относительно собственных брачных перспектив. Но, несмотря на всю свою порядочность (или благодаря ей?), этот мужчина оказался очень плох в противостоянии собственной семье, когда та пыталась его использовать.
- Жаль. Сэр Леон мне понравился. Но вы двое и в самом деле никогда не выглядели подходящей парой. По крайней мере, хорошо, что ты знаешь, чего хочешь, и не позволяешь ожиданиям старых глупцов повлиять на твоё сердце. Надеюсь, однажды ты найдёшь того, кто понимает тебя достаточно хорошо, чтобы помочь тебя обрести счастье такой, какая ты есть.
- Мм, - отвлечённо кивнула Скарлетт.
Тут подошла Эвелин. Она остановилась и посмотрела на них обеих:
- Вы готовы выходить?
- Да, - отозвалась Скарлетт. – Ты завершила подготовку?
- Да.
Эвелин поднесла руку к виску. Ей, кажется, было слегка некомфортно оттого, что волосы больше не ниспадают на лицо, как обычно. Очевидно, их пришлось завязать, чтобы донести до окружающих некую мысль. Что-то насчёт древней традиции женщин благородных домов – собирать волосы, когда новый глава семьи вступает в свои права.
Не то чтобы это произошло сегодня. Однако леди Винтерсворт смогла их убедить: все, кому нужно, заметят изменения, но никто не захочет вскакивать и поднимать шум по данному поводу.
В чём, собственно, и заключается идея.
- Тогда давайте выдвигаться.
Скарлетт направилась к выходу, задержавшись лишь настолько, чтобы служанка открыла дверь. В этот краткий миг баронесса обернулась через плечо. Оказалось, вся её группа собралась на вершине лестницы, ведущей на второй этаж, и наблюдала.
Скарлетт коротко кивнула им и вышла.
За воротами уже ожидал транспорт. Она забралась первой, за ней – леди Винтерсворт, которая размесилась рядом. Эвелин села напротив. Когда экипаж тронулся с места, Скарлетт отвернулась к окну, где проплывали поместья, огороженные стенами сады и сверкающие городские дома округа Восточных врат.
- Эвелин, дорогая, как ты держишься? – раздался голос слева от Скарлетт. – После приезда в Элистед ты хоть раз делала перерыв?
Эвелин тихо рассмеялась.
- Перерывы… увы, нет. Времени не было. Но я в порядке. По крайней мере, я внимательно слежу за тем, чтобы не было недосыпов.
- Хорошо. Мы ведь не хотим, чтобы ты рухнула посреди дворца, не правда ли?
- Этого не произойдёт.
- Я тебе верю. Но если тебе в какой-то момент покажется, что ты взвалила на себя слишком много – не стесняйся найти меня. Конечно, сегодня мне придётся приглядывать и за собственными детьми, но, если хочешь, можешь считать меня своей дуэньей на этом мероприятии.
Последовало краткое молчание.
- Правда? – переспросила Эвелин.
- Конечно. Ты, - тон леди Винтерсворт стал мягче, - та юная леди, которая спасла жизнь моему супругу и мне. И я в курсе, что у тебя не было шанса получить наставления собственной матери. Конечно, сейчас немного поздно, и я не могу её заменить, но, по крайней мере, могу предложить всю доступную помощь.
-…Спасибо.
- Не за что, дорогая. Я и твоей сестре предложила бы то же самое, но, подозреваю, она сочтёт, что в её возрасте цепляться за юбку дуэньи было бы немного стыдно.
Скарлетт слегка нахмурилась и повернулась к старушке.
Та улыбнулась:
- Я заблуждаюсь?
Скарлетт на миг задержала на ней взгляд и опять отвернулась к окну.
- Нет.
Спустя несколько секунд её взор соскользнул на Эвелин.
Молодая женщина немного озадаченно посмотрела ей в глаза:
- Что-то не так, Скарлетт?
-…Когда ты посетила своё первое общественное собрание после того, как повзрослела?
Эвелин моргнула и опустила глаза. Её лицо приняло более тихое выражение.
- На самом деле, я даже не уверена. Четыре года назад, спустя пять месяцев после смерти отца и матери, я впервые поехала на мероприятие в одиночку. Я думала, что настоящий дебют мне не светит, поэтому начала заводить связи как можно раньше. И где-то в процессе я сбилась со счёта.
Её губы изогнулись в крохотную, неловкую улыбку:
- Я совершила много ошибок.
- Мне жаль, - произнесла Скарлетт, продолжая разглядывать её.
К этому моменту главой дома уже стала изначальная Скарлетт. Именно она должна была устроить Эвелин полноценный дебют в высшем обществе. Вместо этого Эвелин пришлось учиться самой, одновременно принимая на себя часть управления баронством, которая не должна была обрушиться на неё так рано.
Эвелин с лёгким удивлением взглянула на неё и смягчила выражение лица.
- Я не виню за это тебя, Скарлетт.
- А следовало бы.
- Следовало бы?
Эвелин встретила её взгляд своим собственным.
Вскоре Скарлетт опять повернулась к окну.
- Да. Именно я в ответе за те ошибки, - сказала она тоном, возвещающим об окончании диалога.
- Не могу судить о том, как оно было раньше, - произнесла спустя некоторое время леди Винтерсворт, - но, кажется, сейчас тебе очень повезло иметь такую ответственную сестру. Или говорить так было бы слишком бесцеремонно с моей стороны?
Скарлетт почувствовала, что Эвелин продолжает её разглядывать, а уголком глаза заметила, как губ молодой женщины коснулась тёплая улыбка.
- Нет. Вы правы. Несмотря ни на что, я счастлива, что она – моя старшая сестра.
У Скарлетт на миг перехватило дыхание.
При этом она не отвела глаз от окна.
Наконец, Эвелин прекратила рассматривать сестру и увлеклась менее тяжеловесной беседой с леди Винтерсворт. Скарлетт слушала, как они обсуждают предстоящий праздник, и не вмешивалась.
Экипаж катился по широким, ухоженным улицам округа Восточных врат, пока не достиг Монет. Оттуда он свернул на бульвар Рассвета – широкую улицу, которая тянулась через большую часть Элистеда, прямо к озеру Реллария и острову, на котором стоял Рассветный дворец.
Солнце не прошло и полпути по небосводу, а на бульваре Рассвета было уже не протолкнуться от карет, телег, всадников и пешеходов. С крыш зданий свешивались флаги, а поперёк улицы между деревьями висели растяжки, колыхавшиеся на ветру. Утренний свет отлично подчёркивал их яркие цвета.
Скарлетт узнала многие из них – это были те же украшения, которые использовались на Фестивале Света в прошлом году. Скорее всего, их вытащили, потому что это оказалось легче, чем готовить всё с нуля. Тем не менее, город они оживили.
За последние дни она видела куда меньшую часть Элистеда, чем Роза, но всё же достаточную, чтобы осознать: хотя народ здесь и пытается жить как обычно, над городом висит постоянное напряжение. Особенно в округе Западных врат и Иностранном квартале, где собралась большая часть беженцев. Люди ходили, общались, покупали еду, спорили, молились и работали, но слишком многие делали это с таким видом, будто только и ждут следующего несчастья.
Скарлетт сомневалась, можно ли назвать её чувства полноценным сопереживанием их горю, однако искренне надеялась, что сегодняшний праздник облегчит им жизнь, хотя бы в обозримом будущем.
Благодаря плотному движению поездка по бульвару Рассвета заняла значительно больше получаса – даже ближе к целому часу. А возле берега всё стало ещё хуже – длинная вереница дворянских экипажей сформировала медленно движущуюся очередь к мосту, соединяющему Рассветный дворец с остальным городом.
Дворец, похожий на бастион из бронзово-красного камня с высокими стенами, возвышался над бледными утёсами. Стены и башни выглядели тёплыми под солнечным светом, а солнечные зайчики, отражённые от волн озера Реллария, танцевали почти золотыми лентами. Скарлетт видела это здание уже несколько раз, но оно всё равно пробуждало в душе некоторый трепет.
Даже не скованная остатками прошлой личности, баронесса, кажется, так и не смогла до конца избавиться от вкусов оригинала.
Чтобы проехать Рассветный мост (да, именно так он и назывался) и достичь другого берега, потребовалось ещё полчаса. Карета остановилась у внешних ворот, под огромной растяжкой с гербом империи. Рыцари в блестящих доспехах и красных плащах обыскивали каждый экипаж и подтверждали личности тех, кто сидит внутри. Процесс шёл заметно медленнее, чем во время прежних визитов Скарлетт.
Наверное, в связи с текущей ситуацией они проводят более тщательные проверки, скорее всего – с использованием магических устройств. Внимание одного из рыцарей привлекла кисть Скарлетт, где покоилось тонкое серебряное кольцо с золотой полосой и ярко-синим кристаллом – [Талисман оперативной замены (уникальный)]. Впрочем, секунду спустя мужчина отошёл и махнул рукой, разрешая проезжать.
Скарлетт не знала – либо его должностная инструкция гласила, что гости имеют право приносить зачарованные предметы, либо кольцо просто не выглядело как то, ради чего стоит переживать. Вообще, в Рассветном дворце не было строгого запрета на артефакты, за исключением особо опасных. Сюда просто не было принято приезжать, обвешавшись полудюжиной зачарованных вещей.
Скарлетт же почти круглосуточно носила на себе маленький, но весьма мощный арсенал.
Который прямо сейчас – вот так уж вышло – был укрыт внутри [Талисмана оперативной замены] и потому труднообнаружим. В конце концов, это кольцо, выкованное одним из самых умелых имперских волшебников прошлого столетия, работало не так, как стандартные пространственные хранилища. Однажды – естественно, с подачи Розы – Скарлетт спросила у декана Годвина, нельзя ли начать массовое производство. Тот ответил, что кольцо, вероятно, функционирует через симпатический якорь на Странствующем Плане.
Очевидно, с практической точки зрения его можно считать по-настоящему уникальным.
После этого карета проехала в ворота и очутилась на просторной площади. Ряды королевских олеандров делили широкий двор на несколько равных частей. Их красно-золотые листья полностью раскрылись. Не совсем так, как в саду Лоции, но это место тоже было по-своему очаровательно.
Очередь впереди, где широкая лестница вела ко входу во дворец, была значительно короче. Слуги в бронзово-золотой униформе, выстроившись ровными рядами, принимали гостей – по одному экипажу за раз. Рыцари наблюдали со стороны. Здесь процесс не затягивался, как перед воротами, и вскоре настала очередь Скарлетт и её компании.
Их транспорт замер. Слуга шагнул вперёд, открыл дверь и низко поклонился. Скарлетт вышла первой. Подол её платья зашуршал по натёртому до блеска камню. Леди Винтерсворт легко и привычно последовала за ней. Эвеилн на миг замешкалась, чтобы расправить плечи.
- Его Императорское Величество, сияющее солнце империи, свет, что сияет над всеми нами, приветствует вас, баронесса Хартфорд, - произнёс слуга.
Скарлетт просто кивнула.
А затем подняла взгляд на Рассветный дворец. На его бронзово-красные стены, яркие флаги и возвышающиеся двери.
Праздник вот-вот начнётся.