Глава 3 — Цена пути наверх

Глава 3. Цена пути наверх

Рёске про себя подумал: в смысле нужны работники? До сих пор всё было спокойно. Но если люди начнут спускаться — а их, он был уверен, будет много, — воспользоваться грави-лифтом уже не получится.

Рёске сказал Милизе:

— Милизе, если они начнут пользоваться лифтом, как мы пройдём? Плюс я уверен, что там будут люди, которые станут его охранять.

Милизе ответила:

— Думаю, мой дядя придумает план. Давай вернёмся в штаб.

Они вернулись в штаб, где их остановил товарищ.

— Стойте, госпожа Милизе.

— Что случилось, Антуан? — спросила она.

— Госпожа сейчас в кабинете господина, и там собралась вся вышка.

— Что они там делают? — спросила Милизе.

— Они уже обсуждают план, как пройти к грави-лифтам, — ответил Антуан.

Рёске задумался: какой же план они придумали? Нужно как можно быстрее выдвигаться.

— Милизе, давай пойдём и узнаем, о чём они говорят, — сказал Рёске.

— Хорошо, — ответила она.

Они подошли к двери кабинета, и Милизе распахнула её. Все члены Вышки, а также Джонатан Свифт, были удивлены её появлением.

Джонатан Свифт сказал:

— Что случилось, Милизе? Мы сейчас заняты. Пожалуйста, выйди — мы всё обсудим и потом всё расскажем.

— Хорошо, — ответила Милизе.

Они вышли и начали ждать. Прошло два часа. Дверь распахнулась, и все члены Вышки вышли из кабинета. Последним вышел дядя Милизе — Джонатан Свифт.

— Заходите, я вам всё расскажу.

Джонатан заговорил:

— Итак, начнём. Наш план таков: члены Альтанта — более трёх тысяч наших товарищей — окружат все Грави-лифты этого города и будут выдавать себя за рабочих. В течение двух дней они действительно будут работать.

На вторую ночь, когда все рабочие уйдут и останутся только охранники, наши люди поднимутся наверх, обезвредят их и подадут нам сигнал к выдвижению. После этого мы займём лифты по всему городу и, по моему сигналу, одновременно поднимемся и скроемся на сороковом этаже.

Чтобы их личности не были раскрыты, наши товарищи под прикрытием полностью сменят данные.

И да, Рёске, ты участвуешь в этом задании. Мы проверим тебя. Готовься: завтра ты отправишься на регистрацию. С тобой пойдут Антуан и Норман.

— Как скажете, командующий, — ответил Рёске.

После этого они с Милизе разошлись по своим комнатам. Рёске умылся, лёг в кровать и погрузился в мысли.

Надеюсь, я не облажаюсь… И ещё — идти с каким-то Антуаном и Норманом. Ладно, плевать. Завтра всё узнаю.

С этими мыслями он уснул.

Рано утром его разбудила Милизе:

— Просыпайся, шахтёр, пора за работу.

Зевая, Рёске приподнялся и спросил:

— А ты чем будешь заниматься?

— Я? — переспросила Милизе. — Я буду наблюдать со стороны, как ты работаешь. Ты отправишься с тридцатью людьми к одному Грави-лифту. Вас разделят на десять групп по три человека. Как ты уже знаешь, ты пойдёшь с Антуаном и Норманом.

— Понял, — сказал Рёске. — А теперь, пожалуйста, выйди из моей комнаты, мне нужно собраться.

— Хорошо, шахтёр, — с ухмылкой ответила Милизе и вышла.

— Вышел, — сказала Милизе. — Пойдём, я отведу тебя к твоим товарищам.

Мы покинули штаб и направились в сторону Грави-лифта. Неподалёку, в узком переулке, нас уже ждали Антуан и Норман.

Антуан заговорил первым:

— Мы вас ждали, госпожа Милизе.

— Приятно познакомиться, — сказал я.

— Взаимно, — ответили они.

Милизе перешла к делу:

— План таков. Вы трое сейчас идёте и называете другие имена. Мы уже внесли ваши новые личности в базы данных. Антуан, теперь ты — Роберто. Норман — Нолан. А ты, Рёске, — Джимми. Дальше вы знаете, что делать. Я буду наблюдать за вами с крыши этого здания и ждать, пока вы не закончите смену. Удачи.

Мы направились к лифту, оставив Милизе позади. Подойдя к охранникам, мы назвали свои временные имена. Те проверили данные на планшетах и пропустили нас.

Внутри Грави-лифта находилось около шестидесяти человек — все места были заняты. Тридцать из них, включая нас троих, являлись членами организации «Альтант».

Вскоре появился руководитель работ:

— Работники, сегодня вы все направляетесь на минус первый этаж Покрова для добычи руды. Разделитесь на группы по три человека — с кем именно, решайте сами. Смена начинается в 8:00 и заканчивается в 17:00. Завтрак в 11:00, обед в 14:00. Работайте не покладая рук — у государства на вас большие надежды.

Лифт начал спускаться — с шестнадцатого этажа на минус первый. Когда двери открылись, мы замерли: перед нами простирались огромные кратеры. Их было бесчисленное множество, и казалось, что им нет конца.

— Садитесь в автобусы, — скомандовали нам. — Они доставят вас к месту добычи.

Мы расселись и выдвинулись в путь. Кратеры тянулись бесконечной чередой, и дорога заняла около тридцати семи минут. Наконец мы прибыли к точке назначения.

Руководитель работ снова заговорил:

— Берите инструменты и тележки. Спускайтесь вниз и приступайте к добыче руды.

Мы начали работать втроём — я, Антуан и Норман. До окончания завтрака мы почти не разговаривали. Лишь позже я решился нарушить молчание:

— Ребята, сколько вам лет? И почему вы вступили в «Альтант»?

Антуан ответил первым. Его голос стал серьёзным:

— Жизнь была ко мне жестока. В детстве у меня на глазах зверски убили мою мать… её тело расчленили. Меня тоже хотели убить, но в тот момент мне на помощь пришёл господин Джонатан. Он спас меня, отвёл в штаб и вырастил. Когда мне исполнилось восемнадцать, он дал мне выбор: уйти и жить, как я захочу, или остаться и стать членом «Альтанта». Я выбрал второе. Я обязан ему всем и буду рядом с ним до тех пор, пока цель организации не будет достигнута — пока мы не доберёмся до вершин Покрова, до четырёхсотого этажа. Сейчас мне двадцать четыре года.

— Отличная цель, — сказал я. — Ты старше меня на четыре года, значит, мне стоит обращаться к тебе на «вы».

Антуан улыбнулся и покачал головой:

— Не нужно. Относись ко мне как к другу. Теперь мы друзья.

— С радостью, — ответил я. — Пусть будет так.

Затем заговорил Норман:

— Мне двадцать два. Рёске, ко мне тоже можешь не обращаться на «вы». Давай будем друзьями.

— Хорошо, — ответил я. — Значит, теперь мы друзья.

Норман немного помолчал, а затем продолжил:

— Я родился в трущобах. Родителей я не помню вовсе. Жил, воруя еду, а по ночам укрывался картоном вместо одеяла. Однажды я попытался украсть еду у одной девочки. Вырвал её из рук и побежал, но далеко не ушёл — упал и сильно повредил ногу. Дальше бежать я уже не мог. Я думал, что меня сейчас поймают и изобьют…

Он на секунду запнулся.

— Но ко мне подошла та самая девочка. На самом деле это была госпожа Милизе. Она сказала: «Если хочешь есть — ешь. Я ничего плохого тебе не сделаю. Пойдём ко мне домой, я обработаю твою рану. Ты сможешь встать?» Я ответил, что не могу. Тогда она позвала своего дядю. Он посмотрел на меня и сказал: «Бедное дитя…» Потом поднял меня на плечи, и мы пошли в штаб. Там мне дали еду, одежду и… новую жизнь.

Норман слегка улыбнулся.

— Госпожа Милизе каждый день играла со мной. Она добрая, смелая и самая лучшая. Если бы не она, думаю, меня бы здесь уже не было. Моя цель — подняться наверх, стать богатым и отплатить госпоже за всё, что она для меня сделала.

В этот момент я почувствовал странное, неприятное чувство в груди, будто что-то сжалось внутри.

И тут Антуан, бросив на Нормана многозначительный взгляд, усмехнулся:

— Ты что… любишь её, а?

Норман смутился и тихо ответил:

— Да… но, пожалуйста, никому не говорите. И ей тоже.

Мы с Антуаном переглянулись, а затем почти одновременно сказали:

— Хорошо. Никому не скажем.

Ребята весело общались, улыбающиеся, до самого окончания смены.

По громкоговорителю руководитель объявил, что пора возвращаться и садиться в автобусы к Грави-лифтам, где также выдадут зарплату. Мы сели в автобус и отправились в путь.

Получив зарплату, мы поднялись, переоделись, умылись и направились в переулок, где должна была нас ждать Милизе. Она уже стояла там и, увидев нас, улыбнулась:

— Как вы, шахтёры, поработали? — спросила она.

Мы в один голос ответили, улыбаясь:

— Отлично!

— Замечательно, — сказала Милизе. — Откладывайте вал сегодняшнего дня.

Норман подошёл к ней и добавил:

— Мы видели много кратеров. Этот этаж очень тёмный, только одно здание имеет столовую и уборную. Нас было всего 65 человек: 60 шахтёров и 5 руководителей, которые контролировали работу. Вот так обстоят дела.

— Понятно, — кивнула Милизе. — Выдвигаемся в штаб, обсудим план на завтра.

Когда мы шли, Милизе погладила голову Нормана и сказала:

— Молодец.

Тот сразу засмущался и покраснел, словно помидор.

Мы вернулись в штаб и вошли в главный зал. На большом экране включился прямой эфир, и вскоре появился Главнокомандующий Джонатан Свифт.

Его голос звучал твёрдо и спокойно:

— Слушайте меня, мои подчинённые. Завтра мы сделаем то, чего не делал никто за последние девяносто восемь тысяч лет. Завтра ночью мы должны действовать идеально. Соберите все необходимые вещи. Каждому из вас будет выдано оружие, чтобы дать отпор охране. Охранников будет немало — около двадцати на каждый Грави-лифт.

Он сделал небольшую паузу и продолжил:

— У них есть снаряжение и холодное оружие — мечи и орудия ближнего боя. Огнестрельного оружия у них нет. Руководство планеты решило, что в нём нет необходимости.

В зале стояла гробовая тишина.

— Когда операция начнётся, вы дадите сигнал по рациям. И только тогда, когда все триста тридцать пять Грави-лифтов передадут подтверждение, мы начнём подъём.

Он посмотрел прямо в камеру:

— Всем хорошо выспаться и как следует подготовиться. Завтра начнётся история.

Эфир закончился. В зале сразу поднялся гул — люди начали переговариваться между собой, обсуждая услышанное. Мы с Милизе, Антуаном и Норманом отошли в сторону.

Милизе заговорила первой, понизив голос:

— Ребят, вы всё поняли. Завтра, после окончания смены, все тридцать обычных рабочих уйдут. На каждом Грави-лифте останется по тридцать членов организации «Альтант».

Она посмотрела на нас серьёзно:

— Ваша задача — обезвредить охрану. Если получится — вырубить. В идеале… устранить.

От её слов внутри меня что‑то сжалось.

«Убить?.. Но как? Я ведь не смогу убить человека. Он же… невиновен», — промелькнуло у меня в голове.

Милизе будто прочитала мои мысли.

— Я знаю, — сказала она мягче. — Вы никогда раньше не убивали. Я не настаиваю. Если не сможете — просто вырубите. Этого будет достаточно.

Она продолжила уже деловым тоном:

— Вам выдадут мачете. Спрячьте их надёжно, чтобы завтра при осмотре их не нашли.

Норман кивнул, затем вдруг шагнул вперёд:

— Как скажете… Кстати, госпожа Милизе, можно с вами поговорить наедине?

Она удивлённо посмотрела на него, но тут же кивнула:

— Хорошо.