Глава 716 — Без названия

«Игрок, вернувшийся спустя 10 000 лет»: послесловие. Глава 716

Годовщина свадьбы (2)

В семье О Кан У годовщина свадьбы считалась почти священным днём.

Какими бы делами ни был завален Кан У, раз в году он оставлял всё и проводил день наедине с женой. Без детей, без срочных вызовов, без вечного спасения мира. Подарки и до тошноты сладкие сюрпризы тоже полагались, но главное было именно в этом: хотя бы один день принадлежал только им двоим.

Для обычной семьи ничего особенного. Для человека с тремя жёнами — роскошь.

Соль А, Ён Чжу и Лилит давно приняли друг друга и уже десять лет жили на редкость мирно. Но Кан У слишком хорошо знал человеческие желания, чтобы верить в полное отсутствие ревности. Каждая из них хотя бы иногда хотела получить мужа целиком, без очереди и компромиссов.

Поэтому он и берег годовщины.

И именно поэтому сейчас ему хотелось пробить головой стену.

«Я забыл. Сука, я правда забыл».

За последние недели крупные разломы возникали один за другим. Кан У почти не спал, носился между мирами и в конце концов выкинул из головы самое важное — десятую годовщину.

До неё оставалось три дня.

— Тхэ Су, прости! Мне срочно домой!

— Старший брат?.. Что случилось?!

Кан У уже выбегал из кабака и не слушал ответа.

Три дня. Всего три дня на подарки, свидания и чудо, которое не будет выглядеть так, будто его слепили в панике на коленке.

* * *

Три дня пролетели как один.

Прикрывшись делами Хранителя, Кан У почти не появлялся дома и носился по городу, заканчивая приготовления. Утром в годовщину он сам повёз детей в школу, чтобы Соль А могла спокойно собраться.

Щёлк.

Дверь машины открылась, и дети один за другим выбрались наружу.

— Спасибо, что подвёз, отец.

— Не за что. Учись нормально.

— Пока, папа!

Кан У вышел следом и по очереди потрепал Кан Хёна, Кан Хи и Риа по голове.

— Отец государь, поцелуйте меня! Ну же!

Риа подпрыгивала на носках, тянулась к нему и была до того умилительна, что сердце у Кан У болезненно сжалось. Он наклонился и чмокнул дочь в щёку.

— Не туда. В губы хочу.

— А вот это уже нельзя.

— Почему мамам можно, а мне нельзя? Нечестно!

— Потому что в губы целуются муж и жена.

— Тогда я стану вашей женой!

— Эй, принцесса. Ты сейчас договоришься.

— До чего?

— Я всё Соль А расскажу.

Риа побледнела и замотала головой так отчаянно, будто её уже вели на казнь.

— Нет! Только не это! Пожалуйста!

«Вот это авторитет».

Кан У усмехнулся. Впрочем, он прекрасно понимал, почему одно имя Соль А действовало на младшую дочь сильнее любой угрозы.

Рядом переминалась Кан Хи. Она всё ещё не заходила за ворота и то и дело косилась на школьный двор.

— Что такое?

— Ничего, папа! Всё хорошо!

Ответ прозвучал слишком быстро.

Кан Хи была самой застенчивой из троих. Риа училась с ней в одном классе, но это мало помогало: младшая легко сходилась с людьми, а Кан Хи так и не завела близких друзей.

Кан У невольно нахмурился.

«Может, зря я устроил их в один класс?»

На фоне общительной сестры Кан Хи могла чувствовать себя ещё хуже. Но переводить её сейчас было поздно, да и в другом классе она не стала бы внезапно смелее.

Пока Кан У ломал голову, к нему подошёл Кан Хён.

— Не переживай, отец. Кан Хи просто стесняется. В классе к ней относятся хорошо. Наоборот, она всем нравится. Говорят, что она милая.

— Откуда ты знаешь? Ты же на год старше.

Кан Хён поправил очки и улыбнулся.

— Она моя сестра. Какая разница, в каком мы классе? Я должен за ней присматривать. Я всё-таки её старший брат.

На последних словах в его глазах мелькнула грусть. Едва заметная, но Кан У успел её поймать.

— Кан Хён?

— Да? Что-то не так?

Улыбка сына снова стала беззаботной.

«И у этого свои проблемы. Вот же...»

Кан У тихо вздохнул. Растить детей оказалось куда страшнее, чем разрывать пасти демонам.

— Сегодня ваша десятая годовщина с мамой Соль А, — напомнил Кан Хён. — За Кан Хи я присмотрю. Так что не забивай голову и проведи день с мамой как следует.

— Спасибо, сын.

Кан У растроганно хлопнул его по плечу. В таком возрасте мальчишки обычно сами требуют внимания, а этот ещё и заботился о том, чтобы родители спокойно побыли вдвоём.

Кан Хён наклонился к его уху.

— Я вчера сказал Риа и Кан Хи, что у тебя срочная работа и домой ты не вернёшься. Можете не торопиться.

Он снова поправил очки и хитро улыбнулся.

Кан У уставился на него.

— Сынок... Ты точно не второй раз живёшь?

— Риа, Кан Хи, идём.

— Уже иду, братец, — вздохнула Риа.

— Да, брат!

Кан Хён повёл сестёр к школе. Кан У смотрел им вслед, пока они не скрылись за воротами.

Кан Хи всё ещё тревожила его. И эта странная тень в глазах Кан Хёна тоже.

Но сегодня был день Соль А.

Хотя бы до вечера он мог позволить себе быть не Хранителем и не отцом троих детей, а просто мужем.

* * *

— Дорогой! Я здесь!

Соль А ждала у входа в торговый центр. Белая блузка под лёгким плащом, бежевое платье с поясом, туфли на невысоком каблуке. Глядя на неё, трудно было поверить, что она десять лет замужем и растит троих детей.

Кан У на миг забыл, что хотел сказать.

— Давно ждёшь, дорогая?

— Только пришла. Детей отвезли?

— Всех троих сдал школе в целости и сохранности.

— Молодец.

Он протянул руку. Соль А улыбнулась и крепко прижалась к его боку.

Мягкая тяжесть упёрлась ему в плечо.

Кан У кашлянул и попытался сохранить невозмутимое лицо.

— Мы вместе больше десяти лет, а вы всё ещё смущаетесь? — тихо спросила Соль А.

— Я не смущаюсь.

— Конечно. Поэтому каждый раз краснеете, как мальчишка. Хотя дома хватаете меня так, будто я завтра исчезну.

— Когда это я тебя каждый день хватаю?!

Кан У искренне возмутился. Последнее время он был так занят, что лапал её от силы раз в три дня.

Соль А тихо рассмеялась и прижалась ещё сильнее.

— Мне нравится, что я до сих пор вам нравлюсь.

Она приподнялась и легко поцеловала его.

— Спасибо, любимый.

— Кхм. Лучше скажи, куда хочешь пойти. Или что поесть.

— Давайте поедим кимчи ччигэ.

— Я спросил, чего хочешь ты, а не я.

Да, он мог есть её кимчи ччигэ хоть три раза в день. Но вести жену есть острое рагу в десятую годовщину было бы уже клиникой.

— А я хочу того же, что и вы.

— Вот так всегда. Скажешь «мне всё равно», а потом я полдня выбираю.

— Мне правда всё равно. Я счастлива уже потому, что мы сегодня вдвоём.

Кан У не нашёлся с ответом. Такие слова грели душу, но проблему с маршрутом ни черта не решали.

— Ладно. Пойдём куда глаза глядят, а там разберёмся.

— Сначала заглянем в универмаг.

— Тебе что-то нужно?

— Детям одежда и обувь. Сегодня последний день скидок.

Соль А вытащила из сумочки рекламный листок. На нём огромными цифрами обещали скидку в семьсот семьдесят семь процентов.

— Они там совсем ебанулись?

Приглядевшись, Кан У заметил крошечную точку между цифрами.

Семьдесят семь и семь десятых процента.

— А. Просто хитрожопые.

— Мы же сами решили приучать детей к нормальному отношению к деньгам, — напомнила Соль А. — Не хочу, чтобы они выросли избалованными только потому, что их отец может купить весь универмаг вместе с продавцами.

Возразить было нечего.

— Хорошо. Веди.

* * *

Детский отдел напоминал поле боя.

— Тётка, отойди!

— Кого ты тёткой назвала, сучка?!

— Уберите руки! Это моё!

Сотни покупателей толкались между стойками, вырывали друг у друга вещи и сражались за последние размеры с такой яростью, будто победителю обещали вечную жизнь.

Соль А исчезла в толпе без колебаний.

— Бежевый! Есть что-нибудь бежевое?!

Кан У стоял подальше и молча наблюдал. В такие минуты особенно ясно чувствовалось: его нежная Соль А давно стала матерью троих детей.

Через полчаса она вернулась с целой горой пакетов.

— Заждались?

— Я-то нет. А вот ты будто войну пережила.

— Пустяки. Когда детей трое, мелкими закупками не отделаешься.

— Давай сюда.

Кан У забрал пакеты и случайно заметил среди рубашек и кроссовок две странные вещи: соску и маленькую бутылочку для кормления.

— Это ещё зачем?

Дети давно вышли из младенческого возраста.

Соль А подошла ближе, поднялась на носки и вкрадчиво прошептала ему на ухо:

— Сегодня ночью они понадобятся вам.

Кан У медленно посмотрел на соску. Потом на бутылочку. Потом на сияющее лицо жены.

— Мне?.. С какой, блядь, стати?