Глава 1 — Начало
Меня зовут Фумито Аракава, мне двадцать лет, и я студент. Уже восемь лет я живу в Киото, но сам родом из Токио. Киото — красивый город: узкие улочки, старинные храмы, тихие парки с кленовыми деревьями, где осенью листья горят всеми оттенками красного и оранжевого. Но даже в этом спокойствии мой разум постоянно возвращается к Кумамуру — городу, где пропала моя сестра.
У меня есть старшая сестра, Юми. Ей двадцать пять, и уже два года она уехала учиться в Кумамуру. Город странный, по словам знакомых, небольшой, почти провинциальный. Но страннее всего было не это. С того момента как она уехала, она ни разу не писала и не звонила.
Это было невероятно для Юми. Она всегда была болтушка: письма, видеозвонки, постоянные рассказы обо всём — от мелких деталей до самых личных событий. А теперь тишина. Полная. Как будто её просто… стерли из моей жизни.
Родители в отчаянии. Мама постоянно проверяет почту, звонит в университет, интересуется у знакомых, кто мог бы что-то знать. Папа пытается сохранять спокойствие, но я вижу в его глазах тревогу, которую невозможно скрыть.
— Фумито, ты точно хочешь ехать туда один? — спросила мама на ужине, её руки дрожали, когда она держала палочки.
— Мама… я должен это сделать. Я не могу сидеть здесь и ничего не делать. Если кто-то может найти Юми, то это я. — Я старался говорить уверенно, но голос чуть дрожал.
— Ты ведь понимаешь… Кумамуру не просто маленький городок. Люди говорят, там странные вещи происходят. Не всё там так, как кажется… — она замолчала, будто боялась произнести что-то вслух.
— Я знаю. Но я должен попытаться. — Я отвел взгляд, чтобы она не видела, как сильно я переживаю.
На следующий день мы собрались у Мари во дворе на небольшое барбекю. Дым от углей медленно поднимался к вечернему небу, смешиваясь с запахом жарящегося мяса. Кто-то уже с увлечением переворачивал куски на решётке, а кто-то сидел с тарелкой и наслаждался ароматами.
Я осмелился заговорить, чувствуя странную тяжесть в груди:
— Ребята… — начал я, глотая комок в горле. — Я… я уеду на неопределённый срок. Учиться… и искать Юми.
На мгновение над столом воцарилась тишина. Юкиса первым не выдержал:
— Эй, в смысле зачем? Не надо никуда ехать!
Мари покачала головой, недоуменно глядя на меня:
— Ты что, совсем дурак? Это же твоя сестра. Фумито, не слушай его. Нам тяжело будет без тебя, но ты не поедешь просто так. На твоём месте я бы поступила точно так же.
Юкиса нахмурился:
— Ну хз… мне кажется, его сестра их бросила.
— Хватит нести чепуху! — перебила Мари. — Я знаю Юми много лет. Она бы ни за что так не поступила! Она умная, добрая, понимающая… В отличие от некоторых, да, Юкиса?
Юкиса и Мари начали бурно ругаться, обмениваясь колкими репликами, пока я не вмешался:
— Заткнитесь! Юкиса, хватит нести чепуху!
Он пожал плечами и усмехнулся:
— Ох да ладно тебе…
В этот момент Гэн, который обычно молчал, сказал спокойно, но с заметной тревогой в голосе:
— А я слышал дурные слухи о Кумамуру… — начал Гэн, глядя на нас с необычной серьёзностью, которая сразу заставила всех притихнуть. Его голос был тихий, но в нём сквозила тревога, словно он говорил о чём-то запретном. — Говорят, ночью на улицах там нет ни души. Никто толком не знает, почему. Люди, которые там появляются после заката, словно исчезают из реальности.
Я приподнял брови, чувствуя, как внутри начинает щемить странное предчувствие:
— Никакой души? Ты имеешь в виду… вообще никого?
— Да, — кивнул Гэн. — И не просто никого. В тех местах, говорят, воздух будто меняется. Стало быть, если ты останешься на улице слишком долго… тебе кажется, что мир вокруг пустой, будто кто-то вычеркнул все следы жизни. И люди, которые уходят туда, иногда возвращаются совсем другими… или вовсе не возвращаются.
Аюми закуталась в куртку и тихо прошептала:
— Возвращаются… другими? Как это понимать?
Гэн сделал паузу, словно подбирая слова:
— Это сложно объяснить. Считается, что в Кумамуру есть кто-то или что-то… не человек, и не дух, а что-то среднее между ними. Оно… забирает память. Всю память. Люди, которые оказываются под его влиянием, забывают, кто они, откуда пришли, кто их близкие. Иногда они даже перестают узнавать родной город, своих друзей… Как будто их личность полностью стирают.
Юкиса хмыкнул:
— Хаха, Аюми, видишь? Это просто страшилка, чтобы пугать приезжих. Не верь этому бреду.
Аюми сжала руки в кулаки:
— Я… я не знаю. Но что если это правда?
Я почувствовал, как сердце сжалось. Я думал о Юми, о том, что если она там… если она столкнулась с этим…
— Люди, — продолжал Гэн, словно читая мои мысли, — не просто теряли память. Некоторые возвращались странными, холодными, безэмоциональными. Они не узнавали друзей, семью, свои мечты и цели. И никто не знает точно, что с ними происходит. Они словно превращаются в пустую оболочку.
— Пустую оболочку… — пробормотала Аюми, прижимая руки к груди. — Это ужасно…
— Да, — кивнул Гэн. — И самое странное… никто точно не может сказать, кто или что это делает. Говорят, что это древнее существо охраняет город, или, может быть, сам город живёт своей жизнью и стирает тех, кто слишком близко подходит к его тайне, но на самом деле никто не знает.
Я почувствовал, как холодок пробежал по спине.
— И никто… — сказал я тихо, почти шёпотом, — никто не может уйти?
— Не всегда, — сказал Гэн, опуская взгляд. — Говорят, что город словно затягивает тебя. Чем дальше заходишь, тем труднее вернуться. И даже если удастся уехать, воспоминания о том, что произошло внутри, часто остаются искаженными, как будто реальность там сама по себе странная.
Юкиса усмехнулся, но его смех уже не был таким уверенным. Аюми сжала кулаки сильнее, а Мари лишь молча кивнула, словно пытаясь осознать сказанное.
Я смотрел на Гэна и думал о Юми. Что если она встретила это? Что если она… уже не та, что была раньше? Мысли крутились в голове, как водоворот. И в тот момент я понял: Кумамуру — это не просто город. Это место, где исчезает сама суть человека.
— В каждой истории есть доля правды, — сказал Гэн тихо, почти на грани шёпота, глядя на нас глазами, полными тревоги. — Так что Фумито, если ты решишь ехать… будь осторожен.
Я кивнул, чувствуя, как напряжение сжимает грудь. Впервые я ощутил, что мой путь к сестре может быть куда опаснее, чем я думал.
Я глубоко вздохнул, пытаясь снять напряжение:
— Короче, Аюми, успокойся. Гэн, а у тебя всегда… сколько я тебя знаю, — всегда какие-то страшные истории. Мне интересно, про что ты ещё не рассказал.
Гэн скромно пожал плечами:
— Да не придумывал я ничего.
Аюми всё ещё дрожала:
— А если он придёт за мной? И заберёт всю мою память…
Юкиса фыркнул:
— Ой да кому ты сдалась! На тебя монстр посмотрит и от страха в штаны наложит.
— Это ты на что сейчас намекаешь? — резко спросила Аюми.
— Я и не намекаю, — ответил Юкиса, разводя руками.
— Да пошёл ты на хрен! — огрызнулась Аюми, но Мари тут же вмешалась:
— Аюми, да не слушай его. Он тот ещё дурак.
— Да, согласна с тобой, — кивнула Аюми, смягчаясь.
Я устало протянул:
— Ладно, хватит ссориться. Ну что-ж, давайте за нас.
Мы цокнулися бокалами и залпом выпили пиво. Атмосфера стала легче, смех и разговоры снова наполнили вечер.
Когда мы уже собирались расходиться, все пожелали мне удачи. Мы обнялись и попрощались, но в последний момент меня догнал Гэн.
— Слушай, будь осторожен там… мне кажется, это может быть опасно.
— А ты откуда знаешь? — удивился я.
— Интуиция, — ответил он коротко.
— Спасибо, конечно, я буду осторожен, но я не могу полагаться только на интуицию, — сказал я, пытаясь улыбнуться.
— Всё же… — настойчиво сказал Гэн.
— Ладно, ладно, я постараюсь. Ты и мертвого уговоришь, — улыбнулся я.
Он обнял меня, и я почувствовал тепло и силу дружбы:
— Спасибо. Надеюсь, увидимся как можно скорее.
— Я тоже надеюсь. Мы ведь друзья?
— Лучшие друзья, — улыбнулся Гэн.
Мы разошлись, и я направился домой. С Гэном я познакомился почти сразу после приезда в Киото, он показал мне город и помог освоиться. За это я был ему бесконечно благодарен.
Когда я наконец лёг спать, мысли о Кумамуру не давали мне покоя. Завтра будет длинный путь: три автобуса, два метро, один поезд, а в конце ещё двадцать пять минут пешком. Я закрыл глаза и сказал себе:
Надеюсь, я доеду без происшествий.
И спустя несколько минут я погрузился в сон, полный тревожных предчувствий и ожиданий.