Глава 2 — Издержки социализации

На смену мрачной, удушливой атмосфере залитого непрекращающимся ливнем Советского района пришел технологичный, но по-домашнему захламленный интерьер общей гостиной штаб-квартиры отряда «Надежда». Здесь пахло жареным мясом, свежезаваренным кофе и озоном от непрерывно работающих медицинских приборов. Элитный карательный строй Корпорации, способный за считанные секунды подавить опаснейшую пространственную аномалию, в обычные дни выглядел на удивление мирно и даже немного хаотично.

У кухонной плиты, вооружившись массивным металлическим половником, стояла Эма. Прямо поверх своей стандартной боевой экипировки она повязала забавный домашний фартук. Сегодня в её медицинском меню значился фирменный лечебный бульон с повышенным содержанием железа. Эма подходила к кулинарии как к сложнейшей хирургической операции: время от времени её ладони слабо вспыхивали багровым свечением «Манипуляции крови». С помощью этой техники она с точностью до микрограмма рассчитывала плотность макроэлементов в кастрюле и принудительно выравнивала температуру кипения, превращая обычный суп в высокоэффективное регенеративное средство.

Прямо посреди ковра, устроив вокруг себя временный филиал ремонтной мастерской, сидел двенадцатилетний Вектор. Мальчишка в спортивной форме и круглых очках наполовину залез внутрь раскрытой сервисной панели своего огромного роботизированного экзоскелета. Махина, раскрашенная в матово-красный и глубокий синий цвета, жалобно попискивала, перемигиваясь диодами. Вектор сосредоточенно ковырялся в проводах, периодически протягивая руку назад. В ту же секунду вспомогательный механический манипулятор робота услужливо вкладывал в его ладонь нужный гаечный ключ или отвертку.

— Да как так-то... — тихо бурчал себе под нос юный гений. — Гравитационная плата «Синего» импульса вчера полностью выгорела из-за перегрузки. Ещё один такой контракт, и мне проще будет собрать новый стабилизатор отталкивания с нуля, чем чинить этот металлолом.

В дальнем углу гостиной, где Корпорация оборудовала зону физической реабилитации, мерно жужжала продвинутая беговая дорожка. По её полотну на средней скорости бежал восемнадцатилетний Целер. Его правая рука, начисто отсеченная вчера в Советском районе, уже была ювелирно прикреплена на прежнее место благодаря медицинскому мастерству Эмы. Тем не менее, конечность пока выглядела пугающе бледной, почти фарфоровой, и была жестко зафиксирована легким ортопедическим фиксатором. Целер бежал, отчаянно пытаясь синхронизировать шаг со своей временно покалеченной пространственной матрицей.

— Кадр двенадцатый... кадр тринадцатый... ай, черт, опять лаг! — вполголоса ругался парень, когда его бледные пальцы судорожно и невпопад дергались, нарушая плавность восприятия. — Моя пространственная сетка в двадцать кадра в секунду скачет, как старая испорченная кинопленка после деформации.

А на огромном кожаном диване перед настенным монитором развернулась вечная дискуссия. Джастин, вопреки домашней обстановке, оставался верен своему строгому черному костюму адвоката, разве что узел галстука был слегка ослаблен. Под его глазами все так же залегли глубокие, антрацитовые тени от перманентного недосыпа. Вместе с Киарой они смотрели старый детективный сериал про тонкости судебных процессов. Девушка, закинув ноги прямо на журнальный столик и лениво крутя в пальцах инженерную отвертку, искренне не понимала, как можно тратить редкие минуты отдыха на подобное зрелище.

— Джастин, объясни мне, зачем ты смотришь эту дешёвую драму? — Киара кивнула на экран, где пухлый актер в парике пафосно стучал молотком. — Главный герой, играющий адвоката, только что перепутал корпоративную халатность с умышленным вредительством. Там же, по твоим собственным словам, одни идиоты!

— Именно поэтому я его и смотрю, — монотонно, даже не моргая, отозвался Джастин, делая глоток из чашки с крепчайшим черным кофе. — На их фоне моя вера в человеческий интеллект падает не так стремительно. К тому же, это единственное место, где виновных наказывают за сорок минут серии, а не за три тома бюрократического ада и бесконечных согласований с Главой Корпорации.

Шипение автоматических дверей заставило всех прервать свои дела. Тяжелые бронированные створки, ведущие в общую гостиную, с тихим свистом разъехались в стороны. В проеме показалась массивная, монументальная фигура Магнуса. Его пятидесятипятилетний ветеранский авторитет буквально заполнил комнату, мгновенно заставив даже Вектора на секунду отвлечься от внутренностей экзоскелета и высунуть голову наружу.

Магнус обвел подчиненных тяжелым, не терпящим возражений взглядом и без лишних предисловий громогласно объявил:

— Отряд, минутку внимания. Руководство утвердило изменения в нашем составе. У нас новый член команды по имени...

Договорить командиру не дали. Из-за его широкой, затянутой в темную форму спины вальяжным, ленивым шагом вышел двадцатидвухлетний Ареос. На нем было все то же черное худи, разве что вчерашние прорехи от гравитационного импульса были аккуратно заштопаны корпоративными мастерами. Его янтарные глаза горели привычным, невыносимым высокомерием. Но самой примечательной деталью его нового гардероба был массивный высокотехнологичный ошейник, плотно облегающий шею, с тускло пульсирующим синим неоновым ободком.

Ареос бесцеремонно перебил Магнуса, картинно раскинув руки в стороны:

— ...Ареос! Или же самый привлекательный, утонченный и разумный среди этой стаи приматов человек! Радуйтесь, обезьянки, ваш средний IQ в этой комнате только что вырос втрое.

В гостиной на мгновение воцарилась звенящая тишина, которая тут же сменилась волной искреннего, чистого хаоса.

Эма, округлив от шока глаза, судорожно разжала пальцы. Тяжелый металлический половник со звонким плеском рухнул прямо в кипящий лечебный бульон, подняв целую тучу горячих брызг.

Вектор от неожиданности взดрогнул и резко дернул рукой, в которой держал отвертку. Инструмент соскользнул, случайно замкнув оголенные контакты силовой платы внутри робота. Экзо костюм мгновенно выдал сноп фиолетовых искр и оглушительно, на всю комнату, издал матерный сервисный сигнал ошибки, яростно замигав красными экранами.

Где-то в углу раздался оглушительный грохот. Целер, чье внимание было полностью приковано к вошедшему «мяснику», начисто забыл, что все еще бежит по движущемуся полотну беговой дорожки. Сандалии-гета со свистом проскользили по ленте, парень потерял равновесие и с громким криком улетел назад, комично перекувыркнувшись в воздухе и рухнув спиной прямо на мягкие маты безопасности.

— Это же тот самый псих из Советского района! — завопил он, потирая ушибленную спину и указывая бледной, похожей на фарфор правой рукой на новоприбывшего. — Джастин, где мое Уголовное дело?! Вытаскивай его немедленно, этот парень вчера мне руку отрезал!

Единственной, кто сохранил относительное спокойствие, оказалась Киара. Она лишь наполовину удивилась, лениво закинув руки за голову и удобнее устраиваясь на диване.

— Ну надо же, — с ехидной ухмылкой протянула девятнадцатилетняя инженер. — А я ведь еще вчера говорила, что мы будем нянчиться с этим эгоистом. Наша Корпорация никогда не упускает возможности прибрать к рукам редкие генетические аномалии, даже если эти аномалии абсолютно не умеют вести себя в обществе. Добро пожаловать в нашу дружную психушку, «высший разум».

Джастин со вздохом поднялся с кожаного дивана, мельком взглянув на экран, где экранный судья как раз совершал очередную процессуальную глупость. Поправив безупречный узел своего галстука, он неторопливым, размеренным шагом пошел вперед, вклиниваясь точнехонько между ухмыляющимся Ареосом и готовым к немедленному реваншу отрядом. Антрацитовые тени под его глазами, казалось, стали еще на пару тонов темнее от одной лишь мысли о том, какое количество рапортов и объяснительных ему придется составить из-за этого незапланированного пополнения.

— Всем успокоиться и вернуться на свои позиции, — его монотонный, лишенный эмоций голос прозвучал как удар судейского молотка, мгновенно остужая пыл присутствующих. — Я зачитаю официальное распоряжение Высшего руководства Корпорации. Внимательно слушаем все, особенно ты, Ареос.

Ареос лишь пренебрежительно фыркнул, скрестив руки на груди, но Джастина это ни капли не смутило. Он извлек из внутреннего кармана пиджака тонкий электронный планшет, по экрану которого побежали ровные строчки юридического текста.

— Согласно чрезвычайному указу Главы Корпорации, смертный приговор в отношении гражданину Ареосу временно приостановлен. Жизнь тебе, преступник, сохранили исключительно ввиду абсолютной уникальности твоей врожденной техники «Разрезы», способной производить концептуальное расслоение пространственных метрик. Отныне ты официально прикреплен к элитному отряду первого уровня «Надежда» для отработки своих преступлений и искупления вины перед обществом.

— Какая трогательная забота о кадрах, — язвительно протянул Ареос, кривя губы. — И что, вы правда думаете, что я буду послушно бегать на побегушках у ваших корпоративных боссов?

— Ты будешь делать именно то, что тебе велят, — Джастин поднял холодный взгляд от планшета и слегка коснулся пальцем массивного металлического обруча на шее парня. — Потому что этот ошейник имеет кодовое название «Пакт». Это не просто украшение, а высокотехнологичный ограничитель высшего класса безопасности. Устройство непрерывно, в режиме реального времени, сканирует твои нейронные микро импульсы и намерения. Если ты умышленно попытаешься применить свою пространственную технику или физическую силу, чтобы нанести вред любому члену отряда «Надежда», гражданским лицам или инфраструктуре — будь то здания, техника или общественное имущество — ошейник мгновенно среагирует. Он выдаст направленный электрический разряд. Причем сила тока и тяжесть судорог будут напрямую зависеть от того масштаба разрушений, который ты только что смоделировал в своей голове.

Ареос слушал этот юридический ликбез с выражением глубочайшей, почти физической скуки. Рассказы про синаптические связи и нейроны вызывали у него лишь желание зевнуть. Решив, что эти жалкие системные ищейки просто пытаются взять его на понт своей очередной технологичной игрушкой, он решил проверить систему на вшивость.

Парень лениво скосил янтарный взгляд на Джастина. Его разум мгновенно зацепился за идеальную, ровную вертикальную ось его шелкового черного галстука. В жилах Ареоса привычно зашевелилась Тьма, готовая активировать пассивную фазу «Фрагментации» и аккуратно, ювелирно срезать этот дурацкий галстук прямо под корень, вместе с воротником рубашки. Он только успел мысленно разметить плоскость напряжения...

ЩЁЛК.

На ошейнике мгновенно, ядовито-красным цветом вспыхнул круговой индикатор.

ЗЗЗЗАП!

Воздух в гостиной прорезал громкий, сухой треск электрического разряда. Ареоса мгновенно и неестественно выгнуло дугой. Его жесткие черные волосы в долю секунды встали дыбом, а из горла вместо пафосного ругательства вырвался короткий, удивленный и крайне нелепый писк. Ноги парня подкосились, и он с глухим стуком рухнул на одно колено, тяжело и прерывисто дыша, судорожно хватаясь пальцами за горло.

— Как я и говорил, — абсолютно невозмутимо продолжил Джастин, даже не шелохнувшись и не поведя бровью. — Система считывает преступный умысел на самой ранней стадии формирования синаптических связей. Твоя попытка уничтожить мой галстук была расценена алгоритмом как умышленная порча личного имущества сотрудника Корпорации при исполнении. Мощность разряда — тридцать вольт. Чисто предупредительный импульс. Надеюсь, намек понятен, и в следующий раз ты не захочешь мысленно взрывать наше здание?

Ареос, все еще сидя на колене и чувствуя, как по мышцам шеи пробегают неприятные остаточные покалывания, злобно зыркнул на адвоката снизу вверх.

— Деспоты... — прохрипел он, с трудом сглатывая вязкую слюну. — Технократы чертовы... Какое варварство.

— Это не варварство, это издержки твоей социализации, — подала голос Киара с дивана, весело подмигивая парню. — Привыкай, «высший разум». Здесь тебе не Четвертый ярус.

Магнус, убедившись, что первый урок вежливости усвоен, удовлетворенно хмыкнул.

— Джастин, проследи за оформлением документов. Киара, на тебе краткая экскурсия по жилому сектору базы для нашего... новобранца. Покажи ему основные зоны и проводи до комнаты. Мне нужно отправить финальный рапорт Главе.

— С превеликим удовольствием, командир, — Киара так резво вскочила со своего места, что её инженерная отвертка едва не улетела под диван. На её лице расплылась хитрая, предвкушающая ухмылка. Для девятнадцатилетней изобретательницы это был просто идеальный шанс как следует поиздеваться над напыщенным преступником, который еще пару минут назад сравнивал их с приматами.

Ареос с трудом поднялся на ноги, высокомерно отряхнул колени карго-брюк и последовал за девушкой, стараясь держать подбородок повыше, хотя ошейник на шее все еще неприятно пощипывал кожу.

Они вышли из уютной гостиной и пошли по длинному, стерильно-чистому футуристическому коридору, стены которого были отделаны матовыми белыми панелями со скрытой неоновой подсветкой. Примерно на полпути Киара резко затормозила около массивного хромированного аппарата, встроенного прямо в стену. Над ним яркими неоновыми буквами светилась надпись: «Бесплатное оздоровление для элитного персонала Корпорации».

— О, гляди, это наша местная достопримечательность, — с явной гордостью заявила Киара, оперевшись плечом о хромированный бок автомата. — Совместная разработка медицинского отдела под руководством Эмы и нашего мелкого гения Вектора. Автомат выдает уникальную газировку «Нео-Вита-Х», обогащенную кучей полезных микроэлементов.

Ареос, у которого после недавнего близкого знакомства с тридцатью вольтами электрического тока во рту пересохло так, словно он знатно наглотался придорожной пыли, решил воспользоваться «корпоративной щедростью». Сделав максимально независимый и презрительный вид, он подошел к аппарату и с силой ткнул пальцем в большую светящуюся кнопку.

Автомат внутри стены издал утробный, пугающий звук, подозрительно похожий на рев старого дизельного генератора на грани взрыва. Спустя пару секунд в пластиковый стаканчик с тихим шипением полилась густая, ядовито-зеленая, слабо пузырящаяся субстанция.

Ареос брезгливо взял стакан, повертел его в руке, решив, что хуже удара током уже ничего быть не может, и сделал уверенный, большой глоток.

В ту же секунду лицо парня приобрело отчетливый синеватый оттенок, а глаза едва не вылезли из орбит. Вкус этой так называемой «оздоровительной газировки» оказался неописуемо, монументально отвратительным. Это была дикая, кошмарная смесь свежескошенной сорной травы, концентрированного машинного масла, растолченного аспирина, ржавых советских монет и глубокого экзистенциального разочарования в самой жизни.

Ареос мгновенно согнулся пополам, дико и надрывно закашлявшись, отчаянно встыхивая головой и пытаясь выплюнуть эту зеленую жижу обратно в поддон автомата. Из его глаз даже брызнули слезы.

— Кхэ-кхэ!.. Что... что это за яд?! — прохрипел он, хватаясь за грудь. — Вы решили меня отравить, раз ошейник не добил?!

Киара в этот момент уже просто каталась со смеху, громко хохоча на весь коридор и вовсю хлопая себя ладонями по бедрам.

— Вкусно, правда? Настоящий нектар богов! — сквозь слезы выдавила она. — Зато этот кошмар всего за один глоток восстанавливает аж пятнадцать процентов клеточной энергии и полностью выводит любые токсины из организма, включая последствия недавнего электрошока! Наша Корпорация проявляет о тебе искреннюю заботу, так что цени, пока дают бесплатно!

Ареос злобно, исподлобья уставился на хромированный автомат, и в его голове на долю секунды мелькнула отчетливая геометрическая плоскость, способная разнести этот аппарат на куски вместе со смеющейся девицей. Но «Пакт» на его шее тут же предупреждающе и ощутимо завибрировал, мгновенно остужая его праведный гнев. Парню пришлось лишь шумно выдохнуть и покорно поплестись дальше за хохочущей Киарой.

Наконец, в самом концу жилого крыла Киара остановилась перед тяжелой металлической дверью без каких-либо опознавательных знаков. Ареос внутренне приготовился увидеть либо классическую тюремную камеру с толстыми решетками, либо, напротив, безликий, стерильный корпоративный номер с кучей датчиков слежения.

Киара с заговорщицким видом приложила магнитную карту к считывателю. Замок тихо щелкнул, и дверь плавно отъехала в сторону, открывая обзор на его новые личные покои.

Ареос перешагнул порог и застыл на месте в полном, абсолютном ступоре. Его вечная, ленивая и высокомерная усмешка впервые за два дня полностью испарилась с бледного лица, уступив место искреннему недоумению.

Комната выглядела как идеальный, эталонный изолятор в психиатрической лечебнице строгого режима. Абсолютно все стены, пол и даже потолок были плотно и аккуратно обиты толстым белоснежным холстом с мягкой, пружинящей подкладкой внутри. В помещении не было ни одного острого угла, ни одного жесткого выступа или твердой грани. Из обстановки здесь напрочь отсутствовали столы, стулья, металлические шкафы или полки. Ровно по центру комнаты на мягком полу лежал огромный, тяжелый ортопедический матрас в безупречно белом чехле — и больше совершенно ничего. Даже лампы освещения были наглухо упрятаны под круглые, гладкие, ударопрочные пластиковые плафоны, вмонтированные заподлицо в потолок.

— Это что... это какая-то шутка? — Ареос медленно повернул голову к Киаре, его янтарные глаза округлились. — Вы что, заперли меня в дурке? Где моя мебель? Где мои концептуальные полки для книг? Как мне прикажете здесь жить?

— О, это личное и крайне продуманное распоряжение доктора Эмы и Вектора, полностью согласованное с Джастином, — с самым невинным и доброжелательным видом заявила Киара, вальяжно оперевшись плечом о дверной косяк. — Видишь ли, дорогой наш «высший разум», твоя врожденная техника пространственных разрезов требует четкой ментальной фиксации идеальных геометрических плоскостей, осей и граней. Если бы мы проявили гостеприимство и дали тебе обычную жилую комнату, твой изворотливый мозг уже через пару часов нашел бы способ использовать острый угол письменного стола или кромку платяного шкафа как фокус для обхода ошейника и создания пространственного разреза.

Девушка сделала паузу, наслаждаясь выражением глубокого экзистенциального краха на лице Ареоса, и широко улыбнулась:

— А здесь — абсолютная, безоговорочная победа мягкого корпоративного минимализма! Ни одной грани, ни одного угла во всех трех измерениях. Можешь сколько угодно пытаться сфокусировать свою Тьму, у тебя ничего не выйдет. Бонусом — можешь со всей силы биться головой о стены, если ошейник снова шарахнет, это абсолютно безопасно и даже полезно для твоего раздутого эго. Приятного отдыха, напарник!

Дверь за Киарой со звучным, тяжелым механическим кликом закрылась, отрезая комнату от внешнего мира. Грозный, безжалостный и опасный преступник Советского района остался сидеть на мягком белом полу в гордом, уединенном и абсолютно безопасном для окружающих одиночестве.

Ареос тяжело вздохнул, медленно опустился спиной на мягкую стену-подушку и уставился в безупречно круглый плафон на потолке. До него наконец-то начало доходить, что легкой и привычной жизни в элитном отряде «Надежда» у него точно не будет.