Глава 1 — Правда за обманом и аферой

Есть такое выражение: «Когда человек умирает, его встречает последний прочитанный им рофан¹».

У меня сложилось впечатление, что если ты подумаешь «Этот персонаж такой жалкий! Если бы это был я…» пока будешь читать роман, и потом нарвёшься на грузовик-куна, то в итоге вселишься в этого персонажа.

Но я жила в зоне конфликта. После бомбардировки истребителя я открыла глаза и осознала, что нахожусь в теле горничной по имени «Синтия», служившей в окружении графа из дома Квинсгард.

Синтия работала здесь с раннего возраста, и у нее была действительно трагичная жизнь.

За всё это время Синтия должна была перейти на тёмную сторону, но у неё было золотое сердце.

— Прямо как я, слишком добра для собственного блага…

Надувшись, я уткнулась подбородком в ладонь. Я даже не знаю, что это за роман, а вот уже вынуждена исполнять такую удручающую роль.

Единственная причина, по которой я догадалась, что нахожусь в мире романа, – это смутное, мельком увиденное в какой-то книге сходство ещё в прошлой жизни.

Моими любимыми жанрами были ром-ком², «я-смогу-его-исправить» или «боль/утешение». Как правило, истории о сломанных героях и солнечных героинях, которые сходятся вместе и «исцеляют друг друга.»

Так что это должно быть что-то из этого.

— Фух, хорошо, что я не притрагиваюсь к этим мрачным и ангст³ штучкам.

Я только вздохнула с облегчением в своей комнате, как дверь распахнула опытная горничная.

— Эй, эсатская дворняжка.

Слуги графа называли меня «эсатской дворняжкой».

Эсатцы – угнетённый народ, чьи ряды редели, – были известны своими белыми волосами. И поэтому мою внешность объясняли примесью эсатской крови.

— Я не дворняжка, это генетическая мутация.

Я мягко подправила.

Мои белоснежные волосы, бледная кожа и светло-красные глаза были из-за «альбинизма», в конце концов.

Ее бровь дернулась на мой невинный ответ, и она рявкнула ещё грубее.

— Не важно, ты все еще проклятая белая крыса! Молодой Мастер Карлос ищет тебя, так что шевелись давай.

— Ага.

Надоедливые начальники бывают везде, независимо от жанра.

Я поднялась со своего места и направилась прямиком в комнату Карлоса.

***

Карлос Квинсгард.

Самый старший сын в семье и наследник графского дома.

Будучи красивым мужчиной с пепельно-золотистыми волосами и голубовато-серыми глазами, он вёл разгульный образ жизни.

Совершенно очевидно, что главный герой – не он.

— Синтия, пришло время погасить свой долг. Ты обещала мне свою жизнь.

Судя по тому, как он наживался на слабостях Синтии в угоду себе, он не был из того самого типа «подонок на пути к искуплению», – он был просто подонком.

Согласно воспоминаниям Синтии, в семнадцать лет она совершила непредумышленное убийство.

Её так называемый отец, азартный игрок и пьяница, постоянно её эксплуатировал и избивал. И однажды, защищаясь, Синтия толкнула его, он ударился головой и отправился по реке Стикс.

Карлос случайно узнал об убийстве и замял это дело. Тронутая этим поступком, Синтия отдала ему не только свою жизнь в долг, но и своё сердце.

И так родились отношения, в котором эксплуатация была гораздо беспощаднее.

— Как долго мне придется оплачивать этот нескончаемый долг...

Пробормотала я в раздражении.

К сведению: долг, взятый из любви и бессилия, не считается погашенным до последнего вздоха.

До смерти должника. Или кредитора.

— Это в последний раз, Синтия.

И этот кредитор любви продолжил – тем же тоном, что и ее жестокий отец.

— Наша семья только что получила два предложения о браке.

— Они, случаем, не для леди Хелен и Молодого Мастера?

Я не упомянула Эдфорда, второго сына.

Он не унаследовал привлекательной внешности графа и не обладал никакими полномочиями, поэтому был не в состоянии принимать предложения о браке.

— Нет. Оба предложения поступили от мужчин. Но поскольку в нашей семье лишь одна дочь, конечно же, нам придётся выбрать лишь одну…

Он мягко коснулся моих пальцев и улыбнулся.

— Но условия в обоих случаях – отличные. Мы ведь всё-таки последняя королевская династия.

Покойная графиня была принцессой из королевского дома Бариеса, который пал более двадцати лет назад.

Произошла революция, но к тому моменту она уже бежала с графом, благодаря чему сохранила потомков королевской династии.

Карлос выложил:

— Ты станешь дочерью графа Квинсгарда и выйдешь замуж за другого.

Заставляет её выходить замуж за другого мужчину. Как он мог предложить такое женщине, которая любила и посвятила себя ему одному?

— Он красивый? Я бы хотела посмотреть на его лицо.

Если он красивый, то скорее всего, он главный герой.

Всю жизнь поглощая рофаны¹, я предположила, что главным героем будет «Великий герцог Севера», но оказалась неправа (Великому герцогу Севера было 95 лет). Тем не менее, эта история напоминала сюжет той, что я когда-то мельком читала, – «Я была фальшивой невестой, но стала настоящей».

Герой узнал, что его жена – предательница. Однако он делал вид, будто вообще не в курсе, волнуясь, что она может убежать, если узнает, что её обличили. Такой милый и сладкий ром-ком².

Карлос нахмурился, смотря на то, как я терялась в своих мыслях.

— Ты странно себя ведешь в последнее время. В любом случае, как только мы заполучим его богатство, мы всегда будем вместе. Тебе просто нужно потерпеть еще немного.

Ой да неужели?

— Ооо, конечно!

Я ответила дежурным согласием.

Я должна была найти главного героя, чтобы заставить историю шевелиться. Пришлось рискнуть. Другого пути мне всё равно не оставили.

От такого грандиозного предложения нельзя было отказаться – отказ означал верную смерть. Оставалось лишь понять, как выжить.

Более того, я была необычайно удачлива.

Пусть моя прежняя жизнь закончилась трагически, но я ведь очутилась внутри истории с гарантированным хэппи-эндом. Разве это не верх везения?

Я решила довериться своей удаче.

Даже если это была не та удача, что годится для азартных игр или лотерии.

***

Вдохновителем всей этой истории с фиктивным браком был отец Карлоса, граф Квинсгард.

Обращаясь к Синтии, он сказал:

— Это золотой шанс повысить статус и наслаждаться жизнью в богатстве.

Мы находились в отдалённой местности далеко за столицей.

Дети графа Квинсгард никогда не дебютировали в высшем обществе и тщательно скрывали своё происхождение ради безопасности. Поэтому всё, что оставалось, – заставить молчать слуг, которые с ними работали.

Его взгляд скользнул по редкой красоте Синтии от макушки до пят. Лишь закончив этот молчаливый осмотр, он бросил:

— Если кто что заподозрит, я с этим разберусь. Просто скажи, что ты потеряла память после несчастного случая в детстве.

— Но я ведь действительно потеряла свои воспоминания из детства, мыслишь?

Прошло три месяца с тех пор, как я проснулась в этом теле. От воспоминаний первоначального владельца остались лишь фрагменты, поэтому я на самом деле знала не всё.

Граф, не скрывая усталости, перевёл разговор на другую тему.

— Мужчина, за которого ты выходишь замуж, – герой войны Республики и обладатель огромного состояния. Его также считают завидным женихом из высшего общества.

На это Синтия спросила:

— Почему вы отправляете меня к этому идеальному жениху вместо леди Хелен?

Хелен была его биологической дочерью и сестрой Карлоса.

Это был дерзкий вопрос. Но в его глазах Синтия никогда не блистала умом.

— Хелен женится на герцоге.

— Почему?

— Потому что ты не смогла бы усвоить тот изысканный этикет, что принят в герцогском доме. Такому не научишься за пару дней.

Он не стал вдаваться в злобные слухи о том, что бригадный генерал Висенте – жестокий, безумный убийца.

«Плевать, какой он богатый, я ни за что не выдам свою дочь за такого демона, как он. Да и прошлое у него ужасное.»

Тем не менее, он не смог отклонить предложение этого демона.

После войны бурный экономический рост, подогретый промышленной революцией, создал условия для расцвета брачного рынка. На нём вовсю заключались сделки между «богатыми капиталистами» и «падшими дворянами, у которых была лишь родословная».

Так, позорная «королевская родословная Бариеса» обрела свою рыночную ценность.

«Последние выжившие потомки королевской семьи – уникальный товар на рынке родословных. Этого достаточно, чтобы бросить вызов как богатым капиталистам, так и герцогским домам.»

Их непомерные условия лишь подтверждали это. Очевидно, они инвестировали в надежде на реставрацию монархии.

Граф не мог позволить себе упустить ни одну из этих золотых возможностей.

Поэтому Синтия подходила идеально – она была достаточно глупа, чтобы даже притвориться мёртвой по приказу Карлоса.

Более того, подобно членам королевской семьи, которых боготворили и лелеяли как драгоценности, она обладала той же внешней уникальностью.

— Но это же фальшивый брак, верно?

В ответ на вопрос Синтии граф не спеша порылся в кармане своего пальто.

— Пока не вскроется, он будет правдивым.

Затем он передал Синтии колье с красным бриллиантом. Камень был того же цвета, что и её глаза.

— Оно принадлежало моей жене. Королевская реликвия. С этим никто не станет тебя допрашивать.

Вещь была драгоценной, но он знал, что вскоре вернёт её обратно, а потому эта временная жертва его не тревожила.

— Тебе стоит следить за языком. В случае провала расплачиваться жизнью будешь ты.

«Разумеется, ты погибнешь. Ведь я прикончу тебя собственными руками».

Уголки губ графа потянулись вверх в кривой улыбке, маскируя свои истинные мысли.

Синтия, держа ожерелье, тоже позволила себе лёгкую улыбку.

«Спорю на свою жизнь, что это ром-ком², полный исцеления, чувств и смеха».

Синтия и не подозревала, что перенеслась прямиком в полную ангст³ романа, который был печально известен своим «двойным самоубийством в финале».

Это была не исцеляющая история, а смертельно опасная.

п/п: ¹ рофан – на английском/корейском сленге романтическое фэнтези

² ром-ком – романтическая комедия

³ ангст – жанр, в котором сюжет истории может оказать на читателя сильное эмоциональное потрясение, наполнена грустными/тревожными моментами (простыми словами - стеклище)