Глава 4 — 4 сентября (пятница) — Саки Аясэ

После звонка, известившего об окончании четвёртого урока,
атмосфера в классе сразу стала вялой.

— Пора подкрепиться!

Посмотрев на девушку, которая издала это как боевой клич,
я пожала плечами. И откуда у неё столько энергии? Впрочем, мне без разницы.

— Обед! Обед!

Сказала она так, будто больше не хотела сидеть в классе…
Стоп, она и правда собралась уходить? Пока я ожидала, когда Мая Нарасака
подойдёт ко мне, вокруг неё уже собрались несколько одноклассников.

— Аясэ, я пойду в кафетерий, так что можешь придвинуть
мою парту к себе.

— Спасибо.

Девушка, сидевшая сбоку от меня, взяла свой кошелёк и
вышла из класса. Посмотрев в её уходящую спину, я придвинула её парту к своей и
достала из сумки бэнто.

— Прости, что притащила с собой друзей, Саки!

— Ничего.

Проговорив это, когда она подходила ко мне, она
размахивала своим бэнто. Я кивком головы пригласила её сесть рядом со мной.
Однако, что делать с остальными ребятами, которые собрались вокруг неё? Где же
им сесть? Пока я пребывала в растерянности, они договорились с другими ребятами
из класса и нашли себе места; около половины наших одноклассников предпочитали
обедать в школьном кафетерии. Очевидно, что проблем никаких не возникнет, так
как они получили их разрешение. Мне не совсем комфортно обедать в присутствии
большого количества людей, однако я стараюсь этого никак не показывать: дело в
том, что некоторые из тех, кто окружал меня, были теми ребятами, с кем я ходила
в бассейн во время летних каникул или с теми, кто захотел со мной пообщаться после
начала нового семестра.

За одно мгновение столов, придвинутых к нашим, стало
значительно больше. Так что, наверное, это был повод приступить к еде.

— Интересно, что у тебя сегодня?

— Мая, ты не думаешь, что смотреть в мою коробку,
невежливо?

— О-о-о! Омлетик!

— Не тянись к ним своими палочками!

— Половинку! Дай мне половинку!

— Ладно, так уж и быть.

Я разделила омлет на две части палочками и половину
положила в коробку Маи. Вероятно, как некая оплата, она отдала часть своего
караагэ мне.

— Не слишком ли много ты мне отдала?

— Я не против. Ах, Юмити, мне нравится твой лосось!

— Отдам, если поделишься со мной рецептом вашего
семейного караагэ.

— По рукам!

Понятно. Значит, караагэ семьи Нарасаки покрыт тайной.
Мне стало интересно, какой он был на вкус, потому я положила его себе в рот.
Раскусив его зубами, я почувствовала вкус сочной и мягкой курицы, которая будто
растворялась у меня во рту. Она не была такой жирной, поэтому, я подумала, что
это была грудка, а не бедро.

— Вкусно…

— А то! У Нарасаки просто непревзойдённый талант.

— Не хвалите мой талант только за караагэ, — скорчила Мая
серьёзное выражение лица, отчего одноклассники дружно засмеялись. Даже я
обратила внимание, что улыбаюсь вместе с ними.

— Мая, ты его дважды обжаривала?

— Мгм…

— Не отвечай мне с набитым ртом; ответишь, когда
прожуёшь.

— Мгм… — закивала она головой с пухлыми щеками, отчего все
снова рассмеялись.

Изначально я думала, что дружеские отношения с
одноклассниками — пустая трата времени, и мне не нужен был никто, кроме Маи… Но
теперь я сознательно иду навстречу своим одноклассникам, которые хотят со мной
подружиться.

Когда палочки для еды лежали в ещё не опустевшей коробке
для бэнто, мы разговаривали. Честно скажу, я не нахожу их темы довольно
занятными; я просто делала вид, что мне нравится проводить своё время в их
компании, что сама не заметила, как мне начало нравится такое
времяпрепровождение. Психология человека до смешного удивительна, и мне стало
интересно, есть ли у неё какое-нибудь определение моим чувствам?

— Эй, ребята…

Не только я подняла голову, когда услышала это, но и все
остальные.

— Может, мы снова куда-нибудь сходим в этом месяце?

Парень, который сказал это, был… Хм-м-м, как же его
звали…

— О-о-о, отличная идея, Синдзю. Когда пойдём? Куда
пойдём?

— Может, в караоке? В воскресенье ведь все же свободны?

Ах да, это был Синдзю. Все остальные согласились на его
предложение, сказав, что это была неплохая идея.

— А ты, Саки? — спросила у меня Мая, отчего я запереживала.

Обычно я отказывалась, говоря, что мне нужно уходить на
подработку или просто буду заниматься дома, однако…

— Хм-м-м…

— У тебя смена? Или будешь заниматься? — Мая застала меня
врасплох, однако сама предложила мне пути к отступлению.

— У меня нет смены 27-го числа, но в свободные от работы
дни я занимаюсь…

— Вот как? Ну, Саки и правда трудится во всю, но… Как же
тогда быть?..

— Правда? Тогда, может, мы вместе позанимаемся? —
предложил Синдзю, и почему-то посмотрел на меня.

— Я за. Но где?

— В библиотеке?

— Может, у меня дома? — предложила Мая.

Все начали это обсуждать. Думаю, что в этом и правда есть
смысл, и если посчитать всех, кто сейчас участвует в обсуждении, то получается
всего шесть человек; столько людей и правда поместиться у неё в гостиной. К
тому же она сообщила, что в воскресенье её родители собирались сводить её
братьев и сестёр куда-нибудь прогуляться. Мая, как кошка, сложила ладони в
кулачки и посмотрела на меня со словами: «Ну пошли, ня?»; наверное, так она
хотела сделать, чтобы я завела себе много новых друзей… Может, это мне поможет
на какое-то время забыть все те чувства, которые я испытываю к Асамуре?

Вернувшись домой со школы, я начала готовить ужин и
что-нибудь на завтрак. Когда я открыла дверцу холодильника, увидела курицу, и
подумала приготовить сегодня караагэ; если с завтрака останется немного, возьму
его с собой как бэнто. Когда я вспоминала про караагэ, которое было у Маи, я
подумала поджарить его дважды: один раз на слабом огне, а другой — на большом.
Обычно я не трачу много время за плитой, однако сегодня решила попробовать. К
тому же сегодня мне не нужно было идти в книжный магазин.

На ужин я решила приготовить филе ставриды вместе с
мисо-супом с баклажанами и обжарить во фритюре тофу, и чтобы хоть немного
разнообразить ужин, я решила приправить мисо-суп кунжутным маслом. Пока я всё
ещё возилась на кухне, к этому моменту домой вернулся мой отчим. Когда он понял,
что ужин всё ещё не готов, он решил набрать воды в ванну. Чтобы не зря тратить
время, ожидая, когда нагреется вода, он решил поужинать вместе со мной.

— Ой, у мисо-супа вкус немного другой.

— Вам не нравится?

— Вовсе нет, очень даже нравится. Думаю, что Юте он тоже
понравится.

Когда он упомянул его, я смутилась, однако мне удалось
это скрыть от него.

— Спасибо… Рада это слышать.

— Акико-сан иногда тоже приправляет его кунжутным маслом.
Это, случаем, не ваш с ней семейный рецепт?

— …Вроде того.

Моя мама рассказала мне, что можно было изменить вкус
блюда, добавив в него кунжутное масло.

Приняв ванну, отчим сразу же пошёл спать, и в этот момент
я закончила есть. Оставив записку Асамуре, я направилась в свою комнату и стала
готовиться к завтрашним занятиям.

Я отгородилась от всего мира наушниками, открыла учебники
и тетрадь и не слишком громко включила музыку «lofi hip hop». Так как завтра у
меня будет урок по математике, на котором учитель будет спрашивать пройденный
материал, ориентируясь по списку присутствующих, была большая вероятность того,
что завтра он меня точно спросит, и поэтому мне нужно было как следует
подготовиться. Однако мою голову всё ещё не покидало воскресенье и бассейн,
который я посещала летом вместе с ребятами.

Если мне хочется держаться от Асамуры на расстоянии, то
лучше всего было бы не оставлять ему записку с ужином, но на какой-то момент я
подумала, что так больше начну его игнорировать, чем отдаляться… Я не хочу
этого делать и ни в коем случае не хочу держать его от себя как можно дальше…
Потому что мне сейчас гораздо труднее сделать это, чем тогда, когда мы
только-только познакомились друг с другом. Интересно, я так делаю из-за
вежливости, что являюсь ему младшей сестрой, или просто потому, что мне не
хочется нарушать правила «давать и брать»?.. Или это тот этап, в котором мои
скрытые чувства хотят быть услышанными? Я просто не знаю, что мне дальше делать.