Глава 38 — Веселье
Юцзе и тетя Юй
наблюдали за ее движениями, едва сдерживая смех: «Госпожа, раньше ты копила
деньги детям на будущее. Теперь Молодой маркиз обратил на детей внимание. О чем
ты опять беспокоишься? Может, лучше покупать больше вкусной еды? Вы жили
практически в нищете все эти годы. Госпожа, вспомни, даже жизнь в качестве
дочери наложницы во дворце принца Чжэньцзяна была лучше жизни в качестве
главной супруги Молодого маркиза. Если люди узнают об этом, не начнут ли они
смеяться?»
«Да что бы вы понимали?» - Фу Цюнин взглянула на Юцзе и Цяо Юй и деловито продолжила: «Как
говорится, в вёдро готовься к дождю. Хотя Молодой маркиз сейчас благосклонен к
детям, кто может знать, чем он думает? Прошло шесть лет, прежде
чем он вспомнил о детях. Кто может гарантировать, что в будущем он не устанет от
них, не возненавидит их снова? Тогда деньги нам пригодятся. Если бессмысленно
растратим их на еду и питье, Фэн'эр и Цзяо'эр не на что будет опереться. Вот почему я должна копить деньги. В этом мире
посторонние ненадежны. Полагаться на себя и сэкономленные деньги - самое лучшее ».
Она снова развернула красный шелк и пересчитала
серебро. Всего было пятнадцать таэлей. Фу Цюнин довольно засмеялась и воскликнула: «Пока
серебро в наших руках, не имеет значения, любит или ненавидит нас Молодой
маркиз».
Юцзе и Цяо Юй закивали, хихикая: «Обычно мадам
такая зрелая и уравновешенная. Но сейчас посмотрите и убедитесь, что она ничем
не отличается от скряги».
Фу Цюнин
впилась в них взглядом, но и сама не смогла удержаться от смеха.
Осторожно положив серебро на дно шкатулки,
она заперла свои сокровища и спрятала
ключ у себя. Затем Фу Цюнин задумчиво сказала: «Да, приближается Праздник
лодок-драконов, и нам нужно пойти к пруду на заднем дворе, чтобы собрать немного
тростника для приготовления пельменей. У нас также есть куриные и утиные яйца.
Я откладывала сорок или пятьдесят штук. Не продавайте их на этот раз. Мы
сохраним их для себя. Я боюсь, что Молодой маркиз внезапно решит навестить нас».
Размышляя об этом любителе поесть на дармовщинку, она прижала руку к голове. Всякий
раз, когда она думала о Цзинь Фэнджу, на ее виске начинала пульсировать жилка.
Юцзе и тетя
Юй поспешно согласились, позвали Чанфэна и Чанцзяо, заперли ворота двора, и
семья пошла к большому пруду, расположенному за несколькими акрами земли на заднем дворе.
Изначально
это был большой пруд, полный цветов лотоса, но он был оставлен без присмотра в
течение нескольких лет, и лотоса осталось немного. Зато пышно разросся
тростник. Дети научились плавать в этом пруду под руководством Юцзе,
которая хорошо умела плавать.
Стоило компании
подойти к пруду, как дети скинули одежду и прыгнули в воду, не дожидаясь разрешения
Фу Цюнин. Они редко могли попасть сюда. Как же можно было упустить
возможность порезвиться в воде? Тем не менее, ребята не забыли о работе, и
начали собирать длинные и широкие листья тростника.
Фу Цюнин
и тетя Юй плавать не умели, поэтому они
нарезали малийский ирис на берегу. Листья ириса были тонкими и длинными, и
их использовали для завязывания рисовых клецок. Это была старая традиция. Конечно,
в современной жизни Фу Цюнин
воспользовалась бы красочной шелковой нитью для завязывания рисовых пельменей.
До середины
дня мадам и остальные занимались делами.
Затем Фу Цюнин, определив, что собрали уже достаточно, позвала детей: «Ладно, уже
довольно, хватит играть, вылезайте». Брат и сестра хихикнули, нырнули под
воду и появились уже у берега: «Мама, мы сначала прогоним утку и большого
гуся».
«Хватить хитрить», - Фу Цюнин не могла
удержаться от смеха, но попеняла детям: «Гусь-вожак в нашем доме более
послушен, чем вы. Вечером он, естественно, уведет гусей и уток обратно. Почему
вы беспокоитесь об этом? Солнце еще не зашло, и птицы пока не хотят идти на берег. Давайте, быстро идите ко мне».
Когда двое
детей услышали это, им ничего не осталось, кроме как плыть к берегу. Внезапно
они нырнули снова. Фу Цюнин повернулась к Юцзе: «Оставайся здесь и пригляди за
ними. Если они через некоторое время
откажутся вылезать, спустись и вытащи их одного за другим». Юцзе весело
поинтересовалась: «Конечно. Но почему мадам
не припугнет их большой черепахой?»
Фу Цюнин хмыкнула:
«Не смейся надо мной. Хотя этот пруд большой, они исследовали его вдоль и
поперек. Они уже не поверят, что тут живет черепаха размером с гору, которая может
их съесть ...» Прежде чем она
договорила, раздались удивленные крики детей. Фу Цюнин поспешно оглянулась, чтобы увидеть, как
дети плывут к берегу, что-то держа в руках.
«Может,
они поймали рыбок», - предположила тетя
Юй, глядя, как дети подплывают
ближе.
Чанфэн и
Чанцзяо весело закричали: «Мама, посмотри, что мы нашли!»
Они
вылезли на берег, осторожно раскрыли ладони, чтобы показать четыре
бледно-голубых яйца.
«Ага, это
утиные яйца!» - закричали в один голос Юцзе и тетя Юй.
Юцзе возмущенно
пробубнила: «Что за дела! В этом пруду живут только наши утки. Эти неблагодарные
твари пытаются есть внутри и снаружи. Подумать
только, отложили яйца в пруду! Ладно, ладно! Каждый день я вожусь с их кормом,
но ради кусочка водных растений, мелких рыбешек
и креветок они предают меня, откладывая яйца вот так! Я думала, почему
утиных яиц становится все меньше? Я считала, что они стареют и откладывают меньше яиц, я любезно помогла им
это скрыть, чтобы они не попали на стол к мадам. Кто знал, что они такие неблагодарные!
Пусть ждут меня, я переловлю их
по одной и сварю из них утиный суп!»
Фу Цюнин
и Цяо Юй весело хохотали над ее возмущением, а Чанфэн и Чанцзяо схватились за
одежду матери, чтобы не упасть от смеха, сотрясающего их маленькие тела.
Юцзе, подпрыгивая от негодования, ругала черствых птиц, но группа белых гусей,
серых гусей и уток радостно плескалась в воде и совершенно игнорировала ее,
поэтому эта острая на язык девушка вернулась проигравшей. Чанфэн предложил:
«Мама, я снова пойду в воду, может быть, я смогу достать утиные яйца, чтобы
вернуть их».
«Ладно, не
стоит. Не все они откладывают яйца в пруд, но с этим ничего не поделать. В
конце концов, мы едим не так много утиных яиц. Да и кто знает, сколько времени
они были в воде? Боюсь, яйца могли испортиться и будут вонять», - закончив говорить, Фу
Цюнин помогла детям одеться, затем вся компания
подхватила корзинки с урожаем тростника
и ириса и направилась к дому.
Как только они вернулись на задний двор, то услышали,
как кто-то громко колотит в ворота,
ведущие во двор. Женщины и дети в
изумлении переглянулись. Внезапно Чанфэн и Чанцзяо воскликнули: «Наверное,
пришел отец! Пойдем, откроем дверь!» Взявшись
за руки, они побежали во двор, оставив Фу Цюнин и других в одно мгновение.