Глава 24 — Без названия

Глава 24
 

Харизматичные
личности всегда приковывают внимание. Популярные и знаменитые люди начинают
вызывать интерес у людей повыше. Люди повыше знакомят их со своими «друзьями»,
и зона влияния потихоньку увеличивается.

Пригласив меня на
поздний ужин, этот Джон Харди не стал что-то говорить или пытаться меня
завербовать. Честно говоря, даже я удивился, что мы просто поели, хоть и
понимал, что «простым» это было в лучшем случае для моего собеседника, а мне
нужно было себя показать, пусть только и в разговоре.

Шагая по улице в
направлении школы, я прекрасно понимал, что это наша не последняя встреча.

Поправив очки, я
оглянулся на фигуру в черном латексном костюме.

— Киллерша, — улыбнулся
я и махнул знакомой девушке. — Давненько не появлялась. Я уж начал переживать,
что что-то случилось. Как сама? Как родные?

Она не стала ничего
говорить и вместо этого взмахнула рукой.

На улице уже была
глубокая ночь, поэтому я легко разглядел хоть и невероятно тонкую, но все же
светящуюся красную нить, и уйти от не слишком быстрой атаки было не так уж и
сложно – просто сделать шаг в сторону.

— Тц, — зло
произнесла она.

При первом сражении
я уже понял, как действует ее способность, а с каждой последующей встречей я
улучшал свои навыки противодействия.

На самом деле, ее
атаки очень легко читаются, если знать, как правильно к ним относиться. Можно
сказать, что мы играем в игру – у нее в руках очень длинная, но быстрая
скакалка, которой она пытается меня ударить. Если у нее получится, я проиграю,
а если нет, то выиграю. Довольно простая игра.

Понимая, что
атаковать издалека бесполезно, она сделала «скакалку» гораздо меньше и побежала
на меня.

«Она что, хочет в
ближний бой пойти? — про себя фыркнул я. — Да я ее…»

В моей голове
всплыли мысли, как она практически в упор отражала беспрерывный огонь сразу
множества роботов…

— Ой-ой, а это уже
нехорошо… — чуть побледнел я. — Ну его нафиг!

Развернувшись, я
побежал в обратном от нее направлении. А что, меня можно понять. Она мало того,
что эспер, так еще и реакция у нее, судя по всему, сверхзвуковая! У меня просто
физически нет никаких шансов.

Скрыться получилось
далеко не сразу, и побегали мы изрядно. По пути разрезали парочку зданий, но
при этом, к счастью, никто не погиб. Похоже, она специально выбирает такие
места, где нам никто не сможет помешать.

— Хех… хех… хех… —
выглядывая из-за угла, я с успокоением понимал, что меня больше не преследуют.
Похоже, ее кто-то или что-то отвлекло, и у меня появился шанс спастись. —
Жуткий город… — признался я. — Однако же, когда у тебя в друзьях нет
сильнейшего парня на районе, это не так уж и просто…

Представив, что со
мной было бы в Данженграде, где противники куда опаснее, и каждый D-ранговый –
это уже настоящий геморрой для меня… мне стало плохо от одних только мыслей.

Не успел я
оклематься, как почувствовал, что стало холоднее. Это был необычный мороз –
появилось такое ощущение, что за секунды температура снизилась до отрицательных
значений.

А потом послышался
ритмичный звук повторяющихся шагов.

— Вальтер Гордон… —
холодный, практически безэмоциональный голос заставил меня вздрогнуть. — Почему
ты жив?

Поддавшись
интуиции, я отпрыгнул, и, похоже, сделал это вовремя – я буквально затылком
почувствовал, как что-то пролетело в сантиметрах от меня, а следом раздавшийся
звук не оставил в этом никаких сомнений.

Сначала я посмотрел
на то, что это было, и увидел несколько ледяных мечей и топоров, воткнутых в
стену здания по самую рукоять. Чтобы добиться подобного эффекта, скорость и сила
броска должна быть чудовищной…

[Злая Льдышка. 55
ур.]

— Да вашу же Башню!
— возмущенно воскликнул я, переводя взгляд на зеленовласую фигуру. — Сколько
можно?

— Вальтер Гордон… —
он безразлично смотрел на меня, но в его голосе я чувствовал странные нотки. —
Я убил тебя полгода назад, так как ты остался жив?

— Ну, значит, не
все мертвые умирают, — фыркнул я. — А вообще, что за предъявы? Если бы мои
мертвые враги умирали, то моя жизнь была бы в разы легче.

Смотря в прошлое, я
могу сказать, что враги вообще имеют тенденцию не умирать, когда их убиваешь.

— А ты сильно
изменился, Вальтер Гордон, — прищурился он. — В прошлом из тебя и слова было не
вытащить…

— Ну так, когда
ледяные мечи вымораживают мозг, сложно оставаться адекватным, не думаешь? — я
стал куда серьезнее.

На его лице
проявилось некое подобие улыбки.

— Действительно. Но
нам пора заканчивать!

Множество ледяных
лезвий появилось прямо над его головой. Я бы сказал, что это немного походит на
мой контроль крови – именно так я и использовал кровь – но тут скорее заморозка
влаги в воздухе с последующим управлением льда.

Если бы я не
засмотрелся, то мог бы попытаться пойти в ближний бой, пока его лёд еще только
формируется в оружие, но это было бы крайне опасно – он мог просто не завершать
их образ и использовать так. Поэтому вместо того, чтобы пытаться напасть, я…
снова побежал.

— Бесполезно, —
раздался холодный голос из переулка. — Тебе не сбежать.

Чувствуя, что
что-то не так, я прыгнул за угол – и как раз вовремя, ведь несколько мечей
вылетели секундой позже. Еще бы чуть-чуть, и в моем теле появилось бы на
несколько сквозных отверстий больше…

— Рожденный бегать
– по шапке не получает! — закричал я, продолжая свой долгий и утомительный
забег.

Этот понторез – а
он был именно из них – спокойно шагал за мной, даже не прикладывая никаких
усилий, чтобы догнать. Словно у нас не экшн боевик, а хоррор, и он выступает в
роли главного злодея-монстра, а я – жертва.

«Это что, концепция
такая – пафосной походкой можно догнать убегающего человека?! — возмутился я,
когда через несколько десятков секунд не только не прекратился обстрел ледяными
боеприпасами, но и сам он не то, чтобы отставал.»

Я знал, что нужно
делать. Честно говоря, у меня и план был. Правда, для этого я оказался вынужден
привести его в определенное место, при этом оставаясь на определенном
расстоянии.

Не знаю, как мы
умудрялись не привлекать внимание роботов. А может, привлекали, но он их всех
уничтожал? К счастью, хоть обычных людей на улице не было – за все время
беготни сначала от Киллерши, а потом и от Ледяного, мне не встретился ни один
обычный человек. Наверное, все дело в том, что это был весьма благоустроенный
район, где ночных банд не было, а я, к тому же, старался выбирать узкие
переулки.

Прошло не меньше
десяти минут, когда я из последних сил клял только что открытый мною концепт.
Эспер, охотящийся за мной, ни разу за это время не сделал быстрого шага, но все
никак не отставал от меня – нет, может, это и не концепт, ибо для столь
могущественной хрени слишком уж это мелко, но, тем не менее, похоже, он
действительно использует какой-то трюк.

Из последних сил
забежав в узкий переулок, я с трудом дышал.

— Хах… Как же ты…
хах… меня… хах… достал… — я уже пожалеть успел, что начал убегать, а не достал
из инвентаря какой-нибудь мега-артефакт и не уничтожил его на месте, пусть даже
при этом наверняка выдав себя.

— Закончил? —
улыбнулся он, выходя из-за переулка.

Судя по его
выражению лица, он был крайне доволен тем, как развивалась погоня. Впрочем, как
и я.

Еще несколько
секунд я переводил дыхание, чтобы не дышать, как задыхающийся паровоз, и
наконец посмотрел на него.

— Да, думаю дальше
уже нет смысла убегать, — пожал я плечами. — Спасибо за то, что позволил мне
дожить до этого момента, — улыбнулся я.

— Есть что сказать
напоследок? — прищурился он, а над его головой появилось множество ледяных
мечей.

— А, нет, похоже,
ты не совсем понял, — покачал я головой. — Это тебе нужно обдумывать последние
слова… — вытащив из-за угла автоматическую винтовку, я, похоже, сильно удивил
этого парня. Его глаза расширились, когда он осознал, что мы в узком
«коридоре», и ему некуда бежать. — Прощай.

Нажав на курок, я в
считанные секунды спустил весь рожок. И, к счастью, мой противник оправдал мои
ожидания. Ни одна пуля не попала в него, поскольку мечи над его головой, словно
ответный снаряд, сбили все пули, и, как я и думал, ему не нужно было создавать
оружие полностью – он мог маленькими льдинками стрелять, словно это были
настоящие пули.

А Эсперы за
пятидесятый уровень не так уж ничтожны, как я полагал…

— Ты… — он хмуро
посмотрел на меня, и я увидел, как по его щеке стекает кровь. Он точно отбил
все пули, а значит, это кусочек им же рассеченной пули оставил ему порез. — Ты
пожалеешь об этом! — закричал он, и мое тело пробила дрожь, будто меня окунули
в ледяное озеро.

— Конечно-конечно,
— ухмыльнулся я, доставая из той же выемки в стене гранатомет. Когда он увидел,
что у меня в руках, его глаза полезли на лоб. — Но для начала, переживи это!

Я не в первый раз
использовал ракетницу. Да и не во второй. Учитывая, с какими противниками мне
приходилось сражаться – оно и понятно. Тем не менее, каждый раз чувствуя у себя
в руках такую огневую мощь, я чувствую, как по спине проходят мурашки, а в душе
проявляется нетерпение.

Мощный взрыв
раздался в переулке, а взрывная волна прошлась по стенам, разрушая их в пыль.
Наверное, если бы не большая ледяная стена, которая приняла на себя основной
урон, все вокруг оказалось бы в гораздо худшем состоянии.

Улыбнувшись, я
бросился вперед – этот бой уже можно считать законченным.

Запрыгнув на
выступ, я в несколько прыжков перепрыгнул через ледяную преграду. Тут же
сморщившись и присев на одно колено стоял ледяной эспер и растеряно смотрел на
меня. Похоже, полностью избежать ударной волны и звукового шока не получилось,
поэтому он сейчас слегка неадекватно воспринимал реальность.

— Привет, дружочек,
— ухмыльнулся я и ударом ноги вбил голову в его же лед.

Конечно же, сил у
меня не хватило, ибо я обычный человек, да и вымотан подряд двумя забегами по
городу. Поэтому вслед за первым последовало еще несколько, а парень все не
терял сознание.

— Ты… я убью тебя…
— процедил он с ненавистью.

Сев над ним, я
фыркнул.

— Ох, зря ты это
сказал, парень, — покачал я головой, и сразу за этим послышался звук удара
кулаком о лицо. За ним еще один. А там и третий.

Я бил и бил его,
пока кожа на моих костяшках не начала рваться, а кулаки покрылись как его, так
и моей кровью.

Только когда я
начал сомневаться, эффективно ли это вообще, он наконец лишился сознания, но,
полагаю, было это от боли, а не от моих ударов.

Всё его лицо представляло
собой весьма нелицеприятную картину...