Глава 2 — Союз
Прячась всю жизнь под чужим крылом, в конце концов ничего не добьешься... и все потеряешь.
Поэтому она набралась смелости и шагнула в тень Древа, куда никогда не проникает солнечный свет, надеясь однажды самой обрести достаточно сил, чтобы помогать другим.
— Возвращайся, Хинами.
Услышав, как кто-то позвал ее по имени, она подняла голову, словно очнувшись от сна.
Фуегучи Хинами.
Древо Аогири — организация, стремящаяся создать «мир, в котором гулям будет легко жить», и Хинами является одной из ее участниц.
Ради этой цели Древо Аогири не гнушается никакими средствами и действует крайне агрессивно, поэтому ожесточенные столкновения с главным врагом гулей — CCG — для них давно стали обычным делом.
Именно это происходило и сейчас.
Хинами смотрела на него.
Он стоял на крыше многофункционального здания и наблюдал за заброшенным строением напротив.
Его точеное лицо скрывала черная маска «Кролика».
Это был исполнительный член Древа Аогири — Киришима Аято.
Сейчас он пристально следил за следователями CCG, которые готовились войти в заброшенное здание.
Еще совсем недавно именно там Аято и Хинами обменивались информацией с другими рядовыми членами Древа Аогири.
Но в самый разгар встречи они почувствовали чье-то приближение.
Поэтому им пришлось отступить на крышу этого здания.
— Аято...
— Ты мешаешь. Отойди!
...
«...Опять».
Оставив после себя лишь слова:
— Береги себя.
Хинами направилась обратно на базу «Древа Аогири».
Аято же, не колеблясь, прыгнул вниз с крыши.
И началась бойня.
Благодаря своим необычайно острым чувствам Хинами слышала, как катятся по земле отрубленные головы.
Первым порывом было зажать уши.
Но в итоге она опустила руки.
Ведь по этим звукам она могла понять, что с Аято все в порядке. Что он продолжает убивать... и за нее тоже.
Куда бы она ни пошла, ее всегда кто-нибудь защищал.
— ...Не вешай нос.
Вернувшись на базу, Хинами молча сидела в углу, обхватив колени руками.
Вскоре послышались знакомые шаги.
Она подняла голову.
В дверях стоял Аято с недовольным выражением лица.
— Ты не ранен, Аято?
Хинами тут же вскочила на ноги, с тревогой глядя на него.
— Ничего.
Он ответил равнодушно.
Он относился к Хинами почти как к младшей сестре.
Увидев, как она облегченно выдохнула, Аято вдруг почувствовал, что она невольно сравнивает его с кем-то другим.
— Не надо.
Предупредил он.
— Я уже закончил доклад с Татарой. Тебе тоже стоит отдохнуть.
— А ты?
— Следующее задание.
Сказав это так, будто ничего особенного не произошло, Аято вышел из комнаты.
Хинами снова осталась одна.
Чем сильнее росло «Древо Аогири», тем тяжелее становилась ноша на плечах Аято.
Возможно, она сама тоже была частью этой ноши.
От этой мысли ей стало невыносимо.
— ...Я не могу вечно оставаться такой!
Хинами хлопнула себя ладонями по щекам, пытаясь прогнать мрачные мысли.
— В знак благодарности... нужно подарить ему что-нибудь, что ему понравится.
Да!
Она решительно кивнула самой себе.
Но хорошая идея никак не приходила.
...
И вдруг в голове всплыл еще один человек.
— ...Сестрица.
Тоука Киришима.
Старшая сестра Аято.
Гуль, которая после смерти матери Хинами очень о ней заботилась.
С виду суровая, даже немного резкая, но с Хинами она всегда была добра.
Стоило вспомнить Аято, как вслед за ним вспоминалась и Тоука.
А затем...
«Антейку».
Кафе в 20-м районе, где Тоука подрабатывала.
Там собирались и люди, и гули. Благодаря стараниям управляющего Йошимуры это место было наполнено спокойствием, где никто не чувствовал угрозы.
Именно там Хинами встретила «старшего братика».
Тоука часто варила для нее вкусный кофе.
Иногда он все еще получался немного странным, но даже тогда Хинами неизменно его хвалила.
— Ах... Вот оно!
Хинами резко оттолкнулась от стены и хлопнула ладонями.
— Кофе!
Если она научится варить хороший кофе...
Может быть, настроение Аято хоть немного улучшится.
Но, в отличие от «Антейку», здесь не было ни кофейных зерен, ни даже инструментов для приготовления кофе.
Профессиональное оборудование ей, конечно, не нужно.
Но хотя бы самые необходимые вещи купить придется.
Так Хинами решила выбраться в город и приобрести все, что понадобится для приготовления кофе.
На следующий день, закончив порученную ей аналитическую работу, Хинами сразу вышла из своей комнаты.
Она привыкла выходить наружу ночью, но ради покупок приходилось подстраиваться под человеческий распорядок дня.
К тому же она не была уверена, где именно продается все необходимое, а поиски наверняка займут немало времени.
— Ах...
Хотя уже был полдень, коридоры базы по-прежнему тонули в полумраке.
Идя по коридору, Хинами столкнулась с мужчиной, чье тело было почти полностью обмотано бинтами, пропитанными запахом крови и гниющей плоти.
Она невольно застыла.
Это был Сова — успешный результат эксперимента «Древа Аогири» по превращению человека в гуля.
Когда-то его звали Сейдо Такизава.
— ...Куда-то собралась, Хина-тян?
Он заметил ее только сейчас?
Или все это время наблюдал?
Такизава неестественно склонил голову набок и уставился на Хинами обоими глазами.
Но почему-то ей казалось, что он смотрит вовсе не на нее.
Для Хинами Такизава — бывший человек, превращенный в гуля и почти полностью потерявший рассудок, — был тем, на кого ей было тяжело смотреть.
— Э-э...
— Если есть свободное время, может, сыграешь с братишкой в футбол?
Такидзава пнул в ее сторону то, что использовал вместо мяча.
Увидев приближающийся предмет, Хинами вскрикнула и в панике отшатнулась.
Это была человеческая голова.
Настолько обезображенная, что уже невозможно было понять, кому она принадлежала — мужчине или женщине.
Носа не было вовсе, а остальные черты были настолько изуродованы, что их нельзя было различить.
— Нет...
Хинами отскочила от нее, словно от раскаленного угля.
Голова с глухим звуком «дон» упала на пол.
Совсем как те головы, что вчера отсекал Аято.
— Пинай! Пинай! Просто пни ее обратно!
Топ.
Одним прыжком Такизава мгновенно сократил расстояние между ними.
Подняв голову с пола, он поднес ее почти вплотную к лицу Хинами.
— Как ни пинай, она все равно не развалится... Может, когда отпинаю, угощу тебя мозгами.
Хинами отвернула голову и крепко зажмурилась.
«Не хочу смотреть... Хочу уйти отсюда... Кто-нибудь, помогите, пожалуйста...»
— Эй! Сам жри свою еду!
По коридору раздался строгий голос.
Это была Миза Кусакари — командир Отряда Клинков.
Несмотря на маленький рост и почти детское лицо, она была одним из руководителей «Древа Аогири».
— Тогда отдай мне, раз сам не собираешься есть.
Миза протянула свою маленькую руку.
— Хе-хе!
Такизава сначала спрятал голову за спину, а потом снова выставил ее перед собой.
Хихикая, как ребенок, он ушел прочь.
Хинами облегченно прижала ладонь к груди.
— Ну и мерзкий придурок...
Пробормотала Миза, холодно глядя ему вслед.
— Простите... Большое вам спасибо.
— Да не за что. Он просто попался мне на пути. Ничего особенного, — непринужденно ответила Миза. — Кстати, ты ведь куда-то собиралась?
— А, да. Я хотела купить кофейные зерна и принадлежности для заваривания кофе...
— Кофе?
Миза удивленно посмотрела на нее.
— Аято всегда заботится обо мне, поэтому я хотела отблагодарить его и сварить ему кофе. Не просто купить банку готового, а приготовить из настоящих кофейных зерен.
— А вы с Аято и правда довольно близки.
Почему-то в голосе Мизы послышалась легкая зависть, но уже в следующую секунду она снова стала самой собой.
— Хотя... одной днем выходить, наверное, опасно? Следователи повсюду. Да и драться ты не особо умеешь, верно?
Хинами в основном занималась поддержкой. Иногда она использовала кагуне, чтобы защищать других, но Миза была права — сражения не были ее сильной стороной. Дело было не в способностях, а в характере. Из-за этого у Аято временами тоже болела голова.
— Если станет опасно... я убегу.
— С твоим слухом это вполне возможно, но... Хм... Тогда... — Миза посмотрела на Хинами, словно ей только что пришла в голову хорошая мысль. — Я пойду с тобой. Сегодня у меня как раз есть свободное время.
— Э? Но...
— Дневной свет мне, конечно, не нравится, но иногда немного солнца не повредит. Да и кофе из зерен мне тоже любопытно попробовать.
Хинами была рада доброте Мизы, но одновременно чувствовала себя виноватой, будто без причины втягивает ее в свои дела.
— Сначала предупрежу своих людей.
С этими словами Миза ушла готовиться к выходу.
Хинами благодарно поклонилась вслед этой маленькой фигурке.
Погода была прекрасной.
Безоблачное небо, и яркое солнце безжалостно заливало улицы своим светом.
«Он обжигает».
Миза сняла свой свободный плащ, который обычно носила для удобства в бою и использования кагуне, и переоделась в обычную человеческую одежду. В ней она выглядела еще более по-детски.
Обычно Хинами видела ее только во время заданий, поэтому сейчас это казалось чем-то новым.
— Госпожа Миза, вам очень идет это платье. Вы такая милая.
— Пожалуйста, не говори так. Мне уже за тридцать.
На лице Хинами появилось недоумение.
— Гули нашего клана обычно невысокого роста. А я еще ниже, потому что унаследовала самую чистую родословную, — продолжила Миза. — Из-за роста нас часто недооценивают.
«Наверное, я сказала что-то невежливое...»
— Простите...
— Да все нормально, — легко ответила Миза. — Вот если бы ты, как те Белые Костюмы, постоянно называла меня старой каргой, тогда бы я разозлилась.
Белые Костюмы — банда, которой раньше руководил Джейсон из 13-го района. Как следует из названия, все ее участники носили белые костюмы и называли друг друга братьями. Теперь же главарем банды стал Наки, и иногда они действовали вместе с Отрядом Клинков Мизы. Формально они сотрудничали, но на деле Белые Костюмы всегда поступали так, как им вздумается.
Мне кажется, госпожа Миза всегда присматривает за господином Наки.
Хотя Наки был силен, ему явно недоставало здравого смысла. Он всегда действовал под влиянием эмоций, совсем не задумываясь о последствиях. В каком-то смысле именно это делало его прямолинейным и располагающим к себе человеком, но Хинами казалось, что Мизе постоянно приходится разгребать проблемы, которые он создает.
— Чего?! Да меня просто вынуждают! ВЫНУЖДАЮТ!
Миза почти мгновенно выкрикнула это высоким голосом, так что Хинами вздрогнула.
Заметив ее реакцию, Миза успокоилась.
— Просто не хочу, чтобы он утянул меня за собой.
— Стоит ему решить, что перед ним враг, как он сразу бросается вперед без всяких раздумий. Наверное, слишком уверен в собственной силе. Но командир, который не думает наперед, обычно только прибавляет своим подчиненным седых волос.
— Ах...
Хинами вдруг кое-что вспомнила.
Миза ведь тоже была командиром.
— Возможно, наши взгляды не совпадают, но я все равно считаю: чем меньше приходится жертвовать, тем лучше. Конечно, идеальный вариант — вообще без жертв... но это слишком трудно.
Лицо Мизы омрачилось.
— Этот мир не такая уж сказка.
Это было лицо человека, слишком часто провожавшего товарищей в последний путь.
И несмотря на все раны в своем сердце, Миза до сих пор продолжала сражаться ради своих соратников.
Перед глазами Хинами возник чей-то образ.
Белоснежные волосы развевались на ветру.
Одинокий боец.
«Старший братик».
Канеки Кен.
Человек, который научил Хинами видеть красоту слов.
Когда Канеки мягко улыбался ей, на душе становилось тепло.
Теперь же эти воспоминания приносили только боль.
— Хотя, если говорить честно... слово «милая» скорее подходит тебе.
Миза посмотрела на Хинами, которая сама того не замечая крепко сжала губы.
— ...Э?
— Как бы сказать... Кажется, каждому мужчине хочется стать твоим рыцарем. Нет, не только мужчинам. В тебе есть что-то такое, из-за чего всем хочется тебя защищать. Совсем не так, как меня.
Она не хотела сказать ничего плохого.
Но эти слова словно перекрыли Хинами дыхание.
— Фуегучи?
Наверное, существует черта, которую невозможно переступить.
Между теми, кто всегда защищает других...
И теми, кого всегда защищают.
«Ты ничего не сделала».
«Во всем виновата ты сама. Каждый раз, когда теряла дорогих тебе людей».
«Потому что ты слишком слаба».
Эти слова до сих пор эхом звучали в ее душе, словно проклятие.
Такацуки Сен была знаменитой писательницей, чьи произведения восхищали читателей.
Но здесь ее звали Это.
Именно она открыла Хинами правду, а затем пригласила вступить в «Древо Аогири» — организацию, подобную ее романам, наполненную тьмой и запахом смерти.
Хинами думала, что, вступив в «Древо Аогири», сможет избавиться от своей слабости...
И стать сильнее.
Но хотя именно она решила измениться...
На деле ей все так же продолжали помогать другие.
Раньше — мама и Канеки.
Теперь — Аято.
И даже Миза всего несколько минут назад.
— Я... немного завидую вам, госпожа Миза.
Слова сами сорвались с губ.
— Вы всегда стоите на передовой и защищаете других. А я могу только оставаться позади... действовать из тыла... прятаться в чужой тени. Как мне стать человеком, который сможет защищать других? Как стать хоть кому-нибудь полезной?..
Чем больше Хинами говорила, тем сильнее ей становилось стыдно.
Это была ее самая болезненная тема.
Миза некоторое время молча смотрела на нее, словно не зная, что ответить.
— ...Не знаю, о чем именно ты думаешь, но у каждого есть свое место. Если нужны командиры на передовой, значит, нужны и те, кто поддерживает их из тыла.
Она продолжила:
— К тому же я очень ценю твои способности. Особенно сейчас, когда в «Древе Аогири» слишком много людей, которые вообще не умеют нормально общаться. И еще... ты редкий участник нашего «женского клуба».
Миза улыбнулась.
— Впрочем, ты ведь сегодня вышла не для того, чтобы болтать, верно?
После этих слов Хинами наконец вспомнила, зачем вообще пришла.
— Кофе...
— Именно, — кивнула Миза. — Сначала сделаем то, ради чего пришли. А поболтать можно и потом. И... это солнце...
Она недовольно щурилась — глаза почти превратились в узкие щелочки под яркими лучами.
— П-простите...
Хинами наконец пошла вперед.
Миза, тяжело вздохнув, последовала за ней.
— Мы же женщины. Иногда нам свойственно хандрить.
«Неужели даже госпожу Мизу что-то тревожит?..»
Хинами хотела спросить, но так и не решилась.
Хотя существовало множество приспособлений для приготовления кофе, Хинами покупала только те, которыми можно было пользоваться на базе.
Не зная, что именно выбрать, она долго расспрашивала продавцов и в итоге остановилась на самом необходимом.
Ручная кофемолка, дриппер и бумажные фильтры, чайник с узким изогнутым носиком для пролива горячей воды и и и сервер для готового кофе.
— Осталось только купить зерна.
Вместе с Мизой они вошли в специализированный магазин кофе.
Стоило переступить порог, как их почти полностью окутал насыщенный аромат свежих кофейных зерен.
Запах был невероятно приятным.
Хинами вспомнила, как впервые пришла покупать кофе вместе со старшей сестрицей.
Тогда ее тоже поразил аромат, наполнявший все помещение.
Совсем как сейчас.
— Как удивительно…
— Кажется, госпожа Миза тоже удивилась тому, насколько насыщенным был аромат. Ее нос невольно дернулся.
— Здесь столько разных сортов зерен.
За стеклянной витриной аккуратными рядами были разложены самые разные кофейные зерна.
— Уже решила, какие тебе нужны?
— Нет... Но у меня есть кое-какие мысли. Простите... — Хинами подозвала продавца. — Можно понюхать зерна?
...
Она внимательно проверяла их один за другим, сравнивая запах с тем кофе, который когда-то варила Тоука. Точный сорт она уже не помнила, но сам аромат сохранился в памяти.
— Вот эти!
Найдя знакомый запах, Хинами купила пакет зерен.
— С возвращением, госпожа Миза.
Когда они вернулись на базу, их сразу встретил гуль из «Клинков». Похоже, он ждал Мизу.
— Все спокойно, Миками?
— Как обычно. Ну как снаружи?
— Солнце жжет. А еще запах кофейных зерен просто потрясающий.
— Окак~~
Они разговаривали легко и непринужденно — почти не чувствовалось разницы в положении. И все же в глазах Миками читалось искреннее уважение к Мизе. Хинами казалось, что их связывает нечто, что трудно объяснить словами.
Если подумать... отношения между членами «Клинков» были почти семейными.
По дороге Миза немного рассказывала о своем клане. Возможно, они знали друг друга с самого рождения, помогали друг другу восполнять собственные слабости и вместе выживали до сегодняшнего дня. Поэтому между ними не было ни жесткой иерархии, ни односторонней зависимости — только равные отношения.
В мрачном и залитом кровью Древе Аогири подобная близость дарила Хинами странное чувство покоя.
«Неужели я слишком зациклилась?..»
Я думала только о том, чего не могу сделать, сама загнала себя в болото уныния и в итоге заставила всех вокруг волноваться.
Полагаться на других во всем неправильно, навязывать им свою ношу тоже нельзя. Но, может быть, лучше пока отбросить сомнения и заняться тем, что умеешь только ты?
При этой мысли слова Мизы: «Сначала сделай то, что должна», — наконец обрели для Хинами настоящий смысл.
— Кстати, Аято здесь?
— Киришима? Не видел. Наверное, все еще на задании.
— Вот как...
Миза с жалостью посмотрела на все покупки Хинами.
— Столько стараний, чтобы все это купить... Но он скоро вернется. Сваришь ему хороший кофе. Ладно, я пойду.
Решив, что на этом ее помощь закончилась, Миза уже собиралась уйти.
— Подождите!
Хинами остановила ее.
— М?
Миза обернулась.
Хинами достала пакет с кофейными зернами.
— Госпожа Миза... Может, тоже выпьете чашечку?
Миза удивленно моргнула.
— Но ведь ты покупала все это ради Аято?
— Но вы тоже ходили со мной... Я тоже хочу угостить вас.
— Хм...
Миза слегка наклонила голову, задумавшись.
— Но мне все же кажется, что первую чашку лучше оставить ему...
Она немного помолчала, затем кивнула.
— Ладно.
— Ты ведь никогда раньше не варила кофе здесь? Тогда считай меня... первым дегустатором. Да и... — взгляд Мизы стал мягче. — Аромат этих зерен и правда очень заманчивый.
Хинами тоже улыбнулась.
Давно ей не было так спокойно.
— Так... сначала...
Она поставила воду кипятиться. Первым делом нужно было прогреть чашку сервер горячей водой.
«Если хочешь сварить кофе, который согреет сердце гостя, сначала согрей инструменты, которыми его готовишь!»
Так всегда говорил Кома Энджи, один из сотрудников «Антейку», неизменно жизнерадостный.
«Да хватит уже болтать, работай!»
Тут же отвечала Ирими Кая, тоже работавшая в «Антейку».
Хинами продолжила, следуя воспоминаниям.
— Сколько хлопот.
С любопытством заметил Миками, который тоже подошел вместе с Мизой.
— Наверное, так и выглядит настоящая готовка. Говорят, богатые гули тоже долго подготавливают человеческое мясо перед тем, как его есть.
— Слышал то же самое. Мы, конечно, тоже иногда делаем вяленое мясо, когда приходится скрываться под землей... но до настоящих изысканных блюд нам далеко.
Хинами аккуратно смолола зерна и насыпала молотый кофе в бумажный фильтр, установленный в дриппер.
«Вот здесь начинается самое важное, Хинами.»
Эти спокойные слова принадлежали Йошимуре, управляющему «Антейку».
— Если я правильно помню... сначала нужно налить совсем немного воды...
Из длинного тонкого носика чайника медленно полилась горячая вода. Стоило ей коснуться молотого кофе, как по комнате сразу распространился насыщенный аромат.
— Какой запах...
Тихо пробормотал Миками.
Миза молча кивнула.
«Теперь немного подожди.»
Нетерпеливый Нишио Нишики не сводил глаз с кофе, ожидающего заваривания.
— Потом... вот так... будто рисуешь «の»...
Хинами много раз наблюдала за этим через стойку «Антейку».
Канеки, Тоука, Кома, Ирими, Нишики, Йошимура — все заваривали кофе именно так.
— Спасибо за ожидание.
Хинами разлила приготовленный с таким старанием кофе по чашкам и протянула одну Мизе.
— Приятного.
Миза обеими руками приняла чашку, осторожно коснулась губами края.
Хинами нервно следила за каждым ее движением.
Горячий кофе согрел губы Мизы и тихо скользнул в рот. Она сделала несколько глотков.
— ...Очень вкусно, Фуегучи.
Поставив чашку, Миза искренне посмотрела на Хинами.
По ее лицу было видно — она не из вежливости.
Замечательно.
От этой мысли у Хинами защипало глаза.
Она вспомнила лица всех в «Антейку» — как они с теплотой смотрели на нее, когда она пила сваренный ими кофе.
Эти воспоминания ожили так ясно, будто все происходило сейчас.
«Помогать друг другу — вот правило "Антейку".»
Эти слова снова мягко коснулись сердца Хинами.
Она опустила голову, стараясь скрыть нахлынувшие чувства, и кончиками пальцев осторожно вытерла глаза.
Успокоившись, Хинами тоже хотела попробовать собственный кофе.
— ОГО! Чую тут какой-то отличный душок!
Внезапно раздался громкий голос.
Миза вздрогнула и обернулась.
В дверях стоял Наки — глава «Белых Костюмов».
— Гаги.
— Гуги.
Рядом с ним, как всегда, были его телохранители — Гаги и Гуги.
— Э? «Душок» — это когда плохо пахнет, братишка. А здесь вроде... А! Старая Карга что-то пьет!
— Это кофе, братишка.
Позади Наки стояли двое руководителей «Белых Костюмов», помогавших ему, — Хоогуро и Шосей Идера.
— О! Это что такое?
Наки бесцеремонно выхватил чашку из рук Мизы и одним махом осушил ее.
— Эй! Ты что творишь?! Это же косвенный по... по... по... поце—!
Миза покраснела и закричала. Но Наки полностью ее проигнорировал. Допив кофе, он застыл с потрясенным выражением лица.
— ВЕЛИКОЛЕЕЕЕЕЕЕПНООООООООООООООООО!!!
Завыл Наки.
— Братишка сейчас заблеял, как овца.
Наки уставился на дно чашки.
— Что это за кофе такой?! Совсем не похож на ту бурду, которую выплевывают эти торговые машины, если хорошенько их отпинать!
— Торговые автоматы, братишка.
— Так это оно?! То самое из легендарных магазинов «только для постоянных фермеров»?!
— «Постоянных клиентов».
Чем сильнее Наки воодушевлялся, тем больше путал слова.
— Старая Карга! Откуда это взялось?!
Он ткнул пустой чашкой прямо Мизе в лицо, а она грубо вырвала ее обратно.
— Не твое дело! Честное слово, какой же ты невыносимый...
Миза крепко прижала чашку к себе. Ее плечи слегка дрожали.
— Гагигага.
— Гого.
Хинами не понимала, что сказали Гаги и Гуги, но, похоже, они указали Наки на кофейный сервер в ее руках, в котором еще оставался кофе.
— Хинами! Это ты сварила?!
Наки внезапно плюхнулся напротив Хинами и уставился на нее.
— Д-да... Сегодня как раз купила все необходимое...
— Еще полчашки!
Наки ткнул пальцем в свою чашку.
— Вот столько!
— Да ладно тебе, это вообще-то вещи Фуегучи...
Недовольно сказала Миза.
Она уже собиралась оттащить Наки, но тот подался вперед.
— Я хочу, чтобы все тоже попробовали!
Все-таки Наки тоже был лидером. Его подчиненные переглянулись, явно тронутые этими словами.
Хинами кивнула.
— Я приготовлю кофе всем. И госпоже Мизе тоже подолью. И господину Миками тоже.
— Но, Фуегучи, ведь ты покупала это для...
— Ничего страшного. Для Аято я тоже оставлю.
Хинами улыбнулась Мизе, которая все еще переживала за нее.
После этого Хинами принялась варить кофе для Наки и его людей.
Но Наки этим не ограничился. Он созвал вообще всех «Белых Костюмов», находившихся на базе, так что Хинами вскоре оказалась завалена работой.
В конце концов даже Миза не выдержала и отчитала Наки за то, что он зашел слишком далеко. Атмосфера уже начала накаляться, как вдруг Наки требовательно обратился к Хинами:
— Тогда хотя бы последнюю половинку мне!
— Не дать же Великому Брату Ямори остаться без этого!
Вот только Ямори, которого Наки так боготворил, уже давно не было в живых. Неясно, как именно он собирался преподнести ему этот кофе, но раз он так говорил, значит, кофе Хинами действительно ему очень понравился.
Когда Хинами налила свежесваренный кофе в чашку и протянула ее Наки, тот осторожно принял ее обеими руками, громко выкрикнул:
— Тэнк ю!
И ушел.
Наверное, он хотел сказать «thank you».
После всего этого представления зерен осталось всего на две чашки.
— Остальное выпейте с Аято.
Устало сказала Миза и ушла к себе.
Хинами тоже вернулась в свою комнату и еще раз проверила, сколько осталось зерен.
...
Позже в тот же день Аято наконец вернулся.
— Что вообще происходит с Наки? Стоит с чашкой в руках и без конца воет в небо имя Ямори. Будто дождь вызывает.
Проворчал Аято.
Судя по всему, он наткнулся на это зрелище сразу после возвращения и теперь был совершенно сбит с толку.
Хинами тоже удивилась. Она никак не ожидала, что Наки устроит нечто подобное.
Ей хотелось объяснить все с самого начала, но решила, что проще будет просто показать.
— Аято... Ты уже закончил все дела на сегодня?
— А? Да. Наконец-то.
Аято тяжело вздохнул и потер шею рукой.
Похоже, нескончаемая работа здорово его вымотала.
— Прости... Можно ненадолго тебя задержать? Это не займет много времени...
Может, лучше дать ему сначала отдохнуть...
Хинами опустила голову и украдкой посмотрела на него.
— Тогда давай быстрее.
Ответил Аято с таким видом, будто спорить с ней было бесполезно.
В этом он тоже был похож на Тоуку.
Хинами вскипятила воду и подготовила все принадлежности.
— Так вот что Наки таскал с собой...
Аято поднял пакет с кофейными зернами и наконец понял.
— Сегодня купила... Кажется, ему очень понравилось...
— Тут почти ничего не осталось.
Он был прав.
Пакет почти опустел. Сразу было видно, сколько чашек кофе Хинами успела сварить за день.
Зато теперь ее движения стали гораздо увереннее.
Она отмерила зерна на одну чашку и аккуратно их смолола.
Каждый шаг она выполняла предельно осторожно.
Ей хотелось показать результат всех сегодняшних тренировок.
По сравнению с тем временем, когда они только встретились в Древе Аогири, Аято сильно изменился и внешне, и внутренне. Он уже не разговаривал так резко, как раньше.
Пусть его манера оставалась холодной, но он заботился о Хинами во многих мелочах.
«Тебе вообще не стоило вступать в Древо Аогири...»
Именно это он сказал ей тогда, когда Татара приказал Хинами казнить предателей.
Но в итоге Аято сделал это вместо нее, потому что она так и не смогла.
И не только тогда.
Он не раз говорил, что ей не место в Древе Аогири.
Наверное, он был прав.
Но даже так Хинами не собиралась уходить.
Горячая вода медленно полилась на молотый кофе.
По комнате вновь распространился густой аромат.
И Мизе, и Наки этот запах очень понравился.
Но, украдкой взглянув на Аято, Хинами заметила, что он лишь молча наблюдает за ее движениями, словно погрузившись в размышления.
Обычно Аято говорил немного.
Но сейчас его молчание было совсем другим.
Наверное, он о чем-то думал.
— Готово... Попробуй.
Хинами налила кофе в чашку и протянула ему.
Даже когда она окликнула его, Аято не сразу отреагировал.
Словно очнувшись от своих мыслей, он тихо сказал:
— А... да.
И взял чашку.
...
Он медленно сделал глоток.
...
— Ну... как?
Осторожно спросила Хинами.
Аято молчал.
— ...Почему ты вдруг решила сварить кофе?
Наконец спросил он, не отрывая взгляда от чашки.
Наверное, с его точки зрения поступок Хинами выглядел совершенно неожиданным и ничем не объяснялся.
— Я хотела поблагодарить тебя.
— Поблагодарить?
Словно окончательно вернувшись к реальности, Аято перевел взгляд на Хинами.
— Потому что... я всегда доставляю тебе столько хлопот.
...
Аято снова посмотрел на кофе, поднес чашку к губам и молча допил ее до конца.
Поставив пустую чашку на стол, он сказал:
— ...Я куплю еще зерен.
— Он даже ничего не сказал о вкусе. Но уже по этим словам было понятно, что он думает.
— В следующий раз я тоже сварю тебе кофе!
Даже если жить под ветвями огромного дерева, в тени, куда никогда не проникает солнечный свет, впереди все равно может ждать свет.
Эта мысль тихо зародилась в сердце Хинами.
И придала ей немного смелости.
Так она приготовила последнюю чашку кофе.
Держа ее в руках, Хинами направилась в самую глубь Древа.
— Прошу прощения...
Женщина, закутанная в бинты и неспешно гуляющая под ночным ветром, была той самой, кто когда-то пригласил Хинами вступить в Древо Аогири — Такацуки Сен... или, точнее, Это.
Как и всегда, Норо безмолвной тенью следовал рядом с ней.
Они наверняка заметили Хинами, но полностью проигнорировали ее присутствие.
— Эм...
Хинами снова тихо окликнула ее.
Только тогда Это обратила на нее внимание.
— Чем могу помочь, малышка Хина?
С улыбкой спросила она.
Хинами протянула ей чашку.
— Я... сама сварила... Не хотите попробовать?
Она попыталась улыбнуться, скрывая скованность.
Это с тихим «тон» спрыгнула с дерева и приземлилась рядом с Хинами.
С любопытством посмотрела на чашку.
Воздух вдруг стал тяжелым.
Даже дышать стало трудно.
Хинами оставалось только терпеть.
Наконец Это взяла чашку.
И в тот момент, когда Хинами решила, что она сейчас попробует кофе...
— А...
Это перевернула чашку прямо у нее на глазах.
Кофе пролился на землю.
Брызги попали Хинами на ноги.
Это разжала пальцы.
Чашка упала на залитый кофе пол.
ХРУСТ.
— Спасибо, что постаралась.
Треснула не только чашка.
Это тихо захихикала и ушла прочь танцующей походкой.
Лишь когда ее силуэт окончательно исчез, Хинами опустилась на землю.
Она открыла рот, словно хотела что-то сказать.
Но слов не нашлось.
Еще недавно горячий кофе постепенно остыл.
А потом окончательно стал холодным.
Тусклый огонек, который только начал было разгораться в ее сердце, вновь поглотило отчаяние.
«Может быть... однажды и я сама сгнию у корней этого Древа... и стану для него удобрением.»