Глава 34 — Розовое проклятие. Часть 4

~~~~~   4  ~~~~~

Земля освещалась ясным светом сиявшей на небе полной
луны. Под ней стояло огромное дерево, сплошь покрытое мелкими бледно-розовыми
цветочками.

Дерево росло на большой лужайке в одном из уголков
частных земель дома Барма. Оно было таким раскидистым и так пышно цвело, что к
этому простому пейзажу ничего не хотелось добавлять.

Под деревом собралось несколько человек: Руфус, Оз,
Ада, Гилберт, Шерон, Брейк… теперь ещё и Рейм. Все, кроме него, сидели на
расстеленной в траве скатерти. В центре круга стояли тарелки с закусками,
несколько бутылок с алкогольным напитком из дорогих сортов риса, а так же
другие блюда, посуда и столовые приборы. Всё напоминало ночной пикник.

Это случилось вскоре после того, как…

—  Мне говорили,
что в одной далёкой-далёкой стране есть традиционный праздник под названием «ханами»,
— Руфус пересказывал Рейму историю, услышанную от торговца, который продал ему
необычный рисовый напиток. — Это такой банкет, где гости собираются, чтобы
восхищаться цветами, они любуются пейзажем, выпивают, поют песни и
демонстрируют свои таланты.

— Что-то вроде вечеринки в саду? — предположил тогда
Рейм.

Руфус сказал, что разница состоит в том, что ханами иногда
проводят ночью, при полной луне. Люди любуются цветами в лунном сиянии, не
зажигая лампад или свечей.

Это существенно отличало праздник от садовых
вечеринок, о которых подумал Рейм.

Когда они беседовали, как раз взошла полная луна, но
звать гостей было уже слишком поздно, так что никакого ханами в тот раз не
случилось.

— Хотя для него лучше всего подошла бы именно такая
ночь…

— Вы правы.

В голосе Руфуса звучала досада, и Рейм с ним
согласился.

«Действительно… —  Рейм сидел в одиночестве чуть поодаль кружка
остальных гостей, прислонившись к стволу дерева. — Если он просто хотел устроить
ханами, мог бы прямо об этом сказать…»

Намёк был слишком тонким. Раздражающе тонким. Рейм искренне так
считал.

Если буквы в слове «Махани» немного переставить,
получится «Ханами».

Когда он понял разгадку этой практически детской
анаграммы, то отправился в кабинет к Руфусу. Выслушав его ответ, Руфус
посмотрел в окно, заметил появившуюся в ночном небе луну и удовлетворённо
проговорил:

— Хмм, как своевременно, не осиль ты столь ничтожный
каламбур, я бы отказался от твоих услуг на веки вечные. Давай, собирайся. И
побыстрее.

…Он сказал это с таким видом, как будто с самого
начала знал, что Рейм придёт именно в то время. По словам Руфуса, всё
необходимое уже давно было готово.

Он добавил:

— Вчера я разослал приглашения. Я написал в них, что
поводом для праздника станет первый за долгое время выходной моего слуги Рейма.
Похоже, задумка сработала, потому что большинство гостей всё-таки пришли. Хотя
самая важная гостья прийти отказалась, и это не лучшим образом сказалось на моём
чувстве юмора…

— Приглашения? — непонимающе пробормотал Рейм.

Руфус продолжал говорить, но половина слов до Рейма
уже не доходила. Руфус упомянул имена Оза, Шерон и Брейка. Вдобавок в
приглашениях значилось, что гости могут прийти в сопровождении друзей и
знакомых, чтобы праздник получился веселее. Но это было не единственным, о чём
в них говорилось.

— А-ах, — Рейм измученно вздохнул, поднял голову и
посмотрел на дерево. В ночном мраке маленькие нежные розовые лепестки,
подхваченные ветром, казались живыми. Луна озаряла их полёт. Принюхавшись, он
ощутил их слабый тонкий аромат.

— Вишнёвое дерево. Вида Сомей Ёшино. По крайней мере, так я
слышал, — неожиданно произнёс кто-то рядом с ним.

{Прим.
пер.: Сомей Ёшино — самый распространённый из видов сакуры}

Рейм обернулся и увидел Брейка, который сидел, подогнув
колени, и смеялся. В одной руке он держал бутылку, а в другой две маленьких
пиалы.

— Держи, — он протянул Рейму одну из пиал и наполнил
её напитком. Рейм слышал, что он был приготовлен из риса, и почувствовал
непривычный сладковатый запах. Однако пиала была совсем крошечной, лишь на один
глоток.

Рейм осушил её в один присест.

— А ты не очень-то культурен, не так ли? — усмехнулся
Брейк, немного отпивая из своей пиалы. — Это делается вот так. По капельке, едва притрагиваясь.

— Да без разницы, этого всё равно мало, — отозвался
Рейм, крепко сжимая пиалу.

— Ты сегодня проделал огромный труд, мистер Рейм, — сказал
Брейк с сочувствием, подливая ему напиток. Тот поднёс пиалу к губам и по
примеру Брейка немножко отпил.

Опустив руку, он посмотрел на него и спросил:

— Что это ещё за «вечеринка-сюрприз»? Даже ты в этом участвовал…

— Да… Герцог Барма та ещё заноза, не так ли? Это был
скорее приказ, чем приглашение.

В прошлый полдень Брейк, Шерон и Оз получили
приглашения, начинавшиеся со слов:

«Рейм
старательный работник, посему я, будучи человеком редкой доброты, решил
устроить банкет в его честь».

Далее следовала пышная речь о том, насколько герцог
великодушен по отношению к своим слугам. После череды самовосхвалений он написал,
что хочет преумножить радость Рейма от праздника, поэтому подготовил скромное
дополнительное развлечение. Оно состояло в том, чтобы Рейм отправился в штаб
Пандоры выведывать у гостей информацию, прикрываясь расследованием «проклятия
Махани», анаграммы слова «ханами». Со стороны Руфуса было очень
предусмотрительно не сообщать об этом Алисе и Гилберту: оба совершенно не умели
врать.

Приглашение оканчивалось словами: «Узнав, что проклятие на самом деле — банкет в его часть, Рейм
непременно будет изумлён и растроган до слёз. Вам надлежит сердечно поблагодарить
меня за возможность участвовать в сём невероятном действе».

Выслушав объяснения Брейка, Рейм глубоко вздохнул.

— Я не был растроган до слёз, скорей едва не рыдал от
ужаса…

— Ну, ну… — Брейк сделал сочувствующее лицо. — В любом
случае, похоже, что главная затея герцога Бармы всё равно провалилась.

— Затея? — удивлённо переспросил Рейм.

— Да, госпожа мне рассказала.

Брейк понизил голос. Если быть точнее, ему сообщили,
что именно сказала Шерил, когда Шерон попросила у неё разрешения поехать на
банкет. Узнав о приглашении на праздник, который герцог устроил в честь своего
слуги, Шерил ненадолго задумалась, а затем, весело хихикнув, сказала внучке: «Передай
герцогу, что с его стороны весьма банально использовать мистера Рейма, дабы
покичиться своей добротой».

— И госпожа Шерон ему так и сказала?

— Разумеется! Услышав это, герцог Барма едва не
отменил праздник, хотя в итоге, как видишь, передумал. Он знает, что сказала бы
госпожа Шерил, если бы он всё отменил.

Рейм глубоко вздохнул. Он молчал.

«С господином Руфусом и правда непросто…» — пробормотал
он себе под нос, допивая пиалу в несколько мелких глотков.

Рейм окинул взглядом гостей, расположившихся
неподалеку. Руфус, очевидно, выпивший чуть больше обычного, был в приподнятом
настроении, он стоял в центре круга, энергично махал веером и декламировал
стихи.

Брейк тоже посмотрел на Руфуса и немного впечатлённо
добавил:

— Он полностью оправился. Думаю, герцог Барма сейчас больше
всех наслаждается этим ханами.

— Угу… Пожалуй, прошло немало
времени с тех пор, как он хотел его устроить.

После этих слов Брейку всё стало
ясно.

— Так ему хотелось убить двух
зайцев одним выстрелом… точнее даже трёх. Вот так герцог Барма, настоящий
стратег, — произнёс он с восхищением.

«Трёх?..» — Рейм задумался, что
это означало. Первое — предстать перед госпожой Шерил в выгодном свете. Второе
— воплотить свою старую задумку… А третье?.. «Неужели он действительно захотел…
сделать мне подарок?»

Может да, а может и нет. Этого Рейм не знал.

Он попросил Брейка ещё раз наполнить его пиалу. Тот, ухмыльнувшись,
исполнил просьбу. В ответ Рейм подлил напиток и ему. Оглядев сидящих вокруг
Руфуса гостей, он вдруг спросил:

— А что госпожа Шерон? Тоже
выпивает?

— Ну… да… — Брейк неожиданно
замялся.

Рейм немного выдохнул.

— Понятно, похоже, что этот
напиток ей не по вкусу.

— Не то чтобы… По крайней мере,
она сказала, что сегодня пить не станет.

Рейм задумался о возможной
причине подобного отказа от спиртного, но посчитал, что разумней всего будет не
спрашивать.

Более пристальный взгляд на гостей
выявлял множество деталей. Лицо Гилберта было красным как помидор: он
совершенно не умел пить, ему уже подурнело, и за ним ухаживали Оз и Ада. Шерон
ласково смотрела на них, незаметно поглядывая и на бутылку рисового напитка, как
бы размышляя: «Может, выпить хоть чуточку было бы неплохо…». Руфус что-то
говорил, кажется, он был недоволен тем, что никто не обращает на него внимания.

Может, рисовый напиток был
крепче, чем казалось по запаху, а может, Рейм просто устал. Обычно он был
устойчив к алкоголю, но его щёки слегка раскраснелись.

— Кто бы мог подумать, что всё
это случится в мой выходной… — пробормотал он, горько усмехнувшись.

Пронесшийся по саду порыв ветра
раскачал ветви большой вишни, и с них посыпались цветы. Бледные лепестки
танцевали в лунном свете. Их контраст с ночной темнотой был так прекрасен, что
всё это казалось сном.

Красновато-рыжие волосы Руфуса
колыхались от взмахов его веера, казалось, что он прокладывает лепесткам путь,
направляя их в какой-то неуловимый загадочный мир.

Вскоре после этого ветер затих.

Рейм, невольно задержавший
дыхание, выдохнул.

— Мистер Рейм… — позвал его
Брейк, с улыбкой кивая на пиалу. В налитый до краёв напиток упал маленький
лепесток. В пиале отражалась луна.

— Думаю, изысканней уже некуда,
как считаешь? — весело поинтересовался Брейк.

—Ты прав…

Рейм взглянул на Руфуса. Тот, прикрыв
рот веером, смотрел на него в ответ; судя по прищуренным глазам, он улыбался, словно
горделиво спрашивая: «И что ты об этом думаешь?»

— Боже мой… — тихо пробормотал
Рейм, немного вздохнул и поднес пиалу к губам, залпом выпив её вместе с
лепестком и луной.

— Какая сила духа! — раззадоривал
его Брейк.

Рейм вспомнил про обрывистый
отчёт, который ему было некуда отправлять. Когда вечеринка закончилась, и он
отправился домой, то решил вкратце расписать последние события этого дня. Он
уже знал, чем всё подытожить.

Вытащив из кармана свою потрёпанную
записную книжку, он энергично настрочил что-то на пустой странице. Закончив
писать, он подумал: «Я никогда никому не смогу показать этот отчёт».

На страничке было написано:

«Такие вещи… время от времени могут
быть довольно неплохи».

~~~~~   Конец  
~~~~~