Глава 1 — В мое время

— В мое время, между прочим, шестеро трейни ютились в крошечной однушке, где изо всех щелей сквозило, а с потолка текло.

— Продюсер Ча, вы рассказываете эту историю уже в тридцатый раз.

— Но по сравнению с теми временами нынешняя молодежь… а? Живут по двое, в залах нормальное отопление, да еще и кондиционеры работают!

— Будете и дальше так ворчать — вас запишут в душные бумеры.

При слове «бумер» Ча Му Ун нагло парировал:

— Ты когда-нибудь видела такого чертовски красивого бумера?

Его секретарша, прижимавшая к груди стопку документов, тут же прикусила язык. Му Ун ухмыльнулся и опустил на стол журнал, который держал в руках.

С обложки, мягко улыбаясь, смотрел андрогинный красавец в безупречном костюме. Мягкий разрез глаз, точеная переносица, идеальные губы. Никто бы в жизни не поверил, что этому утонченному лицу пошел уже конец четвертого десятка.

Мужчиной на обложке был сам Ча Му Ун.

Главный вокалист и официальный «вижуал» группы *Frosteve*, дебютировавшей в 2003 году.

— Эх, были времена… Продаешь миллион альбомов — и твое лицо на первой полосе всех газет. Не то что сейчас, когда миллионниками становятся все кому не лень.

— Продюсер Ча, вообще-то и сейчас миллионные тиражи на дороге не валяются.

— Но сейчас это происходит куда чаще, чем раньше.

Впрочем, с тех пор как он ушел со сцены, утекло много воды. Их группа не пережила пресловутое «проклятие семи лет» — контракт продлить не удалось, коллектив распался, и в 22 года Ча Му Ун ступил на стезю продюсирования.

И вот кем он стал теперь.

— Вот финальный проект. Пожалуйста, ознакомьтесь и утвердите, продюсер Ча.

Сегодня Ча Му Ун — один из главных хитмейкеров агентства H9 Entertainment, вырастивший не одно топовое айдол-поколение. И сейчас он готовился к новому вызову.

— Хм.

Му Ун углубился в бумаги.

> **«ПРОЕКТ: NEXT — Планирование»**

>

Это были документы для внутреннего шоу на выживание, которое стартовало уже на следующей неделе. Он просматривал строчки со скоростью улитки. Разумеется, он знал проект наизусть, но лишняя проверка никогда не вредила. Это был масштабный стартап, завязанный на кучу компаний-партнеров и телеканалов. Ошибки недопустимы.

Это не бурная молодость, когда тебе нечего терять. Сейчас у него было слишком много того, что нужно защищать: люди, репутация, обязательства.

Вчитываясь в текст с дотошностью ястреба, Му Ун вдруг замер на одном из разделов. Профили трейни.

Один из них буквально приковал к себе взгляд.

— Ким Му Ун?..

— Безумие, правда? Я сама обомлела. Имя-то редкое.

Трейни-тезка. Му Ун въелся глазами в анкету.

Внешность — отличная. Любимый артист:… Ча Му Ун?

— А парень знает, как подмазаться.

Если честно, он не поверил ни единому слову. Пускай Ча Му Ун когда-то и был суперзвездой, он закончил карьеру больше десяти лет назад. Сейчас полно куда более актуальных айдолов для подражания. Так что это не искреннее уважение, а чистой воды стратегия.

Но все равно приятно. Умение играть по правилам — тоже важный навык.

— Мы подписали его совсем недавно. Если он дойдет до дебюта, придется придумать псевдоним…

— Если он хорош, то реальное имя сработает даже лучше, — Му Ун принялся постукивать ручкой по столу — его извечная привычка при сильной концентрации. — Представь, какой хайп? Легенда второго поколения и восходящая звезда пятого — тезки. Да один этот факт завирусится в сети.

А если у парня еще и с талантом порядок — вообще сказка.

Взглянув на часы, Му Ун принял спонтанное решение:

— Хочу посмотреть на него в деле. У них же сейчас уроки?

— Вы собираетесь туда прямо сейчас?

— Ну а как же? Разве это не судьба? К тому же в этом месяце я был слишком занят и пропустил промежуточную оценку.

Его непреодолимо тянуло туда.

*«Раз уж он, как и я, Му Ун — "Безоблачный", — то обречен на успех. Надо взглянуть»*.

Однако вопреки ожиданиям, встретиться с Ким Му Уном продюсеру так и не удалось.

— Прогулял практику?

Причина оказалась донельзя разочаровывающей.

— Простите, продюсер Ча. Такого почти не случается, но… — менеджер выглядел так, будто сам был кругом виноват.

Му Ун недовольно цыкнул.

— Вы пытались с ним связаться? Когда его видели в последний раз?

— Вообще-то… уже три дня как…

— Что?

Три дня ни слуху ни духу.

Му Ун прижал ладонь ко лбу. При всем желании войти в положение… нет, это перебор. Что бы ни случилось, за три дня можно было найти минуту для звонка. Раз не связался — значит, сделал это намеренно.

*«Впрочем, видал я таких»*.

В памяти тут же всплыли собственные годы стажировки. Подвальные залы, насквозь пропитанные сыростью и плесенью. Лето, когда они танцевали полуголыми из-за отсутствия кондиционеров, и зимы, когда приходилось натягивать три слоя одежды, потому что отопление не работало. В начале 2000-х, когда перед глазами даже не было примера успешных старших коллег, они терпели эту боль, ставя всё на туманное будущее. Некоторые ломались, сбегали с тренировок или бросали всё окончательно.

Но то было тогда.

Му Ун обвел ледяным, колющим взглядом нынешний зал. Идеальный пол. Комфортная влажность. Яркий свет. Прохлада от кондиционеров. Огромные зеркала во всю стену. И даже бесплатное общежитие для иногородних ребят.

И от всего этого он просто отвернулся?

— Расслабился парень.

Слова сорвались с губ прежде, чем Му Ун успел себя проконтролировать. Скользнув взглядом по застывшим от страха остальным трейни, он без колебаний развернулся.

Сунув профиль Ким Му Уна в руки секретарше, он бросил ледяным тоном:

— Исключить его.

— Подождите, продюсер Ча! Я уверен, у него есть веская причина. Му Ун… то есть Ким Му Ун не из тех, кто поступает так безответственно!..

— Какая «веская причина» может быть у двадцатилетнего пацана?

— Пожалуйста, дайте ему еще один шанс. Хотя бы до конца сегодняшнего дня! — менеджер отчаянно цеплялся за него. Он сам привел этого парня в агентство и, должно быть, теперь горько жалел, что выбрал кого-то столь бесхребетного.

*«До конца дня, значит»*.

— Ладно. Только до конца дня. Мне аж самому интересно послушать, какая такая вселенская катастрофа заставила его исчезнуть на трое суток.

Он уступил только из уважения к менеджеру, но в душе ничего не ждал. Если бы парень хотел тренироваться, он бы уже пришел. Разве это не доказывает, что у него просто нет искреннего голода до сцены?

— На сегодня я закончил. Ухожу раньше.

Бросив это резкое заявление, Му Ун направился к подземной парковке. Главные документы он утвердил, так что ранний уход не был проблемой. В конце концов, если те, кто должен зубами цепляться за шанс, позволяют себе прогулы… почему он должен пахать без продыху?

Циничные мысли роились в голове, пока Му Ун сжимал руль, выезжая из города. Он в этой индустрии больше двадцати лет. Дебютировал в пятнадцать, а если считать стажёрские годы — все двадцать пять. За это время Ча Му Ун насмотрелся на самых разных людей. Талантливые, но неудачливые. Бездарные, но взлетевшие на вершину. Трудолюбивые бедняги и ленивые баловни судьбы…

Спустя четверть века Му Ун пришел к одному жесткому выводу: между усилиями и успехом нет прямой связи. Поэтому он давно не верил в наивные сказки вроде «труд всегда окупается».

И все же, здесь важен был итог. Речь шла о мечте. Айдолами не становятся по щелчку пальцев. В шоу-бизнесе нет легких путей, но этот — особенно беспощаден. Разве ты не должен быть готов ко всему, ступая на него? Те, кто ломается при первых трудностях, здесь не выживают. Каким бы красивым и талантливым ты ни был. С таким половинчатым настроем…

*ВЖИИИИИХ—!*

Все произошло в секунду. Оглушительный, зловещий скрежет металла. Му Ун инстинктивно повернул голову к окну — и оцепенел.

Длиннобазный грузовик, груженый стройматериалами. Тяжелые стальные трубы внезапно накренились под диким углом.

—..?!

И в следующий миг они лавиной обрушились прямо на его машину.

Му Ун почувствовал судорожное падение и резко, со свистом вдохнул воздух.

— Кх..! Кх-ха… уgh… кхе-кхе!..

Что… что только что произошло?

В панике он принялся ощупывать себя. Боль… Боли не было. Физически не болело вообще ничего. Но психологический шок был такой силы, что сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Сидя на полу и пытаясь перевести дыхание, он поймал себя на мысли: *«Нет боли? Но это же бред»*. Он до сих пор отчетливо видел, как на него летят тонны стали. От такого удара его должно было либо искалечить, либо убить на месте. Вместо этого тело казалось пугающе легким.

*«Погоди-ка».*

Судорожно осматривая себя, Му Ун резко вскинул голову. Это место он видел впервые в жизни.

Одиночная кровать, скромная вешалка с парой простых вещей. Пожелтевшие обои, низкий письменный стол. А на столе — зеркало.

Словно под гипнозом, Му Ун подполз к нему. И реальность, отразившаяся в стекле, окончательно выбила почву из-под ног.

— …Что за чертовщина? Это сон?

Испуганное лицо в зеркале не имело к нему никакого отношения.

Острый, лисий разрез глаз. Мягкие припухлости под нижними веками. Едва заметно приподнятые уголки губ и аккуратная родинка. Чужое, но до боли знакомое лицо. Му Ун мгновенно вспомнил, где его видел.

Анкета трейни. Тот самый парень, который указал Ча Му Уна своим кумиром.

Ким Му Ун. Парень, которого он искал всего несколько минут назад… Теперь он был заперт в его теле.

Потребовалось немало времени, чтобы осознать: это не галлюцинация и не сон. В смятении побродив по крошечному жилищу, Му Ун пришел к нескольким выводам.

**Во-первых:** по какой-то неведомой причине… он стал Ким Му Уном.

**Во-вторых:** Му Ун подобрал со стола документ. Лист бумаги формата А4 оказался свидетельством о смерти. Он перечитал строки тяжелым взглядом. Ким Му Ун три дня назад потерял бабушку. Судя по обстановке дома, она была его единственным родственником. Теперь он остался круглой сиротой. *«Прямо как я в свое время»*, — подумал Му Ун.

**И наконец, в-третьих:** Му Ун покатал на ладони пластиковый флакон. Четкая надпись «Снотворное» говорила сама за себя. Объяснения были излишни. Картинка сложилась слишком очевидная.

— …Да ладно. Ну и бред.

Сюжет о том, как два человека, погибшие в один миг, меняются душами, был Ча Му Уну знаком. Он работал в сфере медиакультуры, так что с законами субкультуры и попаданчества был на «ты». Но почему именно он и этот парень? Только из-за одинаковых имен? Или же…

> *«Мне аж самому интересно послушать, какая такая вселенская катастрофа заставила его исчезнуть на трое суток».*

>

Неужели всему виной его собственные злые, брошенные на ветер слова? То, что он осудил человека, не зная абсолютно ничего о его ситуации?

Во рту стало горько. Подумать только, через какой ад проходил Ким Му Ун в те минуты. Хотя нет, сейчас это уже не важно. Что сделано, то сделано.

Му Ун с силой помассировал пульсирующие виски. Хотелось бы, чтобы это было сном, но реальность била наотмашь. Раз уж это его новое настоящее, нужно действовать.

Для начала — информация. Он включил телефон парня и вбил в поисковую строку «Ча Му Ун». Всплыли статьи, профили… Новостей о смерти не было. С момента, когда он находился в собственном теле, прошло от силы полчаса. *«А, ну понятно»*. В таком случае…

Му Ун ввел новый запрос: «ДТП».

— …Вот оно.

> **[Массовая авария с участием 12 автомобилей на шоссе Кимпхо… 7 тяжело ранены, 3 погибли]**

>

Новость опубликовали всего десять минут назад. Скоро, как только подтвердят личности, заголовки сменятся на: «Топовый айдол 2-го поколения Ча Му Ун погиб в автокатастрофе».

— …Черт.

Внутри разлилась глухая, едкая горечь. У него оставалось столько нереализованных планов. Проекты, которые он вел, его мечты. Огромный груз ответственности. Компания… Что ж, агентство, конечно, не закроется завтра же. Погиб не генеральный директор, а всего лишь главный продюсер. Это не…

— …Нет. Это огромная проблема.

Ча Му Ун был одним из отцов-основателей H9 Entertainment, ключевой фигурой индустрии. Он принципиально отказывался от руководящих должностей вроде «директора», потому что не любил официоз, но фактически его статус был равен главе компании. Каждый айдол, дебютировавший под крылом H9, прошел через его руки. Фанаты уважительно звали его «Папа Ча». Его продюсерское чутье было феноменальным, а влияние на агентство — колоссальным. Компания не рухнет в один миг, но без своего главного двигателя её ждет сильная турбулентность.

Кожа на голове зачесалась от мыслей о графиках камбэков артистов, которые теперь полетят к чертям. И тут…

*Вспышка.*

В воздухе соткалась полупрозрачная голограмма. И когда ему казалось, что удивляться уже нечему, перед глазами возник текст:

> [Станьте топовым айдолом 5-го поколения]

>

Му Ун замер. Одна строчка. Никаких объяснений. А чуть ниже:

> [Участие в ПРОЕКТЕ: NEXT. ]

[ Провал = Смерть]

>

Требование, абсурдное в своей простоте и непреклонности, вызывало нервный смешок. Связано ли это с его переселением? С обменом душами? Времени на выстраивание логических теорий ему не дали.

*Бззз—*

Словно по сигналу, телефон ожил.

> **Менеджер:** [Пожалуйста, возьми трубку. Ты реально решил вот так просто уйти из агентства?]

>

Пришло текстовое сообщение. Му Ун, до этого сидевший на полу, мгновенно вскочил на ноги. Голова шла кругом, он ничего не понимал — но если это не временный сбой, если ему действительно придется прожить остаток дней в теле Ким Му Уна…

— Я должен участвовать.

**«ПРОЕКТ: NEXT».** Шоу на выживание, которое он сам же и срежиссировал. Он не знал, каким был настоящий Ким Му Ун, но если тот искренне грезил сценой… Парень определенно хотел бы именно этого. Дебютировать. Взлететь на вершину. И ради себя, и ради него — ради них обоих.

Му Ун перехватил документы и решительно направился к выходу.

*«Исключить его».*

Он и забыл, какое золотое правило правит этой индустрией…

А именно:

— Язык мой — враг мой, чтоб его!

Правило первое: следи за тем, что говоришь.

Правило второе: и еще раз следи за тем, что говоришь!