Глава 4 — Без названия

На часах пробило одиннадцать вечера.

Чжоу Сюнь изможденно переступил порог своей квартиры — просторной четырехкомнатной обители, которую его покойный отец уже успел заложить за долги. Чувство было странным: стены казались до боли знакомыми, но в то же время совершенно чужими. Это был лишь первый день после его переселения в этот мир, и ему еще предстояло ко многому привыкнуть.

Щелкнула ручка газовой плиты, и на сковороде весело зашипело разогретое масло. Пш-ш-ш... Два разбитых яйца тут же покрылись золотистой корочкой, аппетитно потрескивая. Ловкое движение кисти — сковорода подлетела в воздух, и яичница мастерски перевернулась на другую сторону. Переложив её в глубокую тарелку, он заварил пачку лапши быстрого приготовления, бросил туда сочную сосиску и залил всё крутым кипятком. Ровно через две минуты перед Чжоу Сюнем красовался поистине королевский ужин холостяка.

Уплетая свой запоздалый ужин, он попутно раскрыл толстую тетрадь, специально предназначенную для черновиков.

«Нужно как можно скорее закончить сценарий "Голоса далёкой звезды"», — пронеслось у него в голове. Чжоу Сюнь прекрасно понимал старую истину: промедление смерти подобно.

Днем ему удалось заговорить зубы Су Цзинлин и временно отговорить ее от увольнения, но чтобы удержать девушку окончательно, нужно было предъявить ей обещанный сценарий.

На самом деле, написать литературный сценарий для аниме не так уж и сложно. Настоящий ад для режиссера начинается тогда, когда эти строки нужно превратить в раскадровки. А вот это уже задача не из легких. Если отбросить этапы поиска спонсоров и привлечения инвестиций, рождение любого анимационного шедевра начинается именно с текста и визуальных набросков. Для двадцатиминутной короткометражки, такой как «Голос далёкой звезды», потребуется нарисовать несколько сотен детальных кадров. И каждую из этих сотен сцен Чжоу Сюню придется прорисовывать лично. Чертовски кропотливая работа.

Конечно, он мог бы набросать их левой пяткой — в конце концов, многие именитые режиссеры рисуют на уровне первоклашек. Но здесь крылся нюанс: его каракули должны были быть абсолютно понятны аниматорам и режиссерам мультипликации. Они обязаны уловить саму суть: как именно должна выглядеть эта сцена? Каков замысел? Сколько персонажей в кадре? Смотрит ли зритель на них снизу вверх, сверху вниз или сбоку? В движении ли они или замерли, как статуи? Что отражается на их лицах — ледяное спокойствие или пылающая ярость? Какие скрытые метафоры должен передать этот единственный миг?

Одними лишь черно-белыми набросками передать всю глубину задумки практически невозможно. Поэтому режиссеру приходится раз за разом встречаться с художниками, буквально разжевывая им свое видение, чтобы те отрисовали ключевые кадры и фоны именно так, как было задумано.

Впрочем, до раскадровок дело пока не дошло. Сначала нужно собрать команду, а уж потом браться за карандаш. Но раз уж Су Цзинлин поставила ультиматум — сначала текст, а потом решение об увольнении, — тянуть резину Чжоу Сюнь не собирался. Даже если придется не спать всю ночь, к утру результат должен лежать у нее на столе.

Так он думал, полчившись энтузиазмом. Но реальность, как водится, внесла свои коррективы...

Не тут-то было! Специфический формат анимационного сценария разительно отличался от привычных школьных сочинений или личных дневников. Ему приходилось одновременно выуживать из глубин памяти мельчайшие детали сюжета «Голоса далёкой звезды» из прошлой жизни и пытаться состыковать их с профессиональными навыками написания сценариев, доставшимися от прежнего владельца тела. Этот конфликт двух разумов вызывал жуткий дискомфорт. Мозг буквально чесался изнутри, словно там росли новые извилины. Дело продвигалось куда медленнее, чем он рассчитывал.

---

Тем временем на другом конце города, в небольшой съемной квартирке в провинции Ло, Су Цзинлин, облачившись в белоснежную шелковую пижаму, сидела в гостиной перед мерцающим экраном телевизора.

Показывали тот самый злополучный тайтл, из-за которого студия Dream Animation потерпела сокрушительное фиаско, погрязла в чудовищных убытках и теперь балансировала на краю финансовой пропасти — «Паладин и Принцесса». В темных зрачках девушки отражались цветастые сполохи экрана, а на безупречно белом, словно фарфоровом личике застыло выражение крайней сосредоточенности.

— Господин паладин Слан, неужели вы… и правда так жестоки? Неужели мое тело настолько не привлекает вас? — раздавался из динамиков томный, пропитанный слезами женский голос.

— Принцесса… Я… я всего лишь ваш верный подданный, а вы… вы не должны так… — запинаясь, отвечал мужской персонаж.

И хотя по одним лишь страстным вздохам сэйю можно было нафантазировать невесть что, визуальный ряд оставался до зубовного скрежета целомудренным. Все-таки аниме транслировалось по национальному телевидению, и цензура не пропустила бы ничего фривольного.

Внимательно следя за развитием сюжета, Су Цзинлин делала пометки в блокноте, скрупулезно фиксируя все, по ее мнению, недочеты картины. Да, «Паладин и Принцесса» был классическим, набившим оскомину представителем жанра исекай-гарема, которыми был завален весь анимационный рынок страны Ся. Тут было всё: и романтика, и фансервис, и битвы, и плоские шутки. Но проблема заключалась в том, что в прошлом сезоне вышло слишком много подобных проектов. Зрители не успевали смотреть даже высокобюджетные блокбастеры, так кому, скажите на милость, сдалась эта дешевая поделка про запретную любовь рыцаря и жены его сюзерена?

— Какая же тоска… — тяжело вздохнув, девушка откинулась на спинку дивана.

Ее длинные шелковистые волосы рассыпались по подушкам, подобно лепесткам черного лотоса, а миниатюрное тело зябко свернулось калачиком.

— Ожидаемо... Эта история невообразимо скучна, — прошептала она в пустоту.

И хотя она сама принимала участие в создании этого аниме, в глубине души она его терпеть не могла. Сюжет трещал по швам из-за десятков логических дыр. Если не считать четвертого и девятого эпизодов, производством которых она руководила лично, остальной визуал был сделан на отвали: критически низкая частота кадров, кривые пропорции персонажей, пустые, лишенные малейшей атмосферы задники.

С первого курса университета… прошло уже долгих пять лет.

За это время Су Цзинлин приложила руку к созданию трех полноценных телевизионных сериалов, не считая бесконечных эпизодов, которые студия брала на аутсорс. Но за все эти годы она не работала ни над одним проектом, который мог бы по-настоящему зажечь искру в ее сердце. Студия Dream Animation прозябала в безвестности. Крупные игроки не доверяли им важные заказы, а собственные оригинальные проекты студии представляли собой вот такой вот бессмысленный «туалетный» исекай.

К сожалению, такова была суровая реальность многих аниматоров: ты приходишь в индустрию с горящими глазами, мечтая творить великое искусство, а на деле годами рисуешь низкосортный шлак для тех самых сериалов, которые в детстве переключал бы с отвращением. А ведь Су Цзинлин выбрала эту профессию исключительно по любви. Эта страсть зародилась еще в начальной школе, когда она впервые увидела по телевизору культовый анимационный фильм страны Ся — «Звёздный легион». С тех пор эта любовь не угасала ни на миг. Единственным двигателем, заставлявшим ее пахать на износ все эти годы, была робкая надежда: когда-нибудь, однажды, она создаст нечто такое, что заставит зрителей плакать и смеяться, нечто, что они будут вспоминать с теплотой даже спустя десятилетия.

Но увы…

Проведя в индустрии пять лет, девушка с ужасом осознала, что стремительно отдаляется от своей мечты. О каких зрительских слезах может идти речь, если она сама не почувствовала ни малейшего трепета ни от одного нарисованного ею кадра? Эта бесконечная конвейерная штамповка халтуры капля за каплей высасывала из нее ту самую первозданную любовь к анимации. И «Паладин и Принцесса» был еще далеко не самым худшим примером на фоне того, что могло ждать их в будущем…

В глазах Су Цзинлин мелькнула редкая для нее растерянность. В памяти всплыл недавний разговор с Чжоу Сюнем в его кабинете.

---

Двое суток спустя, во второй половине дня шестнадцатого декабря.

Сотрудники Dream Animation наконец-то получили свою долгожданную зарплату. В тот же самый момент телефонный звонок от Чжоу Сюня вынудил Су Цзинлин подняться в кабинет председателя.

Владелец компании сидел за своим столом. Под его глазами залегли легкие тени от недосыпа, а прямо перед местом, куда он жестом предложил ей сесть, аккуратно лежала тонкая стопка свежераспечатанных листов.

На самом первом, титульном листе крупным шрифтом было выведено название.

«Голос далёкой звезды».