Глава 2 — Без названия

В оригинальной новелле Виви была регрессором. Её тело могло принадлежать ребёнку, но ментальный возраст был куда больше. Так что, конечно же, она прекрасно понимала, что я имею в виду. Даже в оригинальной истории она сказала: «Существует более весомая угроза, так что давайте просто пощадим эту мелкую сошку», — имея ввиду человека, который пытался еë убить.

Хм… После того как в оригинале принцессу Титанию заточили в северной башне, о ней почти не упоминали, но, честно говоря, учитывая, как сильно окружающие обожали Виви, сомневаюсь, что они позволили бы брошенной принцессе империи жить спокойно. Она, вероятно, умерла так, что никто даже не заметил.

Я заговорила, вкладывая в слова самые разные чувства:

— Спасибо. Но всё в порядке.

Я могла понять отчаяние, которое должна была испытывать Титания из оригинальной истории, стоя перед Виви.

Юная леди, любимая всеми; девочка, которая могла получить всё, что пожелает, даже пальцем не пошевелив; более того, её лелеяли и обожали все в печально известной, хладнокровной семье Кастрайн.

Одного лишь взгляда на неё должно было хватить, чтобы Титания почувствовала себя неполноценной. Особенно когда даже Раймонд, который раньше смотрел на Титанию как на нечто отвратительное, лелеял Виви, словно хрупкую сахарную конфетку, которая тает под дождём. Но всё же…

— Виви, вместо того чтобы беспокоиться обо мне, тебе стоит волноваться о лорде Раймонде.

— …О моём старшем брате? — Виви, которая тихо позволила мне гладить её по волосам, посмотрела на меня со слегка заметным изменением во взгляде.

— Да, Виви. Он член семьи Кастрайн, так что, наверное, беспокоиться не о чем… Но всё же, если мы разорвём помолвку сейчас, у него будет шанс встретить кого-то получше, пока не поздно. Мы и так слишком долго тянули.

Мы с Раймондом почти достигли двадцати лет. Оригинальная история уже в некотором смысле сошла с рельс. Я не только не убила Виви, но даже однажды спасла ей жизнь, так что меня, вероятно, не ждёт та же участь — разорение и заточение, как в оригинале. Тем не менее я не хотела больше преграждать путь будущему чужого многообещающего сына.

Я изо всех сил старалась успокоить Виви, которая надула щёчки и смотрела на меня недовольными глазами.

— Со мной действительно всё будет в порядке, Виви. Я всё ещё единственная принцесса империи. — И если император правда попытается выдать меня за какого-нибудь заморского пузатого монарха второй женой, у меня есть план побега…

По сути, расторжение помолвки было для этого необходимым шагом. Я не хотела сильнее впутываться в дела семьи Кастрайн и доставлять Виви лишние хлопоты. Так что, как бы мне не было жаль тревожить еë, моё место побега — секрет даже от Виви. Ну, это был скорее не «побег», а план «притвориться мёртвой», но всё же… Не будет ли лучше для всех, если я просто исчезну, будто умерла? Виви, возможно, будет немного грустно, но и только.

— …Пожалуйста, не извиняйся передо мной.

Внезапно я вспомнила мужчину, который смотрел на меня глазами, похожими на расплавленные, рассыпающиеся звёзды. Он казался уязвимым, возможно, даже напуганным. Или и тем и другим. В любом случае, для него я была, скорее символом несчастья, чем удачи.

—Почему ты извиняешься за что-то подобное? Это я подверг тебя опасности! Почему ты просто улыбаешься и говоришь, что всё в порядке, ведь ты спасла кого-то другого?

Когда я вспомнила этот голос, умоляющий меня сквозь стиснутые зубы, в груди расцвела тупая боль. Но всё же. Он был человеком с обострëнным чувством ответственности и верил, что в долгу передо мной. Но теперь наша помолвка должна была закончиться, и мне больше не нужна была защита Раймонда. Оставалось только разойтись и жить своей жизнью.

Мёртвых не воскресишь, правда? Нет никакого шанса, чтобы этот холодный, расчётливый Раймонд зациклился на отношениях со своей покойной бывшей невестой. Он найдёт себе кого-то нового.

— Так почему бы нам не съесть десерт сейчас? А? Я так старалась, ведь к нам должна была прийти Виви.

— …Ладно.

Хотя она выглядела недовольной, Виви не отказалась от вилки, которую я ей протянула. Я лишь ярко улыбнулась ей.

***

—Лгунья.

В карете по пути обратно в герцогскую резиденцию Виви пробормотала совершенно капризным голосом, прижимая к себе коробку с тарталетками, которую принцесса завернула для неё, словно драгоценное сокровище.

— Что значит «всё в порядке, потому что я единственная принцесса империи»? Как будто это что-то меняет! Она и сама в это не верит!

Преданная горничная Виви, Люси, нежно поправляла растрёпанные волосы хозяйки, произнося. —Она тоже переживает за вас, леди Виви.

— … Если они разорвут помолвку сейчас, её действительно никак не защитить. Неужели её устраивает перспектива быть проданной в какое-то чужеземное королевство? Конечно, я бы ни за что этого не допустила...

Девочка, которая болтала о своих тревогах, внезапно замолчала. Может быть, Титания и правда думает, что это не имеет значения, если она действительно та Титания, которую Виви всегда знала.

Виви, пережив трагическую смерть, регрессировала и вошла в семью герцога в качестве приёмной дочери, поклявшись всё изменить. Но среди всего этого печально известная, высокомерная принцесса — Титания — не входила в планы. По крайней мере, сначала. Пока пять лет назад она случайно не встретила Титанию, когда заблудилась в дворцовом лабиринте.

Изначально Виви планировала поискать императорскую реликвию, спрятанную недалеко от лабиринта. Это была вещь, о которой никто в императорской семье уже не помнил. Она хотела взять её, когда никого не будет рядом, потому что было бы проблематично, если бы кто-то спросил, откуда у неё информация. Предполагалось, что она сможет забрать реликвию, даже если в еë жилах не течëт императорская кровь.

Но что-то пошло не так, и сработала ловушка — она упала в легендарный подземный лабиринт дворца. Если бы Титания не подоспела вовремя и не заслонила Виви собой, она могла бы умереть прямо там.

Даже когда зверь, охранявший лабиринт, раздирал её конечности, Титания улыбалась бледным лицом. Этот зверь обычно не нападал на тех, кто был императорской крови, если его не провоцировать. Если бы Титания сделала вид, что не знает Виви, она была бы в безопасности. Но Титания выбрала защищать девочку. Она крепко прижимала её в своих объятиях и не отпускала, даже когда зверь рычал и щёлкал пастью, пытаясь добраться до нарушительницы, которую она укрывала. Побледневшими губами она улыбалась, веля Виви не плакать, говорила что помощь скоро придёт, и что она должна быть храброй.

— Ты должна вернуться к тем, кто тебя любит, Виви.

"А как же ты?"

Прижимая к себе испуганную девочку, оцепеневшую от инстинктивного страха, Титания успокаивала её руками, похолодевшими от потери крови. А затем Титания произнесла свои последние слова. Да, это были последние слова.

"Принцесса Титания…"

В голосе Титании не было ни малейшей надежды на выживание. Возможно, настоящий ребёнок не осознал бы этого, но Виви уже прожила одну жизнь, умерла и вернулась. Она видела, как умирают люди, и точно знала, когда они говорят таким голосом. Когда они сдаются. Именно тогда и слышен этот голос — такой пугающе спокойный, такой душераздирающе безмятежный.

"Зачем ты это делаешь? Зачем ты говоришь это мне?"

— Я буду в порядке… И лорд Раймонд тоже будет в порядке.

Осознав это, Виви осталась слегка ошеломлена. Этот человек искренне верит, что умереть здесь — это нормально. Потому что даже если она умрёт… ничего не изменится. Потому что, как только его надоедливая невеста исчезнет, Раймонд станет свободен.

Что-то горячее и непреодолимое поднялось в груди Виви.

— …Это неправда.

И Виви схватила эту бледную руку и закричала.

— М-мне не всё равно! Я не могу просто отпустить тебя вот так, когда я даже не отплатила тому, кто спас мне жизнь!

Рука Титании была маленькой. По сравнению с её братьями, по сравнению с её отцом, по сравнению со всеми руками, которые Виви держала раньше, она была такой крошечной. Она была как раз достаточно большой, чтобы едва обхватить руку маленькой Виви.

Ах, вот как. Виви поняла. Титании было всего лишь пятнадцать лет. И всё же в этом огромном императорском дворце не нашлось ни единого человека, который бы искренне любил и беспокоился о принцессе Титании.

— Я... я дочь герцога Кастрайна. Я никогда не забываю ни долгов, ни обид. Я всегда плачу по счетам.

Виви с усилием подавила желание заплакать.

Принцесса Титания, которую она знала до регрессии, была высокомерной. Гордой, разъеденной комплексом неполноценности, неспособной отпустить свою одержимость Раймондом. Люди насмехались над ней, говоря, что она и наполовину не так красива, как ей кажется. И теперь, даже после регрессии, она всё ещё была невестой её старшего брата.

Честно говоря, Виви это не нравилось. Её брат тоже не заботился о Титании, поэтому она пыталась сделать всё, чтобы расторгнуть помолвку. Но всё же…

"Где это в мире найдётся человек, который готов так просто умереть?"

Более того, можно было сказать, что Раймонд тоже был не лучше.

Она так сильно любила своего старшего брата, но лишь на мгновение Виви почувствовала укол обиды на него. В конце концов, Титания всё ещё была его невестой. Даже если помолвка была навязанной, разве он не мог относиться к ней хоть немного добрее? Если бы он это сделал… Возможно, после того как она рискнула жизнью, чтобы спасти младшую сестру своего возлюбленного, Титания не говорила бы так спокойно о том, как всем будет проще, если она умрёт.

На слова Виви Титания на мгновение замерла, а затем слабо, увядше улыбнулась — словно весенний цветок на грани увядания.

— …Понятно. Спасибо.

Это лицо, такое хрупкое, будто могло исчезнуть в любой момент.

Всякий раз, когда Виви вспоминала тот день, она чувствовала беспокойство. Даже только что, во время чаепития, она утешала себя той же горько-сладкой улыбкой, умоляя не разрывать помолвку!

— …Мой старший брат такой идиот!

При внезапной вспышке Виви, словно она разозлилась без всякой причины, сидевший рядом рыцарь Килайн открыто заметил:

— Лорд Раймонд действительно часто бывает таким.

— Но я уверена, что на самом деле мой старший брат любит Тию!

— Я уверен в этом.

— Тогда пусть показывает это! А не суетится по пустякам вроде ограничения её сладостей тремя шоколадками в день, потому что они испортят ей зубы!

— Именно поэтому он постоянно тайком ходит во дворец принцессы Титании, чтобы съесть десерт. Все знают, что он приложил столько усилий, чтобы найти талантливого кондитера и поселить его в Розовом дворце специально для неё.

"Ууууугх."

Чувствуя себя угрюмой, Виви потёрлась щекой о коробку с тарталетками, которую держала. Прежде чем она успела раздавить картонную коробку, Люси ловко спасла её у неё из рук. Виви надула губы, глядя на то, как коробку уносят, а затем внезапно погрузилась в странную мысль.

Кстати, когда это «высокомерная и надменная» принцесса Титания начала так меняться? Виви медленно перебирала воспоминания. Посмотрим, это должно было быть… Около пяти лет назад? После того «несчастного случая», когда принцесса Титания едва не погибла.