Глава 1 — Прекрасный цветок
Марта, старшая горничная императорского дворца, с самого рассвета пребывала не в лучшем расположении духа.
И всё потому, что она никак не могла найти принцессу.
Нет, в самом деле, куда могла запропаститься эта девчонка с самого утра?...
Проснувшись ни свет ни заря, Марта первым делом направилась в покои Её Высочества, чтобы помочь той одеться и приготовиться к новому дню.
Но, войдя в комнату, она обнаружила лишь пустую, холодную постель, а сама хозяйка бесследно исчезла.
Сначала горничная не придала этому значения: принцесса часто просыпалась раньше положенного и бродила где-нибудь в саду, наслаждаясь утренней тишиной.
Но шло время, а принцесса всё не возвращалась, и беспокойство Марты начало расти.
Мест, куда могла бы отправиться принцесса, на самом деле было довольно много.
Вопреки своему покладистому, на первый взгляд, характеру, она отличалась удивительной непоседливостью и практически никогда не могла долго усидеть на одном месте.
И именно сегодня это исчезновение оказалось совсем некстати...
Глубоко вздохнув, горничная продолжила свои поиски по всему замку.
Яркие солнечные лучи проникали сквозь ажурные окна, и утро находилось в самом разгаре, когда все обитатели замка просыпались и спешили по своим делам.
Утренний императорский дворец кипел жизнью: слуги сновали туда-сюда с поручениями, стража сменялась с ночного дежурства, а где-то вдалеке уже слышался мерный стук молотков — в тронном зале готовились к какому-то приёму.
В свою очередь, Марта решила начать поиски с библиотеки.
Она знала, что в последнее время принцесса особенно пристрастилась к чтению и могла провести там долгие часы, уткнувшись в какой-нибудь роман.
Войдя в библиотеку, она тут же вдохнула пыльный и тяжёлый воздух, который сопровождал собой эту сокровищницу знаний.
Огромные стеллажи уходили вверх, теряясь в полумраке, а свет проникал лишь сквозь узкие стрельчатые окна, расчерчивая каменный пол косыми полосами.
Без колебаний Марта сразу же направилась в самый дальний угол, где обычно сидела принцесса.
Но вместо неё она обнаружила лишь помощника библиотекаря, Лорина, ещё неопытного мальчишку, принятого на эту должность не так давно.
Он спал, уткнувшись носом в кипу пергаментов, и его перо выпало из пальцев, оставив на щеке чернильную кляксу, делавшую его похожим на нашкодившего мальчишку.
Марта бесцеремонно ткнула его в плечо.
— Лорин! Проснитесь!
Юноша подскочил, едва не опрокинув чернильницу.
Его сонные глаза, полные паники, уставились на грозную фигуру горничной.
— Госпожа Марта? — пролепетал он, пытаясь одновременно поклониться и стереть кляксу со щеки. — Я не спал! Я... я просто ненадолго отвлёкся...
— Оставьте свои оправдания при себе, меня они не волнуют, — отрезала она. — Где Её Высочество? Вы не видели сегодня старшую принцессу?
Лорин часто заморгал, явно ещё не до конца проснувшись.
— Её Высочество? — переспросил он, потирая глаза. — Сюда она не заходила, клянусь! Я здесь с полуночи, так что, если бы кто-нибудь здесь был, я бы точно знал.
«Так принцессы здесь не было...»
Марта раздражённо выдохнула, испытав острое разочарование, и вышла, даже не попрощавшись, оставив юношу в ещё большем смятении.
Сейчас у неё не было времени ни на лишние пересуды, ни на перепалки со слугами. Каждая минута была на счету.
Следом женщина направилась в западную башню, ещё одно возможное место, где принцесса могла бы прогуливаться этим утром.
Пустые коридоры встретили её лишь завыванием сквозняка, гулявшего по каменным лестницам.
Едва она вышла в основной коридор, как едва не столкнулась нос к носу с молоденькой служанкой Фрезией, которая несла стопку свежего постельного белья.
— Фрезия! — окликнула её Марта так резко, что девушка вздрогнула, и верхняя простыня соскользнула на пол. — Ты видела утром принцессу?
Та явно была удивлена внезапным вопросом.
— ...Я? Принцессу? — растерянно переспросила она.
— Да, будь добра, ответь мне поскорее, — нетерпеливо велела Марта, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
Молодая служанка явно нервничала, разговаривая с горничной выше себя по рангу, но всё же собралась с мыслями и ответила:
— ...П-простите, госпожа Марта! — пролепетала Фрезия, поднимая бельё и нервно сминая его в руках. — Я заходила в покои Её Высочества на рассвете, чтобы сменить воду в графине, но постель была уже пуста и заправлена. Так что я решила, что Её Высочество, должно быть, отправилась на утреннюю молитву в часовню...
— В часовне я уже была, — отрезала Марта. — Принцессы там нет. Так ты хочешь сказать, что вошла в пустую комнату и не подумала доложить мне?
— Я... я думала, это обычное дело, — Фрезия выглядела так, словно вот-вот расплачется. — Её Высочество ведь часто просыпается раньше всех...
Старшая горничная рассерженно цокнула языком.
И снова ей пришлось испытать разочарование.
Марта не стала тратить время на дальнейшие расспросы. Служанка всё равно была бесполезна.
Два стражника у восточной галереи, увидев её решительное приближение, вытянулись по стойке «смирно», звеня доспехами.
Их лица были бесстрастны, но в глазах читался лёгкий испуг — даже суровые воины побаивались эту женщину.
— Вы, — обратилась она к тому, что постарше. — Вы дежурили у восточного крыла с ночи. Её Высочество проходила здесь?
— Никак нет, госпожа Марта! — гаркнул стражник, глядя прямо перед собой. — За время нашего дежурства никто, кроме садовника, не проходил через эти двери.
— ...Садовника?
Сердце Марты пропустило удар.
И тут её осенило. Глупо было не подумать об этом раньше.
Сад.
Она поспешила прочь так быстро, что подол её форменного платья взметнулся, обнажая щиколотки.
Чем ближе она подходила к застеклённым дверям в восточной части дворца, тем гуще и слаще становился воздух, напоённый влажным теплом, ароматом сырой земли и тонким благоуханием распустившихся бутонов.
Тяжёлая дверь поддалась с тихим скрипом, и Марта на мгновение зажмурилась от яркого, рассеянного света, струящегося сквозь стеклянный потолок.
Та, кого старшая горничная всё это время искала, была там.
Старшая принцесса империи Надаль, Кастрея Равена Ашелот, стояла у длинного мраморного стола, который служил рабочим местом садовника.
Её фигура, освещённая утренним солнцем, казалась воплощением неземной грации.
Длинные серебристые волосы, подобные струям лунного света, были небрежно перехвачены шёлковой лентой и струились по спине, касаясь изящного пояса.
На ней было элегантное платье из струящегося шёлка белоснежного цвета, с длинными, слегка расклешёнными рукавами, отделанными тончайшим кружевом.
Эта девушка была настолько ослепительно прекрасна, что затмевала любой цветок в этой оранжерее.
Точнее, она и была драгоценным цветком империи Надаль.
В руке принцесса держала маленький, острый как бритва секатор с рукояткой из слоновой кости.
Её движения были неторопливы и исполнены некой отстранённой сосредоточенности.
Она подрезала длинные стебли чайных роз, с заботой укладывая их в хрустальную вазу.
Её золотые глаза, напоминавшие растопленный янтарь в лучах солнца, были спокойны и задумчивы.
Завидев это, Марта остановилась на пороге и, прежде чем подойти к девушке, глубоко вздохнула.
Ну конечно...
Куда же ещё могла отправиться эта девушка?
Перед тем как приблизиться, Марта надела на лицо самую строгую мину, на которую только была способна.
Она собиралась высказать принцессе, насколько сильно недовольна тем, что та снова пропала из поля зрения без предупреждения.
— ...Ваше Высочество, — голос Марты, несмотря на все попытки его смягчить, прозвучал в этой зелёной тишине подобно удару колокола. — Вы снова были здесь.
Принцесса Кастрея медленно, без тени удивления, подняла голову.
Лёгкая, едва заметная улыбка тронула уголки её губ.
И от этого она стала только еще прекраснее.
— Марта, — произнесла она тихо.
Принцесса опустила секатор на стол и взяла в руки белую розу, задумчиво поворачивая её к свету.
— Ты, как всегда, нашла меня слишком быстро. Я думала, что у меня есть ещё хотя бы полчаса до того, как ты придёшь за мной.
— Полчаса?! — с негодованием переспросила Марта. — Между прочим, я обыскала весь замок, пытаясь разыскать вас! Ваше Высочество, мне казалось, что вы давно уже выросли из привычки убегать из своей комнаты без предупреждения. И почему вы снова ушли, никого не предупредив?!
Кастрея тихонько рассмеялась, и её смех был похож на перезвон серебряных колокольчиков.
— Ты права, это моё упущение. Но, видишь ли, цветы не могут ждать. Если не срезать увядающие бутоны вовремя, они начинают гнить и губят всю ветвь. А эта белая роза, — она кончиком пальца коснулась бархатного лепестка, — распустилась только сегодня. Срезать её нужно было в строго определённый час, пока роса ещё держится на лепестках. Иначе она потеряет весь свой аромат к вечеру.
Марта сжала кулаки, стараясь говорить спокойно. Принцесса всегда умела уходить от главной темы с помощью подобных поэтических отступлений.
И, главное, она до сих пор была так увлечена своим хобби, связанным с цветами, что это уже начинало выходить за рамки дозволенного!
Нет, конечно, уход за цветами можно было назвать одним из благородных занятий для принцессы. Многие леди из знатных семей любили садоводство.
И тем не менее... В последнее время принцесса проводила в этой оранжерее уж слишком много времени.
Марта правда не могла понять, что такого особенного было в этих цветах?
Но в любом случае...
— Ваше Высочество, Его Величество император желает вас видеть. Немедленно.
Рука принцессы Кастреи, всё ещё держащая розу, замерла.
Тем не менее, ее красивое лицо оставалось спокойным, как и золотые глаза остались непроницаемы.
— Отец? — переспросила она, — В такую рань? Должно быть, случилось что-то действительно важное.
— Да, Ваше Высочество, — Марта кивнула. — Прибыли послы из государства Шан. Они ожидают вас вместе с Его величеством в тронном зале.
На мгновение в и без того безмолвной оранжерее воцарилась пауза.
— ...Из Шан? — переспросила Кастрея, и её голос прозвучал ровно. — Хорошо... Я поняла.
Она даже не стала спрашивать причину того, почему послы иностранной страны хотели видеть ее, поскольку и так прекрасно знала о ней.
Марта глубоко вздохнула. Медлить было нельзя.
— Ваше высочество, пожалуйста, поторопитесь, — произнесла она, и ее слова эхом разнеслись под стеклянным куполом. — Мы не можем продолжать заставлять послов ждать!
В оранжерее повисла такая глубокая тишина, что стало слышно, как где-то вдалеке щебетали птицы.
Принцесса Кастрея некоторое время не двигалась. Её взгляд был прикован к розе в её руке.
Мгновение растянулось в вечность.
Затем она аккуратно, почти церемонно, положила цветок на мраморную столешницу.
— Что ж, — выдохнула она.
В этом коротком слове не было ни гнева, ни печали.
Изящным движением принцесса сняла с пальцев тонкие садовые перчатки и положила их рядом с секатором.
Платье цвета лунного света струилось вокруг неё, когда она повернулась к выходу.
В её выражении не было ни тени протеста, ни капли сожаления. Только спокойная, отточенная годами воспитания покорность судьбе.
Однако, прежде чем покинуть оранжерею, Кастрея на мгновение задержалась.
Она окинула долгим, задумчивым взглядом клумбы цветов, за которыми так заботливо ухаживала.
Солнечный луч упал на её серебристые волосы, заставив их засиять ослепительным ореолом.
И вдруг она подошла к одной из клумб.
Из всех прекрасных и разнообразных цветов, что наполняли оранжерею, внимание принцессы было направлено лишь на один.
Не на те белые розы, что она подрезала только что. Нет, она смотрела на цветок, к которому ей даже не хотелось прикасаться секатором.
Он вырос в самом дальнем углу клумбы.
Цветок был высок и строен, а его лепестки были глубокого пурпурного оттенка — они переливались алым и фиолетовым, когда на них падали солнечные лучи.
От цветка исходил аромат, не похожий ни на один другой в этой оранжерее: терпкий и сладкий, который дарил какое-то странное чувство ностальгии.
Кастрея смотрела на него долго, не мигая, и её золотые глаза на мгновение стали такими же тёмными и глубокими, как эти лепестки.
— Марта, — неожиданно произнесла она вслух. — Как странно. Ты знаешь, что я даже не сажала этот цветок?
— ...Что? Принцесса, что вы имеете в виду?
Горничная посмотрела на неё в замешательстве.
— Я говорю, что каким-то образом он вырос сам, хотя я не прикладывала никаких усилий. Забавно, не правда ли? По иронии судьбы, этот цветок самый прекрасный из всех, что я когда-либо выращивала.
Марте не нашлось что на это ответить, и она просто промолчала.
Нет, в самом деле, с чего это вдруг принцессе захотелось поговорить о цветах? И уж тем более в такой-то момент!
Между тем сама Кастрея прикоснулась пальцами к розовому лепестку.
Её рука, тонкая и бледная, на мгновение застыла, и цветок чуть дрогнул, словно отвечая на это прикосновение.
На лице принцессы застыла нежная, неопределённая улыбка.
— Сегодня в императорском дворце распустился прекрасный цветок, — тихо сказала она.