Глава 56 — Дополнение к третьей арке. Ч.2. Чтить предков.
[https://www.youtube.com/watch?v=9YsGksWDc88&t=28s]
...
Оставшаяся
часть багеленцев уселась обратно. Напряжение спало на нет, ибо троица, ушедшая вперёд,
была сильнейшей в отряде. Никакой медведь им будет нипочем.
- Слушай,
поварёнок, как там тебя? – высокий наёмник-северянин в возрасте громко
обратился к парнишке.
- Увиль.
- Увиль, ты-ж
коренной Латманец?
- Да, всё так.
- А в
какого бога веришь?
Увиль растерялся
от неожиданно заданного вопроса. Северянина стукнули по плечу.
- Ну ладно
тебе, Фолки, ты же даже не пил сегодня, чего опять начинаешь? – соотрядник
попытался остановить старика.
- Да
погоди ты! Увиль, в какого бога ты веришь? Небось в звезду, так?
- Ну да,
только звезда не бог. Она…
- Да знаю
я, - он махнул рукой. - А ты знаешь в
кого твой дед верил? Знаешь ведь?
Подросток
повёл плечами.
— Вот то
и оно… Видите? – он обратился к отряду. – Он ведь даже не знает. По что тебе
твоя кровь, Увиль?
- Ну всё,
опять его понесло. Фолки ты сам то, когда в последний раз к северу взывал? Лет
пять назад?
- Пусть
так, - Фолки встал, вонзив свой топор в поваленное бревно, на котором сидел
секундой ранее. – Но я хотя бы своих предков помню. Увиль, давай я тебе кое-что
расскажу. Наш народ – Ангский и ваш – Латманский, сотни лет были друзьями, настоящими,
почти братьями. И мы и вы ценили своё прошлое. И у нас, и у вас были сильные
короли, которые дружили между собой даже не взирая на разную веру. И у нас, и у
вас росли прекрасные дети и варилось отличное пиво, но что потом?
- Великий
север, его теперь не остановить…
- А потом
появилась эта сучья империя, будь она неладна. Ты ведь ещё мал Увиль, а мне же
далеко не первый и не второй десяток. За свою жизнь я был на четырёх больших
войнах и все они начинались из-за кафорцев, Увиль! Они убили вашего бога, вы же
теперь его даже не помните, не помните свою кровь. А если-б не талины, Лазурь
ещё и нас бы заграбастала.
- Увиль, - другой наёмник, помоложе, схватил
парня за плечо и слегка его расшатал, - не слушай ты этого дурака старого.
Фолки
нахмурился и сказал:
- А ты то
сам чего? Тоже на их сторону переметнулся?
- Да
насрать мне на звезду твою, я просто пожить хочу.
Пылкий
нрав северян быстро разгорался. Обычно в такие моменты как нельзя кстати
появлялся Жевер и охлаждал горячую кровь умным наставлением или глупым ударом в
нос. Внизу со склона раздался крик Ятара. Громкий, протяжный, а после глухой и
с эхом.
Багеленцы
тяжело вздохнули, схватились за топоры и рванули на помощь. Наёмник, державший Увиля,
постучал ему по плечу и расслабленно указал: «Похоже у них там сложности,
побудь пока здесь. Мы быстро». Увиль хмыкнул в след, весело уходящему, наёмнику.
-
Северяне как будто вообще не боятся сражений и смерти, - подумалось ему вслух.
Он
ухватился за поварёшку, перемешал новое, почти сготовленное, рагу и присел у бревна.
Подул прохладный ветер, и парнишка поёжился. Сейчас, он мечтал как можно скорее
оказаться дома – в родном городе, туда, где его ждала мать и сестра. Денег у них
отродясь не было, но парень всегда хотел помочь родным, а работать в подстенье
ребёнку было попросту невозможно. Вот он и подался к наёмникам. Увиль сразу же
понравился лидеру отряда. Их знакомство произошло вечером, в постоялом дворе и
по совместительству кабаке дяди Увиля по отцовской линии. Дядя Халдери давно
хотел помочь голодающей семье погибшего брата, но сам еле-еле сводил концы с
концами. Кабачник планировал устроить Увиля к себе, когда тот вырастет, но
старый знакомый Жевер, вернувшийся в Шилф на неделе, предложил Халдери
пристроить мальчугана поварёнком в отряд.
Увиль вспомнил,
как отбивался его дядя, он побоялся, что мальчишка может пострадать, посему тут
же отказался. Но под натиском убедительности наёмника и молитвенного гласа Увиля
он сдался. «Мальчишка будет под присмотром у двенадцати профессиональных
наёмников, среди них он будет даже в большей безопасности, чем в моём “Цок да
цоке”» - успокоил сердце кабачник. Он сказал следующее: «Хорошо, но, во-первых,
Жевер, ты отвечаешь за его жизнь головой, во-вторых, ты, Уви, соврёшь матери,
что будешь помогать мне, договорились»?
…
[www.youtube.com/watch?v=eQyg8MBQQog&t=1s]
…
Раздались
крики наёмников. Увиль испугался. За пару месяцев работы он понял, что северяне
кричали лишь для того, чтобы запугать кого-нибудь, но сейчас они делали это
отчаянно и болезненно, буквально, вопили. Увиль, сообразив, что происходит
что-то неладное, закопал костёр мягким снегом. Схватил кухонный нож, как назло,
намертво прилипший к деревянной разделочной доске –наёмник, помогавший мальчишке
с готовкой, имел странную привычку вгонять оружие поглубже в дерево или землю. Он
прокрался вперёд, ближе к краю скалы и аккуратно выглянул из ухаба. Внизу происходило
что-то страшное. Мерцали топоры и чьи-то янтарные, иногда алые, глаза.
Спустя
пол часа крики смолкли. К этому времени мальчик спрятался в палатке. Снаружи засвистел
ветер. Что-то большое грузно взобралось на дерево в пяти шагах от лагеря. От
тяжести ель истошно заскрипела. Послышался приглушенный рокот. Что-то защёлкало,
рядом с палаткой. Увиль зажал рот рукой, он боялся вздохнуть, или не дай Звезда,
пошевельнуться. Ночной гость опрокинул котелок с похлёбкой.
Дальше
произошло нечто странное, словно из-под земли раздался легкий толчок, но на землетрясение
он был не похож, слишком уж скромный удар, для здешних мест. Существа снаружи
отреагировали на него и быстро затопали к краю обрыва – откуда и пришли.
…
Увиль не
спал до самого утра. Он, вжавшись в уголок палатки, почти не дышал. Из-за того,
что мальчик просидел в неудобной позе, ноги выли от боли. Когда он решил встать,
в отлежанные конечности вогнали тысячи иголок.
Внизу
было спокойно. Снег тяжелыми хлопьями валил на окровавленное поле битвы, но вот
трупов нигде не было видно. Увиль шёл вперёд, надеясь найти хоть кого-нибудь
живого – один он не сможет перебраться на другой берег, у него попросту не
хватит сил. Обходя глубокие норы, мальчик вглядывался в следы - по земле шастало
что-то низкое, но при этом большое, длиной в три взрослых шага, иногда больше. Линии,
оставляемые пальцами, вели к норам – монстры заталкивали ещё не убитых людей
вниз, последние цеплялись за жизнь, как могли. Брошенные украшенные круглые
щиты были или разрублены от прямых ударов чего-то тяжелого и острого или
покрыты мерзкой вонючей паутиной. Пред Увилем предстала пещера, он сделал
несколько шагов вперёд, но его тут же остановили.
- Стоять!
Малец, шаг назад! – Это был одноглазый. Увиль за месяц не разу с ним не общался,
казалось, что наёмник попросту не любит детей.
Увиль отошёл.
- С вами
всё в порядке, вам помочь?
- Стой на
месте.
Из
темноты пещеры появился наёмник, на плечах он держал лидера отряда.
- Оттащи
Жевера, а я заберу там кое-что. За мной не иди, лед в пещере тонкий, встанешь
не там и провалишься в бездну.
Увиль испуганно
кивнул. Оттащил Жевера поближе к лагерю, но в определённый момент остановился.
Что-то было не так. Мальчик наклонился поближе к бессознательному лидеру и аккуратно
притронулся к его носу. Наклонив голову набок, он увидел черную вену,
сползавшую куда-то к груди. Перевернув тело, Увиль обнаружил небольшое отверстие
в кожаной броне, за ним была рана, из которой вытекало что-то чёрное. Увиль
прижал два пальца к шее наёмника – тот не дышал.
- Да
мёртв он. Не проверяй, - грубым голосом объявился Сини.
Мальчик даже
не услышал, как наёмник подошёл к спине.
- Вы
хотите его похоронить?
- Почти,
на поддержи, - он передал мальчугану деревянную большую коробку, покрытую
прозрачным и богатым на вид лаком. После Сини обхватил тело лидера и побрёл к
лагерю, - Разведи в лагере костёр и брось в него что-нибудь, что даст побольше
дыму.
- А вы?
- А я его
раздену, - наёмник указал на тяжело экипированного командира, - чтобы точно всплыл
и брошу в воду, моё сообщение должно дойти до Шилфа.
- Вы
хотите, чтобы его нашли?
- Что за
парад тупых вопросов!? – Сини озлобился, но тут же прекратил, увидев, как
мальчик испуганно попятился назад. Северяне чтили детей больше, чем кто-либо ещё,
особенно если ребёнок был мальчиком, будущим воином. – Ладно, просто разведи
костёр и жди меня здесь, я тебя не брошу.
…
Сини грёб
к берегу, Увиль помогал. Солнце поднималось всё выше и выше. Снегопад
прекратился. Когда лодка стукнулась о противоположный берег одноглазый
вздохнул.
- Слушай
малец, как там тебя?
- Увиль.
- Увиль,
тут наши пути расходятся, - он отрыл коробку и протянул мальчику две нефритовые
статуэтки. – Одну продай, другую оставь на чёрный день. Денег должно хватить на
несколько лет вперёд.
…