Глава 1 — Другие события

Нынешний король Дворфов, Этё Варнюмен Мигендорт, вступивший в правление в 2130 году в возрасте четырёхсот лет и правящий по сей день, во время своего правления, привёл Ведркорд к небывалому величию, и, исходящей из оного, нынешней стабильности. В отличии от своего общественно признанного: “деспотичного, похотливого, умственно отсталого, и просто недостойного”, отца — Дерека, Варнюмен своим правлением, ценностями и идеалами, привнёс в развитие Ведркорда масштабный прорыв.

Самой главной заслугой Варнюмена считается полное объединение народа дворфов по всему Торату, под именем державы Ведркорд. Это немаловажное событие привносит гордость всему народу дворфов, как одно из самых пиковых событий дворфской расы. Однако в некоторых широких кругах научно-магического сообщества самым главным достижением короля считается его вклад в труды по созданию различных новшеств, он придумал уникальный метод поиска талантов среди населения королевства, тем самым заменив застоявшихся на своих постах стариков на молодых специалистов разных звеньев. Существуют также и те, кто говорят, что даже вкус алкоголя стал лучше при его правлении, однако это лишь косвенная заслуга Варнюмена, истекающая из полного объединения народов, а именно, были переняты технологии пивоварения у мастеров одного из центра-земных пристанищ дворфов, Антролля.

Второй по популярности знаменитой вещью по отношению к королю, помимо его заслуг, является его меч, Апостол Величия, созданный по...

(Выдержка из: “История Великого Дроблёного Королевства Дворфов, или просто Ведркорда”. За авторством Келя Тиккрак, независимого доверенного историка, 2200-й год после катаклизма.)

———

Позднее утро. Улицы города осаждали мягкие осадки в виде крупных хлопьев снега, так как было достаточно тепло, он сразу таял при соприкосновении с грубой дорожной плиткой. Уютная весенняя картина того, как люди неспешно топтали лужи и шли, каждый по своим делам, в этой грязной, но живописной обстановке, привносила спокойствие. Лишь смердящий запах уличных нечистот портил этот момент, хотя, мало кто к нему не привык...

Люди, от мало до велико, вместо тёплой одежды, стали переходить на более лёгкую. Шерстяные плащи и шубы смеялись тонкими накидками, а толстые меховые шапки просто убирались на верхнюю полку, ожидать вновь грядущих холодов.

Самые стандартные строения — деревянные, каменные и каменно-деревянные дома, как и в любой другой день, стояли в ряд на каждой улице, создавая лабиринт дорог для каждого, кто посетил город в свой первый и последующие несколько раз. С тёмно-красной черепицы понемногу капала талая вода.

Из года в год, этот город расширялся, население росло, прогресс шёл километровыми шагами. Самый обычный день в одноимённой столице северного островного людского королевства Лак.

На несколько улиц распространялся запах свежих хлебобулочных изделий. Одна пекарня в районах неблизких к центру работала в привычном темпе. Владелец пекарни в настоящий момент стоял на крыльце опиравшись локтями на периллу, он грустно улыбался, придаваясь мыслям о недавних событиях.

«Моя ученица... просто свалилась в один момент мне на голову и сейчас она делает очень большой прогресс в моём деле. Всего за пару месяцев она научилась печь прекрасный хлеб чуть ли не лучше, чем я. И почему же она так похожа на мою погибшую дочь...» — мысленный процесс пекаря прервался, когда внезапно пространство начало “трещать”.

“Треск” — именно такая интерпретация возникла в умах тех, кто успел это заметить. В одно мгновение воздух заискрился радужными волнениями маны, и вместе с тем, вся материя в определённом радиусе была изничтожена в раскалённую пыль. Размеры взрыва оказались чуть меньше самой столицы Лак, в центре которой он и прогремел.

Так как взрывная волна, также как и сам взрыв, была специфичной и удалялась в направлении — по воронке вверх от эпицентра, этот инцидент был обнаружен только тогда, когда очевидцы добрались до других городов. Жители же других городов едва ли могли видеть короткую вспышку, а если и увидел кто-либо, то просто не придал этому значения.

***

— Немыслимо... — горько заключил заместитель, а также сын герцога Нэпе, который на данный момент распоряжался управленческими делами ближайшего к столице города. Он обливался потом, склоня голову, сидя в своём роскошном кабинете. Внезапно слишком многое свалилось на его плечи.

— Милорд, — молвил монотонный и уверенный голос сбоку, — учитывая неопровержимую информацию из данного письма, согласно три тысячи девятому закону из свода, вы перенимаете герцогский титул вашего погибшего отца, вступая в полноправную ответственность за управление городом и прилежащими землями. Согласно иным законам, вам так же полагается полная автономность в действиях, освобождение от всех видов налогообложений и право на становление следующим королём путём накопления заслуг... — дворецкий в годах, который только что передал письмо новому герцогу Нэпе, сразу подытожил ситуацию, глубоко заходя в своей речи в область законов, в которой он был подкован.

— Знаю. Давай оставим это на потом, на завтра. Мне нужно побыть наедине с собой чтобы обдумать... Всё... — в голосе герцога звучала подавленность.

— Как пожелаете, — дворецкий, учтиво поклонившись, удалился.

После ухода дворецкого, герцог сидел и смотрел в даль, прямо как рыцарь, только что сломавшийся на поле боя в своём первом военном походе. Спустя время, с его щёк потекли скупые слёзы. Он что есть мочи сдерживался чтобы не разрыдаться, так как отец, в конце концов, учил его быть сильным.

...

На следующий день, когда герцог немного отошёл от своего горя потери близкого человека, между ним и его верным дворецким вновь завязался разговор:

— Что мне следует сделать сейчас? — герцог был одновременно обеспокоен и сосредоточен. — Да, казалось бы, законы предусматривают такие ситуации, как сейчас, но это дело слишком серьёзное. Столица была попросту стёрта за несколько секунд непонятно как, в то время как в ней находились все важнейшие персоны королевства. Сейчас вряд ли кто-то будет думать о законах, лишь о возможной наживе. И я даже думать не хочу о личности, способной на такое...

— Вы, несомненно, правы, однако задумайтесь, если произошло столь ошеломляющее событие, не станет ли оно помимо раскрепощающего фактора, также и сдерживающим? Во всяком случае, я считаю, что первым делом надо связаться с другими городами, — советовал дворецкий, основываясь на своём большом опыте служения семье Нэпе.

— Значит... Сначала переждём. Увеличим число стражи на улице на несколько недель во избежание возможных беспорядков. Организуем выступление в это же время, где расскажем о случившемся и заверим в благом будущем, обязательно упомянув о снижении налогов. Когда весь шум более-менее уляжется, начнём связываться с другими городами, а там выясним общую ситуацию в королевстве. Пока план таков.

— Разумно. Предлагаю также... — дворецкий и герцог продолжили разбираться с насущными для них делами, в то время как в другом городе, в котором так же появилась весть о падении столицы, незаметно начинала прорастать гниль коррупции.

***

Эджнор был прибрежным городом, который находился на северо-западном побережье островного королевства Лак. Архитектура в нём была похожа на таковую в других городах королевства, включая столицу. Он славился тем, что в нём жило наибольшее количество нелюдей относительно других городов королевства.

— Энцорт! Иди и займись подготовкой к школе! Немедленно! — женщина в годах, мать мальчика по имени Энцорт, кричала на него.

«Мама...» — Энцорт смотрел на свою мать с недоумением, как бы спрашивая её: “почему за последние годы ты так изменилась?”

В то же время, как он вышел из гостевой комнаты, в которой его заставили представиться перед каким-то незнакомцем, начался разговор между его матерью, её супругом и их гостем.

— Итак, барон, — начала фигура в плаще, — наши планы одновременно порушились и упростились. Столица была уничтожена неизвестно кем по неясной причине. Из этого для нас важны две вещи: было потеряно много хороших подчинённых, а также пропали проблемные для нас персоны.

Голос гостя барона был отчётливым, но звучал неестественно и искажённо, черт лица из-под капюшона также было не разглядеть.

— Точно. Несмотря на объёмные потери, сейчас для нас открыты более простые пути, — барон сразу подхватил суть разговора. — Захват Эджнора пройдёт гладко. Как и договаривались, я займусь устранением половины из целей, а когда ваш человек станет во главе, мне будут развязаны руки в упомянутых ранее моментах.

— Верно.

Жена барона во время разговора просто сидела рядом с супругом и улыбалась. Она не понимала многое и почти не улавливала суть разговора, так как была стара, а потому, не лезла.

— ...И вам бы подумать на счёт... — завершив основную тему разговора, гость кивнул в сторону жены барона, он явно не доверял невменяемой женщине.

— Я прощу вам столь откровенную грубость, но только на первый раз, — барон сразу понял, что его жену оскорбили. — Заверяю вас, в этом проблем нет, — раздражённо сказал он.

— Понятно. В таком случае, приступайте как можно скорее, мы будем отталкиваться от ваших действий, — нотка надменности отразилась в голосе гостя.

После разговора, посетитель поместья тихо оставил супругов наедине, покинув владения через задний двор.

...

С момента уничтожения столицы прошло двадцать долгих лет. За это время проходили локальные войны между городами и очень много переговоров.

В итоге борьбы за власть победил герцог Нэпе, не без большого труда став правителем королевства Лак. В одном из боёв погиб его верный дворецкий, но на замену пришёл сын последнего, впоследствии ставший писцом королевских законов и советником короля.

Город Эджнор захватили ещё в самом начале междоусобиц и борьбы за власть, подставной правитель сразу принял сторону самой сильной фигуры на поле, примкнув к герцогу Нэпе, чем заметно усилил влияние его фракции на тот момент. Из-за этого и ещё некоторых моментов, уже королю Нэпе не оставалось ничего, кроме как закрыть глаза на самый коррумпированный город в королевстве, где, по сути, царствовали свои законы.

Ещё через пять лет правление короля укрепилось окончательно. В то же время до него начали доходить странные слухи о новой религии в деревне в срединных землях королевства. Согласно слухам, некая богиня грёз спала посреди цветочного поля в нескольких днях пешего пути от самой деревни, при этом никто не мог потревожить её сон.

Почему король повёлся на слухи, так это потому, что в этом вопросе был замешан фактор веры. До этого момента в королевстве Лак почти все верили в придуманного бога и не было проблем, но вот сейчас есть свидетельства о ком-то настоящем и дремлющем на данный момент.

Король увидел в этом возможность. Возможность заменить старую веру на более современную. Это имело свою ценность. Хотя власть короля укрепилась, волнения народа от минувших событий никуда не делись даже пять лет спустя. Во время междоусобных войн погибло немало людей, но никакого бога правосудия, в которого все верили, не появилось. Поэтому всё дошло до того, что ранее верующие люди разочаровывались и сжигали священные писания чтобы согреться зимой. Так почему бы не воспользоваться такой ситуацией и не создать новый, взаправду существующий субъект веры? И если станется так, что сутью слухов окажется реальное могущественное существо, из этого можно будет извлечь много выгод, ведь по-настоящему могущественных существ в таком захолустье встретить почти невозможно, так как шанс подобного события — примерно один на триллион.

В силу занятости, только спустя несколько лет, король лично выдвинулся в деревню, из которой пошли слухи. Там его радушно приняли местные жители и любезно проводили до “усыпальницы”.

Само место представляло собой круговую перголу из дерева и дорожку под ней, выложенную камнем и обрамлённую периллами. Внутри этой перголы диаметром двадцать метров, стояли два храма, один большой — основной и один поменьше, напротив большого, он, по большей части, использовался как склад.

Храмы, как и пергола были выполнены из красной пихты и очень хорошо выглядели под светом трёх лун Тората. На крыльце главного храма сидел человек в монашеских одеяниях и смотрел в центр всей усыпальницы. Каждый маг, взглянувший туда, смог бы различить некую аномалию, витающую в воздухе, именно это и привлекло внимание короля.

Подойдя поближе, игнорируя всех вокруг, король начал пристальнее разглядывать это нечто. Аномалию он определил как очень искусное заклинание в виде кокона, а в самом коконе он увидел причину всех слухов. Маленькая девочка в белых одеяниях с тёмно-серыми короткими волосами мирно спала на спине, окружённая цветами и короткой травой, будто вокруг есть только она, это поле, лёгкий ветерок и мириады звёзд.

Король влил ману в руку, тем самым укрепив её, и начал тянуться к кокону. Стоило двум разным источникам маны соприкоснуться, как один из них, а именно, рука короля, начал исчезать. На сколько король успел протянуть руку — он лишился её до локтя, до того, как его отдёрнули. Самым удивительным было то, что, когда рука исчезала, он толком ничего не почувствовал, это говорило о неимоверной сложности заклинания.

Король приказал информировать его о состоянии кокона, а сам отправился домой.

Годы шли, но ничего не менялось. Король не дожил до того момента, когда нечто в коконе из маны проснулось.