Глава 3 — Протон

Далеко где-то в глубине вселенной, в месте, куда не добирался свет ни одной звезды, зазвонил телефон. Старая модель, вся в царапинах и трещинах. Экран мигнул зелёным. Кому-то позвонили, и он ответил.

— Приве-е-ет... это снова я, твой любимый протокол, — голос в трубке сочился сарказмом, как гной из раны, тягучий и липкий. — Ну, как ты? Соскучился по мне, Протон?

Протон молчал. Его пальцы сжались на корпусе телефона чуть сильнее.

— Что тебе надо? — сказал Протон ровно, без эмоций. Голос звучал глухо, как из бочки — спасибо голосовому модулятору, вшитому в горло.

— Просто хотел узнать, как ты там... после того, как ты страдал тогда. Помнишь? Ну, когда всё пошло по пизде? — протокол растягивал слова, смаковал их, как леденец.

— Завали своё ебало, — оборвал его Протон. Коротко. Как выстрел.

— Эй, ну не так же! Ты меня можешь обидеть. Я, между прочим, за тебя переживаю. Почти. Иногда. Раз в год, — в голосе протокола звенела издевательская весёлость.

— Тебе всё равно, — сказал Протон.

— Да, я знаю, — протокол хохотнул. — Кстати, а ты слышал, как Консул и Архаим уничтожили по пьяне целую планету, населённую оринианцами? Просто взяли и, бах. Взорвали к хуям. Забавно, да?

— И зачем мне эта ненужная информация? — в голосе Протона не дрогнул ни один мускул.

— Чтобы ты спросил, идиот, — протокол фыркнул. — Ты вообще разговаривать разучился? «Зачем», «не нужна» — скучный ты стал, Протоша.

Протон раздавил телефон. Просто сжал в кулаке — и корпус хрустнул, пластик треснул, осколки посыпались на пол. Экран погас.

— Дебил, сука, — сказал Протон в тишину.

Он посмотрел на свой зелёный шлем. Тот лежал на столе, матовый, поцарапанный, с тёмными пятнами на визоре, не то грязь, не то засохшая кровь. Шлем мотоциклиста. Старый друг. Протон взял его, повертел в руках и надел. Визор опустился с тихим щелчком.

— Как же этот дебил меня нахуй выбесил, заебал, — сказал Протон, и голос его теперь звучал иначе — более механически, более холодно. Шлем отсекал всё лишнее.

Он вышел из дома. На улице был вечер. Неон горел повсюду, розовый, синий, ядовито-жёлтый. Вывески мигали, отражались в лужах на асфальте, заливали улицу дрожащим светом. В окнах домов горели разноцветные огни, где-то красный, где-то зелёный, где-то холодный белый. Пахло бензином, мокрым асфальтом и жареным мясом из уличной забегаловки. Где-то вдалеке играла музыка, глухой бас, синтвейв, пульсирующий в такт сердцу.

Протон сел на свой мотоцикл. Тяжёлый, чёрный, с облупившейся краской на бензобаке. Двигатель зарычал низко и зло. Он погнал. Ветер ударил в грудь, неоновая реклама смазывалась в полосы.

Он доехал до одной местности, тихий район, слишком тихий для этого города. Здания здесь были серыми, без подсветки, без вывесок. Только одно горело тусклым жёлтым светом. Протон остановился, заглушил двигатель. Достал из кармана смятую бумажку. Развернул.

— Значит, они продают наркоту всем... — пробормотал он, вглядываясь в адрес. — Это недопустимо в Мультивселеннской Империи.

Он посмотрел в рюкзак. Пусто. Вообще ничего. Ни ножа, ни кастета, ни единого патрона.

— Чёрт возьми... я забыл взять оружие, — выдохнул он сквозь зубы. — Придётся голыми руками.

Он слез с мотоцикла. Подошва ботинка хрустнула по битому стеклу. Здание перед ним было тёмным, без единой неоновой вывески, только грязные стены и облупившаяся краска. Он толкнул дверь и зашёл внутрь.

Внутри было светло, слишком светло после уличного полумрака. Лампы дневного света гудели под потолком, заливая коридор мертвенно-белым сиянием. Играла музыка — что-то ритмичное, синтвейв, басы били по стенам. Протон прищурился. Охраны не было. Странно.

Вдруг он услышал шаги. Тяжёлые. Кто-то шёл. Он быстро огляделся и нырнул за плотную шторку, висящую у стены. Замер. Дыхания почти не было слышно.

Охранник вышел из двери в конце коридора и пошёл вперёд. Здоровый. Широкие плечи, бычья шея, в руке, ничего, просто обход. Он зевнул. Протон бесшумно вышел из-за шторки и двинулся за ним. Шаг. Ещё шаг. Ближе. Ближе.

Протон напал со спины. Рывок. Захват. Резкое движение — и шея охранника хрустнула с влажным треском. Тело обмякло и рухнуло на пол мешком.

Протон присел на корточки и начал рыться в карманах охранника. Руки двигались быстро, привычно. В нагрудном кармане, пистолет. Старый, потёртый, но рабочий. Он вытащил обойму, пересчитал патроны.

— Всего лишь семь патронов, — сказал он вслух, и голос прозвучал глухо под шлемом.

Он ещё раз обшарил тело, пусто. Больше ничего. Только пистолет и семь патронов. Он поднялся, отряхнул колени и подошёл к двери, из которой вышел охранник. Слегка приоткрыл её, буквально на пару сантиметров, — и заглянул внутрь.

Там было трое. Один стоял прямо перед дверью, спиной к нему. Ещё двое, слева, у стены, о чём-то тихо переговаривались. Протон закрыл дверь так же бесшумно.

— Если я зайду, они меня убьют, — сказал он себе. Констатировал факт. Без страха.

Он начал осматривать комнату внимательно. Глаза шарили по углам, по стенам, по потолку. И нашёл. Вентиляция. Решётка была прикручена кое-как, видно, её уже снимали до него. Протон подцепил её пальцами, дёрнул, снял и залез внутрь. Металлический короб был узким, плечи задевали стенки, но он полз. Медленно. Бесшумно. Звук музыки глушил шорох его движений.

Он дополз до решётки, которая выходила в комнату с охранниками. Посмотрел вниз. Тот, что стоял спереди, был прямо под ним. Протон прицелился и выстрелил. Грохот. Пуля вошла охраннику в голову. Тело рухнуло.

Охранники слева замерли. Не понимали, откуда был выстрел. Заорали что-то друг другу, схватились за оружие. Протон уже полз дальше.

Он двинулся по вентиляции вправо. Металл под ним скрипел, но музыка заглушала всё. Пара метров — и он увидел ещё одну решётку. За ней была маленькая комната. Протон надавил на решётку, и она с грохотом провалилась вниз. Он рухнул следом, приземлился на корточки.

— Видимо, тут хранят оружие, — сказал он, оглядываясь. Стеллажи. Ящики. Огнестрел. Патроны россыпью. — Интересно, гранаты тоже тут есть?

Он нашёл световую гранату. Небольшой цилиндр, холодный на ощупь. Протон открыл дверь, рванул чеку и швырнул гранату в комнату, где оставались двое охранников. Сразу закрыл дверь. Вспышка. Крик. Он снова открыл дверь, шагнул внутрь и выстрелил дважды. Оба тела упали. Он перезарядил пистолет. Руки двигались на автомате.

Он вышел из комнаты и осмотрел трупы. У одного из них был револьвер, старый, барабанного типа, с гравировкой на рукоятке. Протон подобрал его, взвесил в руке.

— Если я выстрелю из него, они точно услышат, что к ним зашёл чужак, — сказал он. Подумал секунду. И выстрелил в потолок. Грохот разнёсся по всему зданию.

Он стал ждать.

Кто-то вышел. Тяжёлые шаги. Из коридора появился охранник с ломом в руке. Здоровый, выше Протона на голову, плечи, как шкаф. Протон нажал на спуск. Огнестрел заклинил. Заело. Он выкинул пистолет в сторону.

Охранник посмотрел на лом, потом на Протона. Усмехнулся. И выкинул лом. Тот с грохотом упал на пол.

Они начали драться в рукопашную.

Охранник ринулся первым. Быстро для своих размеров. Схватил Протона за грудки, поднял и со всей дури ударил об стол. Стол треснул. У Протона пошла кровь с головы, горячая, тёмная, она потекла по визору шлема. Он не издал ни звука.

Они обменивались ударами. Кулак охранника врезался в корпус Протона — тот отшатнулся, но устоял. Протон ответил, апперкот, резкий, точный, в челюсть. Голова охранника дёрнулась. Они кружили по комнате, как два зверя. Тяжёлое дыхание. Хруст костяшек. Кровь на полу. Протон схватил руку охранника и резко вывернул. Раздался мерзкий хруст ломающейся кости. Охранник взвыл.

А после этого Протон со всей дури ударил его, вложил всё тело, весь вес, всю злость. Охранник отлетел к стене и врезался в неё спиной, обрушив полку с каким-то хламом.

Протон подбежал к нему. В углу стояла гиря. Тяжёлая, чугунная, покрытая ржавчиной. Он схватил её обеими руками, поднял над головой и начал бить. Раз. Два. Три. Гиря опускалась и поднималась, опускалась и поднималась, снова и снова. Лицо охранника превратилось в месиво. Кровь брызгала на стены, на шлем, на руки. Он бил, пока голова не перестала быть головой.

Он отпустил гирю. Она упала с глухим стуком. Протон выпрямился, тяжело дыша. Кровь капала с визора. Он поднялся на второй этаж.

На лестнице кто-то курил. Охранник стоял спиной, выпуская дым в потолок. Протон достал револьвер, прицелился и выстрелил. Пуля снесла охраннику голову. Тело постояло секунду и рухнуло.

Протон открыл дверь. В комнате стоял Евгений Туалетов.

— Получается, это ты наркоторговец, — сказал Протон, держа его на прицеле.

— Ох, ты ведь тот самый долбоёб, который считает себя героем и делает якобы хорошие поступки, — Евгений Туалетов усмехнулся. Унитаз на его плечах качнулся.

Протон молчал.

— Да, я тот самый наркоторговец, — продолжал Евгений, и в его голосе появилось что-то почти философское. — Но я скажу тебе одно. Герои не убивают. Герои спасают всех, даже злодеев иногда. А ты ведь не такой. Ты убиваешь всех, кого захочешь. Это не геройство. И не хорошие поступки. Ты поступаешь как наёмник. Хотя ты сам по себе.

— Я не могу тебя воспринимать всерьёз из-за того, что у тебя вместо головы туалет, — сказал Протон.

Евгений Туалетов ударил по своему туалету. Раз. Другой. Фарфор треснул, разлетелся осколками. Под унитазом была шея, длинная, бледная, без признаков головы.

— Я из расы существ, которые не имеют головы, — сказал Евгений Туалетов. — Наша шея и есть голова.

На конце шеи раскрылся рот — широкий, полный острых зубов, в несколько рядов. А над ртом открылись глаза, жёлтые, с вертикальными зрачками, как у дракона. Они уставились на Протона не мигая.

Протон снял шлем. Медленно. Сначала щелчок, визор поднялся. Потом он стянул шлем с головы. Под ним было лицо человека в кровавых бинтах. Старых, пожелтевших, пропитанных засохшей кровью. Нижней челюсти не было, только пустота и обрывки мышц.

— Но как ты тогда говоришь? — Евгений Туалетов склонил шею набок.

— С помощью голосового модулятора внутри горла, — сказал Протон. Голос звучал иначе без шлема, тише, но чётче.

Протон надел шлем снова. Визор опустился.

Он выстрелил в Евгения Туалетова. Пуля вошла в тело.

— Тебя не убить меня просто, — сказал Евгений Туалетов. Даже не пошатнулся.

— Я не буду тебя убивать, — сказал Протон. — Ты отправишься в Мультивселеннский Суд. Там всё решат.

Он подошёл ближе, не опуская пистолета, и достал из кармана Евгения Туалетова телепортатор, маленькое устройство с мигающей лампочкой. Соединил его со своим раздавленным телефоном. Экран телефона моргнул и загорелся. Протон нажал кнопку.

Воздух вокруг Евгения Туалетова задрожал, и он исчез с тихим хлопком.

— Я никогда не видел этот суд, — сказал Протон в пустоту. — Но он увидит его. Первый и последний раз.

Он развернулся, подошёл к окну и прыгнул. Стекло разлетелось дождём осколков. Он приземлился на асфальт, согнув колени, выпрямился. Неон отражался в лужах и в его зелёном шлеме.

Он подошёл к мотоциклу, сел, завёл двигатель. Мотор зарычал. Протон выжал газ и направился домой. Ночь пахла бензином, кровью и дождём, который так и не пошёл.