Глава 5 — Human terror (при возврато соавтора будет переписаны)

Те медленно шли в сторону дома Лейн. Они держались за руки, без какого-либо стыда, даже если на них все смотрят. Феня решил проследить за ними.

Лейн жила в таком месте, что там очень редко кто-либо ходил, кроме неё. Во время прогулки странный силуэт показался позади парочки. Феня решил не высовываться и наблюдать дальше.

Быстрым движением руки, особь позади них прижала к их лицам тряпку, пропитанную неизвестной жидкостью. Через несколько секунд они потеряли сознание. Феня был в шоке, но не решался высовываться, поэтому просто шёл за ними.

Особь направилась в лес, который был возле того места, в котором были дети.

Тьма.

Эллиас очнулся прикованным к металлическому столу. На руках и ногах были кандалы. Тот пытался прокричать, но в горле будто бы был ком, мешающий речи и дыханию. На глазах наворачивались слёзы.

Из тёмного угла комнаты, схожей с ржавым гаражом, вышел маньяк в странном одеянии. На нём была маска из козьего черепа, в глазницах которой виднелись глаза без век. Похоже на то, что их вырезали. Белый плащ скрывал всё остальное тело. Из-под плаща выпирала достаточно большая банка с неизвестной жидкостью. Скорее всего, это были глазные капли.

В комнате сильно пахло бензином и серными газами.

— Тише, деточка. Не плачь. — Холодно промолвил маньяк с козьей головой. — Скоро Бледный Король сгладит ваши страдания.

В здании включился тусклый свет. Около стола, на котором лежал Эллиас, была Лейн, которая всё ещё не проснулась. На её теле было несколько надрезов.

Его глаза сильно расширились. На гримасе виднелся гнев. Тот пытался кричать, но это не принесло никакого результата. Он начал очень сильно биться об кандалы, в попытках вырваться, но все попытки были бессмысленны. Стол сильно затрясся, но маньяк его слегка придерживал, дабы тот не перевернулся. Эллиас перестал дёргаться и начал тяжко дышать. На глазах наворачивались слёзы.

— Скоро тебе не будет чем рыдать. — Так же холодно промолвил маньяк. В его словах тот почему-то услышал своего отца.

Маньяк подошёл к столу, на котором была Лейн. Эллиас в тот момент опять начал барахтаться. Тот наконец смог выдавить из себя пару слов.

— ОТОЙДИ ОТ НЕЁ, УРОД! — Прокричал тот, смотря на спину маньяка. На его лице слёзы текли рекой. Будто бы он умрёт, утопая в них, а не от его рук.

Маньяк достал из-под мантии ёмкость из непрозрачного полиэтилена, зафиксировав голову Лейн ремнями, тот открыл пакетик и поднёс к её носу. Та практически сразу открыла глаза, будто бы её облили водой во сне. Она практически сразу начала плакать, в попытках выбраться и что-либо прокричать.

— ЛЕЙН! — Прокричал тот.

Та посмотрела на него со слезами на глазах. Она пыталась что-то крикнуть ему в ответ, но ничего не получалось.

Над её головой включилась лампа. Лейн было безумно страшно. Подергав переключатели, лампа стала буквально выжигать роговицу её глаз и сушить кожу. Та рыдала, кричала, но маньяк не останавливался.

Её глаза стали сильно набухать. Маньяк поднёс скальпель к её лицу и сделал надрез на веке, дабы его снять. Весь стол уже был залит слезами. Та пыталась зажмурить глаза, но маньяк вырезал ей веки.

Эллиас пытался повернуться или выбраться из стальных оков, но всё было тщетно.

— ЛЭЙН! — Без умолку кричал Шифт, всё ещё пытаясь перевернуться или ещё что-либо сделать.

Он чувствовал её взгляд на себе, не в силах что-либо сделать, он чувствовал отчаяние, страх, чувство презрения к себе за собственную слабость.

Её глаза высохли окончательно, и её бездыханное тело лежало на столе. Обугленное лицо, залитое кровью и выделениями из глаз. Тот выключил лампу и ритуальным ножем, причудливой формы, в молочных тонах, с окислившейся кровью, принимающей местами темно-зеленоватый оттенок и числом 1409 на рукояти, словно по линейке, вырезал обугленную часть лица Лейн. Сняв, тот выкинул её на пол.

Прочитав молитву на неизвестном языке достаточно быстро, тот воткнул его в солнечное сплетение Лейн, после чего провёл ножом до её бедра, затем вытащил орудие и смахнул с него кровь, после чего также спрятал под мантию. Уже после ритуала его одеяние всё было в крови Лейн.

Взявшись обеими руками за сделанный надрез, тот раскрыл её нутро, оголяя все внутренние органы её тела. Также закрепив их ремнями, тот взял что-то похожее на мачете, но слегка модифицированное, и отделил голову от тела.

— Portable... — Промолвил маньяк на английском с таким же холодным тоном.

Спрятав её под мантией, тот закончил с её телом, оставив его в таком положении. Эллиас на тот момент решил не смотреть на это, а просто отвернулся и стал рыдать.

Маньяк подошёл к столу Эллиаса. Он зафиксировал его голову такими же кожаными ремнями, после чего включил лампу вновь. Его глаза начали постепенно мутнеть. Внезапно дверь со звоном вылетела с петель, после чего в дверном проёме показалась знакомая для Шифта фигура Фени. Заметив окровавленное тело Лейн, Феня еле сдержав рвотный рефлекс, закатал рукава, начал подходить к маньяку, со странными угрозами.

В это время Эллиас, оставленный без внимания, почувствовал новые силы, чтобы выжить и выбраться. Он перевернулся вместе со столом и по счастливому стечению обстоятельств сломал большой палец на правой руке. Боль была резкой, но тот стерпел её, издав всего небольшой всхлип. Будучи сыном военного, он знал, что в данной ситуации следует делать, дабы выжить. Шифт вытащил правую руку, после чего с трудом открыл кандалы на левой. Из-за старости и слоя ржавчины на кандалах, он смог высвободить обе ноги. Схватив со стола гаечный ключ, маньяк подбежал к нему, отвлекшись от Фени, и готовился к удару, сильно отклонившись.

В это время Феня подпрыгнул и схватил его на удушающий, так сильно, как только мог. Эллиасу хватило этого времени, для нанесения удара по колену. Из-за жёстких тренировок и слабого тела маньяка, он своим ударом сломал его коленную чашечку. Маньяк рухнул на пол с громким криком. Феня схватил его руки, пока Эллиас бил по ключевым точкам в виде локтей и второго колена. Он вопил от боли, но не сказал ни слова.

Внезапно в здание вбежали несколько вооружённых военных, среди которых был и Гаррет. Упав на колени, руки Эллиаса оказались в том же положении, как и когда его нашли военные в бункере. Гаррет, видя это, не мог промолвить ни слова, его взор очень сильно намок. Затем, тот встал на одно колено и положил руку на плечо Эллиаса. Гаррет смотрел на него обеспокоенно.

— Лейн... — Тихо промолвил Эллиас, после чего начал рыдать ещё сильнее. Прикрыв лицо руками.

— Он убил её... — так же тихо сказал тот.

Гаррет слегка приобнял Эллиаса. Взор того падал лишь на родное плечо. В его объятиях Шифт чувствовал небольшое спокойствие, но это не удаляло всей бури его эмоций. Все вооружённые военные встали вокруг него, сняв головные уборы и чуть приклонились, сочувствуя его горю.

Гаррет взял его на руки. Эллиас в последний раз посмотрел на окровавленное тело Лейн. Потянувшись к ней рукой, тот тихо прошептал её имя...

На улице была глубокая ночь, гул двигателя автомобиля, стук колёс, дождливая погода, дождь очень сильно смачивал дорогу. Для машин, в открытое со стороны Гаррета окно, сидящего впереди, свистел ветер. Он достал пачку сигар молочного цвета. Завидев её, по щеке Шифта покатилась слеза. Гаррет вытер слезу с его лица. Гаррет смотрел на пачку, пачка смотрела на Гаррета. Пачка вылетела в окно.

В это время в голове Шифта происходили разные сдвиги, мысли и эмоции в его голове крутились, как буря. А его мысли наполнялись вопросами.