Глава 4 — /2

Вернувшись
в общежитии, мы поговорили с несколькими
ученицами класса Д. В это время на улице
уже стемнело. Хотя в школе и каникулы,
правила, похоже, все еще действуют, так
что нам пришлось вернуться в комнату
Азаки.

После
шести вечера ученицам запрещено ходить
куда-либо кроме частей общежития,
выделенных их классу, ванной и учебного
зала на первом этаже. Ученицы, переведшиеся
сюда в старшую школу, по глупости иногда
пробираются в комнаты их подруг,
расположенных в других частях общежития,
и по этой причине некоторые из сестер
патрулируют коридоры ночью. Ученицы,
которые были здесь со средней школы,
уже привыкли к этому, так что они или не
выходят, или если все-таки делают это,
то уже знают маршрут, от которого монашки
держатся подальше, и их никогда не
замечают.

По
крайней мере, именно это Азака только
что вежливо рассказала мне. Поскольку
меня все это мало касается, все, что я
могу делать, это сидеть в ее комнате и
ворчать. Азака сидит в своем кресле.
Наша комната узкая, но длинная, и
первогодки делят комнату с другой
девушкой. К счастью для меня, сожительница
Азаки уехала домой на зимние каникулы.
У стены стоят две учебных парты и
двухъярусная кровать для нас обеих.
Личные вещи отправляются на книжные
полки и в шкафы у стен. Комната такая же
старая, как и все здание, но это тот тип
антикварности, где ты чувствуешь
успокаивающий вес мирной истории.

Азака
уже переоделась в пижаму - в ту же минуту,
как мы вернулись в комнату. Я сама хотела
вылезти из этой тесной униформы, но не
привезла никакой смены одежды, так что
похоже, мой выбор ограничен рясами,
которые есть у Азаки. Не придумав ничего
лучше, я сажусь на кровать и слушаю ее
объяснения.

-
Раз мы не можем покидать комнаты по
ночам, - продолжает она, - закругляемся
на сегодня. Обычно мы бы проснулись в
пять для утренней службы, но поскольку
сейчас каникулы, мы можем спать до шести.
Помни, Шики, другие ученицы и сестры не
знают, что мы расследуем инцидент в
классе Д, так что, пожалуйста, постарайся
не быть слишком странной и не привлекай
лишнего внимания. В отличие от тебя, мне
еще предстоит здесь учиться, так что не
устраивай переполох, который подорвет
мою репутацию.

Все
это, практически слово в слово, я слышала
прошлой ночью. Я честно не понимаю,
почему она так беспокоится. В какой-то
обратной зависимости мне настолько
скучно, что я и не хочу ничего делать.

-
Расслабься, я здесь только чтобы быть
твоими глазами, так что даже не привезла
свой любимый нож. Я не имею ничего против
этого мага фей, кем бы он ни был, так что
я не чувствую особой нужды расправляться
с ним. Я больше волнуюсь о том, что в
погоне за этим парнем ты не справишься
со своим темпераментом.

-
Не говори глупостей. Я знаю, что наша
цель лишь идентифицировать источник
феномена, а не уничтожить его. Получить
данные, затем передать дело Токо-сан и
позволить ей решить проблему самой.

Она
говорит спокойно, но знакомый огонь в
ее глазах не угасал с середины дня. Она
принимает этот инцидент с феями слишком
близко к сердцу. И когда это случится,
я знаю, она просто ударит в ответ.

-
Ну, посмотрим, сможешь ли ты сохранить
это спокойствие, Азака, - небрежно бросаю
я, что заставляет Азаку уставиться на
меня.

-
Может, ты из меня дуру делаешь, Шики?

-
Как ты сама сказала: не говори глупостей.

Ее
обвиняющий взгляд так похож на то, как
Микия смотрит на меня с издевательским
подозрением (и это не так уж необычно),
что заставляет меня неосмотрительно
рассмеяться. Это только ухудшает
настроение Азаки.

-Ух,
ладно. Я клянусь, что не буду беситься,
так что у тебя нет никакого права судить
меня. Теперь вернемся к более важным
вопросам, - говорит она, меняя тон голоса.
– Среди встреченных сегодня людей был
кто-то, кого бы ты назвала странным по
какой-то причине?

-
Странным? Ну, все они, честно говоря,
странные. У всех людей из класса Д,
которых мы встречали, в шеях что-то было.

-
Под «что-то» ты подразумеваешь ту феи
кровь, которую ты предположительно
убила?

Ее
брови собираются, когда она хмурится,
наверняка думая, что я худший человек
на свете, потому что разрушила идеально
здорового (и, что важнее для нее, пригодного
для изучения) фамильяра. Но это правда,
так что я не могу спорить с ней.

-
Мне кажется, это не кровь. Больше похоже
на чешую на крыльях бабочки. Я сомневаюсь,
что они не заметили бы, если бы это была
какая-то жидкость. Это было и на учителе,
с которым мы разговаривали. Курогири,
верно? Я не знала, что это, когда мы
встретились, но теперь понимаю, это была
та же самая штука.

-
Понятно. Скажи, Шики, кто бы это ни был,
почему он ворует воспоминания?

-
Без понятия. Я бы не стала заниматься
подобным.

-
Не знаю, зачем я вообще спрашиваю тебя,
- обиженно говорит Азака.

Потом,
игнорируя меня, она тихо начинает
перечислять факты, имеющиеся в нашем
распоряжении.

-
В декабре ученики класса Д получили
письмо, содержащее секреты, о которых
забыли даже те, кто изначально о них
знал. В то же время начинают распространяться
слухи о феях. Прямо перед каникулами
две ученицы из класса Д поссорились и
попытались нанести друг другу увечья
ножами, причина их ссоры – полученные
письма. Другие ученицы не попытались
остановить драку. Даже в январе ученицы
отказывались говорить о случившемся,
и атмосфера остается очень напряженной
и бесполезной.

Она
бросает на меня острый взгляд, потом
возвращается в свои мысли.

-
Ну, она,
по крайней мере, столкнулась с одной из
фей, а я отдала им целый час. Что я делала
в это время? Я могла заниматься чем
угодно.

Так
даже спокойная и хладнокровная Азака
Кокуто переживает из-за потерянных
воспоминаний.

А
я?

Мои
воспоминания о случившемся три года
назад, во время моего первого года в
старшей школе, все еще содержат много
пробелов. Неоднозначность их природы
создает значительное беспокойство,
наполняя мое воображение всеми видами
сомнений. Объяснения, ни одно из которых
не выставляет меня в лучшем свете. В тот
самый год город казался замороженным
на месте жестокими убийствами, совершенными
неизвестным серийным убийцей. Дыра в
моих воспоминаниях заставляет меня
чувствовать… что я словно связана
как-то с этими событиями. Но если кто и
знает про это, то только Шики,
мое
другое «я». Но его нет, и вся проясняющая
ситуацию информация исчезла вместе с
ним.

Погодите
– погодите
минутку.
Почему я не подумала об этом раньше?
Если дыры в моей памяти связаны со
смертью Шики…
то почему воспоминания прямо перед ДТП
тоже исчезли? Тогда точно контролировала
тело не Шики,
а Шики.
Может… может, если этот маг фей может
красть воспоминания, он может и возвращать
их? В любом случае будет сложно протащить
эту идею через Азаку. И даже если забыть
о том, верит Азака в это или нет,
существование фей я не слишком одобряю.

Во
что бы ни развилась эта ситуация, мы все
еще должны найти виновника. И факт,
который я и Азака упускаем, который
свяжет все вместе, так близко, что я
почти чувствую его сквозь стены, он
вытекает через спокойствие этого
замкнутого места безумия.

-
Азака, ты думала о том, как мы вообще
собираемся расследовать потерянные
воспоминания?

-
Знаю, знаю. Мы не можем гипнотизировать
людей и копаться в их подсознании или
вытворять что-то похожее. Ты знаешь
что-нибудь о четырех процессах памяти,
Шики?

-
Кодирование, хранение, извлечение,
распознание, верно? Как любой
видеомагнитофон. Записанное видео
наклеено на пленку, закодировано и
сохранено. Когда ты снова его смотришь,
ты вставляешь его в аппарат и извлекаешь
видео. Ты проверяешь, то ли это видео,
распознавая его. Если один из процессов
проваливается, это какой-то вид
расстройства памяти.

-
Именно так. Даже если кто-то забыл о
чем-то, память все еще сохранена в мозгу.
Все, что кодируется в мозгу, там и
остается. Это не какая-то странная
массовая истерика. Эти так называемые
феи извлекают эти воспоминания, но с
какой целью, неясно.

Прежде
чем мы уехали, Токо призналась мне, что
она подозревает во всем этом какой-то
злой умысел, но я не могу сказать, что
согласна с ней. С учетом того, что
украденные воспоминания уже забыты их
владельцами, человек даже не заметит,
что они пропали. По сути, все, что связано
с письмами, выглядит почти доброжелательным
действием, как будто кто-то, кто посылал
их, информировал людей о том, что они
забыли это
конкретное воспоминание. Отправитель
не хотел, чтобы они снова его забыли.

-
Возможно, преступник ищет что-то в
воспоминаниях. Информацию, какой-нибудь
факт, который ему нужен, – предполагаю
я. Азака принимает идею, слегка кивнув,
и откидывается в кресле.

-
Или просто он любитель рассказывать
людям о скелетах в их шкафах и выставлять
их напоказ. В любом случае, все это плохо.
Это же, как минимум, преследование.
Словно дети малые, – добавляю я.

Ну,
феи уже как дети в их изменчивости, так
почему меня это удивляет? Я пытаюсь
прекратить думать об этом. Все-таки
сейчас я просто глаза Азаки, и лучше ей
заниматься тайными знаниями и выискивать
ответ ко всему. С этой мыслью я укладываюсь
на кровать, раскинув руки и ноги.

-
Скажи мне кое-что, Шики, - неожиданно
выдает Азака, кажется, смущаясь. – Как
ты можешь видеть фей?

Блин,
она все еще мучается от этого?

-
Точно не знаю. Я даже не знаю, как работает
магическое зрение. Все, что я знаю - у
тебя его нет. Но если хочешь попробовать
почувствовать их, то, может быть, стоит
импровизировать с заклинаниями, которые
ты умеешь
делать, и с Магией, которой ты можешь
управлять. Найди движущиеся потоки
воздуха, которые теплее своего окружения.
Если твое чутье тебя не подведет, ты
сможешь их поймать.

-
Теплый воздух?

Она
кивает и кладет руку на подбородок. Это
может звучать как полная чушь, но я не
врала ей. Если феи живые, они должны
отдавать в окружающую среду тепло, а
это специальность Азаки. Все, что ей
нужно, это найти маленькие уголки,
которые чуть теплее остального места.
Это и будут феи, пытающиеся двигаться
вокруг нее.

После
этого мы завершаем наше планирование.
В приступе неожиданной щедрости, Азака
одолжила мне одну из своих пижам, которая
немного больше, чем я привыкла. Я забираюсь
на верхний ярус и отхожу ко сну.