Глава 3 — Прогулка

Весь мир рождён был ради нас,

А мы рождались ради мира.

Но, без желаний, ориентира,

Наш хрупкий мир в глазах угас…

Ночь в синих лугах всегда была тёплой и звёздной. Полная луна серебрила поле, закрытые бутоны маков, ромашек, ирисов. Тонкие паутинки сверкали во мраке, как алмазы, вшитые в синий бархат. Такое благородство полей может показать только безоблачная лунная ночь. Тишина полностью поглотила все поле. Лёгкий ветер беззвучно бродил сквозь травы, разнося их аромат по всей округе.

Среди сияния лунного моря уже двадцать лет стоял большой красный дом, потрепанный не одним стихийным бедствием. С недавних пор его единственным жителем оставался старый любитель цветов Дэн. Крупный нос, приятная улыбка и часто сощуренные глаза, над которыми нависали седые от возраста брови.

Он часто выходил по ночам любоваться мерцанием звёзд, но неделю назад сменил эту привычку на крепкий сон со скудными сновидениями. Но в эту тихую ночь сновидение Дэна не пустовало.

Сон, с самых первых секунд, заставил бы любого зрителя заснуть дважды. Бессмысленная история раз за разом проигрывалась в подсознании: Дэн сидел в засыпанном снегом саду с высокими белоснежными деревьями, уходящими далеко в тучи, и внимательно изучал чистую книгу.

Мороз просачивался через одежду, слегка обжигая кожу. Но было в сновидении нечто, выходящее за рамки обыденного. Среди ослепляющих стволов стояла беловолосая девушка. Её голубой итальянский костюм, с тремя золотыми полосами, закольцованными на рукавах и брюках, значительно выделялся ярким пятном на холсте реальности.

Этим феноменальным человеком была Ловец из Отдела - Мун Хатсон. В свою первую рабочую смену, ей повезло встретить давнего знакомого. Если бы Мун знала, что ей попадётся прежний сожитель, она бы ни за что не пришла ловить Кошмар именно сюда. Ожидаемая, казалось бы, радость от смены улетучилась при виде бывшего соседа. Ужасное, скорбящее чувство возвращалось каждый раз, как она вспоминала свой первый дом. А это старое лицо было его самым точным олицетворением.

Встрепенувшись, Мун направила мысли в сторону работы. Подумать только что самым мерзким кошмаром окажутся события из собственной жизни.

«Зачем меня сюда отправили? Я готова биться с самым кошмарным монстром, но не с ужасами скуки.» Мун обошла весь сад, в поисках чего-либо необычного. Воздух был спёртым и невероятно ледяным. Кристальные снежинки замерли в пространстве, словно само время остановилось. Мир сновидца пропах одиночеством.

Окаменевшие от холода стволы потрескивали, создавая монотонный зловещий звук. Редкие цветы лаванды, как подснежники, росли через прохладный снег. Они оставались единственными пахнущими растениями, среди этого безжизненного сада.

Немного побродив по округе, Ловец зашла в беседку. Внутри постройка обросла инеем, но без характерного блеска наледи. Крыша, как на вид, так и по ощущениям напоминала плотный картон. А все остальные элементы никак не притягивали к себе внимание, повторяя структуру крыши. Это был не более, чем бумажный домик, собранный искусным мастером.

Пустота одолевала обоих. Единственное, что заставляло Хатсон уверовать в жизнеспособность сновидца - стены этой коробки, которые приятно пропахли везде растущей лавандой.

Этот цветок пророс тут из-за совета Мун. Дэн уже давно жаловался на бессонницу из-за старости, когда семейство Хатсон ещё проживало в соседнем доме. Поразмыслив над проблемой, девушка предложила поставить под окном символ чистоты снов, чтобы разнообразить запах и успокоить мысли. Даже после ее ухода Дэн пробовал успокоить кошмары запахом свежих цветов. Но в итоге предложение не так успешно усовершенствовало белую пустошь. Досадно, но ожидаемо.

Становилось все скучней. Первый рабочий день, точнее ночь, проходил, как дежурство в классе. Единственное, что заботило невезучего Ловца в тот момент - бездействие.

«Но почему именно сегодня? Что тут не так? Ну нет, я так долго не продержусь!» думала Мун, перебирая ногами снег. Даже разминка не помогла ей спастись от невыносимых испытаний скуки.

Крупное тело старика еле дышало, а полузакрытые глаза, спрятанные за толстым стеклом очков, казалось покрылись тонким ледяным узором. Словно живой мертвец, тосковавший по давно забытому времени.

«Как родился в одиночестве, так и умрёт, лишь в окружении своих пёстрых подопечных...» возникали мысли в голове Хатсон. Отчасти она испытывала нечто похожее, но та боль успела притупиться, не позволяя ей сдаваться. Боль расставания жестока, но она происходит. Флорист достаточно медленно думает и испытывал эмоции только при работе с цветами или общению с её тётей. А сейчас он видит сон. Глупо и безнадёжно ожидать от бедолаги что-то сверхъестественное.

Тут, к своему счастью, Мун заметила движение. На странице книги, которую держал в руках Дэн, самостоятельно начали вырисовываться слова. Этот метод часто используют в Отделе, когда необходимо передать информацию сотрудникам. Но Хатсон не предупреждали о послании. Нрав и этика не позволяли девушке читать чужие письма.

Мун старалась себя сдержать и отошла от Дэна на пару метров. Но любопытство неизбежно одержало победу. Все необычное необходимо фиксировать. Так кому, как ни ей это сделать?

Мун с опаской вытащила книжку из рук сновидца, стараясь его не побеспокоить. На белоснежных бумажных листах образовалась странная надпись. Послание было написано на языке Грез. Этот язык известен каждому человеку ещё с рождения. До постройки Вавилонской башни его называли первым языком человечества. Сейчас его не существует на Земле, но если ты вдруг увидишь причудливые буквы Грёз, то неизбежно поймёшь, что они хотят рассказать.

"С возвращением в Грезы. Наконец-то Хатсон вновь вернулись. Без вас здесь ужасно тоскливо."

Мун оцепенела. Сноходцы могли передавать сообщение друг другу разными способами. Одним из них была передача информации через бумажный источник и особых чернил. Однако, бумага, пропитанная веществом, полностью чёрная. Чернила, словно магнитная стружка, собираются с уголков листа в заранее записанное сообщение, которое остаётся неизменным.

Мун решила, что она могла не заметить изначальный цвет страницы из-за ослепительно белого окружения. Поэтому с недоверием ткнула палец в книгу.

- Может ошиблись? Да, точно так. Сколько есть людей с такой фамилией? Думаю, немного…– рассуждала Мун, зная ответ. Никто бы не рискнул шутить с её наследием. - И как они узнали, что в этот сон прибуду именно я?

Сосед продолжал держать руки в том же положении, что и при чтении. На удивление сморщенные кисти даже не дрогнули. На белых страницах проявилась новая надпись в сопровождении похожего на скрежет звука. На этот раз Мун даже вздрогнула от такой неожиданности. Аномалия обрастала новыми красками. Буквы заполняли пространство с невероятной скоростью, будто в данный момент какой-то невидимка печатал эти послания.

"Чудная ночь для прогулки, правда? Для нас она - вестник удачи."

Если она была и не чудной, Ловца все равно бы отправили сюда. И каков был шанс, что этим Ловцом окажется Хатсон? Было бы намного приятнее самостоятельно выбирать участок снов. Но это невозможно. Если внутри сознания спрятан Кошмар, то в него сразу же отправляют свободного сотрудника. Отдел направляет Ловцов в зависимости от предполагаемой сложности работы, которую определяют следящие за снами датчики Иртов. Но будучи выпускником со специальных курсов она не могла рассчитывать на опасную добычу.

«Кто бы ни оставил послание, эта работа не для исполнителя. Убийцы Кошмаров не должны думать ни о чем, кроме как о работе. Именно этому и учат новоиспечённых Ловцов. Ведь, если новички часто отвлекаются, их убивают уже на первой неделе.» С этими мыслями Мун захлопнула книгу и бросила вглубь снега.

Она не чувствовала ни паники, ни страха перед неизвестным, однако её не оставляло чувство, что совсем скоро ей придётся встретиться с самыми глубинами омута мира сновидений.

Книга терпеливо лежала в снегу в ожидании читателя. После загадочных текстовых явлений Мун была уверена, что мелкий паразит, подосланный из тьмы, прячется у неё под носом. Ведь единственный способ создать подобное чудо - использовать книжного Червя.

- Ну хватит. Я раскусила тебя, скользкая гадость. - Мун подняла книгу и разрезала её своим фантомным ножом, который тут же раскололся о нечто твёрдое.

Оружие у сотрудников Отдела могло быть любым: от арбалета, до ядерной бомбы. Форма и сила зависели от точности и количества вложенной в него энергии. Например, запуск небольшой ракеты будет сравним, по ощущениям, с забегом на пять километров. Это означает, что если использовать мощное оружие, то ты быстро потеряешь сознание.

Грёзы - пространство вне материального мира, поэтому почти любая фантазия здесь реальна, конечно, за определенную плату.

Пока девушка создавала новый нож, сущность успела полностью осознать себя. Из книги, с неохотой и осторожностью выполз жирный двухметровый Кошмар. Курносый червивый демон, больше похожий на змею, выпрямился как кобра и, с опаской, посмотрел на Ловца.

Его чёрную гладкую кожу покрывала тёмная липкая смазка, которую Кошмар использовал для проявление текста на бумаге. Вдоль спины тянулись тонкие синие полосы, сплетаясь у головы в единое пятно. Сверкнув яркими бирюзовыми глазами, беспозвоночный прижался к плотному снегу и прыгнул в сторону Ловца.

Прыжок Червя был похож на непрерывное отрывание всего тела от земли. Словно баг, встречающийся в программах, монстр нёсся на Ловца. Девушка, заучившая на тренировках действия противника, ловко увернулась от его многочисленных зубов. Червь врезался в ствол, и дезориентировался. На него, с верхушки незримой кроны, просыпался снег и залепил глаза. Монстр в панике вновь ударился о то же дерево, и на него упала новая порция сугроба.

Мун воспользовалась случаем и быстро сдёрнула с пояса специальную клетку в форме белого куба. Способ заточения Кошмара был очень прост: следовало только приоткрыть или отломать одну из граней белого куба, и демона тут же затаскивало в тюрьму. Таким же простым способом буйный Червь был пойман в маленькую коробку. Его так быстро заперли, что Мун не успела определить возраст. С первого взгляда, эта особь не взрослая. Анализируя движения и размер не нужно было быть специалистом, чтобы понять насколько Кошмар молод и неопытен. Обычно данные особи вырастали больше пяти или десяти метров. А после определённого возраста не могли самостоятельно покинуть книгу.

- Ну вот и все. А теперь, кто тебя прислал? - Мун усердно потрясла куб. Из него только доносилось хриплое недовольное шипение. - Что же, наверное, двухметровому существу тесно в кубе на двенадцать сантиметров. – размышляла Хатсон, пытаясь выяснить насколько потяжелела ловушка, качая в руках, как весы, пустой и заполненный куб. - Но это ли причина вести себя так бесцеремонно?

Мун осознала, что немного поспешила с его заточением. От Червя без книги не дождёшься объяснений. Но, с другой стороны, это работа Кори. Верное решение - спихнуть всю работу на специалистов. Пусть сами выпытывают из него всю информацию.

Мун ещё раз обошла сад, рассчитывая найти автора посланий. Сами по себе эти существа по снам не ходили. Но поиски прошли безуспешно. К сожалению, книжный Червь оказался единственным аномальным недоброжелателем. Тот, кто его подложил давно покинул сон.

Дэн вдруг опомнился. Он рассеяно огляделся и стал медленно вставать. Стул, со скрипом, выпрямился. Бывший сосед усердно что-то искал, раскапывая снег. На Мун и её заложника он не обратил внимания. Наверное, хотел найти книгу? Жалко, что вместо захватывающей истории его ожидали мокрые клочки бумаги.

В руке у неудачливой Мун лежал жалкий Червь, пойманный в коробку. Такое разочарование не постегало её со времён первого прокисшего молока. Эти гады просто проедают во снах логику действий. Пустая трата времени, ведь сны и так хаотично собирают в себе самые разнообразные эмоции, пережитые за день. Но Черви выворачивают наизнанку заготовленный разумом сценарий, разрывают его на мелкие кусочки.

Книжных Червей очень много, иногда в одном разуме можно поймать десяток этих туповатых Кошмаров. Их и паразитами называть сложно, сон и без них - частенько сплошная бессмыслица.

- Ещё бы попался Пэззл - невидимка, который не даёт зрителю бежать. Более известный под именем «сонный паралич». – разочарованно бубнила Мун, раскидывая ногами от раздражения снег. Вредный, но до ужаса неуклюжий вид. - Со схожим уловом в Охотники не перейти.

Хатсон, с грузом на душе, достала выдаваемый Отделом телепорт. Этот прибор выглядел, как маленькая жёлтая капсула, которую нужно раскрыть. В ней находилась жидкость, проводящая в пространство между двух разных измерений или точек одной планеты. Вещество окутывало атомы и клетки плоти, сохраняя их живыми при перестройке их в заданном месте. Проще говоря, устройство создавало портал. Открыв портал, вещество мигом оплело девушку, и Мун помчалась назад, в Отдел грёз.