Глава 4 — Друг или Враг?

Рывок. Уклон. Снова. Змей не щадил, не ждал, не пустословил. У него была задача — убить! Урус двигался быстро, несмотря на размер. Дрэв едва мог уклоняться, пока острые клыки ползучей рептилии ломали деревья и оставляли полосы на твёрдой земле.

— Живучий попался, — прошипел змей, фыркнув.

Дрэв не ответил. Меч в руке, покоившийся в ножнах до этого момента, вновь оказался в крепких мужских руках. Вояка не сомневался в себе, однако нужно было увести змея подальше от Силиона. Его глаза налились кровью, знакомый до боли адреналин резко ударил в голову.

Силион застыл в кустах, зажав рот ладонями. Отец говорил бежать. Но ноги не слушались. Душа оцепенела от ужаса, глаза расширились от понимания происходящего кошмара. В голове всплыла Арахна.

«Свисток!» — пронеслось у него в голове, и он достал вещицу, отданную ему Арахной.

— Что, генерал, не ждал гостей? — Урус лениво качнул головой, алый дымок струился из-под чешуи. — Хозяин передаёт привет.

Дрэв оскалился.

— Передавай своему хозяину, что его привет я засуну ему в...

Удар.

Змей не дал закончить. Хвост — словно цепь — вылетел из темноты и сшиб Дрэва с ног. Мужчина пролетел метра три, врезался спиной в огромный каменный валун, хрустнув позвоночником и ударившись головой. По затылку потекла горячая алая кровь.

— Батя! — вырвалось у Силиона.

— Беги... — прохрипел Дрэв, поднимаясь на дрожащих ногах. — Беги, сказал!

Он ещё успел отбить следующий выпад — лезвие меча скрежетнуло по змеиному клыку, высекая искры. Но сил было мало. Противник слишком быстрый. Слишком большой. Одно Дрэв понял точно: это не просто монстр, это магический зверь и явно чей-то фамильяр, сила которого была за гранью его знаний.

Урус усмехался — насколько это вообще могла изображать змеиная морда.

— Быстро ты выдохся. Я думал, игра будет интересней.

Дрэв сплюнул кровь.

— Тебя мама в детстве не учила не играть с едой?

Змей взревел.

Следующий удар пришёлся в грудь. Когти распороли рубаху, кожу, рёбра. Дрэв упал на колени, но меч не выпустил. В глазах — только одно: «Силион, беги, ради бога, беги».

Но мальчишка стоял.

И смотрел. Подняв свисток, он громко свистнул, отчаянно и громко. В тот же момент Силиона и Дрэва охватил магический барьер.

Дрэв поднялся. Кровь текла по животу, окрашивая траву.

— Не трожь... пацана.

Он бросился на змея. Без надежды выжить или, ещё смешнее, победить. Просто чтобы дать Силиону эти секунды.

Урус сбил его одним движением, легко ломая барьер. Удар пришёлся по груди. Треск рёбер. Дрэв захрипел, выплёвывая алую пену.

— Батя! — закричал Силион.

— Прощайся с сынком, — выдохнул Урус, наваливаясь на Дрэва всем весом.

Дрэв не отвечал. Глаза закатились. Дыхание — прерывистое, пузырящееся кровью.

Он почти не дышал.

Воздух треснул.

Над поляной зелёной молнией разорвалась тьма. Арахна падала с неба — волосы назад, руки в пламени, лицо белое как снег.

— ДРЭВ!

Она приземлилась на колени рядом с ним, трясущимися пальцами коснулась шеи — пульс есть. Еле-еле. Но есть.

— Дыши, — прошептала она. — Только дыши, ты ещё нужен здесь, не смей так глупо помирать!

Урус лениво приподнял голову.

— А, ведьма. Сойдёшь на закуску.

Арахна поднялась.

Глаза — уже не молочный шоколад. Они горели зелёным. Ярко. Отчаянно, отбрасывая всякую человечность.

— Ты... — голос её стал ниже, глубже, в нём слышалось что-то древнее. — Не на тех нарвался, чёртова рептилия!

Она ударила первой.

Зелёные сгустки полетели в змея один за другим. Урус уворачивался, но часть попала — чешуя задымилась, запахло горелой плотью.

— Агрх! — взвизгнул змей почти по-детски. — Что? Как?! Моё тело неуязвимо! — его взгляд направился на Арахну. — Кто... ты такая?

Но ответа не поступило, выпады ведьмы неслись на него без остановки.

Из пор между чешуй повалил густой алый дым. Ядовитый. Едкий. Он заполнил поляну в считанные секунды, лишая окутанную территорию какой-либо магии.

Арахна закашлялась.

— Ты... так ты... КХА КХА! Змей Преисподней Урус?!

Урус усмехнулся.

— О! Так ты знаешь, кто я?

— Сволочь! Кто твой хозяин? И на кой чёрт ты припёрся?! — говорить было всё сложнее, воздух разъедал горло. Она понимала: если сейчас же не придумает что-нибудь, они все здесь трупы!

Вместо ответа дым стал сгущаться плотнее и быстрее. Арахна чувствовала, как слабеют руки, как ноги становятся ватными, как зелёное пламя на пальцах гаснет.

— Мёртвым эта информация ни к чему.

— Нет... ещё... рано... Дрэв... Силион... — в глазах всё стало размываться и тускнеть.

Она упала на одно колено. Перед глазами — Силион. Мальчик стоял в стороне, зажав уши, смотрел на неё огромными аметистовыми глазами, полными слёз.

— Думай, Арахна! Думай! — прохрипела ведьма.

Собрав последние силы, выбросила руку вперёд.

Серебристая сфера вспыхнула вокруг Силиона. Прозрачная, мерцающая, с узорами, похожими на паутину. Защитное заклинание невидимости, внутри которого объект лишается всякого запаха, сливаясь с окружающей средой.

— Сиди... тихо... — выдохнула Арахна, окончательно теряя сознание.

— МАМА! НЕТ! — крикнул мальчик, но как только змей стал искать его, страх только усилился. Силион понимал: он следующий.

Урус отряхнулся — насколько змей вообще мог это делать. Дым всё ещё витал в воздухе.

— Остался приёмыш.

Он двинулся на поиски Силиона, рассматривая каждый угол и глубоко дыша, пытаясь уловить запах мальчишки.

Сам мальчик стоял внутри сферы, крепко прижимая свисток к груди. Смотря на замертво лежащие тела приёмных родителей. По щекам неустанно текли слёзы, тело дрожало, но он отчаянно держался. В голове всё ещё сидели слова отца: «Выжить!».

— Почему... Батя... Арахна...

Змей усмехнулся.

— Пора не пора — выходи со двора. Ну же, покажись, малыш. Чем быстрее я тебя съем, тем быстрее ты воссоединишься со своими родителями на том свете.

Мальчик молчал, но руки гневно сжимались в кулаки, впиваясь в кожу до крови. Урус снова внимательно осмотрелся, и на глаза попалась тень мальчика. Пасть растянулась в оскале.

«Нашёл».

Рептилия подползла ближе, обвиваясь вокруг барьера, беря его в тугие кольца, и постепенно сжимая.

— Не грусти, пацан, может, в следующей жизни повезёт, — лениво протянул змей.

Вскоре под давлением его тела барьер треснул.

— Наконец-то! Покончим с этим!

И в этот момент небо обрушилось.

Небеса разразил оглушительный рёв, сотрясая всё вокруг.

Урус не успел даже повернуть голову. Огромная туша, не уступающая ему ни в чём по размерам, обрушилась на него сбоку на лету, зажимая шею и вбивая в землю мощной клыкастой челюстью. Урус рефлекторно забился и заизвивался, шипя на внезапного противника.

Лев. Один из сильнейших небесных хранителей. В древние времена такие сопровождали богов и небесных представителей, охраняя и защищая.

Шерсть — золотисто-песочная, грива — почти белая на морозе, глаза — небесного и насыщенного оттенка, выражающие лишь спокойствие и полный контроль над ситуацией. Для него схватка была лишь забавой, не более. Это было заметно по телу льва: расслабленно, без намёка на напряжение или усталость держащего змея в своих клыках.

Урус прохрипел:

— Кошечка на обед пожаловала? Это моя добыча, ищи себе другую! — шипел свирепо змей, пытаясь выбраться из цепкой хватки. {Автор: Казалось бы, при чём тут Шрек?}

Лев не ответил. Только сжал челюсти сильнее.

А затем поднял голову — и посмотрел на Силиона.

Мальчик замер.

В голубых сияющих глазах не было угрозы, лишь чистое благородство и сила. Взгляд упал на лежащие неподалёку тела Дрэва и Арахны.

Силион же, веря и надеясь на лучшее, бросился к телам родителей.

— Бать! Арахна! Вставайте, нам нужно уходить! — кричал мальчик, пытаясь разбудить взрослых. — Ну же... пожалуйста... откройте глаза...

Лев молча поволок змея прочь, скрываясь из виду и не давая рептилии вырваться.

— СПАСИБО! — крикнул мальчик вслед льву.

Он быстро стал вспоминать заклинания Арахны, которые она применяла, когда Дрэв возвращался с мелкими ранами после охоты, а он тогда мельком наблюдал сам процесс. Сейчас его интерес к магии буквально спасал жизнь. Он положил руки на тело Арахны и попытался сосредоточиться. Лицо его наполнилось немой мольбой. Душа полная веры: он не потеряет родных. Не допустит! Он должен их спасти! Обязан!

Из-под рук стал изливаться тёплый фиолетовый свет с маленькими мерцающими звёздами. Спустя минуту ресницы ведьмы задрожали, и тяжёлые веки постепенно открылись.

— Мм... Силион? — ведьма приподнялась.

— Мама! — Силион крепко обнял Арахну, дрожа.

Девушка замерла.

— Как? Как ты меня назвал? — переспросила она, не веря ушам.

— А... ма... мама... — искренне ответил мальчик.

— ... — по телу ведьмы проскочило мягкое тепло от нежных слов. Силион ещё ни разу не называл её мамой. Ведь с самого начала она сама советовала ему называть её по имени и честно сказала ему, что она не его настоящая мама. Не биологическая. Однако... видимо, сам Силион считал иначе.

— Ты как сам, в порядке? Нигде не ранен? Где этот чёртов змей?

— Его унёс огромный лев.

— Лев?

— Да! Змей сломал барьер, и тут появился лев, поймал змея и унёс.

«Лев... тот ли это лев, о котором я думаю?» — думала ведьма, но быстро откинула эти мысли. Главное, что сейчас Силион в порядке!

— Где Дрэв? Как он? — Она быстро осмотрелась и, найдя мужчину взглядом, тут же подбежала к нему. — Дрэв!

Она достала из сумки снадобья, лекарства, применяла магию, стараясь излечить мужчину.

— Ну же... ну же! — умоляла она, бормоча себе под нос и не отрывая взгляда от генерала.

Прошло какое-то время, прежде чем мужчина снова задышал, а тяжёлые смертельные раны затянулись, но, к сожалению, не до конца.

— Здесь оставаться больше нельзя, — сказала ведьма, поднимая мужчину и перекинув его руку через плечо. — Уходим!

Силион последовал за ней. Напоследок оглянувшись в сторону, куда ушёл лев, он мельком подумал: «Что же это был за лев? И почему он не напал на них так же, как и змей? Друг ли он... или же... ещё один враг?»

— Силион! Чего ты там застыл? — крикнула Арахна, уже отойдя на приличное расстояние.

— Иду! — ответил ей мальчик и побежал за ней.

А позади оставались только хаос и разруха, напоминающие о недавней битве, чуть не ставшей роковой.

Конец 4 главыОзнакомительные изображения: