Глава 2 — Отголоски прошлого

— Что!? Что происходит?!

Свет ослепил весь дом и лишь спустя мгновение угас. Открыв глаза, Дрэв с Арахной попытались привести зрение в порядок, после чего их взгляд пал на младенца. Книга, что находилась у Силиона в руках, открылась, замок отворился.

Ведьма взяла книгу в руки, открыла её, но… книга пуста!?

— Ч… Чего!? Как это? — ведьма недоумевала, что происходит, однако Дрэв стал вглядываться. Книга заметно сменила свою яркость и сияние, когда оказалась у ведьмы в руках.

— Ари, дай книгу Силиону, пусть он её откроет, — протянул Дрэв.

— Хм?… — ведьма молча положила книгу рядом с мальчиком, и тот, не теряя времени, стал с ней играть. Малыш открыл первую страницу, и книга мгновенно вернула себе небольшое сияние, а буквы сами стали появляться, строя предложения одно за другим, заполняя собой страницы.

Ведьма поняла: книга откликается только на определённого хозяина. Вопрос в том… знал ли об этом тот старик, что отдал её ей?

«Что же это был за старик? Он знал, что это за книга? Выходит, он не просто так принёс её именно мне… на что же он рассчитывал? Знал ли, что всё обернётся так? Мне не даёт покоя вся эта ситуация…» — ведьма, погружённая в свои мысли, не заметила приближение мужчины и как его широкая, крепкая ладонь мягко легла на её плечо.

— Ты в порядке? — спросил воин.

— А?… Да… просто… задумалась, — ответила девушка, взглянув на страницы книги и читая, что же там написано.

Книга рассказывала о появлении держав, континентов, империй и королевств. Историю об угрозе, нависшей над миром в форме «Ужаса Преисподней». Силы бесконечного страха, тьмы, бедствий и чудовищ, уничтожающих всё живое на своём пути. О решении древних существ и людей объединиться и противостоять силам бесконечного хаоса.

В первых рядах древних людей и существ были сильнейшие предводители. В их ряды входили:

Участники, внёсшие больший вклад для победы в великой войне:

Огненный дракон — Магнус. Сильнейший воин, вспыльчивый, но справедливый и в каком-то роде дружелюбный. Один из огромнейших представителей своей расы. Ало-рыжая чешуя, покрытая буквально узорами из лавы, что переливались и освещали округу вокруг при наступлении ночи. Его благородная аура и мощь вводили в ужас и одновременно вызывали смесь уважения и восхищения.

Дракон Тёмных Пустот — Драго. Благородный, мудрый, спокойный, добрый и справедливый представитель драконьего рода. Единственный, через кого проходили все переговоры с людьми. Является таким же огромным представителем своей расы и старшим братом Магнуса. Чёрная стальная чешуя, острые когти, прирождённый лидер.

— Погоди… в Империи Магнум ещё есть драконы-хранители. Можно поехать туда и спросить у них, они должны знать больше нашего, — раздумывая, предложил воин, рассматривая иллюстрации в необычной книге.

— Да, только вот они уже столетия света белого не видят, насколько знаю по слухам, их держат с помощью покровителя-контрактора, — негодовала ведьма, пытаясь вникнуть в историю и попутно логически выстроить цепочку событий, которые в итоге привели их к нынешнему исходу.

— Контрактора?

— Маги-изгои, использующие запрещённую магию. Сейчас свитки о ней хранятся в королевстве Вестия. Контракторы способны удерживать столь могущественных существ, как драконы. Для этого минимум нужно иметь врождённый дар, а для контракта с драконами так и вовсе нужна практика на десятки, а то и столетия вперёд. И где они только взяли такого? Что ещё более интересно — почему в их рядах такой маг, который по всем фронтам нарушает закон и ещё является опасным? Если его магия выйдет из-под контроля, то будет не просто его остановить. — Арахна впитывала каждое слово. Ей не были интересны судьбы, жизни, даже сама история. Ей было интересно, как в итоге и почему эта самая книга, в которой содержится подобная информация, оказалась у неё? Она рассчитывала найти в книге ответы на свои вопросы, но не была точно уверена.

— Без понятия… и думаю, что это не наше дело, — Дрэв не спускал глаз с книги и Силиона. Он уже чувствовал себя ответственным за жизнь этого маленького человечка. Может ли он и правда считать себя… отцом?

Ведьма хмыкнув, продолжила читать.

Правый фланг:

Великая Дева-Кобра — Мирта. Хищница и единственная сильная представительница своей расы. Верхняя часть тела — молодой девы, однако нижняя — змеиная, покрытая чешуйками. Сама по себе средних размеров. Острые, аккуратные когти, длинные алые волосы, переливающиеся ярким огненным пламенем, ярко-красные глаза и до ужаса упрямый характер. Дева-воин и главный разведчик-лазутчик. Именно она пробивалась в тыл врага, добывала информацию. Ей не было равных, если дело касалось скорости и ловкости.

— О! Вот о ней слышал! Единственная женщина-воин! Тогда она была единственной, кто стоял со всеми наравне, потрясная! Хотел бы я с ней смахнуться! — глаза Дрэва вспыхнули. Ему нравились дружеские спарринги. Когда-то он был юнцом, который стремился всегда к победе и справедливости, а молодая кровь кипела в жилах.

— Тебе лишь бы палкой своей махать, мозгами бы больше думал, — фыркнула в ответ девушка, усмехнувшись.

— Эй! От кого я это слышу? От затворницы, которая только и знает, что в зеркало пялиться да проклятиями раскидываться, — хмыкнул он в ответ. Иногда ему казалось, что в их постоянных тёрках с Арахной было что-то расслабляющее.

Хоть она и казалась ему упрямой, ворчливой, откровенной скрягой, и всё же он никогда не забудет, что именно она когда-то спасла ему жизнь.

В памяти всплывали отрывки: как он разбитый, едва живой и истекающий кровью пришёл к её порогу. Погоня. После того как он ушёл с поста генерала, объявив императора тираном, его пытались «убрать». Он сражался до последнего, однако один не смог осилить целую армию: «Да уж, и не жалко ему было людей… ради одного меня пожертвовать жизнью простых солдат… вот же старый ублюдок!»

Он помнил, как очнулся на окраине Инфиского леса в каком-то овраге, погребённый горой листьев и веток. Видимо, на него не стали тратить время и устраивать церемонию погребения. Лодыри. Но это сыграло ему на руку… он выжил. Сколько он тогда шёл, полз, падал, вставал и снова двигался, пока не упал замертво на пороге Арахны.

— Слушай, Ари… — голос Дрэва стал тихим, взгляд был направлен на свои старые, покрытые множеством мозолей руки, скрещённые в замок.

Девушка замолчала, взглянув на мужчину. Она знала: когда он говорит с такой тихой, но атмосферной интонацией, значит, хочет сказать что-то, что для него имеет вес. То, что для него важно.

— Спасибо тебе, — произнёс Дрэв, и его взгляд поднялся на глаза ведьмы.

— За что? — спросила она, не до конца понимая причины его порыва.

— Помнишь нашу первую встречу?

— А! Ты про это, помню, конечно. Так ты снова о прошлом, оно всё не отпускает тебя.

— Такое из головы при всём желании не выкинуть.

Молчание. Давящая тишина, погружающая их обоих в воспоминания давно минувших дней. Она тоже помнила, как встретила этого мужчину ещё совсем молодым юношей. Она нашла его истекающим кровью на своём пороге. На нём было множество ран, побоев, казалось, не было ни одного живого места на этом теле, и на тот момент она думала бросить его умирать, однако…

Что-то не дало ей так поступить. Чувство внутри неё подсказывало, что она обязана его спасти. Так она и сделала. Дни, недели, месяцы ухода за ним. Она следила, лечила и ждала, когда тот поправится.

Он очнулся на четвёртый месяц. Она вернулась домой после сбора трав и ингредиентов для снадобий и ритуалов. В его глазах — непонимание, в её — только спокойствие и терпение. Так и началась их случайная, казалось бы, встреча. Только вот даже после того, как Дрэв вылечился, судьба сталкивала их раз за разом, и они просто общались и помогали друг другу при необходимости. Это не назвать ни любовью, ни дружбой… скорее… просто человечность. Именно этому качеству он научил её — чёрствую как сухарь ведьму-одиночку, и хоть она никогда не признает этого, но искренне была ему благодарна просто за его компанию.

— В зеркало я, кстати, смотрюсь потому что слежу за внешним видом. Тебе бы тоже не помешало, раз уж на то пошло, а то ходишь вечно как медведь, вышедший из спячки.

— Ну… если бы я не знал твой настоящий, бабулькин возраст, может, я бы и правда купился на твоё личико.

— Очень странно, что ты не купился на него при первой нашей встрече.

— О да, тогда мне было не до этого, но ты здорово меня выручила.

— Знаю, ты бы коньки без меня давно откинул, — хмыкнула в ответ ведьма, оторвавшись от книги.

— Не красиво хвастаться, — усмехнулся Дрэв, ловя на себе недовольный девичий взгляд, упёрто после уставившийся обратно в книгу.

Центр:

Хранитель Земель Северных Грёз — Псих. Так его прозвали за странные причуды и безумный характер. Однако со временем он смягчился. Благодаря чему или кому произошли столь странные изменения — история умалчивает, но если прислушаться к легендам народа, то можно услышать разные версии. Кто-то говорил, что его изменила любовь, кто-то — что повлияли обстоятельства самой войны, но точно никто не мог ответить. Однако он тот, кто первым вступил в переговоры с существами и был единственным, кто предугадывал ходы противника, находил и бил в слабые точки. О нём почти ничего не известно, кроме его отстранённости и странной внешности альбиноса. Широкоплечий, высокий и статный мужчина с длинными волосами цвета первого снега. Глаза глубокого коричневого оттенка.

— Кстати говоря о нём… необычный, конечно. Э-э-э… кто? Кто он? Откуда взялся? Какая у него раса? И куда он исчез после войны? Вообще ничего про него не рассказали толком… Видимо, древние были ещё теми мутными типами, — Дрэв пытался понять, кто этот «Псих». За всю свою жизнь он никогда не слышал и не встречал источников, которые даже упоминали бы его. Но в этой книге было огромное количество информации, которой не было в их время.

— Не могу не согласиться, — хмыкнула Арахна.

Левый фланг:

Зверолюд. Получеловек-полуволк, одним словом — вервольф. В народе его назвали простым людским именем — Александр. Настоящее его имя с течением времени было утеряно. Благородный воин своей расы, лидер-изгой, кто первым ринулся в бой, не страшась ни смерти, ни ран. Не было в его сердце сомнений, лишь уверенность в победе, цель, которую он, по его словам, должен был добиться. Ради той, которая дала ему шанс на новую жизнь. Были в его жизни те, ради кого он был готов драться до последней капли крови. Его любимая женщина и их маленькая дочь Энигма — их маленькая копия. Насколько известно, он один из своего рода, кто может контролировать свои превращения по своей воле, сохраняя рассудок и внятную речь в любой из форм. Этот феномен унаследовала и его маленькая дочка.

— Я слышала, что они до сих пор живы, — ведьма вчитывалась и всё больше раздражалась. Как какая-то тухлая информация — так её расписывают, а как что-то полезное и интересное — так всё неизвестно да утеряно. Да что за книга такая противная! Тот, кто её писал, был таким же странным типом!

— Кто?

— Ну… я имею в виду их потомков. А в честь этого вервольфа и его семьи поставили памятник, чтобы, по их словам, не забывать их историю. Его женщина вроде как тоже внесла вклад, правда, подробностей точно не знаю.

— Может, когда-нибудь выдастся возможность узнать, — усмехнулся мужчина, представляя себе огромного волка на двух лапах, умеющего говорить. Выглядело весьма комично.

Тыл:

Тыл прикрывала Нимфа-Сирена. Та, что своим пением была способна воскрешать из мёртвых. Настолько была опасна её магия, что после войны её спрятали, а после она и вовсе скончалась в неволе, и тайна вместе с её силой исчезли из истории. Она не имела физической плоти и была словно яркий белый призрак с женским силуэтом, волосами по пояс. На глазах у неё была маска, скрывающая её слабость, а именно — душу. У неё был свой жизнерадостный, но мудрый характер. Она была мотиватором, боевым духом воинов, поддержкой и заботой о них. Но в ответ на её заслуги… ей отплатили страхом, несправедливым заключением и смертью в полной изоляции.

Арахна и Дрэв замолчали. Обоим был непонятен поступок казалось бы мудрых и сильных предков. За что они так поступили с той, кто внёс огромный вклад, кто боролся с ними — пусть не в бою, но оказывала медицинскую и моральную помощь? Конечно, в чём-то они и были правы, и всё же они поступили жестоко по отношению к Нимфе и несправедливо.

— А я думал, что жестокость только в наше время процветает, — Дрэв фыркнул, скрестив руки на груди. Подобный поступок «древних» не вызывал ничего, кроме разочарования. Да, их заслуги на войне неоспоримы, но с другой стороны… хоть он и понимал возможные причины, ему казалось, что древние могли поступить и более мудро, на его взгляд, чем просто погубить товарища таким мучительным образом.

Арахна, вздохнув, отвела взгляд от книги и отстранённо ответила:

— Да нет… ты ошибаешься… такое было всегда, во все времена, к большому сожалению.

Они переглянулись и молча с полминуты смотрели друг другу в глаза, словно что-то пытаясь понять для самих себя. И тут их прервал Силион, который весело смеялся и тянулся к одной из картинок в книге. Там был нарисован мудрец, на тот момент занимавший одну из последних ролей.

Арахна узнала в мудреце того старца, что приходил к ней, и в удивлении подошла ближе.

— Не может… этого быть… — произнесла она про себя, вглядываясь в картину. А мужчина, что стоял неподалёку, в недоумении взглянул на девушку и после опустил взгляд на картину.

Арахна застыла, будто мир вокруг неё на мгновение перестал существовать. Глаза её были прикованы к изображению в книге. Старик. Тот самый. Те же черты, та же густая борода и тот же взгляд — спокойный, всевидящий, пугающе тяжёлый.

— Арахна? — Дрэв нахмурился и сделал шаг ближе. — Ты чего?

Она медленно выдохнула, словно только сейчас вспомнила, как дышать.

— Это он… — тихо сказала ведьма.— Кто — он?— Старец. Тот, который пришёл ко мне много лет назад и принёс эту книгу.

Дрэв перевёл взгляд с неё на изображение, затем обратно.

— Хочешь сказать… тот старик — это великий мудрец? Тот самый, один из основателей держав?

— Верно. — Она сжала пальцы, и воздух вокруг едва заметно дрогнул. — Книга реагирует только на Силиона. Значит, мудрец знал о нём. И о том, что произойдёт.— То есть… — мужчина скрестил руки на груди, — он знал всё с самого начала?

— Скорее всего да. В его способностях никто не смеет сомневаться, — мрачно усмехнулась Арахна. — Но то, что я видела… это трудно всё переварить.Она подняла на Дрэва тяжёлый взгляд.— Я всё ещё не понимаю, почему именно я? Он принёс эту книгу мне, а теперь ещё и ты с этим ребёнком… что я должна делать?

Дрэв шумно выдохнул.

— Честно? Без понятия, но, как я понимаю, ты теперь с нами в одной лодке. Так что добро пожаловать на борт, старая, — усмехнулся мужчина.

— Я тебе и правда сейчас задницу подожгу! — раздражённо предупредила Арахна, сверля мужчину злым взглядом.

— Боюсь-боюсь, поджилки трясутся.

— Как же ты меня раздражаешь, ужас. — Девушка вновь взглянула на книгу и изображение мудреца. — Тень не случайно принёс Силиона именно тебе, и книга, которую мудрец доверил мне, — тоже.Она говорила медленно, чётко, словно вбивая слова в камень.— Нам доверили судьбу этого ребёнка, поведали историю. Видимо, мудрец всё это предвидел. Предлагаю сделку! — сказала ведьма, оперевшись спиной о столешницу.

— Какую ещё сделку? — спросил мужчина, скрещивая руки на груди.

— Я помогу тебе с мальцом, с его воспитанием, взрослением, но! Мне нужно больше подробностей, Дрэв! О книге, о мудреце, о будущем, потому что это касается мира в дальнейшем, а значит, отразится и на мне! Поэтому я буду периодически заниматься с Силионом, чтобы получить больше информации. Идёт? — ведьма протянула ему руку для рукопожатия.Дрэв не спешил отвечать, но, хорошо всё взвесив, пожал её руку, принимая условия сделки.

— Хорошо, но смотри мне! Если ты ему навредишь… считай, что твоя жизнь оборвётся раньше, чем то самое устрашающее будущее наступит, — усмехнулся воин.— Запихай себе свои угрозы в одно место, — улыбнулась девушка в ответ.

— Увы, но судьба Силиона такова, что путь, который его ждёт, приведёт либо к свету, либо…

— Погоди, — Дрэв поднял ладонь. — Где логика? Если даже с нами он может не стать хорошим, тогда в чём вообще смысл? Почему именно мы?

— А вот это самое интересное… — глаза ведьмы блеснули. — Видимо, мудрец верил, что мы справимся с задачей, но точно не могу быть уверена, поэтому я хочу докопаться до сути.Она сделала паузу.

— Переводя с ведьминского, — хмыкнул Дрэв, — тебе просто надо докопаться, и, как обычно, это касается твоей личной выгоды?

— Да, — коротко ответила она. — Именно так.

Они замолчали.

Силион тем временем сидел на полу, увлечённо перелистывая страницы книги. Та будто ожила: изображения двигались, переливались мягким светом. Миры прошлого раскрывались перед ним — дружелюбные народы, жившие в гармонии, зелёные долины, леса и реки, где природа и люди существовали как единое целое.

Волшебные создания, словно сотканные из света, кружились вокруг малыша, играли, исчезали и появлялись вновь.

Силион смеялся и просто радовался. Он не знал ни о каких странных и жутких пророчествах, ни о судьбе мира. Здесь и сейчас он просто ребёнок, который играет и живёт.

И, честно говоря… всем бы так.

— Что будем делать? — тихо спросил Дрэв, глядя на приёмного сына.

— Без понятия. Видно будет. Сейчас надо хотя бы переварить всю эту информацию, — фыркнула Арахна.

— Иногда ты и правда говоришь умные вещи, — усмехнулся Дрэв.

В руке ведьмы вспыхнула зелёная огненная сфера.

— ВОУ! Тихо-тихо-тихо, не бесись! — засмеялся Дрэв, поднимая руки вверх. — Ладно-ладно, я попробую без подколов.

«Пф… женщины. Чувствительные создания», — подумал мужчина, понимая, что ходит по тонкому льду. Но он не может не играть на её нервах — уж слишком ему нравилось её раздражать.

Арахна лишь фыркнула.

— Кроме шуток… ребёнка бы я и так не оставил, ну не могу я так поступить, — воин взглянул на Силиона, что весело рассматривал то картинки в книге, то играл с существами, что вылетали из книги словно живые.

— Как же ты меня бесишь своей простотой, аж убить хочется, — процедила Арахна.

— Успокоительное пей, — усмехался он в ответ. — В твоём возрасте вредно нервничать.

Следующее, что увидел лес, — это Дрэв, вылетающий за порог хижины.

— ВАЛИ, РАБОТАЙ! — орала ведьма, швыряя вслед зелёные магические сферы.— Чем языком чесать — делом займись, хрен моржовый!

— Ух… ведьма! — смеялся он, скрываясь между деревьями.

Он был уверен в одном: «Силион с ней в безопасности». Вернулся Дрэв уже затемно. На плечах — огромный кабан. В одной руке — ведро воды. В другой — охапка дров. Как он всё это нёс — вопрос философский. Вероятно, с небесной помощью.

— О, вернулся… — фыркнула Арахна. — Посмотрите-ка, явился, не запылился.

— Я тоже рад тебя видеть, — хмыкнул он. — Кстати… глянь, кого привёл.

Из-за его ног медленно выползла тёмная слизь с белыми глазками-пуговками.

— М? — ведьма прищурилась. — Это тот самый монстрик?

— Ага. Он самый.— Тень, знакомься — это Арахна. Арахна — это Тень.

Слизь тихо прожурчала и, не проявляя ни капли агрессии, направилась к самодельной люльке, где сладко спал Силион. Устроился рядом с люлькой, словно по привычке, встав на страже.

— Он уже уснул? — спросил Дрэв.

— Да. Активный мальчик. — Арахна скрестила руки. — Кстати, нам нужна коза. Ему понравилось козье молоко, и он выдул все мои запасы за день.

— А детям до года разве можно другое молоко, кроме… ну… — замялся мужчина.

— Во-первых, каким образом я тебе достану грудное молоко?— Во-вторых, выбора у нас нет.— А в-третьих, — она взяла кинжал и направилась к кухне, — я его осмотрела. Ему примерно год. Так что всё нормально. Тащи тушку!

— Мою или кабана? — ухмыльнулся Дрэв.

— Будешь бесить — ночевать на коврике за порогом будешь!

Он лишь улыбнулся и понёс добычу.

Так и потекли их дни. Беззаботные. Мирные. Наполненные заботой, воспитанием и защитой маленького Силиона.

Конец 2 главы