Глава 2 — Охота началась

Владелец силуэта не спешил говорить что-либо ещё или идти навстречу Хотару. Вместо этого он лишь безмолвно наблюдал за тлеющими под лучами могущественного света мертвецами.

Свет освещал и его самого, позволяя белокурой девушке хотя бы частично рассмотреть неожиданного помощника. Он был невысок, хотя и превосходил по росту миниатюрную Охотницу. Но это нисколько не умаляло той торжественной, почти величественной золотой ауры, что окружала его доспехи.

Тысячи золотых пылинок кружились вокруг него, словно живые. Они создавали подобие барьера — или даже песчаной бури, — скрывая своего хозяина от любого воздействия внешнего мира.

Сам доспех, напротив, был угольно-чёрным — настолько, что выделялся даже на фоне звёздного неба и мрачного леса. Казалось, он явился из самых глубин Преисподней, и был так же демоничен, как и сумка Хотару. В нескольких местах по поверхности виднелись фиолетовые прожилки, из которых то и дело нетерпеливо поглядывали хищные глаза, высматривая подходящую добычу. Наконец их взгляд остановился на мечнице со странной ношей.

— Я упокою их вместе с тобой, — раздался холодный голос владельца доспехов.

Из-за ограничивающего поля вокруг него и свойств Глухолесья различить хоть какие-то эмоции было почти невозможно. Однако даже так, превзошедший человеческие возможности слух Хотару уловил в этом шёпоте нотки праведного гнева и… скорби?

«Стыдно атаковать девчонку вроде меня?» — пронеслось в её голове.

Но времени для дальнейших размышлений не было. В следующее мгновение воздух вокруг рыцаря заколебался, и сияющие врата раскрылись позади него.

А затем появилось нечто странное. Золотое копьё без острия. Меч с двумя эфесами, каждый из которых переходил в головку булавы. Всё оружие было окутано сотнями молний — каждая из них обладала силой, достаточной, чтобы обратить человека в пепел.

Напряжение мгновенно возросло. Деревья вокруг чуть приподняли кроны, а по уставшей девушке прошла новая волна холодного пота.

Хотару уже видела других Охотников в действии, да и сама являлась одной из них. Однако этот парень был на совершенно другом уровне. Атака, что он использовал ранее, могла потягаться с величайшими подвигами героев её народа. Но то, что он творил сейчас, — была уже сила, достигшая царства богов.

И всё же Хотару не чувствовала страха или волнения. Сейчас рядом с ней находился самый настоящий демон. А если кто и мог бросить вызов богам, то это её глазастая напарница.

— Да грянет шторм, — произнёс Охотник.

С его словами воздух разом наполнился бесчисленными электрическими разрядами. Они отскакивали друг от друга, от деревьев и земли, сталкивались и разлетались по сторонам в безумном плясе. Запах горелой древесины ударил в нос, языки пламени вспыхнули один за другим, преследуя танец десяти тысяч молний. И тогда — орудие богов пришло в движение.

— Ваджра Шакти! — выкрикнул он.

Оружие Индры рвануло вперёд под рокот грома и молний. Пара мгновений — и оно вонзилось в землю там, где ещё секунду назад стояла Хотару. Один ловкий прыжок — и мощь Бога Грома прошла мимо.

Но она знала, что это лишь начало. Поток молний не только не угас, встретившись с землёй, — он стал сильнее. Собравшись в нескольких точках вокруг Ваджры, электрические заряды разом выплеснули энергию десятками лучей, медленно расходящихся по сторонам, прожигая землю и оставляя на ней неизлечимые шрамы.

— Бэл, алебарду! — резко, но твёрдо приказала белокурая мечница. Скорость молний была невысокой, но их плотность не позволяла уклониться без повреждений.

— Для тебя всё что угодно, — довольно отозвалась сумка и, не теряя ни секунды, выплюнула наружу древковое оружие. Хотару уверенно перехватила алебарду обеими руками.

Заняв стойку, девушка подняла оружие к небу, принимая надвигающийся разряд на закруглённое лезвие. Не прошло и секунды, как металл обуглился и почернел под воздействием силы Бога Грома. Но этих мгновений было достаточно — мечница рванула вперёд, оставив алебарду с зависшим на ней зарядом позади.

Даже так её руки дрожали, тело подрагивало. Заплетённые в хвост волосы распушились и поднялись, раскинувшись на плечах. На дорожной накидке и платье появились новые прорешины, открывавшие вид на порозовевшую от жара кожу.

— Получилось, Хотару! — радостно заметила сумка, будто крепче, чем обычно, обнимая миниатюрное тело девушки. Но та не разделяла её восторга — взгляд мечницы был прикован к действиям могущественного врага.

— Впечатляет, — произнёс он.

В его приглушённом голосе отчётливо слышалось неподдельное восхищение. И действия сразу подтвердили слова: Охотник спрыгнул с дерева вниз.

Окружённый всё ярче разгорающимся пламенем и разлетающимися молниями, его чёрный силуэт в золотом ореоле выглядел не героем, а идеальным воплощением злодея, ожидающего своего часа в финале истории. И кому как не Хотару было знать это лучше других.

— Что-то не так? — заметив изменения во взгляде противника, чёрный рыцарь на пару секунд замер. Он никак не ожидал столь резкой реакции на его спуск. При жизни многие обвиняли его в неумении читать атмосферу — не научился он и после смерти. Быть может, разбирайся он в чувствах девушек хоть чуть лучше, его история не стала бы трагедией…

— Чего ты ждёшь? Эта девчонка такой же охотник, как и ты, — горячий, словно раскалённый металл, голос раздался из грудной части доспеха. Пластина разошлась, обнажая покрытый пеплом язык и несколько клубов вырывающегося пара.

Услышав знакомый голос, сумка тут же обратила десятки глаз на его источник. Её язык начал раскачиваться из стороны в сторону, словно изображая глубокие размышления, пока наконец не щёлкнул — с явным удовлетворением.

— Вёлунд, старый хиккан… Так это ты. А я-то думала, у кого настолько плохие манеры, что он даже не поприветствовал свою дорогую подругу, — бойкий голос Бэл разнёсся по округе без всяких ограничений. Ни треск огня, ни остаточные молнии, ни даже бесчисленные измученные души Глухолесья не могли его приглушить.

— У демонов нет друзей, Белладонна, — доспех не стал усиливать голос сверх необходимого. Он не видел в этом смысла. Его единственной целью было избавиться от сумки и её охотницы. А для праздных разговоров у демонов всегда оставалось время в Преисподней.

— Неудачники вроде тебя всегда так себя утешают. Но не бойся одиночества, старик. Хотя бы оно не бросит тебя, — десяток глаз сумки картинно закатился, изображая нечто одновременно нелепое и издевательское. Голос же выдал её настроение с головой — Бэл едва сдерживала хохот.

— И почему мне кажется, что я здесь лишний… — наблюдая за перепалкой собственных доспехов и языкастой сумки, чёрный рыцарь устало подпёр лоб ладонью, позволяя короткому выдоху сорваться с губ. В тот же миг перед ним что-то мелькнуло — небольшой предмет летел прямо в него.

В отличие от него, Хотару не стала слушать обмен колкостями. Она воспользовалась возможностью внезапной атаки. Но чёрный рыцарь не был бы охотником, если бы подобное застало его врасплох. Одним неспешным движением он поймал снаряд правой рукой.

Небольшое усилие — и предмет раздавлен. Но вместо взрыва последовала ослепительная вспышка. Рыцарь знал: его доспех, являющийся телом истинного демона, выдержит любую атаку или сведёт урон к минимуму. Однако он не блокировал проходящий к нему свет.

На мгновение герой растерялся, потеряв концентрацию, и инстинктивно прикрылся свободной рукой от вспышки. В этот момент сбоку от него появилась Хотару, уже замахиваясь катаной, направляя удар прямо в голову.

Шлем был частью доспеха, но сама голова — слишком уязвимая точка, чтобы позволить подобное. Но мог ли он блокировать удар сейчас? Обычный человек ответил бы: «нет». Но он был героем, превзошедшим смертных людей.

Резкий металлический лязг разорвал мгновение. Следом прозвучал тяжёлый хруст — лезвие катаны начало трескаться и ломаться под давлением железной хватки зубов. Словно дикий зверь, чёрный рыцарь вцепился в оружие, разрывая его на части.

И именно тогда, уверенный в своих навыках, он увидел странное оружие — одновременно копьё, меч и булава, и вместе с тем ничто из этого. Наполненная молниями Ваджра столкнулась с его шлемом, выбивая россыпь искр. А затем высвободила накопленный заряд, породив второй, ещё более мощный удар.

Под его силой по шлему поползли трещины, а тело рыцаря отлетело в сторону, ломая на пути с десяток многовековых деревьев.