Глава 1 — Без названия

Глава 1: «Всплывающее окно»

Лучшее, что можно было сказать о ховербусах Нового Монреаля – это то, что поездка в них стоила сущие копейки.

А вот все худшие жалобы на этот сервис звучали примерно одинаково.

Ховербус приземлился с шипящим визгом – словно коту прищемили хвост дверью. Плохо обслуживаемые пневмотормоза вопили о намерении остановиться так громко, что разбитые стоп-сигналы на их фоне казались излишними.

Раздались крики детей, которых швырнуло друг на друга при резкой остановке. А может, они просто выплескивали накопившееся возбуждение от того, что наконец-то приехали. Я не могла их винить: путь от приюта до музея занял почти час. Целый час полета сквозь плотный трафик, где за окнами не было ничего, кроме рекламы и смога.

Я поднялась со своего места в двух рядах от двери и, вцепившись в поручень для равновесия, подалась вперед, чтобы разглядеть фасад здания.

Музей человеческой стойкости «Розовый шиповник» был настолько новым, что некоторые секции снаружи еще даже не достроили. Вмонтированные в стены голографические проекторы крутили зацикленные ролики с экспонатами, изредка прерываясь на рекламу спонсоров.

Как по мне, всё это заведение могло провалиться в тартарары. Обычный способ списать налоги, который пытались выдать за бастион культурного наследия города, едва ли заслуживающего самого слова «культура».

— Ого. Сегодня ты выглядишь еще ворчливее, чем обычно.

Я закатила свой единственный нормальный глаз и повернулась к девушке, сидевшей рядом. — Я не собираюсь рассыпаться в благодарностях за то, что нас одолжили какой-то аморальной корпорации в качестве приманки для жалости ради фотосессии.

— Но ты будешь об этом думать?

— И очень активно, — отрезала я.

Люси усмехнулась. У нее была такая улыбка, которая заставляла людей замирать и которая каким-то образом всегда оказывалась заразительной. — Поможешь мне встать? — Спросила она.

Люси была… особенной. С такой внешностью, что любая обычная девчонка вроде меня могла бы лопнуть от зависти, но стоило провести с ней хоть минуту, слушая восторженную болтовню о милых собачках из ленты новостей, как любая неприязнь таяла. Мы дружили с самого моего появления в приюте, распределив роли так же естественно, как дышали: она – добрая душа, подсовывающая конфеты малышам и изображающая огорчение, когда те проказничали, а я – прагматичная и жесткая стерва.

Упершись в край скамьи из кожзама, я подала Люси руку, чтобы та поднялась. Затем дотянулась до багажной полки и по очереди достала ее костыли.

Пока мы собирались, остальные дети уже успели высыпать из автобуса и сбиться в кучу под навесом перед входом в музей.

Как обычно, шел дождь – потому что ожидать хотя бы один день с синим небом и солнцем было бы слишком дерзко. Воздух казался густым от удушливой влажности, а из-за низких облаков смога было трудно разглядеть что-то дальше соседних зданий.

Волосы тут же прилипли к голове, а одежда пропиталась влагой и стала неприятной на ощупь за считаные секунды.

— Ох, черт, — выдохнула я, когда в нос ударила вонь Нового Монреаля. Смесь жженой резины, мочи и едкого аромата керосина-зеро, веющего от нашего транспорта.

— Казалось бы, на такой высоте должно пахнуть получше, а? — Задумчиво произнесла Люси. Она отошла в сторону, и ее костыли застучали по стальному покрытию площадки.

— Не стой так близко к краю, — бросила я, ковыляя следом. Высота и впрямь внушала трепет. Двенадцать этажей вниз, до грязных улиц, где копошились только бродяги да грузовые платформы. К конструкции под музеем крепилось еще несколько посадочных площадок, но они едва ли заслуживали внимания. Между башнями тянулись мосты, на некоторых даже зеленели сады – напоминание о том, что этот район должен считаться престижным.

— Я живу на грани, — проговорила Люси низким, хриплым голосом, который, как мне показалось, почти прозвучал круто. Но секунду спустя она все испортила, хихикнув.

— Смотри не порежься о свою крутизну, — отозвалась я. — Идем, нам полагается присматривать за мелкими.

Провести день, следя за дюжиной детей с дисциплиной как у сорняков (что неудивительно для сирот, воспитанных дешевыми андроидами, а не людьми), – не предел моих мечтаний. Но Люси настаивала, что хочет увидеть новый музей, о котором последние недели трубили во всех соцсетях. А когда Люси смотрела на меня взглядом побитого щенка, я рано или поздно сдавалась.

Мое внимание отвлек другой автобус, из которого начала выгружаться вторая группа детей. Я их не знала, но все они были белыми, а их воспитателями были настоящие люди. Наверное, из какого-нибудь приюта побогаче, живущего на пожертвования очередного Самурая. Или просто класс из местной школы. Неважно.

— Так, Котята, — сказала я, останавливаясь у края навеса рядом с Бичботом – роботом-нянькой, которую приют купил по дешевке несколько лет назад.

Десять пар глаз уставились на меня. Я окинула взглядом эту маленькую толпу.

Эту группу называли Котятами. Какой-то сердобольный бумагомарака решил, что детям будет проще запомнить милое прозвище, чем официальное обозначение «Сиротский коллектив K1-T3N».

Прижилось.

Дрон-няня замахала манипулятором, пытаясь призвать детей к порядку. Выходило не очень. — Сегодня, по милости корпорации «Нимблтайнмент», вам выпала честь стать одними из первых посетителей Музея человеческой стойкости «Розовый шиповник». Это велик…

Я вздохнула и встала перед ботом. Перекричать его было несложно. — Так. Мы здесь ради гребаной пиар-фотосессии. Вы знаете правила. Выглядите милыми, послушными и инвалидными, и тогда шишки за столами подкинут нам игрушек получше. Ведите себя прилично, ничего не трогайте и улыбайтесь каждый раз, когда видите камеру-дрон.

Дети дергались от нетерпения, и я не была уверена, насколько моя мотивирующая речь достигла цели.

— Разбиваемся по парам, ясно? — Спросила я.

— Отвали, — бросила Тайни, одна из тех, кто постарше. Она не горела желанием проводить время с кем-либо, и я вообще не понимала, зачем она поехала.

— Ладно. Джуниор, ты со Спарком. Следи, чтобы он не лизал розетки.

Она нахмурилась, я ответила ей тяжелым взглядом, пока девчонка не скрестила руки на груди и не отвернулась.

— Это было всего один раз! — Вставил Спарк.

Я проигнорировала его и осмотрела остальных. Все мы были в серой форме, которую выдавали в приюте, хотя каждый, кроме Тима, умудрился ее персонализировать. Куртки, шарфы, искусно прорванные дырки на футболках и штанах – и некоторые дырки, прорванные совсем не искусно.

Большинство детей натянули на носы матерчатые маски, хотя какая от них польза с нацепленными поверх значками – бог весть. Наверное, мы походили на банду уличных крыс. Фотографии потом придется долго ретушировать.

— Тим, ты с Баргеном. Немо, иди с Ноузом. Близнецы – вместе. Дэниел… — я посмотрела на мальчика в инвалидном кресле, который вздернул бровь в ответ. Он был на пару недель старше меня, так что командовать им было немного странно. — Ты уже достаточно взрослый. Сам знаешь, что делать.

— Плавали, знаем, — подтвердил он.

Я щелкнула пальцами, привлекая внимание. — Значит так. Я буду с Люси. Если что-то случится – ищите нас. В драки с другими группами не вступать.

Дети были мокрыми и возбужденными. Кто-то пронес в автобус несколько банок ванильного «Банного сока» (теперь с настоящим сахаром!), и его пустили по кругу. Некоторых буквально трясло от избытка энергии.

Бичботу потребовалось время, чтобы осознать: работа сделана за него. — Пожалуйста, постройтесь в колонну по одному согласно возрасту, — проскрежетал его жестяной голос. — Мы входим в музей. Ведите себя достойно, сегодня вы представляете корпорацию «Счастливая семья»!

Дети потянулись к дверям, и я с тяжелым вздохом проводила их взглядом.

— У тебя талант к поэзии, Кэт, — заметила Люси.

Бичбот развернулся ко мне на плохо смазанных гусеницах, единственная камера на его угловатой морде задергалась, сканируя мое лицо. — Сирота 0501 Катрин, на вас нет средств защиты дыхания.

Я проворчала что-то невнятное и, развернувшись, выудила маску из кармана. Люси успела нацепить свою задолго до того, как нянька заметила непорядок. Плохо вышитая рожица – логотип «Счастливой семьи» – на маске словно издевалась надо мной. К тому же серый цвет ужасно смотрелся на фоне темной кожи Люси.

— Извините, уже надеваю, — буркнула я.

— Ваше послушание принято к сведению. Серьезных нарушений в личное дело внесено не будет, — сообщил Бичбот. Как только он отвернулся, я показала ему средний палец.

Потом я принялась возиться с маской – надевать ее всегда было мучением. Она не была рассчитана на тех, у кого всего одна рука.

— Давай помогу, — сказала Люси.

Как только маска оказалась на месте, я улыбнулась. Рта не было видно, но Люси всегда понимала. — Спасибо.

— Без проблем! Кстати, мы выдвигаемся.

Котят заводили внутрь и направляли к стойке охраны. Только Дэниел притормозил, с сомнением разглядывая небольшой порожек перед дверью. Я видела, какие трюки он вытворяет на своем кресле, и не сомневалась, что он в итоге заберется сам. И все же…

— Помочь? — Спросила я, подходя сзади. Мальчишка был тощим как щепка, с копной кудрявых волос и глазами, которые светились синим из-за дешевых сторонних аугментаций.

Он убрал руки с колес. — Ты же знаешь, я обожаю, когда меня катают красотки, — выдал он.

— Могу докатать до края крыши, — предложила я.

Дэниел фыркнул. — Я сказал «красотка», так что я имел в виду Люси. Привет, Люси, не видел тебя во время поездки.

— Не будь занудой, Дэн, — отозвалась Люси. — Мы должны подавать пример детям. — Я покачала головой и ухватилась за ручки кресла. Пришлось поднапрячься, но с помощью Люси мы затащили его за порог.

Дэниел рассмеялся:

— Ну конечно. Вы же знаете, я постоянно работаю над собой. Без пяти минут святой.

— Ага, конечно, — хмыкнула Люси.

Стоило мне переступить порог музея, как в глазах на мгновение потемнело, а затем перед взором всплыло уведомление.

Добро пожаловать в Музей человеческой стойкости «Розовый шиповник»!

Пожалуйста, предоставьте нам доступ к вашему ауг-снаряжению, чтобы в полной мере насладиться нашими экспонатами!

Принять?

— Черт, — выругалась я, пытаясь морганием сбросить экран. Поначалу ничего не выходило, пока я не сфокусировалась на кнопке согласия и не моргнула на нее. — Ненавижу эту дрянь, — я на секунду отпустила кресло Дэниела и потерла щеку там, где под кожей чувствовались тончайшие провода глазного модуля.

— Надеюсь, ты не согласилась, — сказал Дэниел. — В таких местах софт – полное дерьмо. Скоро тебя завалят всплывающими окнами.

— А как отказаться? — Спросила Люси.

— Подожди десять секунд, появится кнопка отказа, — посоветовал Дэниел.

— О, вижу! Спасибо.

Я прокляла свою удачу и снова взялась за кресло, как раз когда в углах моего зрения начал распускаться ворох рекламных окон.

…

ГОЛОСУЙТЕ ЗА ОЛИВЕТ 2057 на пост президента Независимых Штатов!

…

Используй промокод VORTVORT чтобы получить 0.5% скидку на свою следующую покупку в DRIFTONICS!

…

Нужна помощь? Попробуйте новый Grasp X45 от Lifeshadows уже сегодня!

…

ЗАЦЕНИТЕ «Крик» от BANSHEHIVE! Всего за 105 кредитов!*

…

— Да вы издеваетесь, — прошипела я, моргая на крошечные крестики, чтобы закрыть окна. Некоторые из них, несмотря на закрытие, пытались развернуть браузер прямо передо мной. Пришлось в спешке их вырубать. Крошечные вентиляторы на процессоре моего модуля зажужжали, щекоча затылок.

Дэниел рассмеялся:

— Просто потерпи немного. Может, закрой этот глаз и смотри другим?

Я свирепо на него посмотрела.

— Ой, точно. Э-э. Ладно. Как зайдем, я могу подключиться к твоей системе и прогнать антивирус. Совершенно бесплатно.

Я взвесила предложение. Дэниел и раньше выкидывал фокусы. За историю с камерами в туалетах его знатно поколотили, но это было сто лет назад. В остальном он был вполне нормальным парнем.

Танцующие изображения голых женщин в углу моего зрения помогли мне принять решение. — И что тебе с этого?

— Проведу время с двумя симпатичными дамами подальше от Котят? — Предложил Дэниел.

— …Справедливо.

Сами Котята вовсю охали и ахали в вестибюле. Зал был довольно простым: просторным, в стерильно-белых и хромированных тонах, а по сторонам парили голограммы самых популярных Самураев Нового Монреаля.

Я узнала Трёх Ударов, Тайни и Кленокрыла, когда их образы промелькнули мимо, но остальные – особенно давно мертвые или из низших лиг – были мне совершенно незнакомы.

Самураи меня не особо интересовали. Если и существовала иерархия важных людей, то они стояли лишь на ступень ниже гендиректоров и президентов крупнейших мегакорпораций. А тот факт, что половина этих шишек сами были Самураями, окончательно стирал грань.

Я не верила в сказочки о «сверхлюдях», которые некоторые из них продвигали, а их манера строить из себя героев, живя в пентхаусах, просто бесила. Зато Люси была от них без ума, так что я нахваталась имен просто за компанию.

— Дети, — голос Бичбота вырвал меня из раздумий. — Пожалуйста, постройтесь в очередь и предъявите свои идентификационные жетоны на входе.

Дети сбились в некое подобие очереди перед турникетом, где андроид улыбался им, проверял удостоверения и защелкивал браслет на правом запястье, неизменно повторяя:

— Желаем хорошего дня в музее «Розовый шиповник», любезно предоставленном корпорацией «Нимблтайнмент»!

С каждым повторением лозунга очередной Котёнок проходил через ворота в следующий зал.

Я подкатила Дэниела к турникету перед собой. После того как он протянул жетон, который просканировали светящиеся глаза андроида, его пропустили с новеньким блестящим браслетом. Настала моя очередь.

— Вот, — сказала я, выудив жетон из кошелька и положив его на стойку.

Андроид взял его, просканировал и вернул с вежливой улыбкой. — Благодарю вас, Катрин Леблан. Пожалуйста, протяните правую руку для получения контрольного браслета.

— Не могу, — ответила я.

Андроид на мгновение замер. — Пожалуйста, протяните правую руку для получения контрольного браслета.

Вздохнув, я подняла пятнадцатисантиметровый обрубок, оставшийся от моей правой руки. Ожоги и уродливые шрамы не были видны под завязанным узлом рукавом, но я-то знала, что они там. — Можешь надеть на это?

Андроид завис, уставившись на отсутствующую конечность. — Пожалуйста, протяните правую руку для получения контрольного браслета.

— А левую можно? — Спросила я. Я понимала, к чему всё идет, и надеялась, что примитивный ИИ андроида сможет обойти проблему.

— Пожалуйста, протяните правую руку для получения контрольного браслета.

Я подавила желание сострить. — Проверь мое удостоверение. Посмотри в подраздел об инвалидности.

— Проверяю, — отозвался андроид. — Предъявив свой идентификационный жетон, вы дали согласие на предоставление корпорации «Нимблтайнмент» копии вашей личной информации в вечное пользование. У вас… две основные формы инвалидности. Отсутствие правого глаза с повреждением нервов средней и тяжелой степени. Отсутствие правой руки с повреждением нервов, связанным с ожогами средней и тяжелой степени.

— И как мне надеть браслет на правую руку, если у меня нет правой руки? — Спросила я.

Люси похлопала меня по спине, напоминая о необходимости держать себя в руках.

— Я свяжусь со службой поддержки. Минутку. Вы – наш ценный клиент!

— Ох, да чтоб тебя.

Из динамиков андроида зазвучала древняя попса середины двадцатых годов. Я отошла в сторону. Единственным моим желанием в тот момент было биться головой о стену в такт видениям о продажной музыке давно умершего артиста.

День начался просто феерично.

***