Глава 4 — Глава 4 (доп.)

*Ликбез по магии этого мира с многоуважаемым Эриком Стивенсоном*

Воскресенье, полдень. Красный очаг камина согревал уютную комнату деревянного домика. Свет солнца из окон освещал грифельную доску, кафедру, парты, полки, заставленные книгами с торчащими пергаментами, инструменты, колбы, бутылки и карту на стене с воткнутыми флажками и красными отметинами, оставленными маркером. В дальнем углу за столом сидели двое в грязных мантиях: один нарезал овощи в кастрюльку, а другой писал в свою тетрадь, помакивая ручку в чернильницу.

Дверь открылась, впуская холодный воздух, и в дом зашли четверо: Ян и Адик с сумками и двое скелетов в мешках, каждый с густой охапкой дров.

— Мы закончили.

— Тогда бросайте всё сюда и садитесь, — ответил Эрик.

Оба сели за парты, доставая из сумок письменные принадлежности.

— Что вы проходили последнее в институте?

— В смысле, что вообще? — уточнил Адик. — Прошло всего полтора месяца, как мы поступили.

— Из важного: по естествознанию — законы Ньютона, основы электростатики, баллистики, неорганической химии, из прикладной магии — методы преобразования и переноса энергии, — начал перечислять Ян. — Ещё нам вскользь объясняли дифференциалы и методы численных расчётов.

— Нас водили на стройучасток и показывали, что и куда сувать, — добавил Адик.

— Понятно.

Эрик начал стирать с доски.

— Значит, за сегодня пройдём всё основное, что требуется магу.

— Вот так сразу? — удивились оба.

— Теоретическая основа необходима для понимания принципа работы магии, что, в свою очередь, жизненно необходимо некроманту. Если обычному магу, как вам, строителям, для работы хватит и практических знаний, то некроманту очень часто взять эти знания попросту неоткуда. Печать и распространение знаний о некромантии в наше непросвещенное время запрещены, поэтому хороший некромант должен уметь полагаться только на себя.

Стряхнув последние разводы с доски, Эрик начал писать.

— Для начала — что такое магия?

— Магия — это дары богов, помогающие в быту и в бою, — ответил Адик.

— Магия, наверное, это природное явление, позволяющее за определенный ресурс с помощью глифов получить необходимый результат, — подумав, сказал Ян. — Раньше наши предки умели ей управлять, а сейчас мы лишь можем использовать их сохранившиеся наработки.

— Вы оба правы лишь отчасти. Магия — это не сила и не энергия извне, магия — это поток. Как в течении реки или горении костра, магия это не то, что горит и движется, но и не то, что движет или воспламеняет. Магия — это и есть суть течение и горение. Люди смогли обуздать поток магии, используя глифы, смогли достучаться до богов, одалживая их силу, и научились создавать магические процессы сами. Итак, какие же явления мы можем контролировать магией? Два я уже назвал.

— Помимо магий огня и воды, есть магии земли, ветра, силы сжатия, движения и качения, ещё магии света, тепла из всякой химии, духов, жизни и чисел.

— Есть ещё электромагнитная магия, — добавил Ян, поправив очки, — но она полезна только в бою.

— Очень хорошо, — сказал Эрик, записывая за ними на доске. — И как можно поднять магией, например, книгу?

— Можно. Господу помолимся, — нашелся Адик.

— Как самый простой способ, если найти расположение у богов. Что ещё?

— Нужно найти источник магии… то есть, энергии, — начал рассуждать Ян. — Например, этот камин. Провести тепло в преобразователь, рассчитать питание, потери, и в итоге направить нужную силу движения на объект, то есть, в этом случае, книгу, равномерно распределив давление по площади обложки снизу.

Эрик остро ухмыльнулся своей блестящей улыбкой.

— Это инженерный подход. Но что ты будешь делать, как настоящий маг? Например, перед лицом опасности. Как ты остановишь пулю из направленного на тебя ружья? Как ты задержишь сель в походе через горы?

— Я не могу представить, — честно ответил Ян.

— А что, если просто быть готовым ко всему заранее?

Он поднял руку, подтянув звякнувшую цепочку между пальцев. Момент — и книжка с кафедры к удивлению студентов поднялась вверх и остановилась в воздухе. Дёргая пальцами, Эрик заставил книгу открыться и начать переворачивать страницы.

— Магические инструменты — лучшие друзья боевого мага. Заготовки, изрисованные вашими глифами, артефакты, купленные или найденные вами, можете даже руку разрисовать — в хозяйстве всё пригодится.

— Хочу возразить, — прервал Адик. — Разве способна такая маленькая железка на что-то большее, чем красивые фокусы? Вы говорили про сель и про пулю, сможет ли она их остановить?

— Хороший вопрос. Эта может, — ответил он, продемонстрировав цепочку на весу. Хоть она и была тонкой и маленькой, не больше двадцати сантиметров, она всё ещё казалась дорогой. На блестящем серебре были выгравированы едва заметные глифы. — Всё зависит больше от приложенной силы, чем от её переносчика. Конкретно эта цепь устроена, как система рычагов, способная на короткой дистанции манипулировать предметами в воздухе. Конечно, чем больше предмет, тем больше энергии нужно потратить на управление им. Но это всего лишь значит, что мне нужно больше энергии.

Он поставил на кафедру колбу с землёй внутри. Студенты узнали её — это аккумулятор, используемый в скелетах.

— Примитивный, но надёжный. Энергии он хранит сравнительно мало, но для некроманта незаменим. Энергия земли приводит в движение скелетов с наилучшим КПД. Кстати об этом, всегда держите в уме, какую энергию для чего вы используете. Как правило, чем логичнее совместимость, тем эффективнее перенос. Горением не привести реку в движение, но вскипятить воду — пожалуйста.

Он спрятал приборы и начал снова рисовать на доске.

— Вернёмся к физике. Любую систему переноса энергии из затраченного в полезное можно представить, как наполнение водоёма. Есть источник воды — это рука, которая поднимает книгу, или земля, питающая скелетов. Есть пруд, который нужно наполнить водой, как эта кафедра. Есть труба, ведущая от источника к водоему. Грубо говоря, труба и есть магия. Потери, неизбежные при магических процессах, можно представить, как дырки в трубе.

— Да, мы это проходили, — подметил Ян.

— Разве? — возмутился Адик.

— Императорский бассейн, так у нас называлась эта задачка.

— Хмм, хоть на что-то эта шаражка годится, — пробубнил про себя Эрик и продолжил лекцию, расхаживая, — Чем длиннее и хуже труба, тем, естественно, больше дырок. Чем шире труба, то есть чем мощнее перенос, тем быстрее наполнится водоём. Само по себе для мага это ни плохо, ни хорошо. В конце концов, не всегда от быстроты зависит результат.

Эрик лёгким движением вскинул руку, и вслед за ней медленно потянулась вся кафедра.

— Однако, в настоящем бою часто идёт счёт на секунды. Бах — и ты убит.

Кафедра с громко рухнула на пол. Позади послышался вскрик, а затем возмущённый женский голос:

— Герр Стивенсон, знаю, вам плевать на других, но пожалуйста, не портьте инвентарь!

— Замолчи, женщина.

— Хорошо, но в следующий раз чинить за собой придётся вам.

Сзади всё это время стоял второй человек, до сих пор молча занимавшийся домашними делами. Эрик проворчал про себя, передразнивая её, затем остановился.

— Ну вот, с мысли сбила, довольна?

— Учитель, кто это?

— Фройляйн Люсия. Моя новая ассистентка, волонтёр. Как и все из нас, она делит тяжёлое бремя некроманта.

— Волонтёр… Доброволец, да? Значит, вы её в тот раз убили? — подметил Адик.

Люсия, услышав, как её обсуждают, скромно откинула капюшон и обернулась, встретившись взглядом с Адиком. Седые волосы и сухая кожа делали её немного похожей на живой труп, но рубиновые глаза горели живым огнём.

— Это был ритуал, через который проходит большинство некромантов, — спокойным, молодым голосом ответила она. — Что-то вместо церемонии посвящения. Боже, Герр Стивенсон, почему мне приходится это пояснять? Неужели вы до сих пор держали детей в неведении?

— Я как раз подходил к этой части.

Люсия подошла к доске.

— Отдайте мел.

— Не срывай мой урок!

После короткой драки Люсия начала чертить по доске.

— Ритуал производится на специальном алтаре, и призван изменить тело человека через смерть, превратив его в лича. Отключить мозг от питания сердцем и перезапустить его, подключив к энергии извне — всё это трудная и тонкая работа, требующая особого внимания к мельчайшим деталям. Однако результат стоит того: тело лича лучше приспособлено к магии, а также может прожить намного дольше.

— Что значит «лучше приспособлено»?

Вместо ответа Люсия оттянула рукав, оголив высушенную руку, похожую на руку ведьмы. Секунда — и в руке загорелся жёлтый огонь.

— Окстись, женщина! — испугался Эрик. — Ты дом подпалишь!

— Тело лича способно аккумулировать энергию так, как тело человека хранит жизненную энергию из пищи. — Люсия не отвлекалась от пламени. — То, что у меня в руке — химическая реакция с выделением тепла и света, потребляющая эту энергию. Строго говоря, это даже не огонь.

Она сжала руку, и свечение погасло.

— Герр Стивенсон, отчего вы так взволновались? Не вам ли лучше всего знать все подробности происходящих внутри лича процессов?

— От тебя можно ждать чего угодно, — отвернулся он.

Люсия вернулась к своему рисунку.

— Большая часть действий и приспособлений в ритуале нацелено на то, чтобы через магию запитать энергией отключенные друг от друга тело и мозг. Например, эта башня — один огромный проводник энергии земли, ответственной за большинство процессов в моём теле. Удар молнии в громоотвод наполняет электромагнитной энергией, нужной для работы мозга и нервной системы. Всё остальное даруется Покровителем. Герр Гессен, вы наверняка видели, как Герр Стивенсон плясал вокруг меня безумные танцы. Таким образом он просил у нашего Покровителя всю необходимую для работы моего тела энергию.

Услышав, как к Адику обратилась Люсия, тот смутился, а Ян, поймав его взгляд, издевательски усмехнулся.

— Значит, нам тоже придётся стать личами? — пытаясь разрядить обстановку, отвлёкся Адик.

— Никто вас не заставляет, — ответил Эрик.

— В конце концов, если бы я знала, что превращусь в сухофрукт, сама бы отказалась, — пряча лицо за воротником, сказала Люсия. — К тому же, личу всё ещё приходится искать пропитание. Большую часть потребностей можно удовлетворить простой пищей и хождением по земле, но в конце концов, приходится искать милости Покровителя.

— Это одна из причин, почему я остался человеком, — добавил Эрик. — В наше непросвещённое время личей убивают на месте, и мне, как старшему и как исполнителю воли Покровителя, следует оставаться похожим на человека, чтобы держать контакт с обществом.

— Что вообще за «Покровитель»? — недоумевая, спросил Ян.

— Наш бог, покровитель нежити. Он даёт нам силу, а мы исполняем его волю. Одна из них, очевидно — расширить круг последователей. Как и все боги, он принимает подношения. Покровитель нужен нам, как источник энергии и знаний, а мы нужны ему, как последователи для жизни.

— А что конкретно вы ему подносите?

— Энергию, само собой.

— Что? Но это не имеет смысла. Вы отдаёте ему энергию, чтобы он давал её же взамен?

— Ну мы не можем, например, получить энергию жизни просто так. Для этого нужна жертва. Мы же не убийцы и не живодёры.

— Нда уж, — засомневался Ян в словах некроманта. — С чего вы уверены, что ваш бог не занимается непотребствами ради наживы?

— Всё же он бог. Пути господни неисповедимы.

«То есть ты честно признался, что всё на его совести, и смело закрываешь на это глаза», — подумал Ян, но не стал спорить.

— И много у него паствы? — поинтересовался Адик. — Я видел только вас двоих и деревенского колдуна.

— В моравской секте ещё трое, помимо нас с Люси, но их имена раскрывать я не могу ни перед кем. Могу лишь сказать, что двое из графов и ещё один из соседнего герцогства.

— Ничего себе! И все дворяне? — воскликнул Ян, — Кто вы такие? Кем был тот колдун?

— Никем из перечисленных. Я не видел его больше десяти лет и не уверен, что он жив.

— После закона об отмене дворянских привилегий все дворяне ищут влияния в подполье, — вздохнула Люси. — Хоть этого никто не хочет признавать, но вся организованная преступность сейчас связана с дворянами: бандиты, разбойники, пираты, контрабандисты, незаконные магические секты всех сортов и окрасов, включая нашу. Это большая головная боль, но без дворян нас с Герром Стивенсоном было бы всего двое. Они будут выполнять свои обязательства перед Покровителем до тех пор, пока мы будем им полезны, но никто и не ожидает, что ситуация с дворянами надолго останется в таком положении. Так что вы, дети, наша большая надежда.

— Ну, эти слова имеют смысл, — сказал Ян, о чём-то задумавшись.

Взгляд Яна упал на Адика. Лицо его обомлело, глаза растерянно бегали, а руки непроизвольно скребли деревянную парту.

— И-и как давно? — промолвил Адик свозь зубы.

— Что как давно?

— Ну, это… С дворянами.

Все молчали, не понимая суть вопроса.

— Ты про закон? — осторожно спросил Ян.

— Да.

— Лет так десять.

Глаза Адика полезли на лоб.

— Десять… Кому же…

— Ты же сам дворянин, почему ты об этом не в курсе? — озадаченно спросил Эрик.

— Герр Гессен, в какой же, простите, жопе вы жили, что не знали об отзыве привилегий, будучи дворянином? — не удержалась Люсия.

— Технически, он не дворянин, хотя и сын маркиза, — пояснил Ян, понимая, что от Адика объяснений сейчас не дождешься. — Он всю жизнь прожил в деревне на границе с Мазовией.

— И кому же… кому мы платили барский оброк?

Все снова замолкли, хотя каждый в комнате понимал, что вопрос риторический. Первый заливным смехом расхохотался Ян.