Глава 20 — «Прошлой ночью вы были с Императором?»
Глава
20. «Прошлой ночью вы были с Императором?»
Отсутствие каких-либо трудностей в жизни означало,
что жизнь стала непостижимо скучной и сухой. Однако, иногда Люцио наделся, что
когда-нибудь ему не придётся испытывать трудности. Для него подобное было роскошью.
Люцио проснулся на рассвете. Точнее, как раз перед его
наступлением, в момент, когда небо постепенно начало менять свой цвет от
чёрного к синему. Мужчина интуитивно ощутил, что находится не в своей комнате,
и лишь по мягкому аромату цветов, который витал в воздухе, понял, что находится
в постели Королевы.
– Ха-а-а… – вздохнул Люцио. Он никогда не делал
этого ни перед кем, кроме Розамунд. Мужчина поднял руку и сжал пульсирующий
лоб.
«Похоже,
я простудился. Должно быть, это из-за дождя прошлой ночью…»
Дождь по-прежнему шёл всё такими же размеренными
каплями, стучавшими в стекло. Люцио подумал о том, что ему следует покинуть эту
комнату и вернуться к себе во дворец, однако ему не хотелось шевелить своими
потяжелевшими конечностями.
«Кстати,
Королевы нигде не видно. Разве я сейчас лежу не в её кровати?» –
Люцио медленно нахмурился, когда всё вспомнил. «Не могу поверить в то, что
произошло. Я повёл себя перед ней словно пьяный дурак.»
Когда он решил, что больше не может оставаться здесь,
Люцио поднял своё тяжёлое тело и встал с кровати.
Открыв дверь, он увидел Мирэй, фрейлину Королевы,
которая удивлённо повернулась к нему. Девушка откашлялась и быстро поклонилась:
– Приветствую Императора. Слава Солнцу Империи.
– … это Королева привела меня сюда? – спросил Люцио.
– Да, Ваше Величество.
– Я причинил ей неудобства.
Мирэй поколебалась, прежде чем осторожно сказать:
– Ваше Величество, возможно, я не имею права, чтобы
говорить это…
– …
– Я знаю, что леди Фелпс – особенный для вас
человек, Ваше Величество.
– … И откуда ты это знаешь?
И то, и другое было неприкасаемым местом. Никто не
мог прикасаться к нему. Никто, кроме Розамунд, которой Люцио позволил делать
это. Поэтому Мирэй, пожалуй, рисковала своей жизнью, начав разговор об этом.
– Прошу прощения. Моя покойная мать, штатная
фрейлина, сказала мне это…
– …
– Пожалуйста, не изливайте на неё всю свою любовь,
хоть я и не могу ничего требовать от вас, – продолжила Мирэй. – Но… не могли бы
вы быть немного помягче с Её Величеством?
– … Как смело с твоей стороны, – криво усмехнулся
Люцио. – В нашу первую брачную ночь я говорил ей, чтобы она не ждала от меня
любви и получил от неё обещание не прикасаться к леди Фелпс. Но ты и правда
думаешь, что моё нынешнее «Я» должно заботиться о Королеве?
– … – Мирэй не могла ничего ответить.
На лице Люцио появилось печальное выражение, а затем
он закончил свою речь:
– Я уже зашёл слишком далеко, чтобы сделать это. Я
понимаю, что ты прислушиваешься к словам своей матери, однако я не могу бросить
леди Фелпс. Это как выбросить часть себя.
– … – Мирэй молчала.
Из-за своего положения, она была одной из немногих, знающих
о внутренних делах Императора. Она прекрасно понимала, что не имеет права
высказываться, и то, что Император не разозлился на неё из-за этого, было чем-то
невероятным. Мирэй закусила губу, а Люцио вновь заговорил, не силах скрывать
смешанные чувства:
– Пожалуйста, скажи Королеве, что вчера вечером я
был груб. Я не хотел причинить ей неприятности.
– Да, Ваше Величество.
Люцио развернулся и зашагал по коридорам дворца
Королевы. К тому времени, когда он вышел на улицу, ливень перешёл в лёгкую
морось, и мужчина прошагал всю дорогу до Центрального дворца, даже не подумав
воспользоваться зонтиком.
***
Проснувшись, Патриция всё ещё чувствовала усталость.
Её зловещее предчувствие стало реальностью.
«Я
простудилась. Ха… Должно быть, я наказана за то, что сделала что-то хорошее,» –
Патриция застонала от боли, поднимаясь с кровати с помощью своих ослабевших
мышц.
– Вы тоже заболели, Ваше Величество.
– Ах, Мирэй, Его Величество тоже болен? – услышав
вопрос Патриции, лицо Мирэй стало серьёзным, и девушка с любопытством
посмотрела на неё. – В чём дело?
– Ах… Просто Его Величество кашлял, когда проснулся
на рассвете, а затем сразу же вернулся в Центральный дворец.
– О… – Патриция понимающе кивнула.
«Если
у человека есть хоть какие-то манеры, то после сна в чужой постели, он
постарается уйти как можно скорее.»
Мирэй пересказала Патриции то, что ранее сказал ей
Люцио.
– Его Величество чувствовал себя неловко, потому что
считал, что причинил вам неприятности. Он сказал, что вчера вечером был груб…
– Рада это слышать.
– … – Мирэй больше ничего не сказала.
«Да,
возможно уже слишком поздно развивать чувства, как и говорила Миледи. Миледи не
может понять Императора с его уровня, а Император не пытается объяснить ей свою
ситуацию с Розамунд. Миледи излишне упряма в этом вопросе, но с её точки зрения
это вполне логично.» – в этой ситуации Мирэй не хотела
делать предложений. «Несмотря ни на что, моей хозяйкой всегда будет Миледи.»
Мирэй выбросила из головы разговор с Люцио и
вернулась к своим изначальным обязанностям.
– Ах, сегодня утром вы должны встретиться с послами.
Они сказали, что сразу после завтрака покинут Империю. Вам лучше приготовиться.
– Спасибо, Мирэй.
– Вы плохо себя чувствуете? Может стоит позвать
дворцового врача? – с беспокойством спросила Мирэй.
– Я в порядке. Не думаю, что всё настолько плохо, –
сказала Патриция, приглаживая свои длинные волосы. – Думаю, нам следует начать
с завтрака.
***
Розамунд проснулась одна, вскоре расстроившись,
когда ей принесли новость.
– Его Величество вчера вечером был во дворце
Королевы?
«Это
невозможно. Люцио даже не смог остаться с Королевой в их первую брачную ночь.
Как он мог?..» – Розамунд начало трясти от чувства предательства,
а Глара изо всех сила старалась успокоить её:
– Я не знаю всех подробностей, однако Император
отправился во дворец Королевы во время сильного дождя. Шёл настолько сильный
дождь, что ему пришлось остаться нано…
– И что?! Эти двое встречались друг с другом в столь
поздний час, не так ли?!
Глара колебалась, прежде чем ответить:
– … Да.
– Ха! – с безумными глазами закричала Розамунд.
«Как
Люцио мог так поступить со мной? Я думала, что он отправился во дворец
Королевы, чтобы расспросить Патрицию о ране на моей щеке, но в итоге он остался
там на ночь?!»
Розамунд, дрожащими кулаками, сжала белую простыню,
отбросила одеяло и поднялась с постели. Глара смущённо смотрела, как Розамунд
быстро накидывает на себя шаль.
– М-миледи, вы же не хотите сказать, что… Вы
собираетесь встретиться с Королевой?
– А почему бы и нет?
– Миледи! – воскликнула Глара.
«Я
мало что знаю, но это точно последнее, что Розамунд должна делать. Сейчас не
время для конфликтов с Королевой, особенно после того, как вчерашнее событие
сделало Миледи уязвимой. Если она сейчас приблизиться к Королеве, это может
вызвать серьезные последствия. Я должна как-то остановить Миледи.»
– Миледи, прошло меньше суток с того случая, –
поспешно заговорила Глара. – Идти во дворец Королевы – слишком безрассудно.
Строго говоря, вина за прошлую ночь не совсем на Её Величестве…
Розамунд, не обращая на неё внимания, накинув на плечи
шаль, выскочила из комнаты, а Глара испуганным взглядом смотрела ей в след. Её
хозяйка была энергична с самого утра, и девушка просто надеялась, что ничего
плохого не случиться.
***
Патриция была ошеломлена, когда получила известие о
визите Розамунд, как только она закончила краситься к прощальному завтраку.
«Нельзя
не заметить, что фаворитка смелая женщина. Похоже, этот день начнётся плохо, а
ведь уже вчера я столкнулась сразу с двумя самыми плохими людьми во дворце.»
Розамунд позволили войти в комнату, и Патриция, с
той же непоколебимой решительностью, что и вчера, холодно посмотрела на
фаворитку.
Розамунд внимательно посмотрела на Патрицию:
– Вы похоже устали, Ваше Величество, – усмехнулась
она.
– Нисколько. Это лишь когда я вижу тебя, – элегантно
парировала Патриция. – Какова причина твоего визита? Сейчас не самое лучшее
время для подобного, особенно после вчерашнего.
– Попробуйте немного поразмыслить над собой, Ваше
Величество. В чём вы меня обвиняете? – с бесстыдным отрицанием сказала
Розамунд.
Патриция восхитилась грубым поведением женщины и в
тоже время продолжая насмехаться над ней:
– У тебя лёгкая жизнь. Когда ты поступаешь
неправильно, то ты просто прячешься и плачешь.
– Это всё потому, что я пользуюсь благосклонностью
Императора. Даже если бы я была Королевой, которую не любили, мне было бы
невозможно что-либо сделать.
Патриция сдержала возражения. Смена темы разговора
была бы лучшим выбором для её душевного здоровья.
– Так зачем ты пришла сюда? – спросила Патриция.
– Я хочу кое о чём вас спросить, – деликатно сказала
Розамунд.
– Тогда вперёд.
Розамунд холодно посмотрела на Патрицию:
– Прошлой ночью вы были с Императором?
«Что
это значит?»
____________________________________
Перевод с анг.: Delightful_Witch
Редактура: Black_Pearl