Глава 39 — § 39. Любовь искажает и нарушает порядок
Андэрк уставилась холодным взглядом в пустоту и
обратилась к своей сестре, словно та ещё была там.
– Ты спрашиваешь меня об этом теперь? После
стольких лет стояния спинами друг к другу?
Из-под ног богини аборта по земле начали
растягиваться, извиваясь, красные нити, которые, раскинувшись словно паутина,
тотчас образовали магический круг.
– Я – порядок аборта и если ты, моя старшая
сестра, своим порядком взращиваешь дитя, то моя обязанность его абортировать, –
решительно заявила Андэрк богине рождения Вэнзель. – Между нами нет согласия.
На какое-то время она замолчала, не меняя своего
пустого выражения лица.
– Однако, – пробормотала она. – …хоть между нами
никогда не будет согласия, я хотела поладить с тобой и думала, что старшая
сестра поймёт меня даже если я ничего не скажу, а мои слова не будут достигать
тебя…
Уголки её алых губ слегка приподнялись.
– Как ты уже говорила, моя старшая сестра, мы
грызлись друг с другом, деля одну жизнь на двоих. Я абортировала жизни, которые
ты собиралась породить и данный процесс повторялся бесчисленное множество раз,
а ты называешь это: «ссорой между сёстрами»? – Андэрк хихикнула. – …Я думала,
что ты всё поймёшь, несмотря на то, сколько мы ссорились и грызлись друг с
другом…
Её глаза налились кровью, а рот словно разорвало
– улыбка богини аборта начала искажаться в нечто совершенно жуткое.
– До сегодняшнего дня и этого мгновения!
Андэрк хихикнула и воинственно улыбнулась.
Казалось, по ту сторону, её неестественного выражения лица, дико нахлынули и
бурлили ключом эмоции.
– …Силой возложенных… обязанностей? – обдумывая
её слова, сказала Андэрк. – Я даже представить себе не могла, что услышу
подобное от своей старшей сестры. Может у рождения с абортом и разные роли, но
мы обе являемся мировыми порядками. И в этом нет ни добра со злом, ни благородства
с подлостью, а лишь правильные законы мироздания. Такова судьба нашего
божественного бытия.
Она
взглянула в пустоту налитыми кровью глазами так, словно разила её своими разбушевавшимися
чувствами.
– Неужели порядок аборта кажется тебе возложенным
на меня силой? Неужели я кажусь тебе настолько несчастной? Неужели ты даже
вообразить не могла того, что я с гордостью ношу этот порядок и правильный
закон мироздания? Хя, хя-хя-хя, хя-хя-хя-хя! – как безумная рассмеялась Андэрк.
– Моя старшая сестра утверждает, что рождение прекрасно, а аборт отвратителен.
Что она чиста, а я – омерзительна. Что она жалостью и печалью смотрела на меня
свысока.
Раздалось клацанье сложившихся лезвий. Из
нарисованного красными нитями магического круга появились божественные щипцы. Андэрк
подняла змеиные щипцы аборта Эгляхонн.
– Этого ли мы желаем на самом деле, спрашиваешь?
Разумеется, я уже решила, чего желаю. Я – порядок аборта и моя роль – убивать нежеланные
жизни, что нарушают порядок мира. И ты поругала это? Сказала, что тебе жаль
меня и что лишь рождение является правильным порядком?
Её враждебность росла с каждым произнесённым
словом, а глазах зажегся мрачный, неестественно искажённый любовью, свет и что
он из себя представлял мне было очевидно даже без Миши. Вне всяких сомнений –
это была ненависть.
– Я разочарована. Да как смеешь ты грубить мне, шлюха!
Ты продала свою гордость порядка непригодному!
Выпущенная Андэрк магическая сила сотрясла клетку.
Казалось, что в клетке, которая, вроде как, должна была держать её крепко
связанной, вот-вот появится дыра.
– Хм, должен признать, что это был полный провал.
Любовь, что у богов случается крайне редко, похоже,
в ней проросла, а вот доброты ни капли. При таком раскладе пытаться спасти
Эннэсуонэ она явно не будет.
– Свяжи-ка её ещё раз, Везнэла. Поговорим с
Вэнзель.
– …Ладно!..
Несмотря на сильное истощение, бог связывания
выжал всю имеющуюся у него магическую силу и нарисовал цепями магические круги
во всех четырёх углах клетки.
– Вернись, мама!.. «Эгэрц Энгдомэра»!!!
Растянувшиеся с четырёх сторон алые цепи обвились
вокруг конечностей Андэрк и начали сковывать её магическую силу и основу.
– …Гнх… Выпусти меня, дитя… Ты ведь тоже бог, разве
нет? Порядок не должен вставать на сторону непригодного!
– Плевать мне на порядок! Я защищу маму. Верни её!!..
Алые цепи постепенно обвивались вокруг богини
аборта Андэрк.
– Вернуть?.. Вернуть, говоришь?.. Хя, хя-хя-хя,
значит ты тоже утверждаешь, что моя старшая сестра лучше меня?.. Желаешь рождения
больше аборта, будучи порядком? Хя-хя-хя-хя, – неестественно рассмеялась она. –
…Ладно… я поняла…
Её низкий голос был насквозь пропитан отнюдь не
добрыми намерениями.
– Я наконец поняла, что должна абортировать.
Из магического круга из красных нитей,
раскинувшихся у неё под ногами, полились частицы магической силы и клетку
сотрясло ещё сильнее.
– …Мои цепи… способны связать всё что угодно!!.. Я
не боюсь тебя!
– Ну попробуй.
Андэрк провокационно улыбнулась. Сразу после чего
Везнэла нарисовал ещё четыре магических круга, из которых тотчас же вылетели
алые цепи, опутывающие тело богини аборта. Крепко связав её в мгновение ока,
цепи, словно в качестве финального штриха, начали опутывать и её голову. Однако
Андэрк продолжала улыбаться.
– Нежеланный порядок, да пожрут и низвергнут тебя
змеиные клыки.
Через небольшие щели между, связавшими Андэрк,
цепями выползла змея.
– Аборт!
Раздался звон скрещенных лезвий. Змея
превратилась в змеиные щипцы аборта, которые обезглавили Андэрк.
– С фантазией у тебя всё туго.
– Ты так думаешь, дитя?
Прокатившаяся по полу голова повернулась ко мне,
жутко улыбнулась, а затем широко раскрыла рот.
– Пожри её-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё, Эгляхонн!!!
От божественных щипцов растянулась двуглавая змея
и вцепилась клыками в голову и тело Андэрк. Её целью было сожрать основу, находящуюся
в глубинах её божьего лика. С приближением к погибели её магическая сила раз за
разом резко возрастала.
– …А-а-агх… Н…ет!..
Магическая клетка заскрипела, а Везнэла весь
обливался потом.
– …Нет… как же так… Порядок аборта… вдруг
усилился!!..
От одного лишь побочного эффекта усиления, «Эгэрц
Энгдомэра» сорвало, и магическая клетка разорвалась.
– У-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а…
Я догнал, отброшенного давлением ветра, Везнэлу и
схватился за цепи, которые окутывали его тело. Затем я запрыгнул на крышу ближайшего
здания, а в том месте, где мы с ним были только что, образовался огромный магический
круг из красных нитей. Из его центра вырвались бесчисленные нити, которые
образовали невероятно огромную красную двухголовую змею.
– Хя… хя-хя-хя… Сгиньте детки: что ты, нежеланный
порядок, что ты непригодный. Сгиньте все вместе-е-е-е!..
– Хм, лучше этим не увлекайся. С приближением к
погибели твоя магическая сила, конечно, немного возрастёт, но такими темпами
твоя нестабильная основа скоро исчезнет. – сказал я и отправил ей эти слова «Ликсом».
Из основы Андэрк, которая превратилась в
двухголовую змею, вылетели красные нити, которые начали прицепляться к
ростковому божьему граду. Это была способность стимулирующая аборт Эннэсуонэ. Андэрк
превращала подтачивание собственной основы в силу порядка.
– Именно. Я сгину. Таков правильный порядок.
– О как.
– Если сгину я, то сгинет и Вэнзель, а порядок
богини рождения исчезнет. Я не дам родиться Эннэсуонэ и предотвращу рождение
новых нежеланных жизней! Хя-хя-хя! – громко засмеялась она. – …Вот он –
абсолютный аборт!
Даже сейчас она с каждой секундой приближала свою
собственную погибель. И если заглянуть в её бездну магическими глазами, то
можно увидеть, что порядок аборта; сила змеиных щипцов аборта Эгляхонн
направлена не только на Эннэсуонэ, но и на Вэнзель. Погубив себя, условие
уничтожение утробы будет выполнено и богиня рождения, а вместе с ней, по
цепочке, и Эннэсуонэ, подвергнется аборту.
Порядок
выбрал собственное уничтожение и нарушение порядка. Хотя оба этих действия по
сути не должны быть возможны для богов, её искажённая любовь превзошла порядок весьма
скверным образом. Даже если я не уничтожу её и ничего не предприму, она скоро
сгинет, а Эннэсуонэ будет абортирована.
При всём при этом, богиню аборта больше нельзя сковать
цепями Везнэлы.
– В чём дело, дитя? Зашёл в тупик? – насмехаясь,
сказала двухголовая змея. – Ты не сможешь помешать мне. Может магию разрушения,
на которой ты специализируешься, я абортировать и неспособна, но в случае её
использования я буду уничтожена.
Действительно, пустив в ход «Тёмно-пурпурные
Магические Глаза» или «Равия Гиг Гаверизд», я бы смог проигнорировать и пробить
её порядок, но сейчас богиню аборта уничтожать нельзя.
– Грызи ногти и смотри, как я уничтожу Эннэсуонэ!
Двухголовая змея, зловеще сверкнув божественными
глазами, искала Эннэсуонэ в ростковом божьем граде. Опустив Везнэлу на крышу
здания, я шепнул ему: «убегай».
– В-возьми…
Выжав последние остатки магической силы, бог
связывания протянул мне алую цепь. Может быть ей и удастся немного задержать
её, но сковать нынешнюю Андэрк не получится.
– Не беспокойся. Я не собираюсь уничтожать твою
мать.
Взяв цепь, я обмотал её вокруг правой руки.
Везнэла кивнул и сделал как я велел, побежав прочь отсюда. Я же взглянул на
огромную двухголовую змею, что была передо мной, и прыгнул.
– Ищите её-ё-ё, боги-хранители аборта!
Начало раздаваться карканье, и монструозные
чёрные птицы взмыли в небо над Форслонарлистом. В то же самое время сама Андэрк тоже
пришла в движение. Она продвигалась вперёд, разрушая здания божьего града.
– Куда это ты собралась?
– …М-м?..
Она опустила взгляд и в следующий миг я,
приблизившись к ней, подпрыгнул вверх и смачно врезал по змеиным головам.
– …Гаха-а-а-а-а-а-а-а!!!..
Андэрк с грохотом погрузилась в обломки дворца, а
воздух поднялось облако пыли.
– Ситуация сильно осложнилась, но по сути я
должен просто снова вернуть Вэнзель, не уничтожив тебя, верно?
– …Способа сделать это не существует!.. Как ты
собрался предотвратить мою погибель, не имея толком возможности использовать
магию? Это невозможно, невозможно! Нежеланная жизнь, подвергнись аборту! Аборту…
Аборту-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!!!
Шустро восстановив прежнее положение, обе змеиных
головы бросились в мою сторону. Подпрыгнув в воздух, я отбросил одну пинком
вверх, затем, используя отдачу от пинка, направился ко второй и ладонью основательно
вбил её в землю. Гигантская туша Андэрк резво погрузилась в землю. Я приземлился
на змеиную голову, и она улыбнулась.
– Хя-хя-хя… Думаешь разрешить это, просто взяв и
избив меня? Даже если так ты не дашь мне добраться до Эннэсуонэ, то всё равно
уничтожишь меня. Ох, больно, как же мне больно. Через сколько же, интересно,
ударов я буду уничтожена? Может десять? Может двадцать? А что, если до моей
погибели осталось всего разок врезать? Хя-хя-хя, зря стараешься, зрябгх-х-х…!!
Как следует наступив на змеиную голову, я закрыл
её рот.
– Помолчи. Скоро я продемонстрирую тебе, кое-что
занятное.