Глава 1 — Без названия

─ Позволишь взять твою руку?

Я осторожно подала руку женщине, плечи которой покрывал серый плащ.

Едва я коснулась её руки, плащ начал быстро вздыматься, словно от волнения.

─ Бог всё отнимал, но и даровал не меньше, подвергая испытаниям. На этой высохшей земле, где нет и капли воды и непрестанно палит безжалостное солнце, оставалось только сгореть заживо и умереть...

Юна почувствовала, что её просто-напросто одурачили, и попыталась было вырвать руку, но хватка женщины оказалась такой крепкой, что невозможно было даже пошевелиться.

─ Из всех семян, что были брошены в пустыню, лишь одно единственное смогло выжить, проявив невероятную жажду жизни. И теперь стаи бабочек слетятся к нему с безумным влечением… Этот благородный цветок, что расцвёл в пустыне, и есть твоя прошлая жизнь.

Словно сказав всё, что хотела, женщина, наконец, мягко отпустила её руку. Она подняла голову, которую до этого держала склонённой, и глаза её засверкали.

Окинув Юну взглядом с головы до ног, будто рассматривая редкую драгоценность, женщина заявила, что не возьмёт за своё предсказание ни гроша.

─ Благородный цветок, да?

Услышав такие речи, которые абсолютно мне не подходили, меня поначалу пробрал смех. Может, она выбрала именно такие слова, чтобы хоть как-то утешить меня и облегчить несчастную жизнь, которую я влачу?

Я вошла в этот красный шатёр с чувством, словно он – моя последняя надежда, а вышла, вдоволь наслушавшись приевшихся и однотипных россказней о прошлых жизнях.

Хах, неужели цветок может быть таким жалким?

После всей этой чуши я с облегчением подумала лишь о том, что не отдала за неё ни копейки.

В этот день, видимо, все силы зла решили ополчиться на меня. Звонок от той женщины снова вернул меня, едва находящую в себе силы жить, в тот кромешный ад.

[─ Это в последний раз. Просто дай мне 30 миллионов вон.]

[─ Правда не дашь? Я завтра приду к тебе на работу, так что давай встретимся ненадолго.]

Неужели, несмотря на мою способность хладнокровно принимать решения, я не могу разорвать эту связь? Но ведь родителей не выбирают.

[Этот контакт заблокирован.]

Когда я узнала, что она, бросив меня, сошлась с женатым мужчиной, мне казалось, я истеку кровавыми слезами и умру.

Лучше бы я была сиротой… Ведь сам факт моего родства с ней был источником моих страданий. Моя жизнь была настолько кошмарной, что в это было трудно поверить.

Внезапно, как приливная волна, накатили слёзы, полностью застилая взгляд. Одна капля с тихим, но отчётливым «кап» упала на пол, оставив после себя растущее мокрое пятно.

Я так хотела вырваться из этой тошнотворной реальности. Я старалась изо всех сил быть хорошей, делать всё правильно, но результат всегда один ─ вот такая жалкая участь. Похоже, несчастье было предопределено для меня с самого рождения. Когда эмоции взяли надо мной верх, в голове промелькнула импульсивная мысль:

"Может, и мне пуститься во все тяжкие?"

Зачем копить деньги, в которых всё равно нет смысла? Уж лучше спустить всё до последней копейки ─ хоть будет не так обидно. Ведь моя жизнь и так уже разрушена, мне нечего терять.

С этого всё и началось.

Пройдя через оглушительный шум машин, хаотичное переплетение дорог и лес белоснежных небоскрёбов, она оказалась среди шумных и ярких баров. Юна брела без цели, слоняясь туда-сюда по этим улицам. Внезапно её шаги замерли. Она подняла голову и взглянула на здание с огромными буквами «HW». Перед ней высился новый, шикарный отель, от которого ещё пахло свежей отделкой. Решив, что это идеальное место, чтобы поддаться своему импульсивному порыву, она вошла внутрь.

37-й этаж, Бар на крыше.

Именно туда был направлен её изящный указательный палец.

На ней была облегающая блузка, откровенно подчёркивающая линию груди, юбка прямого кроя до колен и чёрные каблуки, ремешки на которых обнимали косточки на подъёме стопы. Её талия была до того тонкой, что, казалось, её можно было обхватить одной рукой.

─ Вас ожидают?

─ Нет, я одна.

─ В таком случае, прошу пройти за мной.

Помещение окутывал мягкий свет роскошных светильников и приглушённые звуки атмосферной классической музыки. Прямо по центру были установлены панорамные окна во всю стену, из которых открывался вид на город. Создавалось ощущение, что он весь на ладони. От столиков доносился весёлый гул голосов и смех.

Тем временем Юна, погрязшая во мраке, проигнорировала удобные места на террасе и заняла место у стойки в самом дальнем углу, в одиночестве.

─ Дайте мне самый крепкий напиток, что у вас есть.

Сотрудник бросил удивлённый взгляд на гостью, требующую с порога что покрепче, но всё-таки порекомендовал некое безымянное спиртное. Не успел бармен поставить стакан, как она опрокинула его залпом.

А ведь такой напиток, кажется, пьют изящно, со льдом.

Её губы изогнулись в ухмылке, но взгляд оставался пустым. С абсолютно безразличным выражением лица она опрокинула целый стакан, будто это была вода, а не напиток, что жёг ей внутренности.

Персонал смотрел на это с разинутым ртом, слишком шокированный, чтобы отвести взгляд. Юна снова подозвала бармена.

─ Э-это... Вам повторить то же самое?

─ Нет. Принесите мне самое дорогое, что у вас есть. Бутылку.

На маленьком кукольном личике Юны проявилось недовольство, что она проглотила лишь шот этого напитка. Теперь же девушка заказала целую бутылку. Бармен подумал, что, должно быть, вот-вот подойдёт её компания... Девушка выглядела опасной, и он не посмел перечить гостье.

Прошёл примерно час.

Её милое лицо исказилось от злости, поскольку десятки мужчин успели надоесть ей своими приставаниями, но никто так и не пришёл, чтобы присоединиться к ней и избавить от навязчивого внимания.

─ Это комплимент от господина, что сидит в конце зала.

Юна позволила себе тихую усмешку. Было забавно, что он, запинающийся и не способный связать и слова, наблюдал за ней издалека.

─ Раз, два, три… восемь.

Она сидела, расставив перед собой пустые стаканы, словно выставочные экспонаты, даже не притронувшись к ним, как вдруг появился мужчина, который мгновенно изменил атмосферу вокруг. Воздух, до этого тягучий и спёртый, в тот час же стал легче. Все взгляды разом устремились к нему, и головы гостей поворачивались синхронно с каждым его шагом, будто он был магнитом, неудержимо притягивающим к себе.

Это был мужчина с безупречно уложенными волосами и безукоризненным костюмом, телосложение его отличалось от восточноазиатского, и в самой походке чувствовалось достоинство.

С гордой осанкой, засунув одну руку в карман, он, не озираясь по сторонам, занял место рядом с Юной. Бармен поклонился ему в пояс, и наполненная рюмка появилась сама собой, без всякого заказа. Все сотрудники замерли в напряжении, а женщины вокруг старались поймать его взгляд, хотя бы украдкой. Но Юна, засевшая в углу, как отшельник, проигнорировала возникшую суматоху и не проявила ни малейшего внимания к вошедшему. Она лишь подняла перед собой большую бутылку водки и стала наполнять прозрачный стакан до краёв.

─ Если продолжишь так пить, долго не протянешь.

Её рука, наливавшая напиток, замерла. Мутные карие глаза наконец встретились с тёмными, почти чёрными.

─ Тем лучше.

Юне это было не по нраву. Сейчас у неё была ясная цель ─ осушить эту большую бутылку и отключиться, поэтому она снова отвернулась и допила до дна стакан перед собой. А затем молча, залпом, опустошила ещё один. Мужчина, неотрывно наблюдавший за этой картиной, нахмурил брови в немом изумлении.

«Если уж помирать, так прими таблетки ─ и дело с концом. К чему эти мучения с алкоголем?» ─ подумал он.

Юна, не отводя взгляда от пустого стакана, облизнула влажные губы и обронила обворожительным голосом:

─ У вас ко мне какое-то дело? ─ она спросила это из вежливости, чувствуя его неотрывный взгляд, но на самом деле её тон был больше похож на: «Отвали от меня».

Несмотря на холодную реакцию, мужчина не отвёл взгляда. Напротив, он расправил плечи и устроился поудобнее, всем видом демонстрируя, что намерен разглядывать её в открытую. Он упрямо впился глазами в её алые губы, и на его губах заиграла загадочная улыбка.

Её голос, льющийся мягко и обволакивающе, был всё так же невероятно притягателен. Видимо, голос тоже принадлежал к числу тех вещей, что не меняются со временем.

─ Именно. Почему-то это меня забавляет.

Юна жестом указала на длинную шеренгу пустых стопок.

─ А вы знаете, каким по счёту идёте?

Уголок его рта дёрнулся в усмешке. Её колкий ответ, казалось, лишь развеселил его.

─ «Каким по счёту»? Интересно.

─ Девятым.

─ Обидно. Похоже, десятого мужчину ты уже не увидишь.

В выражении лица незнакомца читалась высокомерная мысль, что именно он станет последним. Нет, может быть, это была уверенность? Наблюдая за его абсурдной, почти комичной настойчивостью, она не смогла сдержать короткого, насмешливого фырканья. Этот мужчина с идеальной внешностью, словно изваянной скульптором, мог бы привлекать женщин, просто существуя, но он почему-то устроился рядом со скучной Юной и вёл себя довольно навязчиво. Сколько бы ледяных слов она ни бросала, он, казалось, был к ним абсолютно невосприимчив. И хотя она не прекращала пить, вместо долгожданного опьянения её охватывало лишь всё более гнетущее чувство безнадёжности...

«Уж лучше переспать с ним», ─ мелькнула у неё мысль. Этот мужчина, в котором словно бы не было ни единого изъяна, идеально подходил для её грязных целей.

Бледные, худые пальцы Юны принялись водить по краю бокала, и их кончики начали краснеть от лёгкого трения.

И тогда с её губ, приоткрывшихся в соблазнительной улыбке, сорвался провокационный вопрос:

─ Хочешь заняться сексом?

─ А почему бы и нет?

Для них не было ни подлежащего, ни дополнения. Было лишь одно сказуемое, описывающее действие. Её несчастье обернулось для него выгодой.

Идеально сидящий костюм, скроенный под его атлетическое телосложение, подчёркивал широкие плечи, мощную грудь и подтянутую фигуру.

Казалось, этот мужчина, наделённый самой что ни на есть «премиальной» внешностью, без раздумий принял её наглое и нелепое предложение.

Его длинные узловатые пальцы нажали на кнопку лифта, а Юна в это время безучастно смотрела на пол роскошного лобби, будто её душа покинула тело.

Мужчина глядел сверху вниз на Юну и позволил себе лёгкую улыбку, всё ещё находя происходящее забавным. Атмосфера в лифте сгущалась и искрила от напряжения. Ароматы, исходившие от каждого из них, смешивались и щекотали ноздри.

Ей казалось, что он набросится на неё с такой яростью, что дух захватит, но вместо этого он вёл себя подчёркнуто галантно, лишь направляя её в сторону нужной комнаты.

Когда двери бесшумно распахнулись, Юна замерла на пороге.

Её поразил не столько размер помещения, сравнимый с целым пентхаусом, сколько открывающаяся за панорамным окном бездна ночного Сеула, утопающего в огнях. Казалось, он подвесил к своему окну целый город ─ исключительно для того, чтобы наслаждаться выпивкой под его сияние. Прямо напротив окна словно бы для этих целей как раз расположился столик.

Мужчина, всё ещё храня на губах ту самую раздражающе спокойную улыбку, отодвинул для неё стул и только тогда, наконец, нарушил молчание.

─ Всё же, раз уж мы собрались перейти к более... тесному знакомству, стоит представиться. Я ─ Кан Июн.

Его голос прозвучал обманчиво вежливо, но в его глубине сквозила стальная холодность, от которой становилось не по себе.

─ А обязательно ли мне это знать?

Одноразовая связь, о которой она лишь слышала ─ вот всё, чего ей хотелось. Лёгкости, без намёка на что-то серьёзное. Всё, что выходило за эти рамки, её не интересовало.