Глава 2 — Первые шаги

Обратная дорога оказалась тяжелее, чем я думал.

На границе Аурелии и Меркандии стоял новый стражник. Не тот, что пропускал меня в прошлый раз. Этот был моложе, с острым взглядом. Я почти прошёл, но он окликнул меня:

— Стой!

Я обернулся. Стражник смотрел на меня с подозрением.

— Стихия? — спросил он.

— Свет, — ответил я ровно, глядя ему в глаза.

— И всё? — усмехнулся он. — Просто «свет»? А ну покажи что-нибудь.

Он думал что я буду показывать ему ману, но я медленно протянул ему карточку из гильдии. Он взял её двумя пальцами, будто это была грязная тряпка, и принялся разглядывать на свет.

— Гильдейская, — заключил он наконец. — Ладно, проходи. Но я запомнил твоё лицо.

Я не обернулся и не ускорил шаг. Только сжал кулаки в карманах.

В придорожной таверне я купил хлеба и сел у окна. Почти сразу ко мне подошёл мужчина с уставшими глазами:

— В Меркандию? — спросил он.

— Да.

— Могу подбросить. Пятьдесят медных.

Я кивнул и полез в карман.

— Согласен.

Я забрался в телегу, устроился на мешках с зерном. Повозщик оказался не таким молчаливым, как прошлый — то и дело пытался завести беседу, но я отвечал односложно, и он быстро отстал.

Я вернулся в Меркандию к вечеру.

Комната встретила меня сыростью и тишиной. Я закрыл дверь, сел на койку и посмотрел на кольцо на своём пальце. Чёрное, гладкое, с тусклым камнем. Оно почти не ощущалось, будто всегда было там.

Ну, — подумал я, — давай посмотрим, что ты умеешь.

Я нажал на кольцо.

Тьма. Пустота. Пол под ногами.

Я стоял в измерении. Всё тот же бесконечный горизонт, та же тишина. Ни боли, ни страха. Только я и пустота.

Я постоял минуту, прислушиваясь к себе, потом снова нажал на кольцо — и вернулся обратно в комнату.

Можно входить и выходить, — понял я.

— Значит, это мой инструмент.

С этого дня я начал ходить в измерение почти каждую ночь. Сначала просто привыкал. Потом начал пробовать выпускать ману — чёрные искры, слабые, но с каждым разом всё увереннее.

Днём я работал в гильдии. Те же поручения: травы, письма, помощь торговцам. Я старался не выделяться, не привлекать внимания. Мне платили мало, но на хлеб и ночлег хватало.

Прошло несколько дней. Я уже почти привык к кольцу, к его теплу на пальце, к ночным прогулкам в пустоту.

Всё изменилось в один вечер.

Я сидел на койке, пересчитывая дневной заработок — несколько медных монет. Одну из них я вертел в пальцах, машинально касаясь кольцом.

Монета исчезла.

Я замер. Посмотрел на пустую ладонь. Потом на кольцо.

Что?

Я проверил карманы, пол, койку — нигде. Монеты не было.

Я нахмурился. Я вспомнил, что монеты пропадали уже не первый раз. Раньше я списывал это на рассеянность, но теперь… теперь я не был так уверен.

Тогда я нажал на кольцо и шагнул в измерение.

Она лежала на полу пустоты. Одна-единственная медная монета. И рядом с ней — ещё несколько. Те, что я считал потерянными навсегда.

Я поднял их. Нажал на кольцо — и вернулся в комнату.

Монеты были у меня в ладони.

Значит… так вот как это работает, — понял я.

— Если предмет касается кольца, я могу перенести его сюда.

Я поднёс кольцо к глазам.

Я могу переносить предметы. Маленькие — точно.

Я медленно опустился на койку, глядя на монеты, которые только что считались потерянными.

Кольцо — не просто тюрьма, — подумал я.

— Оно может быть убежищем.

Мне исполнилось десять лет.

Я не считал дни, но знал, что этот день наступит. Отец говорил: до десяти лет мана не растёт от тренировок. Значит теперь — можно.

Я сел на койку, сжал пальцы и почувствовал, как тепло внутри отзывается быстрее, чем раньше. Слабая чёрная искра вырвалась из ладони и погасла в воздухе.

Наконец-то.

Теперь я могу становиться сильнее.

Я вспомнил отца. Как он учил меня чувствовать ману. Как мать обнимала перед сном. Я не плакал — я уже давно не плакал. Просто сидел и смотрел в стену, пока боль не утихла.

А потом я подумал о монстрах. Я ещё не видел их, но знал, что они есть. В лесах, в горах, в подземельях. Рано или поздно я встречу их.

Мне нужно оружие.

В гильдии я подошёл к мужчине за стойкой. Он уже привык видеть меня здесь.

— Где можно купить меч?

Он посмотрел на меня, перевёл взгляд на мои руки и улыбнулся. Без насмешки, скорее с любопытством.

— Значит, решил стать сильнее?

Я кивнул.

— Иди к кузнецу, — махнул он в сторону западной окраины. — Там тебе покажут.

Я вышел и направился туда.

Кузница стояла у самой стены города. Внутри пахло металлом и углём. На стене висели мечи — от коротких до длинных. Я подошёл к стойке и указал на самый простой железный клинок с деревянной рукоятью.

— Сколько стоит этот?

Кузнец, огромный мужчина с руками в шрамах и копоти, мельком глянул.

— Шестьдесят медных.

Я только отдал платёж за месяц, у меня не было таких денег.

Снаряжение в этом мире стоит дорого.

Я вышел из кузницы и пошёл обратно в гильдию.

Нужно работать. И если я смогу убивать монстров, то смогу и повышать ранг гильдии. А там и заработок лучше.

Я взял ещё одно задание. И ещё одно. Я не знал, сколько времени это займёт. Но я знал, что рано или поздно у меня будет этот меч.

Я копил около недели.

Каждый день — задания. Каждое утро — в гильдию. Каждый вечер — в комнату, пересчитывать монеты. Я почти не тратил на еду, и смог купить себе новую одежду и накопить на меч.

Вечером, когда стемнело, я вышел из ночлежки и направился к кузнице.

Улицы были пустынны. Только редкие фонари горели вдоль дороги.

А потом я услышал шаги сзади.

— Эй, парень.

Я обернулся. Трое. Взрослые, грязные, с палками и ножом.

— Деньги есть? — спросил тот, что стоял ближе.

Я не ответил.

— Отдай, и мы разойдёмся, — сказал второй.

Я молчал. Они ждали страха. Я не мог дать им этого.

— Да он немой, что ли? — усмехнулся третий.

Он шагнул вперёд и схватил меня за плечо.

А потом я услышал голос за спиной:

— Трое на одного ребёнка — это уже перебор.

Бандиты обернулись. Из темноты вышел мужчина. Высокий, в необычной одежде. На поясе — меч в ножнах.

— Тебе чего? — спросил тот, что был с ножом.

— Ничего, — ответил мужчина спокойно. — Просто не люблю, когда обижают детей.

— Не лезь не в своё дело, — сказал второй.

— Уйди, — добавил третий.

Мужчина не ушёл. Он просто стоял и смотрел на них.

Бандиты переглянулись. Один шагнул к нему, замахнулся палкой. Мужчина перехватил её, развернул и толкнул бандита в стену. Второй не успел ничего сделать — получил локтём в грудь. Третий, тот, что с ножом, оступился и упал.

Всё заняло несколько секунд.

Бандиты поднялись и, не говоря ни слова, разбежались в разные стороны.

Мужчина подошёл ко мне.

— Цел?

Я кивнул.

— Я Рейнар, — сказал он спокойно. — А ты кто?

— Кадзуки.

Он глянул на меня, потом на дорогу, откуда пришёл.

— Поздно уже. Один ходишь?

— Я к кузнецу шёл, — ответил я.

Он промолчал.

— Ладно, — сказал он. — Иди уже. Не задерживайся.

Я хотел спросить, кто он, но он уже развернулся и пошёл в сторону ночного города.

Я постоял, глядя ему вслед, потом развернулся и пошёл к кузнице.

Я зашёл в кузницу. Внутри также пахло металлом и углём. Кузнец стоял у горна, вытирая руки о фартук.

— Поздно уже, — сказал он.

— Я за мечом, — ответил я. — Тот, железный, с деревянной рукоятью. Я смотрел его раньше.

Кузнец глянул на меня, потом на стойку, где висели мечи.

— Шестьдесят медных.

Я выложил монеты на стойку. Он пересчитал их, кивнул, снял меч и протянул мне.

— Держи.

Я взял его в руки. Тяжёлый. Холодный. Настоящий.

— Спасибо, — сказал я.

Кузнец хмыкнул и вернулся к работе.

На следующее утро я проснулся и первым делом проверил карманы. Все монеты были на месте. Вчерашний вечер, бандиты, рыцарь — всё это осталось в прошлом.

Я сидел на койке и вспоминал, как они окружили меня, как я не мог ничего сделать. Тогда меня спас Рейнар. Но в следующий раз его может не оказаться рядом.

Так не должно повториться.

Я посмотрел на кольцо на пальце.

А что, если…

Я снял мешочек с пояса, поднёс его к кольцу и дотронулся до камня.

Мешочек исчез.

Я нажал на кольцо и шагнул в измерение. Мешочек лежал на полу пустоты — там, где я его оставил.

Я нажал на кольцо и вернулся в комнату.

Здесь никто не найдёт.

Я выдохнул.

Теперь я могу хранить здесь всё, что важно. Никто не отнимет.

На следующее утро я пришёл в гильдию, когда там ещё было мало людей. Меч висел на поясе — я не снимал его с прошлого вечера. Он был тяжёлым, но я уже начал привыкать к его весу.

Мужчина за стойкой поднял голову, увидел меня и усмехнулся.

— Смотрю, ты всё-таки купил его.

Я кивнул.

— Я хочу взять задание на повышение ранга.

Он перестал улыбаться.

— Ты уверен? Для этого нужно убивать монстров. Не письма разносить и не травы собирать.

— Я знаю.

Он посмотрел на меня, потом на меч, потом снова на меня. Без насмешки. Просто внимательно.

— Ты же понимаешь, что это не игрушки? Если не справишься — ты умрёшь.

— Я не собираюсь умирать.

Он хмыкнул, открыл толстую книгу и провёл пальцем по странице.

— Есть искровые ящерицы в лесу к востоку от города. Убей их. Принесёшь шипы с хвостов — засчитаю.

— Хорошо.

Он выписал бумагу и протянул мне.

— Не умирай там, — сказал он без улыбки.

Я взял бумагу, вышел из гильдии и направился к восточным воротам.

Лес начинался сразу за городской стеной. Тропа была узкой, заросшей травой. Ветви деревьев смыкались над головой, пропуская редкие лучи солнца.

Я шёл и слушал лес. Где-то кричали птицы. Где-то трещали ветки.

Я остановился. Впереди, на тропе, грелась на солнце ящерица. Она была размером с мою руку, с серебристой чешуёй и шипом на хвосте.

Я вытащил меч. Он был тяжёлым, но я держал его крепко.

Я шагнул вперёд. Ящерица заметила меня и развернулась. Её хвост дёрнулся, и я увидел слабые искры на кончике шипа.

Я ударил. Она дёрнулась в сторону. Ударил снова — и попал. Она зашипела и попыталась укусить, но я отскочил. Ещё один удар — и она перестала двигаться.

Я стоял над ней, тяжело дыша. Это было нелегко. Она была быстрой и опасной. Я нагнулся, чтобы отрезать шип, но вдруг заметил, что её тело стало… исчезать. Буквально на глазах. Чешуя, кожа, всё — превращалось в мелкие голубые частицы и растворялось в воздухе.

Через несколько секунд от ящерицы остался только шип.

Я замер, глядя на пустое место на земле.

Я поднял его и убрал в карман.

Одна.

Я пошёл дальше.

Вскоре я наткнулся на ещё одну ящерицу. Потом на третью. Каждая схватка была нелёгкой — они кусались, били хвостом, искрили. Я получил несколько царапин, но продолжал идти.

Когда я убил пятую, я остановился. В кармане лежало пять шипов. Этого должно было хватить.

Я развернулся и пошёл обратно к городу.

В гильдии мужчина за стойкой поднял голову, когда я подошёл.

— Ну как?

Я выложил шипы на стойку.

— Пять.

Он пересчитал их, кивнул.

— Неплохо. Сдано.

Он достал мешочек с монетами и протянул мне.

— Твоя награда.

Я взял деньги, развернулся, и пошёл домой.

На следующее утро я не пошёл в гильдию.

Я проснулся позже обычного, долго лежал на койке, глядя в потолок. Вчерашняя охота отдавалась в плечах и ногах. Я чувствовал усталость, но странную — не ту, что валит с ног, а ту, что говорит: «Ты сделал это».

Я не привык отдыхать. За последние месяцы я не позволял себе просто сидеть и ничего не делать. Но сейчас — я заработал достаточно, чтобы позволить себе один день.

Я вышел из ночлежки и просто бродил по городу. Смотрел на людей, на море, на корабли. Дышал воздухом, в котором было меньше пыли и больше свободы.

К вечеру я вернулся в свою комнату и уснул без снов.

На второй день я начал скучать.

Тело отдохнуло, но руки тянулись к мечу. Я сидел на койке и крутил кольцо на пальце.

Может, проверить его?

Я нажал на кольцо и шагнул в измерение. Всё та же пустота, всё тот же бесконечный пол. Но я вдруг задумался: сколько я здесь уже стою? Минуту? Две?

Я нажал на кольцо и вышел обратно. В комнате было тихо. Свеча почти не прогорела.

Странно, — подумал я.

— Я же был там дольше.

Я снова зашёл в измерение. На этот раз я просто стоял и ждал. Считал удары сердца. Прошло около ста ударов. Затем я вышел.

В комнате прошло не больше нескольких секунд.

Так я и думал, — понял я.

— Внутри время идёт иначе. Я догадывался об этом раньше, но не был уверен.

Теперь я знал точно.

Я зашёл в измерение ещё раз и просто постоял там, глядя в пустоту.

Это может пригодиться.

На третий день я пошёл в гильдию.

Не за заданием — просто так. Я хотел увидеть знакомые лица, услышать шум. Внутри было людно. Авантюристы сидели за столами, смеялись, обсуждали заказы. Кто-то хвастался добычей, кто-то жаловался на цены.

Я сел в углу и просто смотрел.

Я скучал по этой атмосфере. По запаху дерева и металла, по голосам, по ощущению, что ты часть чего-то большего.

Мужчина за стойкой заметил меня и кивнул. Я кивнул в ответ.

Внутри было спокойно.

Завтра, — подумал я, снова возьму задание.

На следующее утро я снова пришёл в гильдию.

Мужчина за стойкой встретил меня привычным взглядом.

— Хочу взять задание на повышение ранга, — сказал я.

Он хмыкнул, пролистал книгу.

— Есть одно. В болотах к югу от города появились светлые лягушки. По данным — штук пять-семь. Должен справиться.

— Хорошо.

Он выписал бумагу и протянул мне.

— Принесёшь их задние лапки — они светятся даже после смерти.

Я взял бумагу и вышел.

Я добрался до болота к полудню.

Здесь было сыро, пахло гнилой травой и тиной. Вода стояла по щиколотку, а из-под ног то и дело вылетали насекомые.

Я шёл осторожно, держа меч наготове.

Первая лягушка появилась через несколько минут. Она была размером с мою голову, с бледно-жёлтой кожей, которая мерцала в тени деревьев.

Я ударил первым.

Она отпрыгнула, но я не дал ей уйти. Второй удар — и она замерла. Я нагнулся, забрал обе задние лапки и убрал в мешочек.

Одна.

Я пошёл дальше.

Но их становилось больше.

Вторая, третья, четвёртая. Я убивал их одну за другой, но они продолжали появляться.

К седьмой я уже сбился со счёта. К десятой — начал уставать.

Их было не пять. Не десять. Их было больше.

Я пересчитал лапки в мешочке. Двадцать четыре. И ещё три лягушки прыгали впереди.

Я сжал рукоять меча и шагнул вперёд.

Я убил ещё пять, потом ещё три. Дыхание сбивалось, руки дрожали, но я не останавливался. Каждая новая лягушка становилась всё сложнее — они начали прыгать быстрее, уворачиваться.

Я промахнулся трижды, прежде чем сбить двадцатую.

Двадцать первая почти укусила меня за руку — я едва успел отскочить.

Двадцать вторая, двадцать третья, двадцать четвёртая.

Когда я убил последнюю, я просто стоял и смотрел на болото.

Вокруг было тихо.

Я насчитал шестьдесят лапок.

Я сел на корточки, чтобы отдохнуть. Глаза слипались, но я знал: нужно возвращаться.

Я собрал все лапки и медленно побрёл обратно.

В гильдии мужчина за стойкой удивлённо поднял бровь, когда я выложил перед ним мешочек.

Он пересчитал лапки, поднял глаза на меня.

— Шестьдесят?

— Было тридцать лягушек, — сказал я. — С каждой по две лапки.

Он помолчал, потом покачал головой.

— Сдано.

Он убрал мешочек, достал чистую металлическую карточку гильдии и перо.

— Имя ведь Кадзуки?

Я кивнул головой.

Он записал, поставил печать и протянул мне.

— Теперь ты E-ранг.

Я взял карточку и вышел на улицу.

Вернувшись в свою комнату я закрыл дверь и сел на койку.

В руке я держал новую карточку гильдии. Вместо старой, потёртой, с пометкой «F» — теперь на ней стояла буква «E».

Я положил её на стол и просто смотрел.

Месяц назад я был никем. Теперь у меня есть меч, кольцо, деньги в тайнике и ранг E.

Я убрал карточку в карман и лёг на койку, глядя в потолок.

Следующая неделя прошла спокойно.

Я выполнял несколько заданий F-ранга. Снова искровые ящерицы, светлые лягушки, даже пара ледяных крыс. Ничего сложного. Ничего опасного.

Я привыкал к мечу, к ритму охоты, к тому, что теперь я — авантюрист.

Я не спешил. Не брал лишнего. Просто работал, копил деньги, не знаю на что, но пригодится.

На восьмой день, возвращаясь из гильдии после очередного задания, я остановился посреди улицы.

Смеркалось. Город жил своей жизнью. Где-то смеялись, где-то спорили, где-то пели пьяные матросы.

Я стоял и смотрел на огни.

Я выжил, — подумал я. — У меня есть оружие, есть место, есть работа. Я могу не бояться, что умру с голоду. Я могу не бояться бандитов.

Я посмотрел на кольцо на пальце.

Я даже могу не бояться церкви. Пока что.

Я развернулся и пошёл дальше.