Глава 2 — Неслучайная встреча с тем, кто слышит небо

На спуске горы Лейн встречает мальчишку лет 8, который также как и он гуляет в окрестностях. Лейн хотел было пройти мимо, но парнишка его остановил и начал интересоваться, что он тут делает и почему у него глаза в слезах.

— А ты любишь приставать к другим людям, да? — сказал Лейн с небольшим раздражением, ведь он хотел побыть один.

— Почему приставать? Я просто спросил, что случилось, потому что мама мне всегда говорила: "Ты очень чувствительный мальчик, добрый, но не позволяй другим пользоваться этим", так что я думал... — на секунду парнишка умолк, — меня зовут Ральф, а тебя?

— Ладно, извини, просто я не привык, что со мной могут так просто контактировать сегодня я не в настроении. Я наверное пойду, у меня есть важные дела, еще встретимся.. Ах да, меня зовут Лейн, приятно было познакомиться, — улыбчиво произнес Лейн и пошёл куда глаза глядят, на самом деле у него нет важных дел, он просто захотел уйти от мальчишки Ральфа.

Лейн размышлял, что же ему делать, он ведь совсем не смыслит в магии, у него не было времени учиться, он много работал.

И как же сказать маме и отцу, что я пробудил магию? — задумался он про себя.

Вдруг у Лейна ёкнуло в груди и в его руках загорелось пламя, поджигая траву вокруг. Мальчик Ральф прибежал к Лейну, как только увидел огонь.

— Ты… видел, что только что произошло? — тяжело дыша, спросил Лейн.

Ральф кивнул. Его глаза, чуть светящиеся в полумраке заката, смотрели внимательно, но без страха.

— Да. Это было красиво. Похоже на… живое пламя.

Лейн сел прямо на траву, схватившись за голову. Даже когда огонь погас, тепло не исчезло — оно пульсировало где-то под рёбрами, как второе сердце. Дыхание стало чуть тяжелее, а в горле першило, будто он вдохнул дым. Каждый удар сердца отдавался жаром в кончиках пальцев, а кожа на руках покалывала, словно после лёгкого удара током.

— Я не должен был… Я же пустышка! Мне четырнадцать, и я… я даже не знаю, как это случилось. Это всё — из-за этого талисмана…

Он вынул тёплый камень и показал его Ральфу. Тот наклонился, разглядывая его с интересом.

— Он выглядит старым. Очень старым. Тут символ — солнце, смотри… но не обычное, оно с крыльями.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился Лейн.

— Моя мама говорит, что у меня "чуткие пальцы"… Я часто чувствую странное. Не вижу, не слышу, просто — ощущаю. Этот камень… он тёплый даже для меня.

Повисла пауза. Лейн пытался осмыслить, что только что произошло. И кто перед ним — просто мальчишка, который оказался рядом в нужный момент, или…

— Ты точно ребенок? — спросил он.

Ральф улыбнулся.— Я тут часто бегаю, прячусь от старших. А ещё… я люблю смотреть на небо, особенно когда оно говорит.— Небо говорит?..— Иногда. Когда дует западный ветер и облака как будто бегут друг за другом. Мама говорит, это тоже магия. Только тихая.

— Твоя мама — маг?

— Она… работает в храме. Травница. Но видит чуть больше, чем положено.

Лейн посмотрел на Ральфа по-новому. Может, встреча с ним — тоже не случайность?

— Думаешь… я теперь маг?

Ральф пожал плечами, но сказал с серьёзностью:

— Я думаю, ты всегда им был. Просто внутри тебя было закрытое окно. И кто-то его открыл.

Он встал, стряхивая траву с колен.

— Пойдём. Тебе нужно домой. Когда пробуждаешься — мир становится громче. Он будет шептать. Не всем это нравится.

— А ты… ты где живёшь?

— Найдёшь. Если захочешь.

И, развернувшись, Ральф бежал по склону, растворяясь между деревьями, словно часть вечернего ветра.

Лейн сидел на примятом участке травы, где уже успел образоваться небольшой выжженный круг от внезапного всплеска пламени. Сочные зелёные стебли по краям почернели, и лёгкий запах гари витал в воздухе, смешиваясь с ароматом полевых цветов и нагретой за день земли.

Рядом поднимался пологий холм, поросший низким кустарником и усеянный валунами, покрытыми серо-зелёным лишайником. За ним начинался лес — густой, с высокими соснами, чьи верхушки золотились в лучах заката. Между деревьев вились узкие тропинки, протоптанные местными жителями и животными.

Он глядел вслед исчезающему Ральфу. Ветер шевелил его волосы, а в груди всё ещё горело странное тепло — будто пламя, которое только что вырвалось из его рук, теперь тлело внутри.

"Кто он такой?.."— мысль крутилась в голове, навязчивая, как жужжание мухи.

Лейн закрыл глаза, пытаясь вспомнить мальчишку во всех деталях.

Ральф был невысоким, как и положено ребёнку восьми лет, но в его осанке чувствовалась странная уверенность — не детская развязность, а спокойствие, будто он уже видел куда больше, чем можно за такой короткий срок. Его волосы, цвета спелой пшеницы, слегка вились на концах и казались почти золотыми в последних лучах заката. Лицо — круглое, с веснушками, рассыпанными по переносице и скулам, как мелкие камешки на берегу реки.

Но больше всего Лейна поразили его глаза.

Они были светлыми — не просто голубыми или серыми, а почти прозрачными, будто заполненными тем самым «говорящим» небом, о котором он упоминал. И в сумерках они действительно светились — не мистическим сиянием, а мягким, едва уловимым отсветом, как лунный блик на воде.

— Восемь лет… — Лейн пробормотал вслух, медленно опускаясь на корточки. Трава вокруг была опалена, но огонь, к счастью, не разгорелся. — Восемь лет, а говорит, как старик. "Закрытое окно", "мир будет шептать"… Да кто его такому учит?

Он сжал кулаки, чувствуя, как камень-талисман давит на ладонь.

— И как он узнал про символ? "Солнце с крыльями"… Я сам его впервые разглядел только сегодня.

Лейн прищурился, вспоминая, как Ральф наклонился над камнем. Его пальцы — тонкие, с чуть заострёнными фалангами, будто у музыканта или писца — провели по резному узору, не колеблясь, словно он уже знал, что там изображено.

Он резко встал, смахнув прилипшие травинки с колен.

— Ладно, допустим, он просто странный ребёнок. Но… "Если захочешь — найдёшь"? Что это за загадки?

Лейн фыркнул, но в то же время почувствовал лёгкий холодок по спине.

— А вдруг он… не человек?

Мысль была нелепой, но от этого не менее пугающей. В сказках духи часто принимали облик детей, чтобы обмануть путников.

— Нет, бред. Если бы он был чем-то… другим, разве стал бы говорить про храм и маму?

Но что-то в Ральфе всё равно не сходилось.

— Ладно, неважно. Главное — я теперь… маг. Или что-то вроде того.

Он посмотрел на свои ладони, сжал их, пытаясь снова вызвать пламя. Но ничего не произошло.

— Чёрт. Талисман, ну что с тобой не так, то пугаешь меня, то игнорируешь, какой же ты непростой... Странно... Почему я вообще показал ему талисман? Будто что-то внутри подтолкнуло меня к этому. Может не стоит больше показывать талисман другим?

Лейн вздохнул и потёр виски.

— Надо идти домой. Родители… о боги, как я им это объясню?

Он сделал шаг в сторону дома, но тут же остановился, обернувшись к лесу, где скрылся Ральф.

— "Найдёшь, если захочешь", да?

Лейн усмехнулся.

— Ладно, загадочный паренёк. Посмотрим. Лейн провел ладонью по лицу, ощущая под пальцами резкие скулы.

И, набравшись решимости, он зашагал прочь, но уже понимал: эта встреча — только начало.

А где-то вдали, между деревьями, мелькнул золотистый завиток волос — будто сам ветер дразнил его, напоминая, что Ральф не исчез.

Он просто ждал.

Над головой раскинулось небо, окрашенное в тёплые тона — от нежно-розового до глубокого лилового. Облака, будто размазанные кистью, медленно плыли на запад, подгоняемые лёгким ветерком.

Вдалеке, там, где холмы сменялись равниной, виднелись огни деревни — жёлтые точки фонарей и тёплый свет из окон домов. Оттуда доносились смутные звуки: лай собак, детский смех, иногда — обрывки чьих-то разговоров.