Глава 0.5 — Пролог
Я больше всего боюсь быть не в силах что-либо сделать. Мой страх — бессилие помочь близким. Невозможность никого спасти.
Светофор на перекрестке горел красным для машин. К нему только-только подходил черноволосый парень, на чьем лице виднелись проблески радости, видимо вызванные тем, что он успевал перейти дорогу вовремя, а не ждать следующего сигнала.
Его голубые глаза взглянули направо, а потом налево. По одну сторону машины стояли как вкопанные, с другой же было и вовсе пусто. Взглянув на сам переход парень заметил девушку, идущую прямо перед ним.
«Не может быть...» — подумал он.
Ее пшеничного цвета волосы блестели в солнечных лучах и развевались по теплому летнему ветру, пока ноги девушки делали аккуратные равные шаги вперед.
Для простого наблюдателя в этом не было ничего необычного. Просто довольно красивая, как на лицо, так и на фигуру, особа хотела перейти дорогу. Однако для зрачков с отливом небесной голубизны в этой картине, в этой встрече...
...крылась магия.
«Как же мне повезло сегодня» — парень нежно улыбнулся. Уголки его губ столь незаметно приподнялись, что это скрылось даже от него самого.
Он приближался не осознавая как сильно его лицо показывало его счастье. Такие перемены в нем происходили всегда, когда он чувствовал в своей жизни "движение". А все потому...
...что девушкой спереди была его первая любовь – Алиса.
С самого своего переезда в этот город парень знал, что Алиса всегда была где-то рядом. В конце концов он и приехал сюда только потому, что надеялся ее увидеть. И изредко у него это даже получалось. Череда этих случайностей постепенно сложилась в единую цепочку. Он понял, что именно на этом перекрестке встречал свою любовь чаще всего. Это и привело его сюда сегодня.
«Снова не заметит? Я столько раз смотрел на нее... но она на меня ни разу...»
Парень хотел позвать ее, хотел дотянуться, но не мог. Он считал ошибкой желание предстать перед ней сейчас. Это не то время, не тот шанс.
Пока он дышал, пока он был жив ему обязательно выдалась бы ещё одна возможность. По крайней мере, он верил, что они предназначенны друг другу судьбой, а значит – обязательно сойдутся снова.
Он продолжал идти вперед смотря на ее спину не произнося и слова. Но вдруг его взгляд случайно скользнул левее. Там, где раньше была абсолютно пустая дорога, теперь показалось одинокое черное пятно. Оно неслось на полной скорости и похоже не думало останавливаться не смотря на красный свет.
Парень не успел задуматься о том, что было тому причиной: пьяный водитель, отказавшие тормоза или еще чего. Его ноги сами по себе ускорились, он ринулся вперед. Не прошло и мгновения, как он был в паре сантиметров от Алисы.
— Осторожно!
Тонкая, но надежная рука ухватила девушку за хрупкое запястье.
Машина пронеслась у Алисы прямо перед носом, но кажется не задела ее. Девушка от неожиданности не успела спохватиться и попятилась, потеряв равновесие. Она упала назад, прямо на грудь парня, что тут же приобнял ее за плечи.
Он держал ее в своих объятьях, когда серо-зеленые глаза, похожие на травяное поле сокрытое утренней дымкой, обратились к нему.
В них ясно читалось удивление, но вместе с тем и осознание.
«Она узнала меня?»
В горле у парня встал ком. Он хотел что-либо сказать, но в состоянии аффекта не был способен связать и пары слов. Лишь одинокое:
— Нашел... — вырвалось с его губ.
Он и вправду нашел ее. Ведь сколько не встречал на улицах города – сейчас впервые был так близко, чтобы стать частью ее дня.
Алиса была в его руках. Рядом.
По неволе его голос изливался очень сладко, почти приторно. Подобно голосу матери, держащей новорожденного ребенка. С той же бережной заботой и благоговейным страхом.
В груди у парня теплилась любовь. Куда более жаркая нежели погода этим летним днем. Она обжигала, но делала это столько приятно, что от такого невозможно было отказаться испытав хоть раз.
Губы Алисы раскрылись. Она хотела что-то сказать ему. В ответ на что, парень навострил уши, полностью готовый слушать ее первые слова, предназначавшиеся ему впервые за долгое время.
Однако перед тем, как девушка успела что-либо изречь...
...с неба пошел снег.
Абсурдность происходящего ужаснула парня, но так же и привела в чувство. Цвета небесной голубизны зрачки сузились и расширились в спокойствии. Они опустились на девушку и заметили, как ее тело начало таять.
Снег не таял, а вот она вполне себе.
Идеальная кожа расплавлялась и оголяла в своих дырах череп. Жидкое мясо, смешавшись с кровяными выделениями, спадало на ладони юноши, а после на асфальт. Вскоре даже кости растворились без следа. А под мужскими ногами образовалась отвратительно пахнущая лужа, только недавно бывшая человеком.
Ее гротескная палитра должна была резать восприятие, но парню, как и бесцветному снегу, не было до этого дела.
Он отошел от того, что называлось Алисой на пару шагов и присел на нагретый солнцем тратуар. Нащупав в кармане пачку сигарет со странно длинным названием – «Рапсодия ночи», он закурил.
Вместе со снегом в этом мире парень всегда вспоминал истину. При его виде память возвращалась к нему моментально.
«Это 28-й раз... Столько я уже проживал один и тот же день.»
Беленькие снежинки приземлялись на черные локоны и кожу, но даже так они не превращались в воду от тепла тела. Температура вокруг была им нипочем.
Однажды снег забыл какого он должен быть цвета. Сейчас же он не мог вспомнить и того, что в тёплую погоду нужно таять.
Парня, что с пустым взглядом смотрел на него, звали Кей. Кей Окадзаки. И вскоре он тоже мог забыть свой цвет.
И все же... пока что в нем оставались силы бороться. Он все еще помнил себя и то, почему он не сдается. В нем еще жили мысли, цели и убеждения. Кей отчаянно боролся для того, чтобы сохранить их до нынешнего момента и будет бороться впредь. Он лгал себе снова и снова, стараясь дать любую надежду.
Ведь без нее, он бы попросту не смог.
Кею легко давались подобные убеждения. С далекого детства он принял то, что ложь в этом мире была таким же оружием, как и все остальное.
Для достижения любви, для всеобщего счастья... он мог солгать.
«Я лгу всем и каждому. Случайному прохожему или близкому, мне без разницы. Я лгу даже самому себе.
Ложь давно стала неотъемлемой частью моей жизни. Она так же неотделима от меня, как цвет глаз или волос.
Я могу надеть линзы, перекраситься, но от этого моя суть не изменится, это будет лишь очередная ложь...
...ложь о том, что я не лжец.»
Кей не помнил в какой именно момент жизни стал таким. Уже не мог вспомнить и по какой причине. Но это было и неважно. За то в его памяти прекрасно вырезался тот миг, когда чужая ложь затрещала по швам.
На тот момент будучи еще совсем мальчишкой, ему в полной мере удалось осознать произошедшее. Он связал множество событий меж собой и понял, что вся обращенная к нему любовь была фальшивкой. Дни проведенные с мамой; дни, что были для него самым большим в жизни счастьем, стали невыносимым проклятьем.
Это уязвило его сердце, но все, что он мог – продолжать улыбаться.
Сейчас Кей смутно знал те времена, но взглянув со стороны – именно с той улыбки и началась его ложь.
Снег продолжал падать с неба не обращая внимание ни на что. Сигарета меж пальцев парня практически дотлела. Кей выпустил изо рта дым и его опущенный вниз взгляд обратился к городу. К стройно стоящим многоэтажкам, постерам и плакатам, к электронному табло на бизнес центре, что крутило очередную рекламу.
Вокруг было так пусто. Теперь даже город растворялся.
Благо его ждала не такая суровая участь как Алису. Он скорее становился полупрозрачным, будто уподоблялся постепенно расходящемуся туману, оставляя после себя только лишенную цвета пустоту.
«Еще увидимся...» — подумал Кей, затягиваясь в последний раз.
Его глаза закрылись. А в следующий раз как потяжелевшие веки смогли найти в себе силы распахнуться, вокруг уже не было ничего. Абсолютно белый мир.
В нем лишь доносился изредко зовущий парня по имени голос, напоминающий успокаиващее постукивание дождя по крыше.
«Кей.»
***
— Ты еще пытаешься?
На бескрайней пустоши стояло два силуэта. Только в них ещё теплились цвета. Все остальное вокруг было слепяще белым, будто усеянным тонким слоем снега, что не сопротивляясь покрыл собой все – землю, небеса... и даже надежды.
— Прочь, — с губ Кея сорвался болезненный рык. — Чего бы ты не хотел добиться – я не сдамся. Никогда и ни за что.
Мальчик, что слушал все эти слова задорно улыбнулся.
На вид ему было не больше 14-15 лет. Его волосы, как и пейзаж вокруг, были белесыми, а сам он был на целых полторы головы ниже Кея. Однако, не смотря на это держался он куда увереннее и непоколебимие парня.
Из них двоих лидирующую роль точно получил бы он.
— Ах, непоправимый идиот, — он не переставал улыбаться. — Интересно... сколько еще ты сможешь упираться и игнорировать очевидное? Кей Окадзаки. Я с радостью посмотрю как ты сломаешься.
Раздался скрежет трущихся друг о друга зубов.
Быстрее, чем неизвестный мальчик смог что-либо понять, черные локоны Кея всколыхнулись, будто взятые на попечение ветром, — парень ринулся вперёд, замахнувшись правой рукой.
«Сгинь!»
Однако его удар лишь рассек воздух перед собой, так и не достав до цели. Мальчонка же очутился примерно в метрах двадцати от парня.
Самодовольная ухмылка не сходила с его уст даже сейчас.
— Прислушайся, Кей Окадзаки. Пик-пик... пик. Разве ты не слышишь? Эта мелодия твердит, что пора бы тебе умереть.
— Закрой пасть, Широ.
Так Кей звал своего единственного врага.