Глава 2 — Ритуал

-=• Глава 2 •=-

Мумия вышел через заднюю дверь трехэтажного здания. Первое, что он ощутил, — вонь стоящей рядом помойки и гул города, давящий на уши. Обычно в этой темной подворотне стояли пара охранников и группа мафиози на перекуре, но сегодня им всем дали отгул. Пройдя пару десятков метров, герой оказался у выхода из переулка.

Перед ним простиралась широкая, вымощенная камнем и хорошо освещенная фонарями улица. По центру дороги, наравне с конными повозками, раскатывали самоходные кареты. Вонь помойки сменил запах эфирного выхлопа.

Справа, у входа в здание, толпились люди. Мумия знал, что их привлек переполох, случившийся несколько минут назад. Не каждый вечер огрины вылетают из окон. Понаблюдав за обстановкой, герой отправился по своим делам.

— «Через переулки не пройду, там наверняка патрули. Придется топать по главной», — обреченно подумал Мумия.

Навстречу ему двигалось огромное разнообразие людей и не только: аристократы во фраках, простой люд, возвращающийся после смены на заводе, инженер в грязном комбинезоне, огрин-строитель и многие другие. Вдоль тянулись элитные рестораны и брендовые магазины одежды. Улица сияла роскошью, но в темных переулках мелькали грязные попрошайки и, что хуже, обездоленные ветераны войны. Мумия терпеть не мог упоминаний о тех годах.

Несмотря на красивую обертку, это был город грязи: ежедневный разбой, убийства и пропажа людей стали обыденностью для местных жителей. Но Мумии было все равно. У него была работа, и, как только он ее выполнит, он покинет это место.

Пройдя пару кварталов, Мумия остановился, не в силах терпеть головную боль. Запахи духов и эфирных выхлопов, шум колес, толпы людей и крики зазывал били по голове, как молот. Он отошел в переулок и достал из кармана пачку сигарет. Сделав первую затяжку, его забинтованное лицо скривилось от неприязни.

— Гадость... — Мумия швырнул сигарету в лужу, где та зашипела, как змея. — Ну хоть тише стало.

Его взгляд упал на огрина, которого тащили в повозку скорой.

— Все же он трус, — прошипел Мумия. — Не понимаю таких. Какая разница: прикончу тебя я или сектанты? Я хотя бы дам шанс отомстить... А они? Сожрут его семью живьем.

— Но нет, — он снова закурил, подавляя тошноту. — Они, словно мученик Алдуир, жертвуют жизнью, считая, что этим можно все решить.

— Идиот... — Мумия сплюнул. — Ладно, нужно торопиться. Думаю, демоны уже чуют, что статуэтка разбита.

Вдали от огней города, на окраине, освещенный лишь лунным светом, стоял заброшенный двухэтажный дом.

— Бульварная, 24, — прошептал Мумия.

Зайдя в здание, он сразу направился в подвал. Пройдя через ветхие залы, увешанные паутиной и покрытые пылью, он спустился в подвал, пропахший сыростью и плесенью. Там, на старом матрасе, лежала молодая красивая девушка. Она мирно спала.

— Подъем! — рявкнул Мумия.

Девушка спокойно села, поправляя волосы — без страха и удивления.

— Ну что, «похититель»? — Ее губы дрогнули в усмешке. — Папа купился?

— Хватило, чтобы я вошел в кабинет, — он швырнул на матрас обломки статуэтки. — Твоя часть сделки выполнена.

Она схватила осколки, ее пальцы дрожали, пока она внимательно их осматривала.

— И эта безделушка способна затуманить разум?..

— Я видел глаза тех, кто долго держал такие «обереги», — Мумия отвернулся. — Твой отец еще жив лишь потому, что тебе повезло.

— Что произошло в кабинете?! Как отец?! — Она заметила окровавленные бинты напарника.

— Небольшая стычка. Твой отец, как оказалось, не так уж тобой дорожит.

— Нет, быть того не может! Ты обещал, что отец не пострадает! — Девушка колотила кулаками по спине Мумии, но ее удары вряд ли можно было назвать серьезными.

Резким разворотом забинтованный схватил ее за запястья и поднял руки вверх.

— Захлопнись. Жив твой отец. Да и даже если бы был мертв, он сам начал бой. — Эта семейка уже начинала его раздражать, и он искренне надеялся больше с ними не пересекаться. Но все же он выдохнул и успокоился.

— Я найду тех, кто создал эту статуэтку. А вы исчезните. Культ уже знает, что артефакт разрушен. — Он отпустил девушку, и она выглядела пристыженной.

— Если понадобится помощь, я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть долг, — в ее глазах сверкала решительность. Такие люди не любят быть в долгу, особенно после подобного поведения.

Тень скользнула по бинтам:

— Не нужна мне твоя помощь. Это просто моя работа, и не более.

Мумия подождал несколько секунд, затем вышел из подвала. Оказавшись на улице, он быстро оглядел окрестности, задержав взгляд на доме.

— У меня сегодня много дел... — обреченно пробормотал он и неторопливо направился к площади. — От разбитой статуэтки я почувствовал слабый магический след. Это серьезная улика, осталось выяснить, куда она ведет. — Его раздражала одна лишь мысль о дальнейших действиях.

«Пыльца и Шестерня» — прославленный среди путников магазинчик магического сырья и эфирных приборов, но у местных он не пользовался большим спросом. Над входом висела деревянная вывеска — вырезанная шестерня, покрашенная в синий цвет. За витринами стояли диковинные устройства из дерева и металла, сияющие синими рунами. Все вокруг словно кричало о богатой истории этого места.

Когда Мумия вошел, эхом раздался звон колокольчика. За прилавком было пусто. В небольшой комнате стояли шкафы и витрины, заполненные магическими приборами, артефактами, травами и камнями.

Из-за ширмы появился высокий, элегантный мужчина. Длинные золотистые волосы, аккуратный нос и женственные черты лица создавали впечатление сказочной красоты. Он был одет не роскошно, но качественно: костюм идеально сидел на нем. Но больше всего выделялись длинные заостренные уши.

— Не часто встретишь городского эльфа, — с удивлением произнес Мумия.

— Ха. А лесные, значит, чаще попадаются, — с доброй усмешкой ответил эльф. Он оглядел героя с ног до головы. Ободранный вид постояльца вызывал вопросы, но эльф подавил любопытство, зная золотое правило успешного торговца: меньше знаешь — дольше живешь. — Айрвал Д’Каллис, приятно познакомиться, — протянул он руку.

— И я рад нашей встрече, — пожал ее Мумия.

Айрвал слегка поморщился, но вида не подал.

— Не думал, что эльф станет торговать эфиром.

— Это лесные запрещают его упоминать. А мне до этого дела нет. На жизнь зарабатывать нужно... — скучающим тоном произнес эльф. — Давайте лучше к делу. Чего вам надобно? — Его манера резко сменилась на оживленно-деловую.

— Заверните мне небольшой эфирный камень, лепестки забытой лилии, корень последцвета, баночку блеклой пыльцы.

— Что-то потеряли? — спросил эльф, лениво скользя взглядом по витрине, будто вопрос был частью ритуала продажи.

— Фамильную реликвию. Мамино кольцо. Хочу предложение сделать, традиции, знаете ли, — бросил Мумия с легкой усмешкой, не утруждая себя правдоподобием.

Айрвал чуть приподнял бровь, но его лицо осталось бесстрастным.

— Традиции — дело святое, — произнес он ровным тоном, словно заученный текст, и аккуратно положил сверток на прилавок. — Двенадцать сребреников.

— Благодарю, — Мумия взял пакет, не глядя на эльфа.

— Удачи с... традициями, — добавил Айрвал, и в его голосе мелькнула едва уловимая насмешка.

Около девяти вечера в таверне «Гарцующий Вепрь» всегда было многолюдно. Заводчане любили это место и часто задерживались до утра. А вот постояльцев было мало, и те редко оставались дольше одной ночи. Но уже неделю здесь жил странный парень: уходил рано утром и возвращался поздно вечером.

У хозяина не было привычки лезть в чужие дела, но вчера незнакомец не вернулся.

— «Сегодня он тоже задерживался. Может, что-то случилось?» — Переживания хозяина рассеялись, когда в дверях появилась знакомая черная шляпа. Но сегодня гость выглядел потрепанным. Серый плащ был усеян мелкими дырами и багровыми пятнами крови, особенно плачевно выглядел правый рукав.

— Говяжий стейк в сливочном соусе и сырный суп, — подойдя к барной стойке, произнес гость. — Все в номер.

Когда он протянул руку с монетами, хозяин заметил бинты, пропитанные кровью. Как бы подозрительно это ни выглядело, хозяин понимал, в каком городе находится, и знал: когда спустя сутки возвращается окровавленный человек — вопросов лучше не задавать.

— Будет готово через полчаса, — сухо ответил бармен.

Заказав ужин, герой поднялся в свою комнату. При выборе места для ночлега он изучил каждую гостиницу города и выбрал эту из-за малого числа постояльцев и постоянного шума. Это трехэтажное здание, где второй и третий этажи отведены под комнаты. Казалось бы, невыгодно, когда шесть из семи комнат пустуют, но хозяин считал иначе. Все дело в завышенных ценах: в три, а то и в четыре раза выше обычного. Для большинства этого хватало, чтобы обходить таверну стороной.

За эту сумму Мумия получил свободные комнаты по бокам и снизу — полную приватность. Он был уверен, что его никто не подслушает, а персонал будет держать язык за зубами. Оставались только завсегдатаи бара, но к утру они ничего не помнят.

Наконец герой оказался в тишине. В маленькой комнате стояли лишь кровать, стул, стол и шкаф. Мумия снял плащ и повесил на спинку стула, а шляпу с пистолетом бросил на стол. Достав из-под кровати длинный чемодан, он положил его на кровать. Внутри были разобранный мушкетон и множество приборов, назначение которых вряд ли понял бы обычный человек. Из всего этого он достал ступку, мел и баночку с эфирными маслами.

Сев на колени перед кроватью, он задумался:

— Ну почему всегда все идет наперекосяк... — вздохнул он, положив руку на грудь. К этому часу боль явно утихла, и, вероятно, к утру от нее останутся лишь болезненные воспоминания.

Разложив ингредиенты на столе, он начал медленно толочь их один за другим. Запах трав и масел заполнил комнату, а эфирный камень стал излучать слабое синее свечение.

— Если не пахнет компостной ямой — получилось неплохо, — пробубнил он. — Пока спрячу, гостям об этом знать не обязательно.

Тук-тук! — раздался стук в дверь.

Мумия знал, кто это — Лизи, младшая дочь хозяина. Из трех его детей только она проявляла искренний интерес к постояльцам, что часто раздражало героя. Она задавала глупые вопросы: почему вы в бинтах, как вас зовут, откуда вы, как прошел день?

— Господин Лемарк, ваш ужин! — радостно крикнула девочка.

— Почему она? — спросил он себя.

Секунду спустя Лемарк приоткрыл дверь. Девочка лет восьми в потрепанном переднике с любопытством и детской наивностью смотрела на перебинтованного господина. Сегодня ее ярко-рыжие волосы были перевязаны грязной лентой — видно, сама старалась.

— Здравствуйте, господин Лемарк. А почему вас не было вчера? Я уже думала, что вы съехали, но вещи-то у нас оставили. Хотя такое и раньше было. Когда такое случалось, папа обычно ждет два дня, а потом их выкидывает. Вам повезло: еще день — и нет ваших вещей. Но не беспокойтесь, я бы попросила подождать еще день. Как-никак, редко у нас задерживаются больше двух ночей. А когда я спрашивала папу, почему так, он говорил, что их вещи им больше не нужны, — Лизи говорила нескончаемым потоком, останавливаясь только для глубокого вдоха. Хоть Мумия и был готов, его уши сворачивались в трубочку.

— У вас рука красная, вы поранились? У меня есть пластырь, могу еще за спиртом сбегать. Папа говорит, что...

— Лизи! — максимально дружелюбно прикрикнул он. — Можно мой ужин, пожалуйста? Я сегодня очень устал, давай как-нибудь в другой раз.

— Хорошо! — все так же жизнерадостно ответила девочка. — Возьмите, — протянула она пластырь.

— Спасибо, — Лемарк медленно взял пластырь и прикрыл дверь.

Лизи еще немного постояла у двери и побежала по своим делам. Лемарк посмотрел на свою руку, не зная, что делать с пластырем, и бросил его в чемодан.

Дождавшись, пока стихнут шаги девочки, Мумия приступил к трапезе. Несмотря на вкусную еду, настроение было паршивым. Накопившаяся усталость, нарастающий шум улицы и гам таверны вызывали сильные мигрени. Но больше всего настроение портила предстоящая задача.

— Шумно, и сигарету не выкуришь, уж точно не сейчас. Хотя какая разница, если завтра буду валяться овощем... Будем надеяться, что на мои поиски уйдет больше времени, — взвешивал он за и против. В итоге забинтованный открыл ставни, сел на подоконник и закурил. Как и в прошлый раз, его лицо скривилось, но он продолжал вдыхать и выдыхать дым. Хоть и противный, синеватый дым успокаивал измученный разум бродяги.

— Приятно все же не слышать бормотание прохожих.

Дым закручивался в причудливые узоры. Впервые за день он был по-настоящему один. И это было... сносно.

Но дела не ждали. Лемарк встал с подоконника, взял мел со стола и начал чертить на полу круг. Спустя полчаса на полу появилась причудливая картина из множества больших и малых кругов, заполненных символами. В центральном круге лежала разбитая статуэтка, чуть выше, в меньшем круге, — эфирный камень. Неподалеку стоял мужчина в бинтах, тщательно проверяя свое творение.

— Получилось сносно, — вынес он вердикт.

— Логово дракона не найду, но место, связанное со статуэткой, отыскать будет несложно. Если даже я заметил остаточный след, то над безопасностью они явно не заморачиваются, — рассуждал он вслух.

Герой снял обувь, стянул одежду и начал разматывать бинты с рук. В центре комнаты, освещенной лишь лунным светом, стоял обнаженный по торс мужчина. Его тело покрывали сотни шрамов разных размеров. Больше всего выделялись две отметины: одна, словно кольцо, опоясывала правую руку чуть ниже бицепса, другая тянулась прямой линией от левой ключицы до груди. Без бинтов стало видно, что кончики его пальцев плавно переходят в черные когти. Этот образ был ужасающим, но притягательным.

— А теперь... — он перевел взгляд на половинку слабо мерцающей синей таблетки. — Хоть ритуал и несложный, да и эфирный камень включен в систему... Но запустить процесс без помощи не выйдет. — Мумия с неуверенностью смотрел на таблетку. — Половина... нет, много... завтра буду валяться на кровати, а время играет не в мою пользу. Думаю, четверти хватит.

Он разделил таблетку еще на две части.

Лемарк взял в одну руку четвертинку таблетки, в другую — миску со смесью. Еще недавно простая каша, приблизившись к кругу из мела, тускло засветилась зеленым. Он быстро проглотил таблетку и запил похлебкой. Острая боль пронзила тело изнутри, выкручивая кости и сводя мускулы, чувства обострились, вены набухли. Но герой оставался спокоен — это был не первый ритуал в его жизни. Хоть колдунам такие ритуалы обычно даются легко, у Мумии был изъян, не позволявший ему постичь магические таинства.

Белые полосы узора засияли красным светом, заливая комнату. Статуэтка задрожала, из ее трещин просочились черные клубы дыма, похожие на те, что появились после ее разрушения. В комнате запахло елью, словно герой медитировал в сосновом лесу. Со временем воздух наполнился разноцветными огоньками, медленно плывущими вокруг. Больше всего их было около Мумии, сидящего в позе лотоса. Тяжелое дыхание выдавало усталость и тяжесть процесса, пот лился ручьем, из носа пошла кровь. Через час багровые лучи начали тускнеть, а с ними исчезали и огоньки. Спустя минуту, как узоры потухли, Лемарк открыл глаза. Он жадно глотал воздух, словно каждый вздох стоил серебряника.

— Дело сложнее, чем ожидалось... — отдышавшись, промямлил Лемарк. Усталость давала о себе знать. Из последних сил он взобрался на кровать и закрыл глаза, погрузившись в сон.