Глава 3 — Глава 3

— Меня, кста, Бред зовут, но для друзей — Блэт. — представился коротышка.

— А меня Ахуй, приятно познакомиться, Блэт. Спасибо, что решил помоць! В воскресенье мы обязаны выпить! Эр угощает! — заявил Ахуй, посмотрев на Эраши через плечо.

— А не слишком быстро вы поладили? — с подозрением спросил их Эраши, опираясь на плечо Реи.

— В самый раз! — воскликнули качки одновременно. — Рею тоже возьмём!

— Без меня обойдётесь? — отказалась Рея.

— И поцему!? Ты же помогаешь нам, мы должны отплатить тебе! — не согласился с отказом Ахуй.

— Я тебе не помогаю, накаченный эльф, я помогаю Эраши.

Все резко посмотрели на Рею, выпучив глаза. Её это ничуть не смутило. Ахуй посмотрел на обоих и хихикнул, прикрыв рот рукой.

— Эм, Рея, что это значит? — поинтересовался Эраши.

— Мне нужно с тобой поговорить, — посмотрела на тестостероновых монстров, а потом обратно на Эраши, — желательно наедине.

Эраши похлопал глазами пару раз, но всё же согласился.

— Ахуй, встретимся в общаге.

— Принято! — ответил друг, — Што думаешь... — продолжил он разговаривать с Бредом.

— Нога? — поинтересовалась Рея, когда спутники ушли.

— Ничего страшного, немного болит, но идти могу.

Шагая уже самостоятельно, Эраши следовал за Реей. Освещённые ярким солнцем белые коридоры сменялись один за другим. Шли уроки, так что, кроме преподавателей и редких студентов, тишину нарушали только шаги девушки и юноши.

Рея вышла из здания через чёрный ход. Эраши последовал её примеру. Руками он прикрыл свои глаза от палящего солнца, которое так сильно не горело буквально минут десять назад. С другой стороны цветы, окружающие тропинку, чувствовали себя превосходно. Тут и огнепышки, и гани, и огнеягодники, и белоснежные гаврииловы лилии, и гелиосы, и златоцветы, и ангельские розы, а также ещё бескрайнее множество цветов, росших на просторных клумбах.

Тропинка вела к выходу из академии, но пунктом назначения был закоулок за небольшим служебном зданием, в таких обычно хранится инвентарь учебных заведений. Пройдя сквозь щёлочку между зданием и широким стволом дуба, студенты оказались в замкнутом пространстве, оттенённом от палящих лучей солнца. Рея опёрлась спиной о дуб, стоявший напротив первого, и скрестила руки под грудью. Эраши же встал напротив, убрав руки в карманы спортивок.

— И зачем позвала, Рея? — спокойно поинтересовался парень.

— Прости.

— Прости? — не понял Эраши.

— Да, прости, что непонятно? — уже начала раздражаться Рея.

— За что?

— За грубость... — она отела взгляд и прикусила губу. — А я вела себя, немного... — помяла одежду на плече девушка.

— Извинения приняты, — Эр довольно хмыкнул и сел на прохладную травку, скрестив ноги и посмотрев в небо, — хорошее место. И тень, и единение.

— Знаю, я.... — хотела что-то добавить Рея, но решила промолчать.

— Не против, если я буду сюда иногда приходить?

— Нет, думаю не против, — дала согласие ангел.

Тишина опустилась на ближайшее пространство. Только лёгкий ветерок изредка трогал листву и траву, создавая их тихий шелест. Тишина окружало всё, но не мысли молодых людей.

“Вот вы никогда не думали, глядя на человека, что там у него в голове? Только в моём случае не человек, а ангел. Да и тот не обычный, а один из детей Божьих, — Эраши издал непонятливое “Эх” и продолжил размышления. — Ради извинений? Не ожидал от неё подобного. Многого, но не подобного. И чем я заслужил такое отношение? Из-за силы? Или ей резко пришло озарение, что я не так уж и плох. Гадать смысла нет, да и спрашивать тоже. И что дальше то? Будем вечно друг на друга смотреть?”

“Сел? Мог бы и проявить ко мне чуточку уважения. Но всё же, что он пережил? Он точно сражался до этого, и не раз. И его руки...”

— Эраши, ты ведь мечник?

— Как и ты.

— Тогда почему бился, не используя меч?

Вопрос его немного обескуражил.

— Потому что? — смог только выдавить

— Информативно, — закатив глаза, сказала Рея.

Очередной сеанс тишины. Очередные внутренние размышления.

“И о чём с ней говорить!? О летающих крокодилах в лесах Бриши? О заброшенных замках Тира? О защитнике китов, Иване? О моём знакомстве с Ахуем? О любимой еде? Об учителе?.. Так! Остановиться! С чего я вообще решил с ней разговаривать, будто мы давние друзья, которые встретились после долгой разлуки? Хотя... — окинул взглядом Рею. — Может это возможность?”

— Рея, а пошли в эти выходные в бар.

— Чего!? — удивлённо спохватилась Рея. — Откуда вообще такие мысли?

— Ахуй же пригласил тебя, но ты ему отказала, а мне откажешь? — с хитрой улыбкой спросил Эраши.

— Я.… — не знала, как ответить Рея на предложение парня, а потом подошла к нему и протянула руку, — В качестве извинений.

— Отлично, — взялся за руку, — тогда в воскресенье утром на площади Лиры.

Встав на ноги, Эраши направился обратным путём в академию, а Рея осталась на месте. Она внимательно смотрела за каменный забор, выстроенный белым кирпичом, с острыми шипами голубоватого оттенка. Сильный порыв ветра развеял её серебристые волосы. Локоны закрыли её лицо, поэтому девушке пришлось убирать их за ухо.

Эраши уже давно ушёл, но Рея не сдвинулась с места. Она взглянула на свою ладонь. Потянула руку к забору, стараясь схватиться за него и перелезть, но понимала, что это бред.

— Что такое свобода, мама? Ты так часто говорила о других мирах... Какая там жизнь? Может это шанс? — опустила голову Рея.

Вечер.

Так и не явившись в медпункт, остаток дня Эраши провёл в библиотеке, где бывал каждый день после пар. Отдел с историческими справками так и манил его. Одна книга сменяла другую, но, так и не найдя искомой информации, он схлопывал переплёт и клал книгу на своё место. В первые дни поступления он засиживался до закрытия, так что его чуть ли не пинками выгоняли из помещения. И это ему ещё везло. Однажды на дежурстве была мисс Дина, типичный ангел с характерными белыми волосами, белыми радужками и бледноватой кожей. Заметив молодого человека чуть ли не ночью в библиотеке, она сразу подошла к нему и, нет, она не выгнала его каким-то извращённым способом. Дина начала пересказывать содержание всех книг, даже тех, которые Эраши прочитал. “Отличная возможность!” — подумал Эраши. Он сразу задал интересующий его вопрос, на что получил неутешительный ответ: “Велизар? Слышала только о командире семьдесят пятого дивизиона шестой армии Тенебриса с таким именем, но и то вскользь год назад где-то,”— а потом продолжала так увлечённо, что юношу даже слова вставить не мог. В тот день он вернулся в общежитие уже под утро. С тех пор Эраши старался следить за временем, особенно когда на дежурстве была мисс Дина.

Не найдя даже крупицу информации, Эраши вновь поставил книгу на стеллаж и направился из библиотеки обратно в общежитие. Длительный спуск выматывал не столько физически, как морально. Если бы не правила, он бы просто спрыгнул и с грацией кошки приземлился на один из столов, за котором сидел бы зубрила со своими тысячами домашних работ. Эти работы разлетелись бы на всю библиотеку и ищи ты их весь день — все найти шанс был бы близок к нулю. Но увы, правила.

Дальше шла проверка от библиотекарш: “Будете брать книги? Не пытаетесь ли что—то украсть и всему тому подобное?” Проблем никогда здесь не возникало.

Тёмные тропинки, освещённые фонарями, которые подпитывались маной буквально из воздуха, как и большинство бытовых приборов Альбиона и Тенебриса. В АСМ это не так сильно распространено, так что подобное можно было увидеть только у богатеев. Всё же АСМ был на ступеньку ниже своих соседей в техническом плане.

Вечерняя академия бурлила жизнью, несмотря на скорый отбой. Идя по тропинке, вымощенной плиткой, Эраши каждый раз встречал студентов. Вот группа друзей, которые громко обсуждали насущные проблемы мультивселенной, женщин, где лучше отдыхать, что лучше пить, какие шутки сейчас актуальны. Скорее всего они нашли где-то алкоголь, от которого они избавятся под покровом ночи в своей комнате. Вот парочка влюблённых, держащихся друг за друга будто в последний раз. Словно их приклеили друг к другу. Вот вечерние бегуны, о которых сказать толком ничего нельзя. Бегуны как бегуны. А вот и преподаватели. Директриса Рафаэль, высокая девушка с длинными белыми волосами, отсвечивающими бледно-изумрудным оттенком, очень эмоционально отчитывала Люка Каина за сегодняшнюю выходку. Да так эмоционально, что была готова наброситься на него, но её удерживали Диего и Фиса. Ага, удержать одного из Совета архангелов? Два обычных учителя? Скорее пытались. А что до Люка? Он просто стоял и ковырял мизинцем в ухе. Он явно не впервой избивает студентов, да и его не впервой отчитывают за это. Только почему они это делают на улице? Первокурсники окружили их, обсуждая происходящее. Остальным же, в основном старшекурсникам, которые скорее всего привыкли к этому, было плевать, как и Эраши собственно.

И вот долгожданное общежитие. Недовольный взгляд вахтёрши окинул Эраши с ног до макушки. Женщина просто фыркнула и, ничего не сказав, пропустила молодого человека сквозь арку, записав что—то в свой блокнот. Он поднялся на третий этаж, и двинулся к дальней комнате. Когда Эраши открыл дверь, его взору предстал Ахуй, который закреплял скотчем магические посохи на свои руки.

— Знаешь, я в детстве мецтал стать ассасином.

— А стал посмешищем?

— Не будь таким жестоким! Я атакую Каина с их помощью и тогда!.. — не успел он закончить мысль, как рука Эраши стукнула его по макушке.

— Успокойся, скрытый убийца. Тебе магические посохи точно не помогут. Да и зачем они тебе? У тебя же кинжалы есть, — отговаривал Ахуя Эраши, садясь на край своей кровати.

— А ведь правда! — эльф порвал скотч, а после и переломил пополам магические посохи.

— Ахуй… Расскажи мне, а на какие шиши ты купил эти посохи?

— На твои конешно же! Ой… — Ахуй осознал, что натворил и вздрогнул, ощутив злобный взгляд Эраши на себе.

Эраши подскочил с места на спину Ахуя и принялся тянуть его за волосы. Эльф не выдержал и повалился на деревянный пол, с пронзительными криками боли.

— Ты мог их не ломать хотя бы!

— Прости! — слёзно просил прощения массивный эльф

— Сколько ты мне уже должен, Ах!? Напомнишь, а!? Сам будешь в воскресенье за четверых платить, понял!? — продолжая тягать длинный волосы, высказывал своё недовольство Эраши.

— Хорошо, я понял-понял, только перестань, — согласился на условия Ахуй, и только тогда Эраши слез с него и вновь сел на свою постель, эльф поступил аналогично. — Подожди? Што знацит за цетверых? Мы же втроём пойдём. Или ты пригласил её? — хитро улыбнулся Ахуй.

— Да, пригласил.

— И в цём прицина? Тебе наконец-то понравилась девушка? — с хитрой улыбкой попытался поиздеваться над другом эльф.

— Мне необходимо встретиться с Михаэлем. Она точно с ним знакома.

Лыба сразу сползла.

— Жестокий ты, Эр, — лег разочарованный Ахуй на кровать, уложив свою голову на ладони, — Ну и што такого важного ты должен сказать ему?

— Не скажу.

— Даже мне!?

— Даже тебе.

— Я же твой луций друг!

— Нет, — Эраши выключил свет, бросив в переключатель ластик, лежавший на прикроватной тумбочке, и лёг на бок лицом к стене.

— Сегодня не будешь тренироваться? Поцему?

— Завтра узнаешь.

— Опять не хоцешь говорить. Ну и ладно, доброй ноци.

— Доброй.

Тот же вечер.

Тёмный подвал, освещённый лишь приглушённым светом лампы. Из-за сырости стены покрылись плесенью и мхом. В центре стоял стол с ножами, кинжалами, топорами, ножницами, плоскогубцами и многими другими различными приборами, которые объединяла одна черта. Кровь. Свежая кровь. Ещё тёплая. Пол тоже был в крови. Напротив этого стола стоял деревянный крест, на котором висел тощий, с просвечивающими из-под кожи рёбрами, ангел. Его глаза были наполнены ужасом, страхом и болью. На левой руке не хватало двух пальцев, на правой — трёх. Тело покрывала кровь. Где-то свежая, где-то уже запёкшаяся. Во рту была окровавленная тряпка. Рядом, на стульчике, сидел, согнувшись над газетой, зверолюд, одетый в тё мно—зелёный комбинезон. На его глазах была натянута чёрная повязка.

Своим чёрным лисьим хвостом он схватил яблоко, стоящее на столе, и кинул себе в руку. Откусил кусочек и довольно зашевелил хвостиком и ушами. Он встал со стула и подошёл к исхудавшему ангелу, продолжая довольно поедать красное, спелое яблочко. Отбросив огрызок, ткнул в лицо привязанного газету.

— Почитай для меня, Хайго, — попросил лис, с нежной улыбкой, приносящей один ужас.

— МХМ!

— Ой, прости, — вытащил он тряпку и бросил в ближайший угол, — теперь можешь.

— Пощади, Идан... Прошу.

— Я подумаю над этим. Только почитай сначала для меня.

— Сегодня в три часа дня, — Хайго тихо кашлянул с кровью, — “Золотая вспышка” вернулся в академию и избил двух студентов... Кх... Почему его до сих пор не уволили? — тихо читал ангел, ослабшим голосом.

— И кто же пострадал?

— Пишут... Эраши Уокер и Ахуй Центруон...

— Вот как, — широко улыбнулся Идан, что было намного страшнее его предыдущего выражения лица. — Эти двое.

— Я прочитал, прошу...

Идан приблизил лицо к Хайго и резким движением руки стянул повязку. От виска к виску белой линией тянулся шрам, а глаза были абсолютно белыми.

— Знаешь, откуда этот шрам?

— Н-н-не знаю... — стуча зубами, испуганно произнёс Хайго.

— Мне очень нравится смотреть на страдания. Как они корчатся от боли. Как они плачут. Как они теряют часть себя. От всего этого я получаю сплошное удовольствие. Слышать тоже приятно, но видеть! Я чувствую себя заново рождённым. Ты когда-нибудь чувствовал что-то подобное. Можешь не отвечать. Знаю. Не чувствовал. Никому меня не понять! Я думал, что Эраши присоединится ко мне. А он! Прикинь, возненавидел меня, назвал чудовищем. Я чудовище!? Ну скажи, я чудовище? — Хайго отрицательно мотнул головой, — Вот видишь! А он даже на грани смерти не хотел отказываться от своих слов. А на экзамене вместо моего убийства он не убил меня, а лишь сказал... Знаешь какой отговоркой он воспользовался? Сейчас, — вытянул указательный палец, вспоминая фразу, — а вот! “Я не уподоблюсь тебе.” Ха-ха-ха. Сказануть такое! Он, конечно, придумал. Ладно бы это, но зачем было лишать меня удовольствия! Из-за него я теперь не могу в полной мере наслаждаться процессом! Благо звуки остались.

— Господин Идан, прошу, отпустите меня, моя семья ждёт меня, — слёзно умолял Хайго.

Идан отошёл от него. Натянув повязку обратно и завязав её на затылке, зверолюд громко стукнул по столу. Дверь распахнулась. В комнату вошли двое. Девушка с пшеничными волосам. Зрачки были белыми. Щёки чуть румянились. Она была одета в нежно-голубое платье. За ней плёлся маленький мальчик лет шести в белой рубашке и шортиками с подтяжками.

Лицо девушки сразу побледнело, стоило девушке увидеть своего мужа. Глаза наполнились ужасом. Ребёнок не сразу узнал отца, поэтому прятался за мамой, держась её платьица.

— Идан! Что они тут делают!? — из последних сил старался кричать Хайго.

— Что? Ты же так хотел увидеться с семьёй. Где спасибо? — спокойно проговорил Идан, подходя к девушке.

— Не смей прикасаться к Лили! Идан! — в кровь ангела будто впустили новую дозу адреналина. Он из последних сил старался вырваться.

Слова не останавливали лиса. Наоборот, ему становилось всё веселее и веселее. Девушка же отступала назад, прикрывая собой своё дитя. Подойдя чуть ли не вплотную, Идан облизнулся и сорвал платье Лили. Она упала, прикрывая себя.

— Кричи, Хайго. Кричи, Лили. Я хочу насладиться каждым моментом.

А они и кричали. Со слезами на глазах он посыпал Идана проклятьями. Лили плакала, пронзительно рыдала, как и её сын. Но несмотря на слёзы, он подбежал к столу и схватил первый попавший под руку нож и попытался проткнуть ногу обидчика. Идан выхватил орудие из руки мальчишки и им же отрезал его кисть. Кровь ручьём полилась из раны. Ребёнок пронзительно закричал от боли, стараясь закрыть рану рукой. Лицо матери побледнело ещё сильнее. Она попытался двинуться к сыну, но не успела. Идан пнул мальчика с неимоверной силой. Ещё секунд пять он корчился и кричал от боли, пока не затих.

— Какой приятный звук предстал моему слуху, согласны? — шевеля ушами, весело спросил у родителей лис.

— Идан! Тебя покарает сами небеса! Сам Бог! Нет тебе прощения! Твоя смерть будет мучительнейшей! Тебе даже не стоит искать лёгкой смерти! — надрывался из последних сил Хайго.

Идану было в удовольствие слышать его вопли. Лили попыталась подбежать к столу, но зверолюд остановил её, резко схватившись за её волосы. Благо он не почувствовал маленькое колечко, кинутое в сторону сына. Переместив, хват ближе к корням, лис облизал её щёку.

— Не волнуйтесь, я позабочусь, чтобы ваша семья воссоединилась, — с милой улыбкой говорил Идан. Но слова внушали только ужас, а не облегчение.