Глава 4 — Выбор, который не дают бесплатно

Часть 1

Я проснулся раньше обычного. Это осознание пришло не сразу. Сначала было просто чувство — странное, непривычное. Лёгкость. Тело не ныло, в висках не стучало, перед глазами не плыло.

Я сел на кровать и несколько секунд просто прислушивался к себе. Сердце билось ровно. Мысли были ясными. Даже дыхание — спокойным.

— Странно.

Вчера я не плохо так позанимался магией. Правда я стал делать это осторожнее, после того что мне сказала Лира. И обычно после таких занятий меня болела голова с утра. Но сегодня всё было хорошо, даже очень.

— Может, я просто привык? — пробормотал я себе под нос.

Мысль была приятной. Слишком приятной, чтобы в неё сразу поверить.

Я встал, накинул простую рубаху и вышел из комнаты. В доме было тихо. Сквозь окна тянулся мягкий утренний свет, и где-то вдалеке уже слышались голоса — деревня просыпалась.

На кухне я увидел Эльварин.

Она стояла у стола, перебирая какие-то овощи, и выглядела… растерянной. Это было непривычно. Обычно у неё всё было распланировано заранее, будто сама Дриада подсказывала ей, что и когда делать.

— Доброе утро, — сказал я.

Она обернулась и улыбнулась.

— Доброе, мой лучик. Ты сегодня рано встал.

— Я выспался, — честно ответил я и сел за стол.

Эльварин вздохнула и посмотрела на разложенные перед ней продукты.

— А я вот не могу решить, что приготовить сегодня, — сказала она. — Всё кажется каким-то… однообразным.

Я на секунду замер. Идея пришла внезапно. Настолько внезапно, что я сам удивился, откуда она вообще взялась. Наверное, из той части меня, которая всё ещё помнила запахи и вкусы прошлой жизни.

— А давай… — я запнулся, подбирая слова, — приготовим пиццу?

Эльварин моргнула.

— Пиццу? — переспросила она, будто я произнёс слово на незнакомом языке. — Это… что-то из чужих земель?

— Ну… — я почесал затылок. — Типа того.

Она прищурилась, но без подозрения — скорее с любопытством.

— И из чего она готовится? И вообще… вкусно ли это?

— Очень, — сказал я, не задумываясь.

Эльварин улыбнулась, но затем посмотрела на меня внимательнее.

— Откуда ты знаешь о таком блюде, Эйрон?

Я ответил не сразу. Конечно же я не мог ей сказать правду. А если скажу, что придумал сам то не поверит. Нужно было сказать что-то… правдоподобное. Что-то, что не вызовет лишних вопросов.

Я сделал вид, что задумался.

— Я… слышал об этом от дяди, — наконец сказал я. — Когда он приходил в гости. Он рассказывал про еду из других стран.

Эльварин на секунду нахмурилась, будто прокручивая в памяти разговоры.

— От дяди… — повторила она. — Да, он действительно любил рассказывать странные вещи.

Она рассмеялась тихо и покачала головой.

— Ладно. Почему бы и нет? Если уж день обещает быть необычным, пусть и еда будет такой же.

Я невольно улыбнулся.

— Тогда… давай начнём с теста, — сказал я как можно спокойнее, будто предлагал что-то совершенно обычное.

Эльварин на мгновение замерла, потом подняла бровь и посмотрела на меня с тем самым выражением, которое я уже успел выучить: смесь материнской нежности и лёгкого недоумения.

— С теста? — переспросила она. — Ты уверен, что знаешь, о чём говоришь?

— Более чем, — кивнул я. — Нам нужна мука, тёплая вода, соль… и немного масла. Дрожжи тоже есть?

— Есть, — медленно ответила она. — Но откуда ты знаешь, в каком порядке всё это смешивать?

Я чуть не споткнулся на этом вопросе.

— Дядя говорил, что если сначала добавить соль, тесто получится жёстким, — пожал я плечами. — А если вода будет горячей, дрожжи умрут.

Эльварин несколько секунд просто смотрела на меня. Потом молча подошла к полке и достала мешочек с мукой.

— Хорошо, — сказала она. — Показывай.

Я залез на небольшой деревянный стул, чтобы дотянуться до стола, и начал раздавать указания — аккуратно, без суеты.

— Не всю воду сразу. Лучше понемногу. Да, вот так…

— Масло позже, когда тесто уже начнёт собираться.

— Не дави слишком сильно, ему нужно «дышать».

Она делала всё, как я говорил. И чем дальше, тем внимательнее становился её взгляд.

— Знаешь, — сказала она спустя пару минут, — я готовлю всю жизнь. Но так тесто мне ещё никто не объяснял.

Когда мы накрыли миску тканью и поставили тесто «отдыхать», я перешёл к следующему этапу.

— Теперь соус.

— Соус? — удивилась она. — Для хлеба?

— Это не хлеб, — покачал я головой. — Это основа.

Я попросил помидоры, зелень, немного чеснока. Объяснил, что их нужно не просто нарезать, а измельчить и слегка прогреть, чтобы вкус стал мягче.

Эльварин резала овощи, время от времени бросая на меня короткие взгляды.

— Эйрон… — тихо сказала она, — Ты довольно много знаешь для своего возраста.

Я пожал плечами.

— Мне просто интересно, — ответил я честно. — А когда интересно, всё запоминается.

Она ничего не сказала. Только кивнула и продолжила готовить.

Когда всё было собрано — тесто, соус, сыр, зелень — она осторожно поставила противень в печь.

Мы сели за стол и ждали.

Прошло несколько минут. По кухне поплыл незнакомый, тёплый запах.

Эльварин глубоко вдохнула и тихо рассмеялась.

— Ладно, — сказала она. — Признаю. Даже если это странное блюдо… оно пахнет восхитительно.

Я смотрел на огонь в печи и чувствовал странное, почти забытое чувство. Просто… обычную радость.

Я снял противень и поставил его на деревянный стол. Эльварин на мгновение замерла, будто решая — стоит ли доверять этому странному «пирогу», придуманному её маленьким сыном.

— Ну… — она взяла нож. — Раз уж мы зашли так далеко.

Она отрезала небольшой кусок и попробовала.

Прошла секунда, потом ещё одна. Я смотрел на неё и ждал её реакции.

Эльварин медленно подняла брови.

— Это… — начала она и замолчала.

Я невольно напрягся, готовый к чему угодно.

Она откусила ещё раз. Уже увереннее.

— Эйрон, — сказала она наконец, — это самый странный пирог, который я когда-либо ела.

Я выдохнул.

— Но, — поспешно добавила она, будто боялась что я неправильно пойму, — и самый вкусный.

Конечно самый вкусный. Это одно из моих любимых блюд из прошлой жизни.

На её лице появилась улыбка — тёплая, почти девичья.

— Тесто мягкое, но не рыхлое, — задумчиво продолжила она, пробуя третий кусок. — Начинка… странная, но идеально сочетается. И этот расплавленный сыр… — она покачала головой. — Никогда бы не подумала, что такое возможно.

Она посмотрела на меня ещё раз.

— Ты уверен, что слышал это только от дяди? — с лёгкой усмешкой спросила она.

Я пожал плечами, изображая детскую невинность.

— Он говорил, что в дальних землях так готовят.

Эльварин хмыкнула и отрезала себе кусок побольше.

— Что ж, если в дальних землях так едят… — сказала она. — Может, в них не всё так уж и плохо.

Часть 2

После пиццы в доме стало тихо.

Эльварин ушла по делам — понести соседке кусок «странного пирога», как она его назвала. На столе ещё оставался тёплый запах сыра и трав, а в животе — приятная тяжесть, та самая, после которой не хочется ни бегать, ни говорить, ни думать слишком быстро.

Я сидел, прислонившись спиной к стене, и просто смотрел в потолок.

И именно тогда в голову пришла мысль, которую я до этого старательно откладывал.

Чем мне вообще заниматься в этом мире? Кем я хочу быть?

Возможно трёх летнему ребёнку ещё рано думать о подобном, но чем быстрее я определюсь с профессией тем легче мне будет в будущем. Я не знал кем я хочу быть, но точно знал кем не хочу.

Целителем я вряд-ли стану. Эта профессия не пользуется сейчас популярностью в доминионе. Ведь сейчас нет войн или каких-то серьёзных болезней, а мелкие раны большинство могут и сами залечить. Эльварин хоть и является целителем, но официально она не работает. Только иногда принимает местных жителей, которые попали в беду. Но это скорее подработка нежели заработок. Алак тоже был целителем, но из-за отсутствия работы он пошёл работать в гильдию магов. Насколько я знаю он там варит всякие зелья.

Боевой маг? Звучит красиво, пока не понимаешь, что за этим стоит. Война — это не фейерверки заклинаний, а грязь, страх и приказы, от которых не отвернёшься.

Но я хочу профессию связанную с магией. Но чтобы она приносила нормальные деньги и была безопасной.

Мысль крутилась в голове, мешая сидеть спокойно.

Я встал и пошёл в комнату Алака — туда, где всегда находил ответы, даже если не искал их специально.

Эта комната была почти пустой. Полки с книгами, стол у окна, стул. Ничего лишнего. Запах старой бумаги и чернил — тихий, успокаивающий.

Я уже видел большинство этих книг. История Доминиона. Магия стихий. Целительство. Записки из прошлого.

Но сегодня мой взгляд зацепился за книгу, лежащую не на полке, а на краю стола, словно её недавно брали.

Простая обложка. Без украшений. Только надпись:

«Основы Зачарования. Практическое руководство по внедрению маны в материю».

Зачарование? Это слово я слышал редко. О нём почти не говорили дома, и уж точно не учили ему детей. Зачарованные предметы покупали, заказывали, использовали — но процесс их создания оставался где-то за кулисами, как работа часовщика: все знают что часы идут, но мало кто понимает, как именно.

Я аккуратно взял книгу. Она оказалась тяжелее, чем выглядела. Хотя скорее это из-за моих маленьких рук.

Я пролистал первые главы. Там небыло ни формул, ни заклинаний или чего-то подобного. Только схемы, принципы, ошибки.

Зачарование не выглядело как магия в привычном смысле. Здесь не нужно было бросать огонь или лечить раны. Здесь нужно было понимать, как мана ведёт себя в материи. Как металл сопротивляется. Почему дерево гасит потоки маны.

Я сел прямо на пол, прислонившись спиной к столу, и продолжил читать.

«Зачарование — не искусство силы, а искусство терпения.»

Терпения мне иногда не хватает, но думаю это не будет проблемой.

Я читал книгу до тех пор, пока глаза не начали слипаться.

Книга оказалась не из тех, что захватывают сразу. Она не обещала быстрых результатов и не льстила читателю. Напротив — почти каждая страница словно пыталась отговорить: если ты ищешь лёгкий путь, закрой её сейчас.

Но чем дальше я читал, тем сильнее росло желание попробовать. Ладно, мне и так нечего делать. Почему бы не попробовать?

Я осторожно закрыл книгу и огляделся. В комнате Алака было тихо. Ни шагов, ни голосов. Только тиканье старых часов у окна.

— Может зачаровать камень? — пробормотал я.

Материал самый простой. Никакой обработки, никакой структуры. Если что-то пойдёт не так, я ничего не испорчу.

Во дворе, возле забора, я нашёл подходящий: серый, размером с кулак, с более-менее ровной поверхностью. Я уселся прямо на землю и положил камень перед собой.

Следующая проблема была очевидной.

— А где я достану инструменты?

В книге говорилось о зачарованных резцах, калиброванных иглах, рунических стилусах. Разумеется, ничего подобного у меня не было.

Не долго думая и решил использовать нож. Простой, кухонный нож. Правда нужно быть аккуратным чтобы не сломать его, иначе Эльварин меня убьёт.

Я повернул нож в руках.

— Не идеально конечно… — тихо сказал я. — Но сойдёт.

Теперь нужно было выбрать руну. Я долго выбирал, какие именно. Не сложную формулу, не цепочку — одну, самую простую. Символ удержания и символ свечения.

— Ладно, пусть будет это. — Сказал я себе.

Я начал царапать. Металл ножа скрежетал по камню. Линии выходили неровными, слишком глубокими в одном месте и едва заметными в другом. Рука быстро устала. Несколько раз я останавливался, чтобы проверить рисунок и свериться с книгой.

— Слишком криво… — нахмурился я. — Но думаю и так сойдёт.

Когда последняя линия была закончена, я отложил нож и несколько секунд просто смотрел на результат.

Руны выглядели… жалко.

Если бы Алак это увидел, он бы наверное,ю даже не стал ругаться, а просто вздохнул. Но для первого раза и так сгодится.

Я положил ладонь на камень. Теперь самое главное.

Я закрыл глаза и попытался сделать то, о чём читал: не выплеснуть ману, не протолкнуть её, а ввести. Медленно. Осторожно. Представляя, как она заполняет царапины, цепляется за линии, следует по пути, который я для неё задал.

Поначалу ничего не происходило.

Потом я почувствовал знакомое покалывание в пальцах. Лёгкое, почти приятное. Камень под ладонью стал… тёплым.

Я открыл глаза.

Руны едва заметно светились. Не ярко — скорее, как угли под пеплом. Тусклый, бледный свет, который можно было легко пропустить, если не знать, куда смотреть.

— Получилось… — выдохнул я.

Это было намного легче чем я думал. Я убрал руку.

Камень продолжал светиться. Я смотрел на него боясь что он потухнет. И похоже, я не зря боялся. Свет начал слабеть с каждой минутой.

— Держись… — прошептал я, сам не понимая, кому это адресовано.

Через пару минут свечение исчезло полностью. Камень снова стал обычным — холодным, серым, безжизненным.

— Проклятье. — Сказал я и откинулся назад, ложась на землю.

Но несмотря на слабый результат, меня ничего не болело. Небыло ни головной боли ни тошноты, которые обычно появлялись после применения магии.

Я посмотрел на камень.

Он был неудачным артефактом. Материал непригоден для зачарования. И был сделанным ножом и детской рукой.

Но он работал. Если даже так, без инструментов, без опыта, я смог заставить камень светиться.

Я ещё несколько секунд смотрел на камень, будто ожидал, что он снова вспыхнет сам по себе. Но ничего не произошло. Он лежал в траве — обычный, ничем не примечательный.

Нож я положил обратно туда, где я его взял. Потом я лёг на кровать и уставился в потолок. Тело было спокойным. Ни боли, ни тяжести, ни знакомого звона в голове.

Если магия отнимает жизнь, значит, нужно научиться тратить её правильно.

С этой мыслью я наконец уснул. Не как ребёнок, которому просто любопытно,

а как тот, кто знает, с чего начать.