Глава 2 — Без названия

Девушка не отходила от кровати ни на шаг. Она прильнула к телу божества, почти касаясь ухом его груди, и замерла. Ритм его сердца был неровным, тяжёлым, но в нём чувствовалась первобытная мощь. Она вслушивалась в этот внутренний гул, стараясь понять, как его божественная суть борется с ядом тигрицы. Осознав, что кризис миновал и его тело успешно берёт верх над отравой, она облегчённо выдохнула и просто села рядом, ожидая, когда он придёт в себя. Её мысли лихорадочно сменяли друг друга. Переживания за собственную жизнь смешивались с тревогой за обитателей этого места. Если тигрица смогла парализовать бога, то что она сделала со стражниками? Мирела понимала, что огромные обезьяны, скорее всего, тоже были отравлены и брошены где-то в лесу или на подступах к замку. Вопросы плодились в голове друг за другом: Кто эта тигрица? Почему она решилась на такое преступление?

Краем глаза Мирела увидела, как пальцы мужчины дрогнули, впиваясь в простыни, и он попытался шевельнуться. Она тут же пододвинулась ближе, осторожно, но уверенно взяла его за горячую руку и встретилась с ним взглядом. В золотых глазах ещё плавал туман забытья, но в них уже вспыхивали искры сознания. Мирела хотела успокоить его, придать уверенности, но слова застревали в горле — она не знала, слышит ли он её, понимает ли человеческую речь в таком состоянии. Он рефлекторно попытался подняться, его мышцы напряглись под кожей, но яд всё ещё был сильнее, удерживая его в постели.

— Тшшш... — Мирела мягко положила ладонь ему на грудь, заставляя лечь обратно. — Всё в порядке. Сейчас вы в безопасности. Отдыхайте, не пытайтесь встать.

Спустя какое-то время тишину коридора прорезал резкий шум и тонкий писк. Дверь в комнату задрожала, и в щель попытались ворваться две яркие, мерцающие точки. Они метались с такой скоростью, что казались просто росчерками света. Мирела среагировала мгновенно: её руки взметнулись вверх, и она рефлекторно сжала ладони, поймав незваных гостей прямо в воздухе. Это были феи. Вампирша много раз читала о них в старых книгах, но видела впервые. Крошечные существа были в крайней степени взволнованности. Они что-то громко и пронзительно кричали ей на своём звенящем языке, отчаянно пытаясь вырваться из её хватки. Мирела проследила за их яростными движениями и взглядами — они то и дело указывали на неподвижное божество на кровати.

— Он ваш господин? — неуверенно спросила она и, решив рискнуть, разжала пальцы.

Феи тут же сорвались с места, камнем рухнув к мужчине. Они кружили над ним, издавая жалобные звуки.

— Он спит. Ему нужно восстановить свои силы, поэтому будьте, пожалуйста, тише, — строго произнесла Мирела.

Но малютки не успокаивались. Напротив, они вновь кинулись к ней, летая прямо перед её лицом и возмущённо пища.

— Это не я его отравила! — не понимая их языка, но чувствуя обвинение, возразила Мирела. — Но если вы продолжите так шуметь, я просто выкину вас за дверь!

Угроза подействовала мгновенно. Феи замолкли, обиженно зависнув в воздухе, а затем стали просто медленно кружить рядом с мужчиной. Было видно, как сильно они переживают за него.

— Кстати, — вспомнила Мирела, — раз уж вы местные, может, проверите стражников? Я думаю, они тоже отравлены, но я не знаю, где они находятся.

Феи переглянулись, в их крошечных глазках промелькнуло недоверчивое сомнение. Однако, оценив ситуацию и то, что вампирша не причинила вреда их хозяину, они, видимо, решили, что ей можно доверять. В следующую секунду они вспыхнули ярче и в спешке покинули комнату через открытое окно. Мирела снова осталась один на один с богом. Она посмотрела на свои руки, которыми только что держала сказочных существ, а затем перевела взгляд на крышу обители. Рассвет уже начал золотить черепицу замка, возвращая привычный страх перед солнцем.

Прошло несколько дней с того момента, как Мирела принесла бесчувственное божество в пыльную спальню. Всё это время она не отходила от него ни на шаг, превратившись в безмолвную тень у его изголовья. Битва с тигрицей дорого ей обошлась: глубокие борозды от когтей на груди и бёдрах никак не хотели затягиваться, смешиваясь со старыми, почерневшими солнечными ожогами. Регенерация вампира требовала топлива, которого у неё не было. Постепенно силы начали тратиться на самое элементарное — поддержание сознания. Голод накрывал её плотной, вязкой пеленой. Мирела сидела в углу комнаты, оглушённая ритмичным, оглушительно сильным стуком сердца бога, который теперь отдавался в её ушах, как удары набата. Этот звук гипнотизировал её, погружая в опасное подсознание всё глубже и глубже. Наконец, мерный стук стал более сбивчивым и быстрым. Мирела вскинула голову и открыла глаза. Мужчина сидел на краю кровати, тяжело опираясь на руки.

— Проснулся! — вскрикнула она, и в этом крике смешались восторг и дикое напряжение. Она подбежала к нему, но замерла в шаге. — Как вы себя чувствуете? Болит где-нибудь?

Мирела была в нетерпении, её пальцы дрожали, но она не рисковала коснуться его. Божество хранило молчание. Он медленно поднял голову, и его пронзительный взгляд золотых глаз впился в её лицо. Какое-то время он просто изучал её, а затем глухо спросил:

— Что у тебя с глазами?

Только в этот миг Мирела осознала то жгучее, пульсирующее чувство, которое выжигало её изнутри уже несколько часов. Она метнулась к зеркалу, смахнув ладонью остатки пыли. Из отражения на неё смотрело чудовище: её глаза больше не были карими, они горели ровным, зловещим алым светом.

— Н-ничего... Всё в порядке, — поспешно соврала она, отворачиваясь. — Просто я немного голодна.

Тишина наполнила комнату, став почти осязаемой. Все присутствующие осознавали, о каком именно голоде идёт речь. Мужчина медленно встал, его фигура заслонила полумрак, и он сделал шаг к ней. Мирела инстинктивно отшатнулась, прижавшись спиной к стене.

— Если вы в порядке, то должны навестить своих подчинённых, — затараторила она, пытаясь переключить его внимание и удержать себя в руках. — Они очень переживали о вас... Феи, стража... они тоже были отравлены и сейчас нуждаются в вас.

Она почти умоляла его уйти, чувствуя, как внутри неё пробуждается хищник, готовый вцепиться в его шею. Мужчина коротко кивнул и молча вышел из комнаты. Девушка сползла по стене, выдыхая с облегчением, но шум крови в её голове не затихал. Рассвет очередного дня только-только окрасил замок в розовые тона, и ей предстояло пережить ещё один мучительный день в полном одиночестве.

Спустя пару часов Мирела вновь почувствовала его приближение. Её чувства обострились до предела: она слышала скрип его сапог по коридору, ощущала его мощную ауру сквозь толстые стены. Её состояние стремительно ухудшалось — жажда становилась невыносимой. Девушка сидела у окна, зарывшись головой в колени и обхватив себя руками. Как только дверь открылась, она, не поднимая головы, резко вытянула руку вперёд.

— Н-не подходите ближе! — предупредила она хрипло. — В идеале... покиньте это крыло.

— Указываешь мне в моём же доме? — проворчал он, подходя ближе.

— Это для вашего же блага... — выдохнула Мирела. Вид у неё был жалкий: искусанные в кровь губы, лихорадочный блеск глаз и спутанные волосы.

— Как давно ты ела? — спросил он неожиданно твёрдо. — Я ничего не знаю о вампирах. Сколько ты обычно можешь продержаться в голоде?

— Семь дней без еды... — выдавила она сквозь зубы.

— И какой это день по счёту?

Мирела помедлила, чувствуя, как сознание ускользает. — Шестой, — наконец, призналась она.

Божество тяжело вздохнуло, в этом звуке слышалось раздражение пополам с безвыходностью. Он потёр голову, глядя на дрожащую девушку, а затем резко закрыл за собой дверь на засов.

— Тогда выхода нет, — произнёс он, сокращая расстояние между ними и подходя вплотную. — Возьми мою кровь.

Мирела медленно подняла голову. Её алые глаза расширились от шока, и она уставилась на него, не веря собственным ушам. Предложение бога звучало как безумие — и как единственное спасение.

— Ты ведь спасла меня, — медленно, словно пробуя слова на вкус, произнёс мужчина. Его голос вибрировал в тишине пыльной комнаты. — Значит, я должен отплатить тебе за это...

Между ними повисло тяжёлое, неловкое молчание. Мирела видела, как он борется с собственной гордостью, предлагая немыслимое.

— Вы ведь сами ещё ранены... — попыталась оправдаться она, хотя алое пламя в её глазах уже почти полностью вытеснило остатки человеческого разума. Жажда жгла пищевод, заставляя пальцы судорожно скрести по коже.

— Я уже в полном порядке, — отрезал он, тяжело присаживаясь на край кровати. Матрас прогнулся под его весом. — В крипте замка есть целебный источник...

Не успел он закончить фразу, как Мирела соскочила со своего места. Упоминание источника стало последним аргументом. В обители Дракулы тоже был такой, бьющий прямо из сердца древней скалы, питающий своё божество и его владения. Раз он исцелился, её совесть замолчала, уступив место хищнику.

— Тогда я не буду церемониться, — бросила она, и в её голосе прорезались властные, почти звериные нотки.

Двумя текучими шагами она приблизилась и села божеству прямо на колени. Мужчина вздрогнул, явно не ожидая такой дерзости. Он замер, оказавшись в ловушке собственного предложения. Его золотые глаза встретились с её рубиновыми, и в этом контакте он впервые почувствовал себя беспомощно. Он знал о вампирах лишь по наслышке, но никогда не сталкивался с ними так близко — до запаха кожи, до ледяного дыхания на губах.

Мирела действовала уверенно, ведомая инстинктом. Её тонкие, холодные ладони скользнули по его крепкой шее, пальцы запутались в огненных волосах. Она мягко, но властно запрокинула его голову на бок, обнажая пульсирующую артерию. По телу бога пробежали мурашки — не от страха, а от странного, пугающего предвкушения.

— Расслабьтесь, — прошептала она ему прямо в ухо, ощущая всем телом, как бешено колотится его сердце, и, как напряжены его плечи. — Боль будет длиться лишь секунду.

И в следующий миг её клыки вонзились в его шею. Божество инстинктивно дёрнулось, и его руки железной хваткой обхватили девушку за талию и спину. Она прижалась к нему всем телом, жадно впитывая первую, самую горячую струю божественной крови. В этот момент она впрыснула свой яд — сладкий, одурманивающий анестетик, который должен был притупить его боль.

Мужчина крепко держал её, впиваясь ногтями в спину. Это чувство было ему абсолютно незнакомо: его кровь, сама его суть, стремительно утекала в это хрупкое, мертвенно-бледное существо. То, как она быстро и неистово глотала, будоражило его, вызывая странное волнение. Его собственный пульс стал неистовым, разгоняя кровь по жилам, в то время как её сердце, обычно едва различимое, оставалось почти неподвижным. Этот контраст между жизнью и смертью в одном объятии кружил голову.

Однако эта интимная близость прервалась внезапно и болезненно. Мирела резко отпрянула, сорвавшись с его шеи. Её глаза пылали алым огнём, на губах блестела его кровь. Тёплая струйка потекла по его шее, и Мирела на секунду прильнула снова, чтобы слизать её и остановить кровотечение, но тут же сдавленно вскрикнула и с силой оттолкнула себя от него. Её горло горело невыносимым, яростным жаром, словно она выпила жидкий огонь. Девушка хваталась за горло, словно пытаясь вдохнуть воздух, который казался раскалённым свинцом.

— Что не так?! — Мужчина судорожно подался вперёд, хватая её за плечи. Его пальцы коснулись её кожи, и он замер от шока: тело девушки было обжигающе тёплым.

Он прижал руку к её груди и почувствовал то, чего быть не могло. Под его ладонью медленно, но чётко и ритмично билось её сердце. В его знаниях о мире теней вампиры были хладными трупами без пульса. Этот факт напугал его больше, чем само её нападение.

— Что мне сделать? — почти вскрикнул он, пытаясь добиться ответа, пока она корчилась в его руках.

Мирела вцепилась в его предплечья, её пальцы белели от напряжения. Глаза начали закатываться.

— Переборщила... — едва слышно выдавила она, захлёбываясь силой божественной крови, которая так безжалостно вмешивалась в её мёртвую суть.

В следующую секунду её тело обмякло, и она потеряла сознание, оставшись бездыханным, но пугающе живым грузом на его руках.