Глава 2 — Глава 2. Цена уважения.

Ещё минуту назад Сара думала, что ей повезло.Незнакомец бросил ей кошелёк — тяжёлый, набитый деньгами.Таких сумм она не держала в руках никогда.И вот теперь это «сокровище» просто отнимали.

— В проулок её. Сейчас дрон пролетит.

Парень, чьи резкие контуры лица угадывались под маской, дёрнул её за рукав, и Сара едва не упала.

Другой — широкий, с толстой шеей — оглянулся на улицу.

Над перекошенными фасадами гетто вдалеке показался патрульный дрон — чёрный шар с узкой красной полосой сканера. Он медленно приближался.

— Засветимся — в каталажку закроют. Тащи.

Её втолкнули в узкий проулок между баром и старым складом. Здесь пахло кислым пивом, гнилью и мокрым железом.По стене тянулись толстые кабели, под ногами хлюпала вода.У стены стояли два мусорных бака, а дальше темнели металлические ворота трансформаторной будки.

Сара прижала сына крепче.Мальчик не заплакал. Он затих, прищурился сильнее и нахохлился, как воробей, готовый клюнуть. Сара по внешнему виду догадалась, кто перед ней. Герои местных сплетен. Она всегда хорошо слушала и запоминала.У неё была цепкая память — полезная вещь в гетто.

Нервный — вероятно Бес.

Широкий, с массивными плечами — скорее всего Рон.

Липкий — предположительно Харт — уже шарил в кошельке жирными пальцами.

И ещё один — молодой, слишком злой, слишком старающийся — Тыч.

За спинами бандитов чернел бар с выцветшей вывеской «Яма». Стёкла давно были заколочены металлическими листами, над дверью мигала одна-единственная лампа.На стене красовалась облупленная эмблема — оскаленная морда пса с обрезанными ушами.Резиденция банды Бешеных Псов. Именно оттуда, с грохотом распахнув дверь, вышел ещё один бандюган. Высокий, сухой. Маска чуть перекашивалась слева. Левый глаз в прорези смотрел немного в сторону. Это был Кривой Каспар. Один из главных головорезов и наиболее уважаемых авторитетов. Он остановился перед девушкой. Во взгляде мелькнули удивление, узнавание и хищная радость.

— Сара , неужто это ты? Что тебя со среднего уровня ветром сдуло?

В этот момент за его спиной раздался довольный возглас.

Липкий — предположительно Харт — наконец раскрыл кошелёк.

— Ого! Да тут нехило!

Он вытащил пачку купюр и присвистнул.

— Это ж больше, чем мы за месяц с района собираем!

Каспар мельком взглянул на деньги, но задерживаться не стал. Он снова перевёл взгляд на девушку.

— Главное не деньги.

Короткая пауза.

— За них уважения не купишь.

Он шагнул поближе.

— Помнишь, как ты мне отказала? Смотрела свысока. Будто я грязь. Мне тогда повезло оказаться этажами повыше. Запал на тебя.

Он обвёл её взглядом.

— А теперь посмотри, где ты. Я вспомнил одну печальную историю, как чей-то непутевый отпрыск случайно нагадил на аристократа с верхних ярусов. Так она - про тебя...Взгляд мужчины сочился мрачным удовлетворением.

— Придётся заплатить.

Банда понимающе заржала.

Он нагнулся почти впритык.

— Будь разумной… и ублажи папочку. Прямо здесь, на пороге. Пока тебе не сделали больно, а выродка не кинули в бак для переработки.

Мужчина кивнул себе на пах. Похабный, хриплый смех заполнил проулок. Казалось бедная девушка будет не только ограблена , но и изнасилована. И в этот момент за их спинами возникла фигура. Высокая. Тяжёлая. В длинном чёрном стёганом плаще. Мотоциклетных очках. Шлеме.

Новый участник событий не сказал ни слова и сразу приступил к делу. Семён работал в автомастерской.И у него была привычка таскать повсюду тяжёлый разводной ключ — настоящее оружие пролетариата.

Бес не успел обернуться. Ключ описал короткую дугу и врезался ему в скулу. Хруст. Смех оборвался. Ключ снова взвился вверх. Второй удар пришёлся по колену Рону. Тот взвыл и завалился набок. Тыч метнулся сбоку, пытаясь схватить за ранец. Семён резко развернулся и ударил по кисти.

Хруст.

Харт попытался зайти со спины, но тяжёлый локоть в налокотнике врезался ему в лицо. Кровь брызнула на стену. Проулок превратился в мешанину криков и глухих ударов.

— Кончайте его! — рявкнул Каспар.

Их было пятеро. А он один. Рон, оправившись, врезался в Семёна всем весом. Кулак прилетел сбоку — в челюсть. Мир покачнулся. Пеплова схватили за ранец и дёрнули назад. Кулак в рёбра. Ещё толчок. Семён не почувствовал боли. Тело затрещало под натиском. Он всё ещё бил — попал кому-то в плечо, кому-то в бок.

Но их было больше. Его сбили с ног. Ботинок врезался в живот. Ещё один — в грудь. Со всей силы пнули в голову. Семёна отбросило назад. Спина врезалась в металлические ворота трансформаторной будки. Железо глухо прогнулось. Ещё пинок — уже в корпус.

Дверь с треском распахнулась. Он залетел внутрь. Голова ударилась о край панели. Что-то щёлкнуло.

Искра. Ослепительно-белая вспышка. Запах озона. Последняя мысль вспыхнула коротко и ясно:

Вот и всё.

Темнота.