Глава 40 — Ответственность

★ ★ ★От лица Линетт★ ★ ★

Ах… Как же я вымоталась. Ноги всё болят, сердце будто сейчас
выпрыгнет из груди. Спуститься с этого холма оказалось намного труднее, чем я
думала. А ведь это я ещё спускаюсь, а не наоборот. И как только люди получают удовольствие
от физических нагрузок? Может, это вырабатывает эндорфины? Не, звучит, как чушь
какая-то. Кажется, я всё же не создана для спорта.

Наконец спустившись с холма, я тяжело вздохнула.

– Ты в
порядке, Сребро?

В ответ
девочка без каких-либо эмоций на лице просто кивнула.

Зачем я
вообще её спрашиваю? Она даже не вспотела. Буду думать, проблема не во мне, а в
том, что она дух.

– Сребро.

– Да?

– Ты знаешь,
куда мы идем?

– В лагерь
работорговцев.

– Верно, и
там полно смертных.

– Знаю.

– …Что ты
думаешь насчет смертных?

– Я думаю,
они слабые и хрупкие, – не задумываясь ответила девочка, – но очень
продуктивные. Благодаря этому они могут сделать достаточно для выживания рода
за свою короткую жизнь.

Как я и думала, она их вовсе не ненавидит, но в то же время
никак к ним не привязана. Для неё они не более чем вещь, которую можно в любой
момент использовать и выбросить.

– Сребро,
когда мы доберемся до туда, не делай ничего сгоряча. Просто делай всё как я. И
что бы не произошло, не обращай ни на кого внимание. Ни с кем не говори, никого
не калечь. Просто… Дай мне со всем разобраться, ладно?

– Хорошо, –
после нескольких секунд раздумья ответила Среброхвостка.

Отлично. Она
и не очень разговорчива, но хотя бы послушная. С ней будет справиться легче,
чем с Йоко.

После
нескольких минут хождения неожиданно Сребро остановилась. Я тут же ощутила
недалеко чью-то ману. Мы более здесь не одни.

– Здесь
кто-то есть, – сказала девочка.

– Ага, их
двое. Ты ведь помнишь, что я сказала?

– Ни с кем
не говорить, никого не калечить, не делай ничего сгоряча. Просто следовать
вашим указаниями и делать всё, как вы.

– Хорошо, а
как меня зовут?

– Эйлин.

Замечательно.

– Пошли, –
сказала я, посмотрев в сторону, где находились два незнакомца.

◊◊◊◊◊◊

Как я и
ожидала, эти двое были что-то типа патрулем, охраняющим территорию. Видя, как
они расслаблено сидят на земле и общаются, понятно, что они не особо ожидают
здесь на кого-либо наткнуться. Впрочем, когда мы попали в их поле зрения, они
среагировали достаточно быстро:

– Держи их! –
первым крикнул самый старший из этой парочки. Это был крупный мужчина лет
тридцати-сорока.

Мужчина
бросился на Среброхвостку, а та в свою очередь никак не пыталась
сопротивляться. По итогу, её повалили на землю. Второй, юноша, не отставая от
напарника, направился в мою сторону и провернул всё то же самое. Таким образом,
всего за считанные минуты мы уже оказались связанными. Позже эта парочка решила
похвастаться своей добычей и отвела нас куда нужно. И вот так, без особых усилий
мы оказались в лагере работорговцев.

Отсюда он
кажется еще больше. Ему просто нет конца и края. Рабов же здесь просто тьма; мы
смогли пройти через эту толпу только потому, что они расходятся при виде наших похитителей.
Совсем скоро мы дошли до одной из самых крупных палаток.

– Эй! –
крикнул самый старший из похитителей после того, как вновь уложили нас на
землю. – Смотрите, что мы тут притащили!

Несколько
людей вышли из палатки и окружили нас.

– Нифига,
избранная и получеловек?

– К тому же
очень неплохие. Кошерно!

– Они хорошо
выйдут по цене!

Пока
остальные продолжали обсуждать что-то своё, один из работорговцев подошёл
ближе, присел и начал оценивать мой плащ:

– Одета
дорого. Эта наверняка из дворян или богатеньких купцов.

– Ха, и что?
– усмехнулся один из наших похитителей. – Ты хоть знаешь, где мы на них
наткнулись? В лесу. Да никто из дворян и купцов в здравом смысле не пустит туда
свою дочь одну. Уверен, она сбежала из дома. Никто за ней не придёт.

– А что
насчет второй?

– Они были
вместе, так что она, наверное, её слуга.

– А почему
без ошейника?

– Бывают на
свете чокнутые, которые считают полулюдей за равных себе. Какая уж теперь
разница.

Остальные не
стали придумывать других версий и просто поддакивали.

– Эй,
сопляк! – неожиданно позвал кого-то один из мужиков.

– Да? –
отозвался тот самый юноша, что и повалил меня на землю.

– Неси
ошейники.

Юноша вошёл
в большую палатку и вскоре вернулся с двумя стальными ошейниками. Когда он
собирался их передать старшим, приказавший ему человек взглянул на него с
суровым взглядом. Понимая, что это значит, юноша подошёл к нам и присел на
корточки. Только он хотел надеть на мою шею один из ошейников, как наши взгляды
пересеклись, и он замер.

– Чего ты
там медлишь? Давай уже скорее.

Он явно не
старше Аобана, так каким образом он попал в такую компанию?

– Прости… –
пробормотал он, отвернувшись от меня, и одел на меня ошейник.

Ну, я не
удивлена.

Я
повернулась в сторону Среброхвостки. Если судить по отсутствию какой-либо
реакции, когда на неё одели ошейник, видимо, это никак не отразилось и на ней.
Однако работорговцы даже не догадываются об этом – они лишь стоят и лыбятся.

– Ну вот,
ещё одно пополнение нашей коллекции!

– А они
оказались довольно послушными.

– Нужно как
можно скорее рассказать ребятам.

– Эй, пацан,
отнеси их к остальным!

Оставляя
старших калякать о своём, юноша подошёл к нам:

– Прошу, за
мной, – к моему удивлению он попросил вежливо.

Мы молча
проследовали за ним куда-то до центра лагеря. Картина никак не менялась: одни
палатки и толпы рабов. В определённый момент юный работорговец остановился,
достал нож и разрезал верёвки, связывающие наши руки.

– Простите, –
вновь извинился он и ушёл, оставив нас непонятно где.

Как только
юноша исчез из виду, я начала осматриваться. Рабы еще с самого прибытия
смотрели на нас с опаской, но только успел работорговец уйти, как напряжение спало.
Мне же становилось как-то не по себе, и дело не в том, что мне страшно. Пока
что главной задачей является нахождение родителей Аксиса, а как это сейчас
делать я даже не представляю.

Я по пути
спросила у мальчишки о его матери, но ни о каких особых чертах я не узнала.
Знаю лишь то, что у нее рост обычный, чёрные длинные волосы и карие глаза. Под
это описание из людей, которых я только вижу, подходит около пятидесяти. Хоть
Трой тоже ничего особо из себя не представляет, я, по крайней мере, помню его
лицо.

– Ты в
порядке? – неожиданно послышался неподалеку чей-то голос.

Повернувшись,
я увидела выглядящую обеспокоенной женщину. На ней также, как можно было
догадаться, был рабский ошейник.

– Ты в
порядке? – повторила она, но в этот раз громче. – Ты должно быть напугана, но
ничего.

Пока я
удивлённо смотрела на нее, ко мне подошли ещё несколько человек.

– Всё будет
хорошо, – сказал один из них. – Главное – не сопротивляться, и они тебя не
тронут.

– Ты не
одна, – добавил другой. – Мы с тобой.

До меня
только сейчас дошло, что из-за ошейника они пытаются меня утешить. Я уже хотела
хоть что-нибудь ответить, но мужчина поблизости обратился к остальным:

– Эй, вы
чего там устроили? Разве она не из дворян?

– Да какая
уж теперь разница? – спросила у него та самая женщина. – Мы всё в одной лодке.

– То, что на
неё одели ошейник, ещё ничего не меняет, – продолжал настаивать он. – Вы же
знаете этих дворян. Лучше не приближайтесь к ней.

– Гейл, не
она же ведь на тебя одела этот ошейник. Она лишь ребёнок.

Но так
называемый Гейл ничего на это не ответил.

– Не
обижайся на него, – с нежной улыбкой повернулась ко мне женщина. – У него своя
обида на дворян.

Да, я уже
заметила.

– Не
принимай близко к сердцу, – сказал другой раб. – Он здесь оказался из-за того,
что разозли большую шишку.

– Почему бы
тебе за собой не следить, а?

Никто не
обратил на комментарий Гейла.

– У каждого
из нас своя история, – решила высказаться женщина, – но судьба теперь одна на
всех, и не важно у кого какая родина и какие родители. Нам остаётся лишь
поддерживать друг друга.

Говоря это,
она смотрела на меня, но адресованы слова были явно этому Гейлу. Тот в свою
очередь это прекрасно понимал.

– Я не знаю,
как ты попала сюда, – продолжила она, – и тебе не обязательно об этом говорить.

Так как в
этот раз она говорила это мне, я решила хоть как-то отреагировать:

– А… Хорошо…

После всего
лишь одного моего кивка, лицо женщины оживилось.

– Не
волнуйся, всё не так уж и плохо, – говорила она, поглаживая меня по голове.

Я знаю, что
она как бы пытается меня успокоить, но тут всё не так уж и плохо. Я ожидала
худшего: царство депрессии, отказа от жизни и потери какой-либо надежды на
спасение. Недалеко от нас играют дети, а взрослые собравшись в группы общаются
между собой. Не совсем похоже на людей, которых собираются в скором времени
продать.

– А, меня
кстати Клариссой зовут. А тебя как?

– Эйлин…
Меня зовут Эйлин.

Женщина даже
вздрогнула, услышав моё имя, да и не одна. В нашу сторону посмотрело не мало
рабов, в одночасье прекратив разговоры.

– Эйлин?.. –
настороженно повторил Гейл. Он выглядел совсем незаинтересованным в общении, но
моё имя внезапно привлекло его внимание.

– Да. Что-то
не так? – спросила я, обеспокоившись нависшей тишиной.

– …Ничего, –
с прежней улыбкой сказала Кларисса. – Уже не важно. А что насчет твоей подруги?
Она почему-то молчит.

Всё это
время Сребро пряталась за мной, не желая иметь с кем-либо дело.

–
Среброхвостка немного застенчивая. Она не очень ладит с незнакомцами.

– А,
понятно, тогда не будем её беспокоить. Постарайтесь обе привыкнуть к этому
месту, ладно? Никто не знает, сколько он будет здесь еще пребывать.

Женщина была
необычно дружелюбна и заботлива. Мне всё больше казалось, что я нахожусь вовсе
не в каком-то месте, где держат рабов.

– А вы
больно оживлены для той, кого скоро продадут, – подметила я.

Кларисса
ничего не ответила, только слегка улыбнулась.

– Если вам
что-нибудь понадобиться, то дайте знать, – она сменила тему.

“У каждого
из нас своя история…”, да? Ладно, не буду давить. Не мои это всё проблемы.

– А можно
кое-что спросить?

– Да.

– Я тут
кое-кого ищу. Вы знаете женщину по имени Оливия? У нее карие глаза, чёрные
длинные волосы, а рост где-то метр и шестьдесят. Она здесь должна быть уже
несколько месяцев.

– М… Нет, не
знаю. А вы? – спросила Кларисса остальных.

– Не-а.

– Вообще без
понятия.

– Знаю я
одну, только она блондинка.

Так я и
думала.

– А ты
уверена, что она здесь? – спросила Кларисса. – Если, как ты говоришь, она была
здесь месяцы, то её точно уже продали.

– Эх… Нет,
вряд ли. Она должна быть где-то здесь.

– Прости, но
тут мы не сможем помочь.

– Ничего, я
знала, что её будет не так просто отыскать.

Похоже мне
придётся спросить каждого грёбанного человека здесь, чтобы найти её. К счастью,
искать нужно не только мать Аксиса.

– А Троя
знаете?

Если Оливия
– имя достаточно распространённое, то, если хоть кто-то из них слышал имя Трой,
это именно тот человек, который мне нужен.

– Ну, он
высокий, с коричневыми волосами… – начала я описывать Троя, но тут замета
странный взгляд Клариссы. – …Ты его знаешь?

– Троя-то?..
– она старалась увести взгляд и от силы улыбалась. – Ну, Трой как бы… Эм…

– Он мёртв, –
внезапно произнёс Гейл.

П@#дос.

– Гейл! –
крикнула Кларисса, повернувшись к нему.

– Да что?
Это правда. Мёртв – значит мёртв. Хватит ходить вокруг да около.

– Не слушай
его! – начала уговаривать меня женщина. – Трой жив!

Не видно,
чтобы она лгала, однако по лицу понятно, что она и сама в этом не уверена.

– Тогда где
он?

– На том
холмике, – ответил вместо женщины Гейл.

Взгляд
мужчины был прикован на большую брезентовую палатку, расположенную на маленьком
холме, подальше от рабов.

– Это их
штаб, – объяснил он, – и ты тебе точно не хочется туда идти. А если ты это
сделаешь, то не вернешься, как и остальные. Трой как раз это и сделал. Он решил
раскачать лодку, попытавшись начать восстание, и пошёл прямо в штаб. Больше его
никто не видел.

– Он может
быть еще жив! – сказала Кларисса.

– Это было
две недели назад. Ты думаешь, что они бы оставили в живых чела, который решил
восстать против них?

Надеюсь, что
ты жив, Трой, иначе на этом мои полномочия всё.

– О чём он,
черт возьми, думал? – подумала я вслух.

– Так разве
это всё не по твоей вине?

– Гейл!

– О чем это
ты? – спросила я, смотря на Гейла. – По какой это ещё вине?

– Этот чувак
не дружил с башкой. Только прибыв сюда, он начал говорить какой бред, упоминая
некую Эйлин. Разве это он не про тебя говорил? Ты ведь знаешь его.

Эйлин? Не
Линетт, а именно Эйлин? Эйлин я представилась Йоко, а Трой знает, что среди
обычных людей я Линетт. Если он использовал моё [Настоящие имя], значит…

– “Божий суд
снизойдёт на нас!” – в ироничном тоне начал цитировать Гейл. – “Их гнев будет
направлен на тех, кто силой подчиняет себе равных, и все рабы будут
освобождены.”

Сказочный долб@#б.
Нужно было догадаться, что он не сможет держать рот на замке.

– Он сказал,
что лично знает богов и что мы все под их защитой. Мол, нам нечего бояться.

Знаешь,
Трой, если ты жив, то молись, что тебя убьют в ближайшие часы. В противном
случае за тобой приду я.

Предчувствую надвигающуюся головную боль, я не заметила, как
ко мне подошла маленькая девочка.

– Это ты та Эйлин, о которой говорит Трой? – спросила она,
подёргивая меня за одежду. – Ты правда нас всех спасёшь?

Ах… Как же временами, всё бесит…

– Эх… Что он сказал обо мне? – спросила я, пытаясь сохранять
спокойное лицо.

– Что ты богиня!

Ладно, Трой, я спасу твою задницу только из-за Аксиса, а
потом лично придушу.

– И ты ему поверила? – я погладила девочку по голове. – Разве
я выгляжу как какая-то богиня?

Сначала она призадумалась, но потом с улыбкой на лице
ответила:

– Да!

М-да…

Прежде чем я успела что-либо сказать, из толпы рабов выбежала
женщина и остановилась около девочки.

– Прошу, простите её, – быстро сказала она с опущенной вниз
головой.

– Эм… Ладно.

Только услышав мой ответ, женщина со всё еще опущенной
головой взяла девочку на руки и быстро убежала обратно. Немного ошарашенная от
происходящего я даже изначально не заметила, что нас уже окружили
подозрительные взгляды.

– Знаешь, а Трой был даже популярен здесь, – начал рассказ
Гейл в этой атмосфере. – Многие из нас оказались здесь из-за долгов, от нас
отреклись семьи. Но Трой продолжал приходить сюда каждый божий день, принося
этим гадами все деньги, что у него были, дабы они не продали его жену. Дивный человек...
Был. В один день он перестал приходить. Прошли недели, было решено всё же
продать его жену. Когда он вернулся, … ну, нет смысла уже рассказывать, ведь ты
и сама всё прекрасно знаешь.

Гейл затих. Его лицо смотрелось всё устрашающе и устрашающе.

– Так что же ты ему такого наговорила? – спросил мужчина,
смотря мне в лицо. – Ты его обманула? Трой не такой наивный, но, если принимать
во внимание твой цвет глаз, то было бы странно, если бы он не поверил тебе, что
ты какая-то богиня.

Что за беспочвенные обвинения?

– Никого я не обманывала, – заявила я раздраженно.

– Тебе было настолько скучно? – сердито продолжал он
спрашивать, не слыша меня. – Вы, дворянские ублюдки, совсем совесть потеряли?
Живёте на налоги людей, а когда становится скучно, играетесь с бедным сердцем
несчастного человека.

– Гейл! – в разговор ворвалась Кларисса, взяв мужчину за
руку. – Следи за словами! Она же избранная!

– И что с того? На@#й ваших богов и избранных!

Понимая, что конструктивного диалога не будет, я глубоко
вздохнула:

– А разве тебе так важно, чем я занимаюсь?

– Ещё как. Дело касается не только Троя, но и всех нас.
Оглянись.

Все рабы вокруг нас просто молча смотрели на меня. Одни
взгляды были похожи на тот, с которым на меня смотрела та маленькая девочка, а
другие были похожи более на презрительные.

– Когда Трой начал городить свою чушь про богов, идущих нас
спасать, его слова очень быстро разошлись. Не важно насколько они странно
звучали, главное, что кто-то и правда в них верил. Знаешь почему? Из-за
отчаянья. Не важно, сколько мы пытаемся скрывать его за улыбками, каждый знает,
что его когда-нибудь просто продадут, как какую-то вещь. Именно поэтому человек
в нашем положении готов поверить в любой бред, например, божественное спасение.

Да, я вас понимаю. Чувство, когда ты абсолютно беспомощен,
тебе лишь остается надеяться на лучшее. Именно потому, что я знаю это чувство,
меня это ещё больше бесит.

– Ну и что? Что вы от меня хотите?

– Возьми ответственность. Ты начала всё это своим обманом
Троя, и только тебе это заканчивать.

Ответственность? За что? Не смеши меня. С чего бы мне
заботиться о людях, которых я вовсе не знаю? Зачем я должна брать груз их
надежд и ожиданий? Именно по этой причине я никогда не хотела идти по пути
героя. Эти люди погрязли в отчаянье, но их взор просто невыносим. И дело не в
каком-то давлении. Дело в том, что это просто… бесит.

Мне правда их жаль, но я сюда пришла ради своих корыстных
целей.

– Я ничего вам не должна. Ни тебе, не кому-либо ещё. Зачем
мне брать ответственность за вашу доверчивость? Вы сами поверили в слова этого
больного, и это ваша вина. Не сваливайте на меня всё.

– Ах ты!..

– Что?! Разве не это ты хотел услышать? Я здесь не ради того,
чтобы быть каким-то спасителем, – я старалась как можно больше подчеркнуть последнее
предложение, чтобы это услышал каждый.

Лица рабов вокруг моментально потеряли всю жизненную силу.
Прямо сейчас я разбила все их надежды. Та самая дружелюбность испарилась,
оставляя место лишь ненависти. Тут уже ничего не поделаешь.

– Если вы хотите чудо, то сами его себе сделайте. Не ждите
его и не ожидайте, что кто-то спасёт вас.

Я никто как другой знаю, как бессмысленно ждать чуда. Я его
ждала всю прошлую жизнь, а когда появился лучик надежды, боги мне плюнули прямо
в лицо. Чудес не бывает. Лучшее, что вы можете сделать в подобных ситуациях,
так это бороться. Нельзя просто сидеть на ровном месте и особенно надеяться на
кого-то, всасываться ему прямо в душу, как какая-то пиявка. Мир так не
работает.

У меня более нет причин здесь оставаться. Я знаю, где найти
Троя и (если повезет) главу этих работорговцев. Даже если его там не будет, то
мне нужен хотя бы тот, кто сможет поведать. Поведать то, что я хочу знать.

Оставляя рабов, я вместе со Сребро отправляемся в штаб этих
работорговцев.

…

…Но, почему я чувствую себя так странно?

Почему я так раздражена?