Глава 119 — Приманка (4)

— …….У тебя ведь есть связь с Дайсом, верно?

— …

Сон Суён поняла, что отпираться бессмысленно.

Вопрос Трайно был не просьбой о разъяснении, а подтверждением догадки. Похоже, всё то время, пока он скрывался, он о многом размышлял.

— ….

Сон Суён предпочла ответить молчанием. Частично она не видела смысла оправдываться, но главной причиной было то, что она просто не могла заставить себя произнести вслух, что никак не связана с Чон Гёмом.

— ….Ясно, так оно и есть.

Трайно расхохотался.

— Всё из-за тебя. Причина, по которой мы оказались на дне, почему наши жизни под угрозой — всё из-за тебя…

— …

— Дрянь ты этакая… Надо было убить и тебя, и того мужчину, которого ты, якобы, любишь… А может, и это было ложью.

При словах Трайно о том, что он должен был убить Чон Гёма, Сон Суён не стала сдерживать свой гнев. Это был уже второй раз, когда Трайно посягнул на жизнь Чон Гёма.

— …Крыса здесь только ты, раз прячешься по углам.

Кулак Трайно дернулся. Но Сон Суён не умолкла.

— Ты так кичился тем, какой ты сильный, а посмотри на себя сейчас. Спрятался в каком-то заброшенном здании.

Сама не зная почему, она его не боялась. Может, потому, что всё это она делала ради Чон Гёма? Или потому, что в этом опустившемся, жалком Трайно не осталось ни следа от его былой харизмы? В любом случае, Трайно больше не внушал ужаса, и он уже не мог поддерживать свой прежний образ. Он выглядел как заурядный бандит, который вот-вот развалится на части.

Сон Суён продолжила:

— …Да, Трайно. Ты прав. Я знаю Дайса.

— …

— Аджосси слишком долго мучился, пытаясь найти тебя. Поэтому я… хочу покончить с этим сегодня. Чтобы аджосси больше не страдал.

— Ты приняла моё приглашение ради этого?

— Конечно, придурок. Иначе зачем бы мне приходить к тебе?

— …..Хм.

Вопреки ожиданиям, что он впадет в ярость, реакция Трайно была вялой. Он разжал крепко сжатые кулаки и тяжело вздохнул.

На мгновение ей показалось, что он сдался.

Трайно заговорил:

— Ну и ладно. Что бы ты там ни тявкала. Раз уж ты не отпираешься, мне даже проще.

Затем он поднялся с места. Он скинул пальто, которым укрывался, словно пытаясь спрятаться от мира. Сон Суён тут же раскусила его намерения. Трайно перешел в боевой режим. Похоже, он собирался сделать её своей заложницей для переговоров.

При виде такого зрелища Сон Суён невольно усмехнулась:

— …Ха.

Иногда это казалось удивительным. Она не думала, что это место будет безопасным, но чувствовала, что сама странным образом всегда находится в опасности, на самой грани тьмы. Когда её не было рядом с Чон Гёмом, на неё обрушивались все несчастья мира.

Он был для неё словно огромный зонт. Она до сих пор помнила то время, когда Чон Гём впервые появился и помог ей решить все её проблемы. Когда она была рядом с ним, она не чувствовала подобных бед.

Поэтому это было так удивительно. Как могли существовать два настолько разных мира? Это было похоже на то, что рай и ад существуют одновременно.

— Тебе смешно?

Трайно дернулся. В тот же миг она услышала голос его сердца:

"Даже ты теперь смотришь на меня свысока?"

Это был первый раз, когда она услышала голос его сердца. Его мелочность и узость мышления заставили даже тот страх, что был внутри неё, улетучиться. Сон Суён взяла себя в руки. Она напомнила себе, ради чего вообще пришла сюда.

Она хотела, чтобы Чон Гём больше не участвовал в драках. И раз уж она сама всё это заварила, она хотела сама всё и исправить.

Сон Суён всё еще помнила свой сон. То, как Чон Гём умирал на её глазах, защищая её. Она не забыла и лиц Трайно и Солас, которые холодно смотрели на его бездыханное тело.

…И какое бы будущее её ни ждало, даже ценой собственной жизни, она хотела это предотвратить. Если она поймает этого Трайно, то такой сон не станет явью. Трайно исчезнет, и Чон Гёму больше не нужно будет вести жизнь злодея.

Она набралась храбрости, глубоко вдохнула и посмотрела на Трайно.

Странное чувство. У неё была необъяснимая интуиция относительно собственного дара. Точно так же, как она поняла, как использовать свою силу в момент её пробуждения. Бывали моменты, когда она точно знала, на кого может повлиять своей способностью, а на кого — нет.

Например, было ощущение, что даже если она будет стараться всю жизнь, она не сможет управлять Солас. Вокруг той пульсировала некая колоссальная энергия. То же самое было и с Чон Гёмом. Пока он скрывал свою истинную личность под маской Дайса, она этого не чувствовала… но, явив свой истинный облик, он стал для неё недосягаем, и она осознала — управлять им невозможно.

Она чувствовала, что может сделать своей марионеткой любого "Бессильного", и что легче управлять эмоционально нестабильными людьми, чем уравновешенными. В зависимости от времени и ситуации можно было взять под контроль даже Пробужденных. Трайно тоже когда-то был одним из тех злодеев, о контроле над которыми нельзя было и мечтать.

Но почему-то сейчас всё было иначе.

То ли потому, что она решилась сражаться вместо Чон Гёма. То ли потому, что Трайно был выведен из равновесия. Или просто из-за отсутствия у него былой харизмы.

Ей казалось, что противник гораздо слабее, чем она ожидала.

Думая о Чон Гёме, Сон Суён открыла рот, чтобы окончательно сбить Трайно с толку:

— Смешно.

— …Тебе явно не помешает хорошая взбучка.

— Трайно, я до сих пор не говорила, но моя способность — это не "управление", это "захват".

Впервые она озвучила свои собственные мысли о своей силе. Ей подумалось, что даже способность слышать чужие мысли — результат насильственного захвата их сознания.

— Моя сила не заканчивается на управлении. На самом деле я могу видеть то, что у тебя на душе.

Это была ложь. Мысли других людей не звучали в её голове постоянно. Но это было неважно. Куда важнее было дестабилизировать Трайно.

Исходя из своих наблюдений, она знала, что его одержимость силой превосходит все границы. Этого было достаточно, чтобы построить теорию. Сон Суён сама познала, что такое нехватка чего-то, поэтому не могла отпустить то счастье, которое ей дарил Чон Гём. Возможно, такая же одержимость силой у Трайно была следствием его прошлых комплексов и пустоты.

Сон Суён подлила масла в огонь:

— Ты в каждой битве притворялся грозным… но на самом деле я знаю, что каждый раз ты был перепуган до смерти. И как же это было нелепо — наблюдать, как ты всякий раз пытаешься это скрыть.

— …Ты…

И это была ложь. Но она идеально вписывалась в ситуацию. Любой человек перед битвой начинает нервничать. А напряжение и страх — два чувства, которые трудно различить. Сон Суён знала, что Трайно, как и любой обычный человек, испытывает эмоции. Иначе он не прятался бы здесь, в подобной дыре, чтобы не попасться Чон Гёму.

Сон Суён захихикала:

— Ты знаешь, почему ты еще жив?

— …

— Я передала всё это Дайсу… и он сказал, что можно оставить тебя напоследок.

При этих словах Трайно вмиг вскинул руки. Сон Суён тут же начала использовать свою силу вслед за ним. Её глаза и кончики пальцев начали светиться фиолетовым.

Как и тогда с Лием, когда способность подействовала, Трайно начал шататься, схватившись за голову. Взрыва не произошло. Хотя она еще не могла контролировать его полностью… но Сон Суён чувствовала, что это уже близко. У неё получится схватить Трайно вместо Чон Гёма.

— Кху… ух…

— Встань на колени, Трайно.

— Угх… кху-у-у…

Трайно продолжал мотать головой и часто моргать. Он изо всех сил пытался сохранить рассудок. В таком состоянии он снова уставился на Сон Суён. Его руки мелко дрожали, то вспыхивая, то затухая. Он прошептал про себя:

"В такие моменты… побочные эффекты…"

Сон Суён знала, что он постоянно принимал препараты для усиления способностей. Особенно после того случая, когда он сильно пострадал от Солас.

— Побочные эффекты сильно мучают?

Сон Суён тут же воспользовалась полученной информацией, создавая у него иллюзию того, что он полностью у неё на ладони. Трайно сжал зубы. Но даже если он молчал, это не значило, что она не слышала его мыслей. Особенно сейчас, когда он боролся, сопротивляясь её влиянию.

— Трайно, знаешь что?

Сон Суён достала из кармана трекер и бросила его в его сторону.

- Тук.

— У тебя осталось гораздо меньше времени, чем ты думал.

В его бегающих глазах отразился ужас. Это было заметно даже без чтения мыслей.

Сон Суён произнесла:

— Дайс уже идет.

Мысли Трайно пришли в смятение:

"…Дайс…?"

Сон Суён ответила на его мысль:

— Да, Дайс.

"Это конец?"

— Это конец.

- Ква-а-ам!!

Способность Трайно вышла из-под контроля, и из его рук высвободился взрыв. Окна разлетелись, стол рядом с ним разбился на щепки. Трайно, пошатываясь, поднялся. Его последнее сопротивление началось. Сон Суён почувствовала, что её влияние постепенно ослабевает. Отчаянная агония загнанного в угол Трайно была куда мощнее.

Он яростно замотал головой. Похоже, он начал понимать, что это битва ментальных сил. Он прохрипел:

— Моё мнение… изменилось… я убью тебя… и снова сбегу.

Но его слова никак не повлияли на Сон Суён. Его жалкие угрозы лишь заставили её напряжение исчезнуть. Приоритетом для неё был не она сама, как для Трайно, а жизнь Чон Гёма. Она с самого начала вышла сюда, поставив на кон свою жизнь. Она никогда не боялась смерти. Если бы ей пришлось назвать лишь одну причину, почему она боится умереть… это была бы разлука с Чон Гёмом.

В свой последний миг Трайно выплеснул ядовитые слова.

Сон Суён моргнула. Её глаза засияли еще более насыщенным фиолетовым цветом.

— Заткнись и встань на колени.

Представляя свою встречу с Чон Гёмом, она отдала приказ.

Хан Юджон и Чон Гём закончили трапезу. Её мысли были целиком заняты недавним сообщением от Луны. Трайно вышел на связь? Что это значит?

Возможно, если беспокоиться за благополучие Луны, стоит сказать об этом Чон Гёму? Но что если Луна в безопасности? А что если Трайно предлагает объединиться? Возможно, у нее еще оставалось время, чтобы переубедить Чон Гёма. Он всё еще собирался сдаться, и это его решение не изменилось.

На самом деле, если думать о Чон Гёме, она должна была рассказать всё о Луне. Раз он действует ради неё… безопасность Луны была важнее всего. Ведь если с ней что-то случится, всё это не будет иметь смысла. Но Хан Юджон, так и не сумев признаться, осознала страшное.

Она вела себя эгоистично, делая вид, что заботится о Чон Гёме. Последние несколько недель она думала только о себе. Она делала всё это лишь для того, чтобы создать с ним воспоминания.

Но даже сейчас ей нужно было сделать правильный выбор. Хан Юджон облизнула губы и проговорила:

— …Гём-а…

- Бу-у-ун… бу-у-ун…

В этот момент зазвонил телефон. Чон Гём и Хан Юджон обменялись взглядами. Это был уже второй звонок за время ужина. Один раз Чон Гём сделал вид, что ничего не произошло, но теперь он сказал:

— …Достань телефон.

Хан Юджон помедлила, прежде чем вытащить телефон из кармана.

— ……

Сердце ушло в пятки. Звонил Трайно.

Видимо, заметив искаженное лицо Хан Юджон, Чон Гём, нахмурившись, поторопил её:

— Покажи телефон.

— …Гём-а… это… понимаешь…

Хан Юджон, запинаясь, повернула экран к Чон Гёму. На лице Чон Гёма мгновенно вспыхнула резкость. Он приказал:

— Отвечай. И включи громкую связь.

Однако Хан Юджон ни при каких обстоятельствах не хотела отвечать на этот звонок. У них оставалась еще неделя, чтобы быть вместе… она не хотела, чтобы всё закончилось вот так. У неё было предчувствие, что именно сегодня всему придет конец.

— Отвечай, быстрее.

Несмотря на его настояния, Хан Юджон ничего не оставалось, как нажать на кнопку вызова. Она включила громкую связь и положила телефон на стол.

— …Алло.

Раздался женский голос. Обоим стало ясно, кому он принадлежит.

Кулак Чон Гёма сжался до боли. В его выражении сквозил страх. Хан Юджон впервые видела, чтобы Чон Гём чего-то боялся.

— …Луна? — осторожно отозвалась Хан Юджон.

В ответ послышался голос Сон Суён:

— …Стелла, аджосси там, да?

— …

— Передайте аджосси… чтобы он больше не сражался…

— …Что?

— Трайно… я его поймала.

Сердце Хан Юджон оборвалось, а Чон Гём мгновенно вскочил. Он выхватил телефон и тут же спросил:

— Суён-а, где ты сейчас?

— …Аджосси. Я скучаю.

— Отвечай на вопрос! Где ты?

— …Похоже, ты не получил сообщение. У Стеллы мой трекер.

Хан Юджон хотела прервать Сон Суён. Чон Гём ни в коем случае не должен был встречаться с Трайно. Еще не время. Но при Чон Гёме она не могла ничего сказать.

Чон Гём посмотрел на Хан Юджон:

— Отдай трекер.

— …Гё… Гём-а.

— Быстрее.

— …В моей… комнате… во втором ящике…

Чон Гём отложил телефон и помчался в комнату Хан Юджон как стрела. А затем, с такой же поспешностью, покинул убежище.

Сон Суён внимательно слушала шум, доносившийся из телефона. Хан Юджон выглядела беспокойной, а Чон Гём был в спешке.

- Ква-ам!

Где-то хлопнула входная дверь. Скоро Чон Гём прилетит сюда.

— Я же просила тебя не искать Трайно!!

Внезапный крик, раздавшийся из динамика, заставил Сон Суён вздрогнуть.

— …Что?

— Я…! Я же говорила тебе… оставить Трайно в покое…!

Сон Суён не понимала, что творится с Хан Юджон. Но та продолжала:

— …Даже сейчас не поздно… отпусти Трайно. Пока Гём не прибыл… быстро, быстро отпусти его…!

— …Почему вы так говорите?

Ей пришла в голову мысль, не привязалась ли Хан Юджон к Трайно. Она поймала злодея, которого так хотел найти Чон Гём, так за что же она злится? Сон Суён нисколько не прониклась её доводами.

— …Что бы там ни было, нет. Я делаю это ради аджосси…

Хан Юджон, вся дрожа, перебила её:

— …Если хочешь добра для Гёма… прямо сейчас отпусти его…!

— …Что?

— Ты не понимаешь, какой план у Гёма…? Неужели ты не поняла, почему я сказала, что завидую тебе…?

— ………

— Гём заключил сделку с Ассоциацией героев ради тебя.

Сон Суён нахмурилась. Она не понимала, о чем говорит Хан Юджон.

— Что это значит…?

- Ш-ш-шух… БАХ!

Раздался звук рассекаемого воздуха, и нечто тяжелое содрогнуло здание. Чон Гём прибыл. Сон Суён, помимо этого звука, сосредоточилась на голосе Хан Юджон:

— Если он сдаст весь Альянс злодеев, тебя помилуют.

— …

Это было шокирующее известие, но Сон Суён всё равно не понимала, почему она должна отпустить Трайно. И почему отпустить его — значит сделать лучше для Чон Гёма.

— …Тогда тем более нужно оставить его здесь…

— …Гём должен будет тоже сдаться.

— …Что?

Воздух с силой вышел из её легких, вырывая слабый ответ.

- Дзень!

Где-то разбилось стекло, и кто-то вошел.

Глаза Сон Суён затуманились, глядя на Трайно, стоявшего на коленях. Хан Юджон повторила:

— …Гём тоже… должен будет сдаться…

- Тук.

Сон Суён выронила телефон.

- Шаг… шаг…

Её голова с трудом повернулась.

Чон Гём входил внутрь.