Глава 412 — Без названия
Чжэн
Чжунвэнь улыбнулся и кивнул: «Думаю, мой отец согласится, если узнает о моем
плане».
Чу
Тяньци встал и поклонился Чжэн Чжунвэню: «Большое тебе спасибо!»
Чжэн
Чжунвэнь поспешно вскочил и вернул поклон, сказав: «Это то, что необходимо
сделать. Нет нужды меня благодарить!»
Пятеро
человек обсуждали некоторые детали плана до самой ночи.
План
«сотрясения земли» по захвату власти только начал формироваться в этом скромном
зале Жунъюй.
Минь
Хэнчжи ночью поспешил обратно в Цзинду и вскоре готовился приступить к первому
этапу плана.
На
следующий день Ци Жун Юэ отослала последнего пациента из зала Жунъюй,
переоделась и потащила Чу Тяньци на улицу.
-
Ты, наверное, давно не выходил из дворца?
Чу
Тяньци кивнул:
-
Ну, я даже не могу вспомнить, когда в последний раз выходил из дворца!
Она
крепко сжала руку брата и сказала с улыбкой: «Цзинь довольно интересный город.
Я тебе всё здесь покажу».
Хотя
ум Чу Тяньци был гораздо более зрелым, чем у его сверстников, он все еще оставался
подростком чуть старше одиннадцати лет. Ему нравилось узнавать что-то новое.
Идя
по улице, он видел, как многие люди приветствовали Ци Жун Юэ, и время от
времени некоторые из них совали им в руки фрукты. Судя по их отношению к Ци Жун
Юэ, это было своего рода поклонение.
Чу
Тяньци бросил в рот красный финик и сказал с улыбкой: «Я не ожидал, что ты
действительно популярна в Цзине!»
Ци
Жун Юэ пожала плечами: «На самом деле, самая большая заслуга в сдерживании
распространения чумы на этот раз принадлежит Шифу, а не мне. Только для того,
чтобы сделать меня более популярной и организовать будущие мероприятия, Шифу
оставила все заслуги мне. Люди не знают всей правды и поэтому почитают меня как
живого Бодхисаттву [1]».
[1] в буддизме
существо (или человек), которое приняло решение стать буддой для блага всех
существ. Побуждением к такому решению считают стремление спасти всех живых
существ от страданий и выйти из бесконечности перерождений - сансары. В
махаянском буддизме бодхисаттвой называют также просветлённого, отказавшегося
уходить в нирвану с целью спасения всех живых существ.
Чу
Тяньци кивнул: «В письме, которое написала мне сестра, также говорилось, что
Шифу лучший человек, которого она когда-либо встречала, и самый близкий ей по
духу, кроме моих родителей и меня».
Ци
Жун Юэ прекрасно знала содержимое этого письма, ведь написала его сама. На
самом деле в то время она не думала, что Шифу была лучшим человеком, потому что
тогда наставница всегда просила ее сделать то, чего она никогда не делала, и
выдержать давление, которое, как она думала, раздавит ее.
Она
написала такое письмо только для того, чтобы осчастливить своего отца, мать и
младшего брата.
Только
позже она поняла добрые намерения своей наставницы. Только после того, как она
перенесла все невзгоды, она смогла стать настоящим человеком. Такова жизнь. Все
ее достижения сейчас и сегодня основаны на ее первоначальных усилиях.
-
Младший брат Ци, ты можешь быть уверен, что я приложу все усилия, как сделала
бы твоя старшая сестра, чтобы вернуть тебя на прежнее место. И я обязательно
отомщу за нее!
Чу
Тяньци спокойно кивнул. Никогда еще он не был так уверен. Пока это то, что она
говорит, он верил ей безоговорочно.
-
Я буду защищать тебя, как и моя сестра! - это было его обещание ей.
-
Договорились! - Ци Жун Юэ остановилась и искоса посмотрела на него. Мальчик
перед ней был почти с нее ростом. На его красивом лице было детское выражение, но
в глазах читалась решимость.
Он
кивнул: «Договорились!»
Ночью,
когда Чу Тяньци лег спать, Цзянь Юнь пришла в комнату Ци Жун Юэ и села у ее
кровати, не зажигая лампу. «Почему ты ему не скажешь?» - тихо спросила она.