Глава 372 — Первый курс окончен

-   Мы вернулись. Что произошло важного,
пока нас не было? - Спросил Сильвестр, когда они с Флоренсией вошли в общежитие. Выпускная церемония только что закончилась.

Выпускники все еще были в зале; им не хотелось
расставаться со своими друзьями, и многие были заняты тем, что знакомили
их со своими родителями. По крайней мере, такое объяснение
я получила от измученного Сильвестра. Я тяжко сглотнула.
Мое благословение, без сомнения, имело какие-то последствия, и он хорошо знал, кто был виновником произошедшего.

Фердинанд шагнул
вперед со своим обычным бесстрастным выражением лица.

-   Ничего не произошло,
Ауб Эренфест. - Его тело частично укрыло меня от Сильвестра, и я воспользовалась возможностью чтобы полностью
спрятаться за ним.

-   Кстати, как прошла выпускная церемония?
Случилось что-нибудь примечательное?

-  
...Да. Я тебе все расскажу. Пойдем
в мою комнату. И ты тоже, Розмайн.

-   Я очень благодарна за приглашение, но, как скромная
молодая девушка, мне, к сожалению, не дозволено подниматься на второй этаж, где живут мальчики.

Бровь Сильвестра дернулась от гнева при моей
неуклюжей попытке уклониться от предстоящей беседы.

-   Это приказ, - проворчал он. Флоренсия, стоявшая рядом с ним, мягко улыбнулась и попыталась заверить
меня, что все будет хорошо,
так как она тоже будет присутствовать там. Эх, не стоит надеяться
отвертеться от еще одного допроса.

Сильвестр повернулся, взмахнув
плащом, чтобы направиться в свою комнату.
Я опустила плечи и последовала за ним. Нашим вассалам было не разрешено
зайти в покои эрцгерцога вместе с нами, а это означало, что там были только эрцгерцогская пара, Фердинанд и я. Карстедт
и Экхарт стояли на страже у двери.

-     Мы все смотрели,
как второй принц и кандидат
в эрцгерцоги Классенберга шествуют по залу, как вдруг из ниоткуда
прилетело благословение, - начал он. Свет благословения, очевидно, пролился на них дождем, но никто не мог сказать, откуда оно взялось. Среди присутствующих немедленно закипели хоть и приглушенные но очень оживленные разговоры, многие задались
вопросом – не несет ли ответственность за произошедшее Верховный
епископ Суверении.

Суматоха продолжалась до тех пор, пока Верховный
епископ сам не поднял руку, требуя тишины.
Затем он заявил, что это было благословение богов — что они благословили совершеннолетие Эглантины и её будущую свадьбу.

-  
Подождите, леди Эглантина? Не обеих?

-   Свет был явно направлен на нее, - сказала Флоренсия.
- Это создавало впечатление, что избранна была леди Эглантина, а принц Анастасий
был благословлен просто потому что был рядом с ней.

Но ведь это не имело никакого
смысла; я молилась
за счастье их обоих.

-   Тогда, я полагаю, я не имею к этому
никакого отношения, - принялась размышлять я вслух. - Это почти наверняка произошло, потому что леди Эглантина действительно любима богами.

Я решила придерживаться версии, что это было самое настоящее благословением богов, вот только
Фердинанд потер виски и посмотрел
на меня леденящим взглядом.

-   Твои благословения, когда они даются неосознанно, сильно зависят от того какие чувства ты в
тот момент испытываешь, так что в произошедшем нет ничего удивительного. Разве ты не помнишь, что произошло когда ты так усердно готовилась к крещению Шарлотты?

-  
Ээээ...

Я отчаянно практиковалась, чтобы мои благословения были похожи на благословения других детей, поэтому я не могла оспорить
это сравнение. Похоже что и вправду, моя симпатия к Эглантине повлияла
на благословение.

-   В любом случае,
все восприняли это как благословение богов, так что пусть это так и остается. Никому не распространяйся о произошедшем, - сказал Сильвестр.
- Кто-нибудь еще видел это?

-   Да, Студенты, которые оставались в гостиной. Я приказал им хранить молчание
об этом. Теперь, когда Верховный
епископ Суверении признал это благословением богов, попытка заявить,
что оно исходило от Розмайн,
приведет только к насмешкам, как будто мы прибегаем ко лжи, чтобы поддержать её репутацию. - Если никто ничего не растрезвонит до того, как мы все вернемся в герцогство, то к следующей
зиме все уверуют что это было воистину
благословение богов.

-   Леди Эглантина, любимая богами, - это хорошая
история для прикрытия, но нам все еще нужно знать все подробности, - устало сказал Сильвестр. - Расскажите мне, что произошло
до и после благословения. Какому богу ты вообще молилась?

Я не могла не запнуться; на этот вопрос было нелегко ответить, так как на этот раз я и вправду не молилась.

-   Я просто хотела,
чтобы принц Анастасий
и леди Эглантина были счастливы.
Я не думала ни о каком конкретном
боге и не произносила никаких слов молитвы.

Сильвестр с сомнением посмотрел
на меня, а затем повернулся
к Фердинанду.

-   Она говорит правду. Если бы она начала обычную молитву,
я бы остановил её прежде, чем она смогла дать благословение.

-   О боги. Розмайн,
что именно ты сделала? - Спросила Флоренсия
успокаивающим голосом. Почувствовав себя немного спокойнее,
я объяснила, что наблюдала за танцем меча Ангелики и посвящением Эглантины
на магическом инструменте видеокамере.

-...Покажи мне, - сказал Сильвестр. - Я никогда
не видел магического инструмента, который мог бы сохранять
и воспроизводить подобное.

Фердинанд покачал
головой.

-  
Но ведь нам еще столь многое нужно обсудить,
Сильвестр.

-  
Это имеет приоритетное значение.
Запись может содержать
некоторые полезные подсказки.

Фердинанд пробормотал что-то о том, что не купится на это, но тем не менее открыл дверь и велел Экхарту
достать магический инструмент. Как только он оказался здесь, я начала воспроизводить видео, о котором идет речь.

-  
Вот это да, - заметил Сильвестр.

-   Используется просто абсурдное
количество маны, - предупредил Фердинанд. – Это явно не подойдет
для повседневного использования.

-   Это кружение веры было поистине
великолепно, и я рада возможности увидеть его еще раз, — сказала Флоренсия, прочувствовавшая что кружение веры в этом году — и особенно кружение
в исполнении Эглантины
было чем-то чудесным.
Я посмотрела на нее, чувствуя
себя счастливой, что у меня нашлась единомышленница.

-   Леди Эглантина - просто чудо, не так ли? Особенно в той части, когда они исполняют
«Я клянусь, что буду молиться
вам, боги природы;
я буду благодарна вам -»

-   Розмайн, может быть, ты пела про себя во время своего импровизированного благословения? - спросил
Фердинанд.

-   Да. Этот инструмент не записывает и не воспроизводит звук, поэтому я добавила его сама, как смогла. А в чем дело?

Фердинанд потер виски: - Это могло быть бы тем, что вызвало благословение.

-  
Что могло...?

-   Песня кружения веры — что еще? Это часть подношения
богам. Песня, которую ты исполнила
для Лейденшафта на своем дебюте,
также стала благословением.  Нет 
ничего  необычного  в том, что песня, написанная
на древнем языке для богов, привела к такому результату. Это было бы довольно необычно
для кого-то другого,
но с тобой это происходит на удивление часто.

Услышав, что для кого-то другого то что считалось
для меня повседневностью было бы воспринято,
как чудо, Сильвестр бросил на Фердинанда
крайне встревоженный взгляд.

-   Как мы можем удержать её от повторения
подобного?

-   Не спрашивай у меня такое. То, когда Розмайн почувствует себя обязанной благословить кого-то, не поддается
контролю или управлению.

-   Я знала, что мне нужно быть осторожной, когда я буду от всего сердца исполнять
кружение веры под присмотром моего учителя танцев,
но я не думала, что такая простая
вещь, как напевание
про себя, может привести к благословению... - пробормотала я. - Даже я удивлена.

Все собравшиеся закачали головами от того, насколько
оказывается я была еще более ненормальной, чем им казалось.

-     Я только что понял, что произошло еще более худшее, чем благословение - Розмайн уже получила свой штаппе, - сказал Фердинанд
с гримасой. Я посмотрела на Сильвестра, не уверенная в том, что подразумевалось, только чтобы увидеть, что он был в таком же непонимании как и я. Фердинанд нахмурился еще сильнее.

-   Разве ты не помнишь, почему человек впитывает
в себя Божественную Волю и создает штаппе?

-   Чтобы было проще управлять маной, чтобы молитвы
быстрее и легче достигали богов и для божественной защиты...
Ах. - Сильвестр остановился на полуслове и склонил голову;
похоже, что мой штаппе помогал моим молитвам
теперь достигать богов намного легче, чем раньше. - Мы не найдем никаких решений,
просто обдумывая ситуацию;
нам нужно сначала расставить главные
приоритеты.

-  
Есть ли что-то более важное, чем это? – Спросила я.

-   Да. Многие на турнире и церемонии выпуска подходили к нам, спрашивая,
с кем помолвлена наша лучшая ученица на своем курсе- святая-законодатель моды. На данный момент нам удалось уклонится
от продолжения подобных
разговоров, так как все обращавшиеся к нам с

ними были из герцогств более низкого ранга, но нам нужно решить вопрос с твоей помолвкой, прежде чем с нами заведут
подобные разговоры герцогства более высокого ранга.

О! Другими словами, я очень популярна
среди мальчиков?!

Это был первый раз в моей жизни, когда я оказалась предметом
подобного интереса. Но пока я наслаждалась легким головокружением от осознания что происходит, Фердинанд
немилосердно ткнул меня пальцем в голову.

-   Дура, не радуйся,
это все сильно усложняет и для тебя, и для нас. Итак, что ты им сказал,
Сильвестр?

-   Естественно, я сказал, что у нее есть кое-кто из Эренфеста. Я намекнул, что этой зимой она обручилась с Вилфридом, и сказал, что объявлю о её помолвке
на Конференции эрцгерцога.

-   Подходящий ответ. Мы не можем позволить, чтобы Розмайн похитили — не только из-за нехватки маны, но и потому, что я не могу представить, что она сможет выжить в другом герцогстве, где ей все время нужно сохранять образ мыслей и поведения высшей аристократки. Она ходячее природное
бедствие, которое постоянно грозит сотворить
катастрофу, слишком легко поддается влиянию чувств и не обучена
способам контроля маны.

-   Ходячее природное бедствие? Фердинанд, вы и вправду так считаете?! Это оскорбительно! – Хоть он был прав в перечислении моих недостатков, так что тут не поспоришь, но я могла, по крайней мере, возразить
против его выбора слов.

Флоренсия обеспокоенно улыбнулась
и покачала головой.
- Розмайн, пожалуйста, сосредоточься на том, что здесь и сейчас решается вопрос о твоем браке.

-   Ну, меня удочерили
из-за моего объема маны, и разве это не изначально предполагалось, что я должна буду вступить в договорной брак, чтобы принести
пользу нашему герцогству? Я не против выйти замуж за кого угодно, если мне будет предоставлен полный доступ к его библиотеке.

-   Ты заняла точно такую же позицию, как и Ангелика,
- сказал Фердинанд. – Как ужасны в этой похожести госпожа и её вассал...

Ух ты. А он прав. Но подождите... Делает ли это меня тоже красавицей не обращающей внимания
на свою красоту?

-   Знаешь, с точки зрения совместимости по объему маны и управления Розмайн, наилучший выбор здесь это Фердинанд... – принялся размышлять
вслух Сильвестр.

-  
Не глупи, - мгновенно
ощетинился Фердинанд.

Я открыла рот, чтобы сказать:
“Вам так не хотелось брать меня замуж?”,
Но затем быстро проглотила свои слова; у Фердинанда было такое смертельно серьезное выражение лица, что при взгляде на него становилось почти что страшно.

-   Это исключило бы возможность того, что твои дети смогут занять должность
эрцгерцога, - обратился он к Сильвестру. - Это не то, насчет чего можно шутки шутить.

-   Что вы имеете в виду?

Фердинанд вздохнул: - В настоящее
время в Эренфесте пять человек считаются кандидатами на место эрцгерцога.

-   Ммм... А это Вилфрид, Шарлотта и Мельхиор, так как они дети Сильвестра... А потом я, как его приемная дочь, и вы, как сын бывшего эрцгерцога, верно?

-   Правильно. Если считать всех кто имеет право на престол,
Бонифаций также является
кандидатом, но, учитывая его преклонный возраст, дворянство герцогства
не воспринимает его в качестве
кандидата.

О да, дедушка тоже был сыном эрцгерцога.

-   У Вилфрида есть несмываемое пятно на репутации
из-за его проникновения в Башню из айвори; Шарлотта,
как женщина, должна выйти замуж за кандидата
в эрцгерцоги из другого герцогства; Мельхиор еще не был крещен; и то, что Вероника
подвергала меня травле,
означает, что у меня нет надлежащей поддержки
среди дворян. Ты, с другой стороны, являешься
источником разных изобретений, оказывающих влияние на весь Эренфест,
и твой объем маны превосходит те которыми располагают все остальные. С объективной точки зрения разве не очевидно,
кто лучше всего подходит для того, чтобы стать следующим
эрцгерцогом?

-  
Но я ...

«Я когда-то была простолюдинкой”, - вот что я хотела сказать, но Фердинанд не дал мне этого сделать.

-   Для тех, кто не знает твоих обстоятельств, Карстедт и Эльвира
твои родители, а Бонифаций и дом Лейзеганг
поддерживает тебя. У меня же нет такой поддержки.

Почти никто не знал, что я когда-то
была простолюдинкой, и, если не обращать внимания на это, я была внучкой Бонифациуса и дочерью рыцаря-командора, в моих жилах текла кровь эрцгерцога. С моим происхождением не было ни малейших проблем.

-   Печатное дело будет продолжать расширяться, поддерживаемое тобой и Эльвирой, и, учитывая вашу родословную, можно с уверенностью сказать, что Халдензелле, Грошель и Лейзеганг
в совокупности уже образуют фракцию Розмайн. Граф Лейзеганг, в частности, практически всю свою жизнь был врагом аристократов ведущих свое происхождение из Аренсбаха; он, без сомнения,
приложит все усилия,
чтобы ты стала следующей эрцгерцогиней, поскольку ты его кровный родственник и совершенно не связана с Аренсбахом.

Флоренсия побледнела. Бонифаций
был моим дедом по отцовской
линии, его жена была дворянкой
из рода Лейзеганг, и моя бабушка по материнской линии тоже была Лейзеганг. Так что, меня можно было считать чистокровной Лейзеганг.

-   Нетрудно представить, что произошло бы, если бы я женился на Розмайн — я почти наверняка
стану следующим эрцгерцогом, - продолжил Фердинанд. – Против меня раньше играло отсутствие поддержки,
но с Розмайн в качестве
моего партнера поддерживающие её дворяне поддержали бы меня. Даже если бы наш брак состоялся, когда она достигнет
совершеннолетия, Вилфрид и Шарлотта тоже только достигли бы
совершеннолетия; и мне они не соперники.

Это не было высокомерием или чем-то в этом роде, трудно было представить, что Вилфриду или Шарлотте когда-нибудь удастся
превзойти в чем-то Фердинанда сразу после церемонии их совершеннолетия.

-   Если ты хочешь воплотить план что не позволит
другому герцогству завладеть Розмайн, выдай её замуж за Вилфрида. Это сильно увеличивает вероятность того, что он станет следующим эрцгерцогом, как ты того и желаешь.

-   Верно. Хорошо, Фердинанд,
если мы захотим, чтобы Розмайн вышла замуж за Вилфрида,
ты женишься на Шарлотте? - Спросил Сильвестр
в шутку, лукаво ухмыляясь. Это была совсем не смешная
шутка, над которой никто не стал бы смеяться, и на лбу Фердинанда вздулась
вена, когда он резко отверг эту идею.

-   Совершенно верно!- Воскликнула я. - Это было бы слишком печально
для Шарлотты! К тому времени,
когда она достигнет
совершеннолетия, Фердинанд будет уже стариком!

Единственный муж, на которого я соглашусь для неё, - это молодой
человек с добрым сердцем, который
будет хорошо к ней относиться! Не такой ворчун,
как Фердинанд!

-   Ого? Повтори это еще раз. - Несмотря
на то, что я согласилась с его позицией,
моя поддержка только еще больше разозлила Фердинанда. Он ухватил меня за щеки своими пальцами
- щипцами и с силой потянул их в стороны.

-   Ой, ой, ой! Ммм, проу проения!

Когда он наконец отпустил меня, я принялась
растирать жутко больно ноющие щеки и в этот момент Флоренсия выдохнула: -Ты не будешь возражать против
брака с Вилфридом, Розмайн?

-   Вовсе нет, пока я могу делать с книжными залами замка и храма все, что мне заблагорассудится.

-   Ты окажешь поддержку
Вилфриду?

-   Я сделаю все, что смогу, - ответила я. Мне нужно было, чтобы эрцгерцог
был сильным правителем и его власти ничего не угрожало, чтобы я могла спокойно управлять
своими библиотеками; конечно,
у меня была бы мотивация
поддерживать его.

И все же Фердинанд
не смог удержаться чтобы не поиздеваться над моей решимостью.

-   Флоренсия, неразумно ожидать этого от Розмайн, - сказал он. - Скорее, вам следует
беспокоиться о том, сможет ли Вилфрид удержать
Розмайн в узде.

-   Ты думаешь, я дикая лошадь или что-то в этом роде?!

-   Учитывая влияние, которое
ты оказываешь на свое окружение, дикой лошадью было бы намного
легче управлять.

Флоренсия наблюдала за нашим обменом репликами со сложной улыбкой.
Сильвестр, который в какой-то момент погрузился в раздумья, резко поднял голову.

-   Если мы все здесь согласны
с этим, я объявлю о браке Розмайн с Вилфридом
всем дворянам Эренфеста
во время весеннего
пира. Затем сделаю то же самое перед представителями других
герцогств на Конференции эрцгерцогов. Договорились?

-  
Хорошо, - сказала я. - Пожалуйста, расскажите об этом и Вилфриду.

Вскоре после этого наша беседа подошла к концу.

Вернувшись в свою комнату, я получила письма от Эглантины
и Анастасия с пожеланиями здоровья. Эглантина сказала, что хотела, чтобы я благословила её во время выпускной церемонии, так как именно благодаря моим словам Анастасий
решился на эти действия и устроил все наилучшим образом для неё.

Это она так расспрашивает о благословении...?

Она также упомянула, что шпильки и риншам оказались
очень популярными, так что ими заинтересовались даже её дедушка и Ауб Классенберг, и что она положительно отзывалась
об

Аубе Эренфесте
на межгерцогском турнире.

Сильвестр вернулся на вид измученным, но если
дворяне великих герцогств были заинтересованы в обмене, это, вероятно, стоило всех его страданий...

Я написала ответ, в котором выразила глубокое
сожаление по поводу того, что пропустила её кружение веры, а затем прочитала письмо от Анастасия.
Оно примерно на пятьдесят процентов
состояло из критики
за то, что я была настолько абсурдно
слаба телом, что заболела как раз перед одной из самых важных церемоний года. Мой ответ был следующим:

Я приношу глубокие извинения за свое плохое здоровье. Если бы это было возможно,
я бы с удовольствием
присутствовала. Мне сказали, что во время выпускной церемонии вы получили всеобщее
благословение. Я бы тоже хотела благословить вас обоих.

Я позаботилась о том, чтобы сохранить позицию,
согласно которой благословение на церемонии не имело ко мне никакого
отношения.

Как только мои ответы были готовы, я перешла к написанию письма с извинениями и благодарностью Ханнелоре,
которая прислала свои наилучшие пожелания
во время турнира. Затем я попросила, чтобы его доставили
ей вместе с книгой.

Покончив со всем этим, я осмотрела свою комнату, которая понемногу приводилась в порядок. Теперь,
когда церемония выпуска
была завершена, главные
приготовления к отъезду
будут делаться завтра.

-   Завтра мне нужно будет пойти в библиотеку, чтобы
напитать Шварц и Вайс маной, - сказала я вслух.
- Не говоря уже о том, что мне нужно будет вернуть книгу, которую я
позаимствовала на днях...

-   Миледи, пожалуйста, сначала обсудите это с Фердинандом. Возможно, вы сможете снабдить профессора Соланж достаточным количеством маны, чтобы хватило до следующей
зимы.

Моя дискуссия с Фердинандом принесла свои плоды, и было решено, что я одолжу Соланж фейкамни,
наполненные маной. Однако, поскольку большие
фейкамни были чрезвычайно дорогими, Фердинанд должен был сопровождать меня туда и подписать с ней контракт
на предоставление камней в займ. Как только я получила
разрешение Сильвестра, мы вдвоем, в сопровождении слуг и вассалов
направились в библиотеку.

-     Я не верю, что профессор
Соланж станет делать что-то сомнительное с фейкамнями, - сказала я, чувствуя себя немного неуверенно
во всей этой контрактной истории.

-   Это большие магические камни, до краев наполненные твоей маной; вполне нормально заранее подготовиться к тому, чтобы их не украли или не использовали не по назначению. Ты можешь без опаски одалживать свою ману и магические инструменты, но делай это только при условии, что то, что ты одалживаешь, должно быть возвращено. Мана-это не то, что можно раздавать так свободно.

Я кивнула, показывая,
что понимаю. Если таково было отношение к этому вопросу среди дворян,
мне нужно было попытаться научиться
так же мыслить. У меня было такое чувство, что Фердинанд довольно
свободно одалживал свои собственные магические
камни, и я тоже делилась
манной без лишних вопросов, но, возможно, это было так, что в нашем внутреннем
кругу все было по-другому.

-  
Миледи здесь.

-  
Миледи. Время чтения?

Шварц и Вайс приветствовали нас, когда мы вошли в библиотеку, я шагнула вперед и вернула
книгу, которую Лизелетта
принесла сюда для меня. Фердинанд
увидел, как два шмиля косолапя
кружат вокруг нас, и удивленно
заморгал.

-   Ты действительно их хозяйка... - сказал он наполовину удивленным, наполовину раздраженным голосом.

-   Леди Розмайн. И, о, разве это не лорд Фердинанд?
Сколько же лет прошло с тех пор? - Спросила
Соланж. Она, по-видимому, знала Фердинанда со времен его учебы в Академии, когда он очень часто посещал
библиотеку, беря и возвращая материалы
для Хиршур.

Фердинанд повернулся
к Соланж с ностальгическим выражением в глазах.

-   Слишком много. Розмайн сказала мне, что всех библиотекарей, которых я знал, больше нет, так что я рад видеть, остался
хотя бы один.

Соланж мягко улыбнулась
в ответ, понимая, что Фердинанд
намеренно сказал это, чтобы ей не пришлось повторять болезненное объяснение того, почему здесь больше не было других библиотекарей.

-     Профессор Соланж, - сказала я, - мы пришли сюда сегодня, чтобы обсудить возвращение некоторых книг и запас маны для Шварц и Вайс. У вас найдется немного времени?

-   О да. Большое вам спасибо
за вашу заботу.

Поскольку это было на следующий день после
выпускной церемонии, библиотека была почти пуста. Я тоже не могла поверить,
насколько опустошены были некоторые полки. Они были

полны пробелов, когда я была здесь в последний раз, с тех пор как группа студентов
искала книги для своих выпускных
экзаменов, но как можно было объяснить их опустошение сейчас?

-   Неужели вы все еще выдаёте так много книг? - Спросила. – Ведь студентам
уже пора возвращаться в свои герцогства...

-   С каждым годом ситуация становится
все хуже, но в конечном счете вина лежит на мне...- Соланж ответила, печально опустив глаза. Даже среди тех, кто прошел надлежащие процедуры одалживания книг, некоторые смотрели
свысока на Соланж за то, что она была средней
дворянкой, и никогда не удосуживались вернуть их. Она также объяснила,
что не могла даже провести расследование, чтобы выяснить, кто брал книги в каррели,
а затем забирал их с собой, не проходя процесс выдачи.

-   Вы не можете провести расследования? - Спросил Фердинанд. - Не может такого быть. С какой же целью здесь находятся
Шварц и Вайс? Я припоминаю, что в прошлом
их записи использовались для отправки отзывных
писем. – Его брови задрались вверх, от того насколько библиотека которую он помнил отличалась от нынешней.

Как оказалось, Соланж не могла получить необходимую информацию от Шварца и Вайса, потому что она не была их хозяйкой.

-   И мне бы и в голову
не пришло взваливать еще большее бремя на леди Розмайн, - сказала она.

- Это совсем не обуза, - ответила я. - Помогать библиотеке
- долг любого члена библиотечного комитета. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь, когда у меня будет свободное
время.

До сих пор я воздерживалась от выполнения таких обязанностей члена библиотечного комитета
и только читала, так как не хотела беспокоить Соланж,
навязывая непрошенную помощь. Если бы у неё действительно была работа для меня, то, как член комитета, я бы без колебаний была готова помочь ей.

-   Я не знаю, что делают члены этого библиотечного комитета,
но у Розмайн есть и мана, и желание, - сказал Фердинанд.
– Иначе, если такое положение
вещей будет продолжаться, я ожидаю, что она проклянет
всех тех, кто плохо обращался
с книгами.

-   Проклятие? Пожалуйста, не используйте такие сильные выражения. Я никогда так не сделаю.

-   Я до сих пор отчетливо
помню, как ты намеревалась провести
так называемый "кровавый карнавал" после того, как кто-то просто устроил беспорядок в книжной комнате
храма. Было бы разумно уладить этот вопрос до того, как библиотека будет залита кровью казненных.

У меня не было намерения
проводить какие-либо массовые
казни... но, честно говоря, когда дело касалось
книг, не всегда можно было позволить себе роскошь выбирать методы.

-   Розмайн, это твоя работа как хозяйки Шварц и Вайс. Посоветуйся с каждым герцогством о тех, кто не вернул свои книги или позаимствовал их без разрешения. А я пока поговорю с профессором Соланж о фейкамнях.

-   Хорошо. Шварц, Вайс — пожалуйста, назовите мне имена и фамилии всех, кто брал книги из библиотеки без разрешения, или кто не вернул свои книги.

Согласно инструкциям Фердинанда, я вызвала Шварц и Вайс, а затем начала составлять
список грешников из каждого герцогства. Мои вассалы помогали
мне в этом начинании.

-   Невозвращенец. Из герцогства...

-  
Несанкционированный кредитор.
Из герцогства...

Глаза Шварц и Вайс засветились, когда они начали бормотать имена, которые мои слуги и я быстро записывали. Как только список имен
был готов, мы узнали, что не было необходимости отправлять письма в герцогства высокого
ранга; демонстрировали плохие библиотечные манеры только герцогства более низкого ранга.

-  
Я вижу, что среди согрешивших нет никого из Эренфеста, - сказала я.

-   Никто не был настолько глуп, чтобы обманывать
библиотеку, которую вы так сильно любите, леди Розмайн.
От того как вовремя они возвращают книги зависит их будущее, - сказал Корнелиус, пожимая плечами. Все остальные кивнули в знак согласия.

Я взяла готовый
список и пошла в кабинет
Соланж. - Фердинанд, профессор Соланж, я закончила записывать имена.

-     И мы завершили
контракт с фей камнями, - ответил Фердинанд.- Покажите мне имена.

Я показала
ему список, и он нахмурился, увидев как много людей взяли книги без разрешения.

-     Я пошлю ордонансы
с напоминанием о возвращении книг, - сказал он. - Если они услышат голос незнакомого взрослого
мужчины, они почти наверняка неправильно истолкуют ситуацию, как вмешательство Суверении.

Это была хорошая идея; Соланж, как всегда, проигнорировали бы, в то время как сообщение, отправленное таким детски звучащим
голосом, как мой, скорей всего вызвало бы еще большее
презрение. Если Фердинанд
обратится к ним в своем резком, холодном тоне, они пришли бы в ужас и побежали
бы возвращать свои книги.

-  
Я никогда
не ожидала, что вы поможете
с библиотекой, Фердинанд. Я так тронута.
- Но когда

я искренне
поблагодарила его, его губы изогнулись
в холодной и довольной усмешке.

-   Розмайн, позже, покажи мне магические
круги на животах Шварц и Вайс. Я хочу увидеть их сам. Это подходящая
награда за то, что я помогаю библиотеке, не так ли?

Так вот каков был его план...?! Я так и знала, что его готовность
помочь была немного
странной! Ну!

Пока я внутренне
пузырилась от гнева, я думала о плюсах и минусах, которые сопровождали помощь от Фердинанда. Показать ему магические
круги не будет проблемой, так как он все равно уже видел письменные копии; он также поможет с нарядом Шварц и Вайс и надавит на студентов, чтобы они вернули книги. Плюсов выходило намного больше.

-  
Фердинанд... Если я оставлю это у вас, вы уверены, что все книги будут возвращены?

-   Да. Я отправлю
им сообщения, которые
не оставят им другого выбора, кроме как вернуть книги, - сказал Фердинанд. Затем его голос стал мрачным и угрожающим, когда он произнес
свое сообщение, которое он собирался отправить в соответствующие
общежития. - Библиотека Королевской академии находится в ведении королевской семьи, и её книги являются
собственностью королевской семьи. Те, кто не вернет книги до того, как покинет Академию,
будут считаться преступниками, и их аубу будет сообщено
об этом от имени короля. С этого момента мы активируем магию контракта, ибо клятва, данная Местионоре, Богине Мудрости, будет считаться нарушенной.

Это на следующий
день после выпускной
церемонии, так что многие эрцгерцоги все еще в общежитиях, верно? Как же на студентов
будут кричать…

В тот день я с радостью помогла Соланж и Шварц справиться
с потоком перепуганных студентов, пришедших вернуть свои книги, в то время как
Фердинанд сидел в кабинете Соланж, изучая магический круг на животе Вайс.

Фердинанд и я, довольные, вернулись в
Эренфест. Я выполнила свою работу в качестве члена библиотечного комитета, в то время как он продвинулся в своих
исследованиях, изучив круги на животе
Вайс.