Глава 130 — Ученики никак не отлипают (3)

Когда я, ещё ребёнком, узнав, кто стоит за кризисом Врат, сорвался с места и выбежал, а потом вернулся.

Тогда ты, пытаясь успокоить маленького меня, согласился, когда я потребовал взять за всё ответственность.

«А в конце всё-таки сбежал, так и не доведя эту ответственность до конца».

Вина за то, что я натворил перед тобой, потеряв память, была слишком велика, и я не смел её трогать. Но вот это упрекнуть я всё же имел право.

Небесно-голубые глаза, будто набравшие в себя дождевые тучи, опустились.

— Поэтому я пойду с вами.

Уж меня-то тебе бросать не следовало.

Слова, почти похожие на обиду, крутились на языке, но я стиснул зубы и проглотил их. Альтаир с обычным выражением лица молча закончил узел и убрал руки. Рэйвен проверил волосы: они были низко собраны — так он обычно завязывал их сам, — вздохнул и кивнул.

— Ладно, идём.

— Благодарю.

— И... за волосы тоже спасибо.

Не знаю, нарочно он это сделал или нет, но этим жестом он слишком ясно напомнил об отсутствии Лив. Может, поэтому я и вздрогнул сильнее.

Рэйвен понимал, что этот разговор означает не только «поехать в Аурель», но предпочёл сделать вид, будто не заметил. Альтаир тоже не стал давить дальше.

— А этого мелкого шпиона ты как втянул?

— А, если вы о Дане, это не я. Хван сказал, что в обмен на сотрудничество научит его чародейству.

— Вот как...

Способности у Дана, и правда, вроде бы имелись.

Просто рядом с талантом Хвана они не бросались в глаза. Да и у Дана уже был другой дар — осколок души, — поэтому Рэйвен особо об этом не думал.

Сами друг о друге заботятся. Жаль только, что ценой за это стало наблюдение за мной. Вновь ощутив и благодарность, и гордость за них, Рэйвен поспешил к выходу.

Он хотел уйти, пока его не перехватили другие ученики, но план провалился ровно в тот момент, когда он уже собирался выйти за главные ворота.

— Отец!

Знакомая девочка с вьющимися чёрными волосами со всего размаху вцепилась ему в спину. Рэйвен мельком заметил оранжевые глаза.

— Вот же... — тихо выдохнул он и перевёл взгляд в сторону.

Как ни в чём не бывало, к ним уже подходил Хван.

— Куда вы направляетесь?

В тоне у него чувствовалось какое-то странное давление...

Рэйвен на миг отвёл глаза в сторону, но скрывать было нечего, поэтому ответил честно:

— В Аурель. Мне нужно забрать кое-какие сведения.

— Вы сейчас собираетесь взять с собой только Альтаира...?

— Ну да... А разве одного Альтаира мало...?

Если я попытаюсь сделать то, чему вы в последнее время больше всего стараетесь помешать, он среагирует быстрее всех.

— Что за обидные слова, учитель.

Хван скорбно опустил брови.

— Я сейчас выражаю обиду на учителя, который собрался взять одного Альтаира, а меня оставить.

— А.

— Эй, а меня почему вычеркнули?

Ровина, всё ещё вися у него за спиной, высунула голову из-за плеча. В этом движении сквозила отчаянная решимость ни за что не оказаться лишней.

«...Да, брать только одного тоже как-то неловко».

Рэйвен погладил девочку, которая изображала недовольство, но в глубине души явно тревожилась, и тихо рассмеялся.

— Тогда идём вместе.

* * *

И вот глава Аурели Эдардо, окинув взглядом всю ораву, что ввалилась следом, пробормотал, будто не веря своим глазам:

— Что же ты такое натворил...

[Бог-хранитель Круэл отвечает, что многим попортил нервы.]

...Брат, зачем ты там ябедничаешь? Он всё равно этого не увидит.

Рэйвен тоже смотрел на сообщение с полным недоумением, когда стоявший рядом Альтаир чуть наклонился и шепнул:

— Мы подождём снаружи.

— Да...

— ...Я выделю вам комнату. Для короткого отдыха подойдёт.

Ученики гурьбой вышли. Эдардо, запоздало вернув себе самообладание, взял артефакт связи и велел проводить тех, кто только что покинул комнату.

Когда всё было более-менее улажено и он наконец отложил артефакт связи, золотой взгляд обратился к почётному гостю.

— Итак, мы...

— ...

— ...Уже встречались.

Рэйвен ожидал, что разговор начнётся с дела или с памяти, и на миг растерялся.

— Разве нет?

Эдардо неторопливо склонил голову.

Это был взгляд человека, который прекрасно помнил собеседника. Увидев его, Рэйвен тихо рассмеялся.

— Да, верно.

— ...

— Мы уже встречались.

— Признаться, я удивился, когда память внезапно вернулась...

Эдардо тоже улыбнулся и выпрямился, перестав полулежать на подлокотнике дивана. Он внимательно оглядел лицо Рэйвена и продолжил:

— Меня интересует, нет ли с тобой каких-нибудь проблем.

— Проблем нет.

Всё-таки те, у кого голова работает, похоже, сразу связывают это со мной.

Рэйвен демонстративно развёл руки и пожал плечами. Золотые глаза, казалось, проследили за каждым его движением, затем моргнули и снова встретились с ним взглядом.

— Тогда хорошо. Значит, перейдём к делу.

— ...Больше ничего не скажешь?

— Нет.

Ты ждал от меня каких-то слов?

Глаза Эдардо спрашивали именно это. Он держался до странности спокойно для человека, потерявшего память и вернувшего её. Рэйвен негромко фыркнул.

— Тогда ладно. Ты, наверное, уже знаешь, зачем я пришёл. Причина одна: я хотел узнать, не осталось ли незаконченным поручение, которое я оставлял раньше.

— Я его закончил. Как раз собирался вскоре зайти к тебе, но не думал, что ты явишься сам.

Эдардо поднялся с места, подошёл к книжным полкам, достал один документ и протянул его Рэйвену.

— Я подготовил материалы и привёл их в порядок. Подробности объясню сам.

— ...Сначала прочту, а если что-то не пойму, спрошу.

Необычно светившиеся зелёные глаза сразу побежали по документу.

Само поручение изначально не требовало длинных объяснений, так что собранного материала было немного.

— Значит, в итоге...

Рэйвен положил лист на стол.

— Он жив.

— Да. И находится в Республике.

Тот, кто вызвал ярость вампиров и посмел тронуть моего ученика, жив.

— Кто бы мог подумать, что это та самая исследовательница, которая создала искусственно пробуждённых.

Иными словами, она сотворила такое с моим учеником, а теперь припеваючи живёт как исследовательница Республики.

Взгляд Рэйвена потемнел.

«Король фей тоже испытывает неприязнь к искусственно пробуждённым „Республики“, так что теперь все проблемы, разозлившие иные расы, можно будет свести не к миру людей в целом, а к одной Республике...»

И всё же радости от этого было мало.

Надо всё-таки поддержать Революционную армию. Мысленно пробормотав это, Рэйвен ткнул в одну строчку документа.

— И это они называют великой эволюцией человечества...

— Мерзость.

Сама исследовательница, похоже, действительно так и считала.

Эдардо тихо добавил это и протянул ещё один лист.

— Здесь описаны эксперименты. На всякий случай я собрал и то, что касалось вампиров, и то, что касалось искусственно пробуждённых.

— ...Спасибо.

Теперь я понимаю Короля фей.

Чем дольше Рэйвен просматривал бумаги, тем холоднее становилась его улыбка. Она сгущалась, наполнялась морозом и прятала под собой острую, как клинок, ярость.

Когда он наконец дочитал, то криво усмехнулся и пробормотал:

— Тоже мне эволюция.

При этом сами нарушают запреты.

Видовая мутация. Эксперимент без согласия.

Здесь словами о жертве малого ради великого не прикроешься. С точки зрения чародейства, с точки зрения Мира и даже по этическим меркам это было нарушением.

Для Мира запретом была сама «видовая мутация». Для этики — «эксперимент» «без согласия». А для чародейства запретом становилось всё сразу: «видовая мутация без согласия» участника.

— Такие, как они, почему-то всегда называют людей, которых сделали подопытными, «жертвами ради великого».

— Похоже на то.

— Только к насилию, которое уже перешло черту, слово «жертва» неприменимо.

Так хочется творить подобное — ставь опыты на собственном теле.

Если бы те, кто стал подопытным, шли на это добровольно — не потому что их обманули или запугали, а потому что искренне сами хотели, — тогда ещё можно было бы говорить. Но здесь ни с точки зрения чародейства, ни Мира, ни этики не было ни малейшего повода для снисхождения.

«Особенно это не понравится Миру».

Проведя пальцем по описанию процесса — магический камень вживляли в тело человека, создавая искусственно пробуждённого, — Рэйвен холодно улыбнулся.

«Ведь магический камень — наследие Владыки демонов».

Истоки магических камней восходили к Эпохе мифов: сила Владыки демонов пропитала руду и проявилась в камне. Даже не зная этого, по одному только тому, что магические камни добывают из чудовищ, легко догадаться, откуда они взялись.

«Потому что демоны и чудовища рождаются из силы Владыки демонов».

Из всех них только чудовища — неудачные образцы без разума — могли размножаться, поэтому и сохранились до наших дней.

«Что ж... тем охотнее их и пытались использовать».

Пусть слабая, но всё же сила Владыки демонов в них была.

Магическая энергия — это сила, которую Владыка демонов и демоны расходуют, когда используют магию. А магия — сила, самовольно нарушающая и искажающая законы Мира, чтобы творить чудеса.

Вода течёт снизу вверх, рана затягивается в одно мгновение — вот такие чудеса.

Теперь с помощью магических камней уже создают и используют устройства пространственного перехода; желание человека вживить в тело камень с такой силой было, по крайней мере, понятно.

«А Мир очень ненавидел Владыку демонов, создавшего расу, которой не должно было быть».

Даже без таких записей одного того, что «Владыка демонов» и «демоны» были истреблены, разве не достаточно? Очевидно же, что Мир пытался их стереть.

Впрочем, люди, которые творят дела, не думая о последствиях, вряд ли станут считаться с такой необъятной, далёкой и потому смутной сущностью, как Мир.

«Подробностей я не знаю, но спокойная жизнь у неё на этом, видимо, закончится».

«Рэйвен» горько усмехнулся и щёлкнул пальцем по месту, где был портрет исследовательницы.

— Это можно забрать?

— Изначально я готовил это для тебя, разумеется.

— Спасибо.

Он собрал бумаги и убрал их к себе.

Эдардо, наблюдавший за ним, откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу. Поставив локоть на подлокотник и подперев подбородок, он неторопливо произнёс:

— Значит, с этим делом покончено...

— ...?

— Других дел ко мне нет?

— А.

Как раз кое-что пришло на ум.

— Не знаю, считается ли это делом, но...

— Сначала расскажи.

— В ближайшие десять лет Врата начнут стремительно множиться.

— ...

— Они в мгновение ока покроют весь Мир.

Что-то вроде всплеска Врат.

Суть сказанного совсем не вязалась со спокойным тоном, и Эдардо слегка нахмурился.

— ...Чародеи умеют гадать о будущем, так что не скажу, что не верю. Но разве такое будущее нельзя изменить?

— Смотря какое... Это будущее не из таких.

— ...

— К тому же, даже если бы его можно было изменить, с чего тут начинать и за что браться?

Остаётся только готовиться.

— ...И то верно.

Златоглазый мужчина тихо цокнул языком.

— И чего ты хочешь от меня при таком неотвратимом бедствии?

— Эвакуации людей. А ещё — чтобы вы передавали сведения о местонахождении отставших и раненых.

— Это как раз то, с чем мы справимся.

Главная сила Аурели была не в бою. Она заключалась в быстрой передаче сведений через бедняков, раскиданных повсюду.

А бедняков было очень много, жили они в самых разных местах и охватывали огромную территорию.

— С боевой частью у тебя есть другой план?

— Да. Я уже попросил поддержки у каждой силы.

— Вот как...

Четыре Ассоциации сюда точно входят... А судя по нынешним проблемам с Республикой, в процессе их решения можно наладить хорошие связи и с Революционной армией. Если пойти дальше, возможно, подключатся и иные расы.

Интересно, куда ещё сумеет дотянуться Рэйвен. Быстро прикинув всё в голове, Эдардо тихо усмехнулся.

— Тогда тебе действительно нужнее люди для передачи сведений, чем бойцы. Для спасения тоже понадобятся люди, но их можно будет по ситуации брать понемногу из боевого и информационного направлений.

— Значит, ответ...

— Спрашиваешь очевидное.

— Это ведь не чья-то отдельная проблема. Раз уж есть те, кто готов выйти и сражаться, нам нельзя не сделать даже этого.