Глава 164 — Без названия

Глава
164.

– Было
принято официальное решение исключить
семью Браон из 4-х великих семей. Также
сегодня объявят об этом по всей Империи
и в скором времени состоится публичный
суд, над Герцогом и его дочерью.

– Правда?
Какая хорошая новость, – Эстер, которая
и представить себе такого не могла,
широко улыбнулась.

Без
сомнений, это были хорошие новости, но
даже при том, что она улыбалась, на лице
девушки была какая-то тень.

Дарвин
ощутил, что Эстер отличается от себя
обычной и пристально посмотрел дочери
в глаза:

– Кажется,
что-то случилось, пока меня не было. Это
как-то связано с тем, что ты хочешь мне
сказать?

– Пап,
вообще-то… – размышляя всю ночь напролёт,
Эстер решила честно рассказать обо
всём, что ей пришлось пережить. – Вчера,
я встретилась с Эспитос.

Несмотря
на то, что в это было трудно поверить,
Дарвин, без всяких сомнений, серьёзно
слушал Эстер.

По
мере её рассказа, выражение лица Герцога
становилось всё темнее и глубже, и после
окончания рассказа, Дарвин тяжело
вздохнул:

– Хрустальная
сфера под Храмом.

Тот
факт, что даже Герцог Дэхсин, глава 4-х
великих семей, впервые слышал об этом,
многое говорил.

«Я
догадывался, что причина, по которой
Императорская семья зависима от Храма,
далеко не в Святой, но в реальности всё
оказалось чуть по-другому.»

– Судя
по тому, что я слышал, недавнее увеличение
количества монстров в приграничных
землях, похоже, как-то связано с этим
хрустальным шаром.

Дарвин
отдыхал, поскольку он был слишком занят
эпидемией, но быстро увеличивающееся
количество монстров было явно странным.

– Но
если всё это из-за того, что хрустальный
шар не работает должным образом, то тебе
нужно починить его, а не сломать.

– Я
тоже подумала, что это странно, но она
сказала именно это.

Эспитос,
которая никогда ранее не появлялась,
появилась перед Эстер и сказала подобное,
что точно не могло быть шуткой.

После
того, как вчера это случилось, девушка
подумала о том, что ей стоит притвориться,
что она не слышала этого, потому что об
этих словах знала лишь она.

Однако
слова Эспитос о том, что она должна
защитить своих близких, тревожили её
сердце.

«Важные
люди.»

По
словам Богини, у Эстер сейчас были
драгоценные люди, которых ей нужно было
защищать, даже ценой своей жизни.

Но
не это было главной причиной того, почему
девушка не хотела видеть, как Империя
оказывается в опасности.

Эстер
решила разбить хрустальный шар для
семьи, которая впервые в этом мире
поверила и полюбила её.

– Я
поеду в Храм. Ты позволишь мне? – Эстер
с храброй улыбкой и открытым взглядом
посмотрела на отца.

– Эстер,
– печальный голос Дарвина был полон
сожаления. – Ты не должна взваливать
это на себя. Если слова Богини верны и
в Империи наступят тёмные века, значит
такова судьба Империи. Никто не станет
думать, что это твоя вина.

Герцог
Дэхсин верил, что всё, что сказала его
дочь, было правдой.

«Тот
факт, что в Империи живёт тьма, в скором
времени может привести к её разрушению.

Насколько
я понимаю, это непростой вопрос.

Я
провёл почти всю свою жизнь, защищая
Империю Остин, и искреннее волнуюсь о
ней.

Однако
помимо того, что я Великий Герцог, я ещё
и отец Эстер.

И
одна Эстер мне дороже миллионов других
людей.

Даже
если мне придётся пожертвовать ими
всеми, я не буду жертвовать Эстер ради
их спасения.»

– Нет
причин, по которым ты должна нести это
бремя.

Эстер,
ощутив глубокую привязанность в глазах
отца, смотрящих на неё, счастливо
улыбнулась:

– Честно
говоря, мне немного страшно. Поскольку
я не знаю, что произойдёт потом. Мне
кажется, что если я сломаю хрустальный
шар, то меня поймают и отправят на казнь.

Беспокойство
Дарвина было таким же, как и у Эстер. Но
теперь оно стало ещё сложнее:

– Тогда
давай притворимся, что ничего не знаем.
Тебе не нужно рисковать.

Однако
Эстер, которая уже приняла решение,
медленно покачала головой:

– Я
очень счастлива, что познакомилась с
отцом и братьями и смогла жить здесь. Я
всегда была одинока и хотела лишь
умереть, но вы заставили меня хотеть
жить дальше.

Эстер
была так счастлива, что боялась, что это
счастье будет уничтожено.

14
жизней девушка прожила мучительно и
болезненно, однако если бы ей пришлось
пройти через это вновь ради этой, 15-й
жизни, она бы сделала это без малейших
колебаний.

Эстер
хотела защитить драгоценных людей,
которые подарили ей столько счастья.

– Вот
почему я хочу поехать. Пожалуйста,
позволь мне это, папа.

Его
отражение в горящих глазах Эстер,
наложилось на ото облик, что был в день
их первой встречи.

Уверенный
в себе ребёнок, тогда был напуган и
жалок, дрожа всем телом, упорно умолял
Герцога убить её.

«Те
же глаза, что и тогда, но стремление
стало другим. Теперь она желает жить…»

Дарвин
не мог противиться таким глазам дочери:

– Какое
же бремя пытается возложить на тебя
этот мир… Было бы лучше, если бы я мог
сделать это за тебя, – Герцог обнял
Эстер, не зная, что делать и ощущая, как
болит за ней сердце.

Девушке
было немного тяжело дышать из-за крепких
объятий, однако она спокойно сидела и
не пыталась вырваться.

– Ничего
страшного. Может, когда Богиня появится
в следующий раз и попросит сделать
что-нибудь, мне следует убить её?

– Не
говори так, даже если это шутка, – Дарвин
сердито щёлкнул дочь по лбу, хотя это
прикосновение всё равно было лишь едва
уловимым.

*****

Дарвин
и Эстер уехали прямо в Храм, не сказав
об этом спящим близнецам.

– Хм,
Тэлберт говорил, что платье на твой день
рождение ещё не закончено. Всё будет в
порядке?

– Оно
почти готово, осталось лишь пришить
драгоценности на юбку. Думаю, это займёт
не так много времени.

– Будет
ли оно закончено к дню рождения?

– Конечно.

Отец
и дочь были твёрдо уверены, что в Храме
ничего не произойдёт, и намеренно
обсуждали вещи, соответствующие
непринуждённой обстановке.

Однако
это не сняло напряжения.

Эстер
погладила Шура, который спал на подушке
рядом с ней, чтобы контролировать удары
собственного сердца.

– Мы
на месте.

– Кажется,
вид немного изменился

Прошла
всего неделя, однако обстановка отличалась
от той, что была в её прошлый приезд.

Количество
людей, лежащих на улицах, резко уменьшилось,
а повсюду бродило много священников.

«Похоже,
они опомнились.

Однако
им предстоит ещё долгий путь.»

Осмотревшись
по сторонам, Дарвин и Эстер быстро
подошли к главным воротам Храма.

Они
уверенно прошли через парадные двери
и, священник, узнавший их, сопроводил
пришедших прямо к Шерон.

– Святая!
– едва Шерон услышала этого, она тут же
выбежала к ним.

Эстер
вернулась в Храм, это было то, что Шерон
с нетерпением ждала.

– Не
называйте меня так. Я Эстер, – однако
девушка сразу же провела черту и исправила
старейшину.

– Ох,
я не знала. Простите. Однако… С Вами
приехал Великий Герцог, что-то случилось?

– Вчера
я получила откровение от Эспитос. Я
здесь, чтобы выполнить его.

Эстер
кратко поведала разговор, который был
у неё с Богиней и рассказала о нём Шерон.

Шерон
была шокирована и сбита с толку словами
девушки:

– Неужели
Богиня действительно дала такое
откровение? Я не могу поверить в это…
Хрустальный шар – это барьер, защищающий
Империю. Я не могу решить его уничтожение
одна.

– Я
уже приняла это важное решение. Я не
собираюсь ждать Вашего решения. У меня
есть лишь один шанс. Если Вы сейчас
остановите меня, то я больше не буду
пытаться.

Поскольку
Эстер говорила сильно и уверенно, Дарвин,
наблюдавший со стороны, не пытался
вмешаться.

– Тогда…
ха… – Шерон была обеспокоена и не знала,
что делать с услышанным от Эстер.

Идея
разбить хрустальный шар, который
существовал на протяжении сотен лет,
вместе с Империей, не имела смысла,
независимо от того, сколько Шерон думала
об этом.

Однако
Эстер, которая вернулась после отказа
от Храма, привела с собой Великого
Герцога, не могла солгать.

Такой
Шерон до этого момента видела личность
Святой.

– …… хорошо,
– сказала Шерон, плотно зажмурившись
и решив довериться Эстер. – Я возьму на
себя ответственность, поэтому следуйте
за мной.

Решительная
Шерон отвела Эстер и Дарвина во дворец
Святой.

Комната
с хрустальным шаром находилась в подвале
этого дворца.

После
того, как Рабьен переместили в темницу,
дворец был пуст, поэтому никого на его
территории не было.

– Он
внизу.

Когда
они вошли во дворец и прошли по коридору,
находившемуся за центральной лестницей,
они увидели ту, что вела в подвал.

На
пути вниз была железная дверь с пятью
замками.

На
мгновение Эстер и Шерон поражённо
замерли и обменялись изумлёнными
взглядами.

– Что
это за энергия?

– Я
не знаю. Я никогда раньше не ощущала
подобной энергии…

За
дверью была настолько странная энергия,
что даже Шерон крайне растерялась.

– Как
попасть туда?

– Вот
ключ.

Это
был ключ, который передавался Святой
из поколения в поколение, и сейчас он
был у Шерон.

Эстер
взяла ключ и тихо прошептала Шерон:

– Пожалуйста,
выведите папу. Если во дворце Святой
есть ещё люди, выведите и их.

– Да?
Но если это опасно, мы наоборот должны
быть рядом с Вами…

– Я
буду одна. Я не хочу вовлекать в это
моего отца.

– … простите,
что я могу сделать лишь это. Я буду
молиться, чтобы Вы благополучно вернулись,
– Шерон, которая полностью приняла
просьбу Эстер, виновато кивнула.

Эстер,
которая поговорила со старейшиной,
намеренно повысила голос и обратилась
к отцу, стоящему позади них:

– Папа,
с этого момента я должна идти одна. Вы
идите и выпейте чаю, пока ждёте меня.

– Что?
Оставаться одной опасно. Я тоже пойду
с тобой.

– Я
тоже хотела сделать так, но говорят, что
сюда допускаются лишь Святые. Дверь не
откроется, когда есть кто-то ещё. Правда
ведь?

– Да.
Это сделано для того, чтобы посторонние
не могли проникнуть внутрь, – Шерон,
избегая взгляда Герцога, заставила себя
улыбнуться.

После
непродолжительного спора, Эстер, наконец,
удалось уговорить отца.

– Будь
осторожна. Если заметишь, что становится
опасно, то немедленно выбирайся оттуда.
Поняла?

– Конечно.

– Я
буду ждать тебя.

– … да,
папа, – Эстер энергично махала в спину
отца, пока тот не исчез.

– Мы
скоро увидимся. Я не задержусь здесь
надолго, – оставшись одна и открывая
запертые замки один за другим, одиноко
пробормотала девушка.

Как
только дверь была открыта, раздался
скрип и Эстер сильнее ощутила плохую
энергию.

Храм
считался самым святым местом, поэтому
было страшно ощущать подобную энергию,
особенно в подвале дворца Святой.

Нахмурившись,
Эстер вошла в узкий коридор.

После
недолгого пути по тёмному коридору без
фонаря, перед ней появилась небольшая
дверь.

– Энергия
идёт оттуда.

Подавив
желание немедленно вернуться, Эстер
изо всех сил повернула ручку закрытой
двери.

– Уф…
– едва девушка открыла дверь, как ей
пришлось вскинуть руку и закрыть лицо
рукавом, защищаясь от порыва токсичного
воздуха.

– … это
действительно тот хрустальный шар?

Шар
отчётливо излучал сияние, однако энергия
в нём необычным образом смешалась с
тьмой.

Мутный
хрустальный шар сам по себе выглядел
крайне опасным.