Глава 1 — Без названия

В этом году мне исполнилось восемьдесят лет. Я прожил долгую жизнь, беспечно и без страха. В конце концов, мальчишки не взрослеют, даже когда стареют! Раньше я мечтал о вечной молодости и бессмертии, пожирая все, что, как говорили, полезно для тела, но теперь все это кажется бессмысленным. Эти даосы говорят, что можно вознестись и стать небожителем, но со мной такого точно не случится.

Лет пятнадцать назад? Были эти упрямые даосы из Удан, которые проклинали меня, называя злодеем.

С какой стати?

Я не занимался ни торговлей людьми, ни разбоем. И, разумеется, никогда не спасал тех, кто творил зло. Воры, горные бандиты, речные пираты. Если бы их не поймали — одно дело, но с чего бы мне спасать идиотов, которые попались из-за собственной глупости? Организовать побег из тюрьмы? Нонсенс.

И все же они поливали меня грязью только потому, что я был главой Сапа (Фракции Зла). Я не выдержал и немного разозлился, а они устроили из этого Великую войну Добра и Зла или вроде того. Под стать грандиозному названию произошло масштабное сражение, но меня там вообще не было.

Почему? Потому что моей целью с самого начала был Удан. Пусть другие дерутся, мне-то что. Я отправился в Удан, сжег три дворца и свернул шеи главе ордена и старейшинам. Я, проявив великодушие, попросил выдать только тех, кто меня оскорблял, но они первыми выхватили мечи. Вот и получили. А потом они снова начали меня проклинать, называя подлым, коварным и низким. Разве это не смешно?

Так или иначе, мы заключили перемирие, но из-за этого Удан, тысячелетняя святыня даосизма, потерял свое влияние и, как говорят, скатился на самое последнее место среди Девяти Великих Орденов. Ну, меня это не касается. Что посеешь, то и пожнешь, как говорится. Конечно, моя натура в принципе несовместима с этими даосами. Лицемерное племя, которое лишь на словах притворяется праведниками... Не то что общаться с ними, мне от одной мысли о них хочется покрыться сыпью.

Фух, в любом случае, чем больше проходит времени, тем яснее становится мой разум, и прошлые воспоминания всплывают все отчетливее. Это и есть то самое предсмертное прояснение?

Я с трудом повернул голову и напоследок посмотрел на подчиненных, которые были со мной всю мою жизнь. Мой ученик, старейшины... Мои верные люди, вместе со мной создавшие нынешний Сапэчхон (Небеса Зла). Но Чхон Умёна не видно. Хоть он и немного туповат, но самый преданный из всех.

Если подумать, он ведь отправился на поиски травы бессмертия для меня и еще не вернулся? Того, чего даже не существует... Возвращался бы уж. Зная его характер, он, наверное, до сих пор бродит по склонам какой-нибудь горы и собирает сорняки. Ни черта не понимая в лечебных травах. Было бы неплохо взглянуть на его лицо перед смертью.

Как бы то ни было, мое дыхание становится все тяжелее, похоже, пришло время отправиться на небеса. Чего мне стоило добраться до этого положения? Среди тех, кто начинал вместе со мной, никто не добился такого же успеха. Я — владыка Сапэчхона, который вместе с Демоническим культом Солнца и Луны и Союзом Справедливости разделил нынешний Мурим на три части. Владыка Сапэчхона Хёкрён Муган. Таково мое имя.

Предавал сильных, растаптывал ничтожных, вонзал нож в спину тем, кто мне помогал... Неустанно предавая и изменяя, я раз за разом одерживал победы, пока не стал верховным владыкой Сапа. Людям было свойственно показывать на меня пальцем, называя подлым, но что эти глупцы могут понимать? Благодаря этому я смог выстоять в жестоких жизненных бурях и почти сорок лет править Сапа как король. Я мог заполучить любую женщину, какую пожелаю, а мои сокровищницы ломились от золота, серебра и драгоценностей. Одним взмахом руки я мог уничтожить любой более-менее приличный орден — вот каким могущественным владыкой я был.

Но человеческая жизнь в руках небес... Разве может человек пойти против воли небес? Раз пришло время уходить, надо уходить. Теперь у меня нет особых сожалений... Хотя, по правде говоря, немного жаль. Если бы я знал, что уйду вот так, то потратил бы все деньги, что накопил в сокровищнице. Надо было прикончить тех нескольких ублюдков из Фракции Добра, которые осмелились пырнуть меня ножом. И я ведь еще не провел ни одной горячей ночи со своей новой наложницей Хва Ян!

Ха-а...

Я чувствую, как вздох превращается в прерывистое дыхание и вырывается изо рта. Я слышу, как мои надежные подчиненные с грустными лицами шепчутся, глядя на меня. Мои верные...

— Блядь, почему он никак не сдохнет?

Верные...

— Похоже, он сожрал столько всего полезного, что его нить жизни никак не оборвется.

— Ублюдок. Невыносимый ублюдок.

Ах вы ж мелкие ублюдки!

— Как вспомню, что из-за этого злобного урода с развитием малолетнего идиота мы вкалывали до смерти, аж слезы наворачиваются.

Мало того, что они ругались, так кто-то даже расплакался, приговаривая, как хорошо, что я наконец-то сдохну.

— Не беспокойтесь. Я со всем справлюсь, — это был мой единственный ученик, которому в этом году исполняется шестьдесят.

И этого идиота я растил, отдавая ему все, что только мог. Что же я, черт возьми, наделал?

— Молодой владыка и правда сильно настрадался.

— Еще бы.

— Но как же нам повезло! Я, знаете ли, каждый день ставил чашу с чистой водой и молился, чтобы этот идиот, командир Чхон Умён, вдруг не нашел настоящую траву бессмертия.

— И не говорите. Если бы нам пришлось наблюдать, как такой злобный урод живет еще дольше и даже не стареет... От одной мысли мурашки по коже, бр-р.

Они думают, что шепчутся, но мне все слышно.

— Теперь давайте сами по себе все устроим.

Атмосфера была такой, будто все они сплотились вокруг моего ученика. Почему бы вам просто не задушить меня, чтобы я быстрее сдох?! Так вот что чувствовали те, кого я проклинал и в кого тыкал пальцем. Эти подлые, коварные ублюдки...

Ну, они с самого начала были такими. И я тоже жил так же...

Вдалеке, словно иллюзия, замерцал силуэт в черных одеждах. Это точно Жнец Смерти, который пришел за мной. У него было такое бледное лицо, будто он обмазался пудрой. Ха-а, ладно. Пошли. Какой смысл жить дальше?

Предметы в реальности стали расплываться, а облик Жнеца Смерти становился все четче.

Хёкрён Муган...

Низкий голос холодно проник в мои уши. Первый зов. Говорят, что после третьего зова связь с этим миром полностью обрывается? Теперь у меня действительно осталось мало времени. Не буду больше цепляться за жизнь, просто закрою глаза...

— Мо-ой! Вла-а-ды-ка-а!

Внезапно раздался громоподобный голос, и в спальню, размахивая роскошной бородой, как у Гуань Юя, ворвался знакомый силуэт. Командир отряда Железного меча, Чхон Умён. Отправиться на поиски травы бессмертия и вернуться только тогда, когда я уже при смерти — это так в его духе.

Да, хорошо, что хотя бы ты здесь. Рад, что перед уходом смогу увидеть лицо того единственного, кто действительно был предан мне...

— Трава бессмертия! Я наконец-то добыл траву бессмертия! Скорее съешьте ее, владыка!

От его слов лица всех присутствующих разом исказились. Постойте-ка... Что? Что за бред он несет в такой ситуации?! Трава бессмертия? Эта штука реально существует? Чего, я буду жить?

Воля к жизни вдруг безумно забила ключом!

— Скорее, скорее ешьте!

Не успел никто и слова сказать, как Чхон Умён начал без разбора запихивать мне в рот траву, с которой даже земля не обсыпалась. Да! Молодец! Давай, поторопись, ты, неотесанный болван... Блядь, но землю-то хоть отряхни.

— Владыка, почему вы не жуете?! Жуйте! Вы должны жевать!

Хёкрён Муган...

Да вы издеваетесь, заткните кто-нибудь пасть этому ублюдку из загробного мира! Но не то что говорить, я даже телом пошевелить не мог.

— Эх! — раздраженно выкрикнул Чхон Умён и вытащил траву бессмертия, которую только что запихал мне в рот, сжав ее в руке.

П-постой, ты же не собираешься... Худшие опасения всегда сбываются.

Хлюп.

Ты что, выжимаешь ее? Своими немытыми руками?!

— Я покормлю вас, владыка!

— Проклятье! Остановите его! Остановите командира Чхона! Скорее!

Мой ученик и старейшины, как сумасшедшие, бросились на Чхон Умёна и начали его оттаскивать. Эй, вы, ублюдки! Отпустите его! Я сказал, отпустите! Неужели вас так бесит, что я поживу еще немного?!

Хёкрён...

Словно насмехаясь над всем этим хаосом, начался третий зов. А, подождите! Я еще не доел! Я не доел!

Му...

Блядь, раз такое дело, пан или пропал. Изо всех сил я напряг рот. К счастью, язык еще двигался. Забыв о гордости, я собрал остатки сил и изо всех сил всосал то, что текло из руки Чхон Умёна.

Глоток.

Безумно работая языком, я почувствовал, как растертая в кашу трава бессмертия протолкнулась в горло. Но оставался всего один слог до того, как Жнец Смерти полностью назовет мое имя в третий раз. Я отчетливо почувствовал, как нить души, связывающая меня с телом, натянулась до предела и вот-вот готова была лопнуть.

Ах, проклятье, этот бесполезный идиот. Пришел бы чуть-чуть пораньше. Я мог бы выжить. Вечная жизнь — я мог бы достичь этого невозможного!

Ган...

Теперь все кончено. Пути назад нет. Мои деньги... моя Хва Ян... мои горячие ночи... Но вдруг, энергия травы бессмертия мгновенно начала расходиться по всему моему телу. Моя отчаянная воля к жизни, выжатая из последних сил, смешалась с целебным действием травы и намертво приклеилась к рвущейся нити души.

Заметив, что нить не разорвалась даже после третьего зова, Жнец Смерти растерялся. Изменилось ли только выражение его лица? Нет. Словно собираясь вырвать ее силой, он схватил мою душу, которая уже наполовину покинула тело, и изо всех сил потянул на себя.

Эй, а! Волосы! Ак! Больно, мне больно, ты, ублюдок!

Тук.

Упустил. Казалось, он вырвал мне целый клок волос, так как кожу на голове дьявольски саднило, но... хе-хе-хе, в итоге он меня упустил. Жнец Смерти, чье лицо исказилось, словно у злого духа, смотрел, как я возвращаюсь в свое физическое тело.

Я выжил. Я победил. Трава бессмертия оказалась настоящей. Чхон Умён, этот славный ублюдок... Ты спас меня. Как только встану на ноги, щедро отблагодарю тебя.

Но этот хрен из загробного мира и не думал уходить. Долго свирепо сверля меня взглядом, он подошел, положил руку на мое тело и начал читать нечто вроде заклинания. Явно пытался как-то вытянуть мою душу. Хе-хе, хоть сто лет старайся, ублюдок! Это трава бессмертия! Трава бессмертия! То, что не смог сожрать даже Цинь Шихуанди, я сожрал!

Я спокойно протянул запястье своей сжатой в кулак правой руки Жнецу Смерти. Но этот ублюдок вдруг многозначительно ухмыльнулся. Ха? Ухмыляешься? Идиот, посмотрим, кто кого.

В такой ситуации ответ только один. Терпеть. Хе-хе, в Муриме нет человека, который мог бы сравниться со мной в терпении. Пока он не провалит, зажмурю глаза! И ни за что не пошевелюсь!

Я — владыка Сапэчхона, Хёкрён Муган!