Глава 4 — Новый мир
От лица Беллисона:
Какой-то голос произнёс:
- Лгач упъжщёчщпшэкй фяйвп яйбгощ упщпъ.
В голове это звучало как полный бред. Словно кто-то с полностью набитым ртом попытался что-то сказать, но речь была внятной, просто непонятной.
С трудом мне удалось открыть глаза, всё было размытым. Я увидел мужчину, который держал меня, словно я был ребёнком. Когда он покачивался, было тихо слышно, как скрипели доски. Осмотрев комнату, я заметил другого мужчину с женщиной. Они в полулежачем состоянии находились на кровати, обнимались и плакали, но при этом искренне улыбались. Других людей в комнате больше не было. Также я заметил две двери, но куда они шли, я не видел.
“ Что за фигня вообще тут происходит? - паника началась у меня в голове - Только что я стоял на коленях, и Анна отрубила мне голову, а теперь я вижу это… Неужели мои суждения об отсутствии рая и ада были неверны, и я попал в одно из этих мест?”
Раздалась ещё одна непонятная фраза. В тот же миг меня перевернули и шлёпнули с такой силой, что смерть показалась для меня милостью. Слёзы начали невольно литься.
“Какого чёрта он творит?! Почему я плачу от жалкого шлепка? Неужели всё-таки ад?! Да… Я ведь недостаточно настрадался.”
Внезапно воздух в комнате стал тяжелее. Я ощутил сильное давление. Мужчина, который только что обнимал женщину, резко вскочил и выставил руку в сторону моего обидчика. В ту же секунду на ладони из земли стал образовываться меч. Он был настолько совершенным, что из всех мечей, которые я видел, с этим соперничать мог только меч отца. Из уст атакующего вырвался поток слов с явной злобой.
Меня выхватили и передали женщине. Пока продолжался конфликт, она успокаивала меня. На удивление, это помогло, и я перестал плакать.
В спешке, отступая шаг за шагом, другой мужчина что-то начал говорить:
- П-п-понимаете, е-е-если б-бы я э-это н-не сделал, т-то у ребёнка могли бы возникнуть проблемы с дыханием.
Капли пота начали стекать по его лбу, он явно нервничал, ведь его могли убить в любой момент.
После небольшой паузы, которая показалась мне немного неловкой, нападавший встряхнул руку и его меч рассыпался на маленькие кусочки земли, которые упали на деревянный пол.
“Что за фигня только что произошла?! Почему из ниоткуда взялся необыкновенный меч из земли, который сопоставим по качеству с лучшими работами великих кузнецов, а после рассыпался, словно его никогда не было? ”
Немного приведя мысли в порядок, у меня появился логичный вопрос:
“Почему все выглядят такими гигантскими, а меня передают словно младенца?”
Пока я размышлял над этим вопросом, женщина, что держала меня, встала и пошла к зеркалу.
Когда мы подошли, я увидел ужасающую картину. Женщина держала в руках ребёнка, и по всей видимости, этим ребёнком был я…
“ Какого чёрта вообще происходит со мной?... “
В течении следующего полугода я понял, что это не ад, а обычный мир, ну как обычный… Когда матери лень разжигать огонь в печи, она каким-то образом создаёт огонь в своих руках. Отец вместо воды из колодца поливает посевы соседям из рук, за что получает часть урожая.
За исключением моих родителей, всё было как в моём мире. В деревне люди выращивали посевы знакомыми мне инструментами, обменивались, ходили в церковь, расположенную недалеко.
“Почему мои родители такие особенные? Все в деревне выглядят как обычные люди. Возможно, они скрывают свои способности, но какой в этом смысл? Получу ли я такие же силы, как у родителей? Столько вопросов и так мало ответов… Нужно изучить этот мир.”
За прошедшие полгода я понял некоторые слова и фразы, но этого было слишком мало. Однажды я начал пытаться говорить в присутствии родителей. Мать тут же подскочила с ошарашенным лицом и начала мне помогать. Думаю, эта чрезмерная реакция была связана с тем, что обычно дети начинают говорить гораздо позже.
Первым делом мать просила меня произнести “папа” и“мама”, и в сознании тут же всплыл образ других родителей. Я никогда не забуду те зверства, что творили родные, и как страдала из-за меня мать. Меня все презирали, издевались надо мной и не давали сделать выбор. Если ты слишком слабый, то всегда будет так происходить. Близкие и ты будете страдать. В этой жизни надо будет этого избежать. Да и новая жизнь… Возможно вопрос о том, как я тут оказался останется навсегда.
Спустя ещё месяц, я начал говорить достаточно хорошо, и видя мои успехи в освоении языка, родители были в полном шоке. Они не знали куда деть руки, беспокойно ходили по комнате, а на лицах читалось замешательство, которое постепенно сменялось радостью.
- Эллиан вроде только в 2 года начал изучение языка, а Беллисон уже в пол года показывает такие успехи? Я родила гения?
- Ну, для начала я его зачал! - С гордостью заявил отец и тут же получил сильный подзатыльник от матери, с лица которой не сходила улыбка.
- Да и к тому же пока рано говорить о гениальности, когда он станет невероятным магом, тогда и стоит гордится.
Я решил поинтересоваться, а кто такой маг, но в ответ лишь получил детский ответ:
- Это такой сильный человек, который может делать различные интересные вещи. Они встречаются довольно редко. - Мать создала перед собой небольшой огонёк.
Но меня привлекло не это детское описание, больше всего интерес представляли слова “сильный” и “редко”.
“Это означает, что если я стану магом, то меня не смогут тронуть большинство людей?! Меня перестанут ущемлять? Я хочу стать магом, невероятно хочу!”
Это желание настолько захватило голову, что я без раздумья спросил:
- А я смогу стать магом? Когда? А насколько сильным я буду?
Родители были немного потрясены, но ответили с улыбкой:
- Сможешь, обязательно сможешь стать сильнейшим магом.
“Сильнейший” - слово, которое имело для меня большое значение. Чтобы жить нормальной жизнью я обязан быть сильнейшим, иначе обязательно найдётся тот, кто захочет навредить мне.
Очень хотелось бы стать сильнее прямо сейчас, но для начала надо было бы хотя бы научиться ходить.
Время постепенно шло и к 8 месяцам и многочисленные усилия принесли плоды, я научился полноценно ходить. Отец с матерью были невероятно счастливы, но не сильно удивлены, словно они видели такое не в первый раз, хотя обычно в этом возрасте почти никто даже на ногах полноценно держаться не может.
Со временем, я начал сравнивать планировку этого дома с теми, что были в моей прошлой жизни. Она была довольно простой, и расположение комнат, на удивление, было достаточно удобным, в отличии от замка, в котором я раньше жил. Находится здесь очень уютно.
Освоив ходьбу, я тут же начал упрашивать родителей обучить меня чтению и письму. Пусть и не с большим желанием, но они согласились. Чуть позже моего первого дня рождения я мог уже полноценно говорить.
Пока учился читать, я нашёл в домашней библиотеке родителей интересную книгу, которая стояла в углу нижней полки - “Магия. Основы и начинания.”.
“Вот я и нашёл с чего начну”.
Выходя из библиотеки я увидел как отец собирался куда-то. Поинтересовавшись, я узнал, что он идёт в город за инструментами, и начал проситься присоединиться к нему. После небольшого разговора он согласился, и мы пошли.
Дорога оказалась довольно короткой, но отец помогал всем по пути. Было странно видеть, как мой отец кому-то помогает. Себастьян на его месте просто покалечил бы каждого, кто посмел бы к нему обратиться. И несмотря на то, что мы потратили на дорогу в 3 раза больше времени, чем должны были, было приятно осознавать, что у меня наконец-то появился хороший папа.
Подъезжая к огромной стене с величественными деревянными воротами посередине, он, не оборачиваясь, предупредил:
- Не смей баловаться, а то потом проблем не оберёшься. Здесь живут различные существа.
Подле ворот стояли стражники. Их броня вообще не была похожа на доспехи, которые я видел в прошлой жизни. Тонкий зелёный металл вообще не прилегал к телу, а под ним виднелась одежда из цельного куска шкуры. Мечи на их поясах выглядели наоборот монструозно. Огромные ножны чуть ли не касались земли. Подойдя ближе, отец тут же достал странную вещь и настороженная стража моментально изменилась в лице. Не успел я осмыслить увиденное, как массивные ворота с грохотом начали открываться. Даже страшно подумать, для чего нужно было строить их такими огромными. Такое чувство, что они были созданы для сдерживания не людей, а кого-то более страшного.