Глава 176 — Мы, братья

Спустя несколько минут Цзынин подошёл к павшему судну и с серьёзной
миной осмотрел эту громадину герцогского класса. У него не было другого
выбора, по крайней мере сейчас, кроме как смотреть снизу-вверх
на эксперта, спустившего это флагман, убив или подчинив его команду,
на землю.

— Ваше Превосходительство Е Тун, Сун Цзынин ищет вашей аудиенции, — торжественно произнёс он.

— Цянь Е сказал тебе, где я нахожусь?

Юноша честно ответил:

— Цянь Е ничего не скрывает от меня, потому что знает, что
я только помогу ему, а не наврежу. По той же причине я никогда ничего
от него не скрываю.

— Действительно ли это так?

Цзынин в ответ даже бровью не повел:

— Эхем…
ему лучше не знать некоторых вещей. Цянь Е слишком хороший человек.
Он так сосредоточен на верности и товариществе, что иногда забывает, что
для него хорошо, а что плохо. Он относится ко мне как к лучшему другу,
а я, естественно, считаю его своим братом. И бывает так, что некоторые
дела мне лучше решить вместо него. Потому и нет никакой необходимости
сообщать ему об этом.

— Ты говоришь это, потому что боишься, что однажды я лишу тебя жизни, если узнаю о чём-то, чего знать не следует.

— У меня
чистая совесть, вам нечего бояться. Если вы однажды захотите убить
меня, потому что будете думать, что я неправильно поступил с Цянь Е,
я не стану сопротивляться, — со всей искренностью заявил седьмой юный
мастер.

— То, что полезно для Цянь Е, не обязательно окажется
полезно и для меня. Неужели ты думаешь, что меня можно одурачить такими
фокусами?

Вспышка нервозности появилась на лице Цзынина, но он выгнул грудь и решительно сказал:

— Мир
хаотичен, невозможно знать всё. Я лишь могу гарантировать, что моя
совесть в отношении Цянь Е чиста, но всё остальное вне моей юрисдикции.
Я здесь, так что просто нападайте, если думаете, что я сделал вам что-то
плохое. Я не буду сопротивляться.

— Можешь сопротивляться
сколько душе угодно. Я никогда больше не нападу на тебя, если ты сумеешь
пережить один единственный удар.

Цзынин криво усмехнулся:

— Даже
если попытаюсь, у меня не получится. Зачем мне тогда унижаться? Лучше
уж встретиться со смертью лицом к лицу и умереть с достоинством.

Е Тун на мгновение замолчала:

— Ты,
должно быть, что-то натворил, раз говоришь нечто подобное. А примчался
сюда просить прощения только потому, что боишься моего гнева.

Цзынин покачал головой:

— Конечно нет.
Меня уже давно не беспокоит вопрос жизни и смерти. Я пришел, чтобы
передать вам две новости: одну о Цянь Е, другую о вас.

— Говори.

— Цянь Е уже прошел через пространственный проход к Великому Вихрю.

Температура
снаружи корабля резко упала, да настолько, что Джаред невольно
поежился. Цзынин оказался готов — лужица родниковой воды растеклась
у него под ногами, источая тепло и отталкивая холод.

— Он прошел
через вход в нейтральных землях? Чья это была идея? — голос принцессы
вампиров казался спокойным, но внезапный наплыв холода доказывал, что
она была вовсе не так безразлична, как могло показаться.

— Идея была… моя, — признался юноша. Ледяной клинок сразу же сгустился перед ним, стремясь ко лбу с молниеносной скоростью.

Цзынин воскликнул:

— То место опасно, но там его ждет великая удача!

Лезвие остановилось в миллиметре от лица Цзынина. Яркая капля крови пробежала по его коже.

— Ему
суждено стать принцем, даже если он не будет делать ничего, кроме как
поглощать эссенцию крови изо дня в день. Каковы твои намерения? Не вини
меня, если у тебя не найдётся хорошего объяснения.

Седьмой юный мастер не испугался напора ледяной королевы:

— А что вы можете с этим поделать? Самое большее, моя голова падёт вниз, и толку?

— Действительно ли
это так? Я также могу отправиться на дружеский спарринг
с Герцогиней Ань. Могу заверить тебя, что, кто бы ни вышел из схватки
победителем, больше трёх месяцев она не проживёт.

— Ты смеешь?! — пораженно воскликнул Цзынин.

— Почему нет? — усмехнулась Е Тун.

Седьмой
Сун свирепо сверкнул глазами, но видел перед собой лишь внешнюю часть
судна и никак не мог пробиться техниками восприятия внутрь.
Он не сомневался, что Е Тун была способна превратить своё утверждение
в реальность. Плотная охрана клана Сун в её глазах была сродни пыли —
Сокрытие Родословной позволяло принцессе вампиров почти беспрепятственно
передвигаться по всей Империи. Даже предок Дома Сун не сумеет избежать
навязанной ею битвы.

В данный момент клан Сун висел в подвешенном
положении чуть ли не на грани краха и в значительной степени полагался
на поддержку Герцогини Ань. Бесчисленное множество гиен набросится
на клан Сун, если она получит тяжелые травмы.

Цзынин постепенно набирал достижения и славу, но без достаточного количества силы он все ещё не мог покорять всех без боя.

Спустя несколько мгновений аура юноши рассеялась, и он с горькой улыбкой сказал:

— Хорошо, я признаю своё поражение.

Е Тун молчала.

Цзынину потребовалось некоторое время, чтобы привести в порядок свои мысли:

— Е Тун,
я не знаю, кем ты была до своего пробуждения. Возможно, ты думаешь, что
в этом мире для тебя нет никаких секретов и что всё находится под твоим
полным контролем, но знаешь ли ты, о чем думал Цянь Е?

— С тех пор как я пробудилась, у меня больше нет с ним никаких связей. Его мысли не имеют ко мне никакого отношения.

Юноша проигнорировал эти слова и продолжил:

— Тогда
он бросил семью, братьев и всё, что ему было дорого в Империи, только
для того, чтобы пойти и спасти тебя. Чтобы помешать нам остановить его,
он даже раскрыл свою вампирскую сущность, отрезав тем самым все пути
отступления. В ту ночь он ворвался в крепость военных и убил Ли Фэншуя,
чтобы спасти тебя. Генерал тогда был намного сильнее, но в конце концов
он пал от рук Цянь Е. И знаешь почему?

Не дожидаясь её ответа, Цзынин продолжил:

— Это была решимость сражаться насмерть! В ту ночь Цянь Е вошел в крепость военных, не собираясь возвращаться назад!

Е Тун по-прежнему молчала.

— О произошедшем
дальше ты знаешь ещё лучше. Когда он сказал, что поможет тебе
взобраться на Священную Гору, он не шутил. Он всё равно бы попал
в Великий Вихрь даже без моей помощи. И даже знай Цянь Е о происходящем
в том мире, он всё равно бы не остановился. Так почему бы не отправить
его пораньше и не помочь перехватить инициативу?

— Он сумасшедший, но разве ты должен делать то же самое?

Цзынин громко рассмеялся:

— Мы,
братья, не имеем сотен лет времени. На стремление к лучшему у нас есть
всего-навсего несколько десятилетий. Что такого в том, если мы хотя бы
один раз сделаем что-то безумное?

Е Тун слегка вздохнула, а затем ее тон вернулся к нормальному:

— А что за вторая новость?

— Мрачный
Монарх Меданзо находится в нейтральных землях, на своём флагмане прямо
в пустоте за границей. На бумаге его поездка сюда — захват прохода
к Великому Вихрю, но я подозреваю, что он пришел именно за тобой.
В конце концов, ещё когда ты попала в плен, он планировал выкупить тебя
у военных.

— У этого старого ублюдка нет ни решимости
совершенствоваться, ни желания рисковать. Всё, что он делает — это
осуждает других в своей ревности. Мало того, что за тысячу лет этот
позор вампирской расы ничуть не прибавил в силе, так он даже в ней
потерял. Не так-то просто будет ему получить мою родословную.

— Его
засада из пустоты может представлять потенциальную опасность. Если
он нападет без оглядки на последствия, даже ты ему не будешь ровней.
Я нашел способ купить выстрел из Расколотого Мгновения, и он может быть
использован, как только Неугасаемое Пламя уйдёт. Мы должны хорошо всё
спланировать, прежде чем я войду в Великий Вихрь, потому что
своевременно нанесённый выстрел преподаст ему хороший урок. Мне нужно,
чтобы ты помогла мне, когда придет время, что скажешь?

Е Тун была несколько удивлена таким предложением:

— Выстрел из Расколотого Мгновения обойдётся недешево. Почему ты даешь мне такую возможность?

Цзынин криво усмехнулся:

— Как
я могу оставаться в стороне, когда ты в опасности? Цянь Е возненавидит
меня, если с тобой что-нибудь случится, а я при этом буду стоять
в стороне.

— Очень хорошо, я запомню это одолжение. Приди ко мне после того, как Неугасаемое Пламя уйдет. Я выманю Меданзо на выстрел.

Цзынин кивнул, и после этого на военном корабле воцарилась тишина.

— Госпожа устала. Пожалуйста, уходите, — сказал Джаред.

Вернувшись
на флагманский корабль, Цзынин приказал судну идти дальше по маршруту.
Сам он удалился в свои покои, так ничего и не сказав. Недолгое
пребывание в обществе Е Тун по нагрузке ничем не уступало крупной битве.

* * *

На центральной
линии фронта пустотного континента стояла крепкая стальная крепость.
Чжао Цзюньду построил здесь свой командный центр, так как эта позиция
стояла лицом к лицу к основным силам Вечной Ночи. Передний форпост
крепости находился всего в паре сотен метров от её центра, а сам
четвертый юный мастер мог стрелять намного дальше. Столь короткая
дистанция для настоящего эксперта была ничем — с таким же успехом можно
было просто взять и напасть на штаб вражеского командования.

Строительство
здесь командного центра было доказательством позиции Чжао Цзюньду.
Он приветствовал готовых бросить ему вызов экспертов Вечной Ночи в любое
время.

Линии фронта двух фракций с тех самых пор, как война
зашла в тупик, были сродни перетягиваемому канату: под командованием
Чжао Цзюньду Империя, как только отряды теряли треть состава, отводила
их в тыл, и заменяла на новые. За это время по меньшей мере десятки
армий были изувечены и вынуждены восстанавливать силы в тылу.

Сторона
Вечной Ночи понесла еще больший урон, почти в два раза превышающий
потери Империи. Многие могущественные кланы потеряли всех своих молодых
отпрысков и больше не обладали возможностью отомстить.

Такое
соотношение потерь вызвало неслабый конфликт во вражеских силах. Хотя
армия Вечной Ночи и имела численное преимущество, она была полна
внутренней борьбы и больше не могла игнорировать болезненные потери.
Верховья Гор уже угрожали выйти из альянса из-за непропорциональной
гибели оборотней — любая раса будет кричать от боли после потери
десятков тысяч элитных солдат.

Имперская сторона тоже не была
такой спокойной. Многие аристократы начали сомневаться в стратегии Чжао
Цзюньду. Тот факт, что под его командованием потери превышали средние
показатели, был реален. Поэтому многие постепенно начали сомневаться
в его командирских навыках.

Герцог Ю быстро подавил все обвинения
и сомнения. В это же время он продолжил поддерживать план по ротации
отрядов. Всё было честно — большие семьи по-прежнему брали на себя
большую ношу, отчего меньшим аристократам было трудно что-либо сказать.
Другие кланы не высказывали возражений, так как даже клан Чжан следовал
этому плану.

Причина, по которой Чжао Сюаньцзи мог удовлетворить
массы, заключалась именно в разнице в уровне потерь экспертов между
Империей и Вечной Ночью.