Глава 22 — § 22. Местоположение бога следов

Я не спеша подошёл к лежащему на полу
первосвященнику.

– Хм.

Хотя он потерял сознание, а его тело было в
ужасном состоянии, руки Голроаны всё ещё были сложены в молитвенной позе.

Прошлые первосвященники забыли о молитвах из-за
гимна владыки демонов.

Я наложил на Голроану заклинание «Эй Шеаль». Его
раны исцелились в мгновение ока и первосвященник пришёл в себя и резко открыл
глаза.

– «Во благо этой страны я даже на мгновение не
могу прервать свою молитву», значит? Похоже это были не пустые слова.

Голроана не прекратил молиться даже приняв в лоб
магическую силу «Гальдо Аска» с магической флейтой и подтанцовку «Соседа»
поверх них.

Если бы он не защитился обоими руками, его могло
уничтожить вместе с богом, но он до самого последнего мгновения жизни не
поддавался эгоистичным желаниям.

– Из уважения к твоей вере, я не стану будить бога
следов без его согласия.

Голроана встал и снова принял молитвенную позу.

– Так ты расскажешь где нам искать бога следов?

Подписанный им магический круг «Зекта» засиял.

– Я не стану нарушать данной Господу клятвы. Ты
оказался прав, прошлые первосвященники не переживали и не молились всей душой
за нашу страну.

Возможно он не осознавал это как раз потому что
сам был на это способен.

– Он в двухстах километрах к западу от Зиорхэйзе.
Бог следов спит там, глубоко под землёй в время от времени скрытых подземных руинах
Ригарондол. В белую ночь, входом в те руины станет место, в котором будет
повторяться пение Бога-дракона.

– А белые ночи в подземных глубинах явление
редкое?

Я повернулся к Аркане.

– В подземных глубинах нет солнца поэтому здесь
нет дня как на поверхности. Утро здесь зовётся рассветом, день – белой ночью, а
ночь – полярной ночью. – ответила она.

То есть в дневное время? Ладно, о боге следов
теперь у нас достаточно информации.

– Итак, Голроана, – я посмотрел на сидящего перед
собой первосвященника. – Теперь ты понял что мне нужно?

– …Этот камень пакта – дар Господа. Ежели хочешь
забрать его у меня – сперва убей.

– Не нужен он мне.

Первосвященник выглядел удивлённым.

– Чему ты удивляешься?

– Ты выиграл священную войну. Ты ведь не
собираешься закончить на уничтожении моего Бога отбора?

– Хм, я не понимаю о чём ты.

– …Почему ты не поднесёшь ей Бога благовестия?

В ходе отборочного суда боги отбора могут
поглощать других богов. Аркане как-то доводилось поглощать богов паладина
Газеля и делать своими их порядки. Ему кажется странным что я не делаю того же
с богом благовестия?

– Я ведь уже говорил, что моя цель уничтожить
отборочный суд.

– В таком случае тебе тем более понадобится чудо
Бога.

– В ходе отборочного суда боги могут поглощать
богов. Закончить его можно не только путём священной войны, но меня не покидает
чувство что цель данного ритуала стравливать избранных между собой.

– Что ты хочешь этим сказать? – удивлённо
отреагировал на мои слова Голроана.

– Стандартной практикой для победы на отборочном
суде считается победа над богом противника и его поглощение. Проще говоря,
создание породившее данный суд, которого в учениях Зиордала зовут: «Всемогущее Сиятельство»
Эквис, хочет, чтобы боги поглощали богов.

Действительно ли этот процесс нужен ему лишь
чтобы поддерживать порядок?

– Делает ли создание могущественного бога с
несколькими порядками крепче порядок, или же у него есть какая-то другая цель?
Так или иначе, я чувствую что суд проводится не просто так. А если есть некто
подстроивший это, я не собираюсь плясать под его дудку.

И что важнее всего мне нет нужды поглощать богов.
Я и без этого запросто справлюсь сам.

– …Значит ты хочешь убить меня?

– Твоя жизнь меня совсем не интересует.

– Тогда что тебе вообще нужно?

– Продолжить то о чём говорил недавно,
разумеется.

Изящное лицо первосвященника искривилось.

– Я не силах это понять. Раз ты победил, то
просто убей меня и дело с концом. Никто в Зиордале не станет винить тебя за
исход отборочного суда.

– Таков уж владыка демонов Дильхейда. Вот будь ты
угнетающим деспотом, или бездарем, то всё сложилось бы иначе, но… По крайней
мере ты молишься во благо Зиордала и правишь этой страной мирно. Если ты умрёшь
эту страну, вероятно, ждёт упадок. К вам может вторгнуться Агаха или
Гадейсиола.

– Стране с поверхности-то какое до всего этого
дело?

– Счастье живущих в этой стране граждан слишком
велико, чтобы у меня язык повернулся сказать что мне нет до этого дела.
Невыносимо будет смотреть как такое количество улыбок омрачиться печалью.

Мы с учениками Академии владыки демонов обошли
Зиорхэйзе. Хоть мы много чего и не поняли, но одно усвоили наверняка – народ
подземных глубин здесь живёт благополучно.

Они радостно поют иноземные светоносные песни и
всем сердцем молятся за успешное проведение празднества священного песнопения,
который по сути является богослужением. Если отбросить культурные различия, то
Зиордал ничем не отличается от Дильхейда.

– Питаешь враждебность? Тогда пощады не жди. Но
если нет, то давай заключим союз.

Голроана посмотрел на меня лицом человека,
пытающегося выяснить истинные намерения своего собеседника.

А затем колко сказал:

– И это мне говорит тот, кто уничтожил моего Бога
отбора?

– Хе-ха-ха, просто говорить о некоем идеале нет
никакого смысла. Мои слова дойдут до тебя лишь когда ты будешь знать наверняка что
против меня у тебя нет не единого шанса. И диалог у нас пойдёт лишь когда ты
как следует осознаешь что остановить меня эффективнее словами, а не силой. 

– …Высокомерное заявление.

Я ухмыльнулся.

– Ну хоть то что я высокомерен ты наконец усвоил.
Дело не в том что мне приелось просто уничтожать государства своих противников.
Я хочу мира. Настоящего, понимаешь?

Голроана молчал. По его лицу было видно что ему
просто нечем ответить.

– Прислушайся к своей душе и поймёшь что сейчас
мои слова доходят до неё лучше чем раньше.

Голроана коротко выдохнул.

Возможно это было признание.

– 2000 лет назад на поверхности шла
крупномасштабная война. На ней, подобно тому как три крупные державы подземных
глубин конфликтуют друг с другом, боги, демоны, люди и духи убивали друг друга.
Погибло множество солдат и граждан. Я поставил всё на свою последнюю надежду и
пошёл на страны врага с силой и диалогом. – первосвященник молча внимательно
слушал меня и я продолжил: – В мире воцарилась гармония. По крайней мере на две
тысячи лет. Но даже сейчас я не перестаю думать о том что смог бы спасти многих
умерших если бы мне удалось поговорить с врагами раньше.

Я действительно вкладывал в эти слова свои
подлинные чувства.

– Больше я этой ошибки не
допущу. Я буду пытаться говорить с врагом даже во время драки. Буду пытаться
говорить кулаками и бить словами до тех пор, пока вы не сдадитесь.

– …К чему ты клонишь?

– Пойдём друг другу на
уступки. Я буду уважать вашу веру, а вы не будете вредить Дильхейду. Заключим
пакт между странами. 

Голроана отрицательно помотал головой.

– На большие уступки чем те, о которых я говорил
мы не пойдём. Зиордал не может пойти против царства Господа и Его учений.

– Тогда подумай над тем как не вредить Дильхейду,
не нарушая учений.

Красивое лицо Голроаны исказилось от
замешательства.

– По мне так это не очень разумная затея. Всё
останется как прежде. Мы, разумеется, не намерены причинять вред поверхности
без указания учений Зиордала.  

– Я и не хочу всего и сразу. Каждый раз, когда вы
будете делать глупости, я буду заставлять вас понять это и устраивать диалог.

Голроана закрыл глаза и помолился господу
несколько секунд, после чего снова посмотрел на меня.

– Чтобы выжить в суровом мире подземных глубин
нам необходима сила Богов и их посланников – драконов. Без веры мы бы здесь
просто не выжили. Нам никогда не прийти к взаимопониманию с народом, живущим на
поверхности за счёт собственных сил.

– Мы боимся друг друга как раз потому что
незнакомы. Из-за этого мы стремимся уничтожать и поэтому в глазах друг друга мы
выглядим как изверги.

И затем цепь ненависти незаметно прибавит в
размерах и все, волей-неволей, утонут в болоте войны.

– Тебе не кажется что стоит начать со знакомства?
И вот если ты осознаешь что мы никак не можем понять друг друга, то тут уж
ничего не поделаешь.

– Я не стану молча наблюдать за тем как ты
пытаешься уничтожить священный отборочный суд. Народ Зиордала тоже этого не
допустит.

– Если ты так и не понял насколько я силён, то
делай что хочешь. И я буду снова и снова вдалбливать в тебя что на этом свете
есть ещё кое-кто, кроме твоего господа, кого не следует злить. Вашему
религиозному канону придётся измениться нравится тебе это или нет. – нисходя с
места бросил я первосвященнику.

– Ты явно не понимаешь, – начал Голроана с
невиданным доселе тоскливым выражением лица. – Эти руки нам даны чтобы
возносить молитвы Господу. И мы никогда не сможем их пожать как вы делаете это
на поверхности. Когда ты пришёл сюда я не взял протянутую тобой руку. Вот и
всё. День, когда мы сможем пожать друг другу руки, не настанет никогда. – для
повторения сказал Голроана.

– Голодные молятся господу, потому что у них нет
еды. Но если здесь будет фруктовое дерево, то кто не протянет к нему руки, и
будет продолжать молиться?

Голроана молча внимательно слушал меня, не меняя
выражения лица.

– Бывает что одними молитвами делу не поможешь.
Ведь обязательно настанет такой момент что тебе придётся протянуть руку чтобы
схватить что-то. Также как и прошлым первосвященникам. Поэтому они и
отреагировали на тот гимн. – сказав это, я развернулся. – Я никуда не спешу и буду
бодаться с тобой столько сколько потребуется, покуда ты не исчерпаешь все свои возможности.

Мы с Арканой покинули святилище священных песен.